"Tell me, that you’ll kiss me forever"

Спасибо тебе за наш танец –

и за то, что он продолжается...

«Встань прямо и посмотри на меня». Я смотрю в твои глаза, не отрываясь, и замечаю, как они начинают блестеть от собирающихся в глубине слез. Мне кажется, что сейчас мы поцелуемся: через долю секунды ты наклонишься ко мне, чтобы соединить наши губы, - и уже тянусь к тебе навстречу, как вдруг... «А теперь повернись. А я повернусь в другую сторону». Что? И ты на самом деле отворачиваешься! Совершенно сбитая с толку, не понимая, что тут вообще происходит, я стою и тупо смотрю тебе в спину. «Ты повернулась?» - в твоём голосе одновременно нежность и усмешка. Да какого черта ты сейчас вообще делаешь?! Решаю все же отвернуться, как ты просишь: может, так мне станет понятнее, что ты задумала? Как только я встаю спиной к твоей спине, ты, слегка обмякая, облокачиваешься на меня и чуть запрокидываешь голову назад. Эта тяжесть ощущается такой приятной и такой правильной. Мои мысли мечутся в голове с бешеной скоростью. Все это так сильно похоже на прощание... В груди щемит, глаза начинает щипать, и я хочу сказать, что люблю тебя. Но с трудом выдавливаю: «И что теперь?» «Теперь мы пойдём. И никогда не обернёмся назад». «Но я...» «Просто иди. Не оборачивайся!» Нет! Я знаю, что теперь могу тебя ослушаться и не получить за это пулю в спину. Мы обе выросли за это время - но ты особенно. И сейчас я не дам тебе сделать то, что ты делаешь. Потому что я этого не хочу! Я резко разворачиваюсь и хватаю тебя за локоть. Ты поворачиваешься ко мне с недоумением на лице и неуспевшей высохнуть дорожкой слезинки на щеке. Черное небо, черная ледяная Темза. Ветер треплет наши волосы. Мы обе молчим. Напряжение нарастает. Это длится меньше минуты, но мне кажется, что прошла вечность. Ты бросаешь взгляд вниз, на воду. Нам обеим вдруг становится неловко. Но вот мы одновременно тянемся друг к другу - в одну и ту же секунду. Все тягучее и болезненное напряжение последних месяцев, дней и часов тает в этом моменте. И я готова растаять вместе с ним... На самом деле до тебя я никогда не любила целоваться и считала, что просто не умею делать это. Конечно, ты бы сказала, что все дело в усах Нико. Но я на самом деле так не думаю. Впрочем, это неважно, ведь сейчас... Мы не можем оторваться друг от друга, абсолютно потеряв счёт времени. Оно словно замерло и плотно окутало нас, давая насладиться друг другом в этом только нашем здесь и сейчас. Твои губы полные, мягкие, холодные, такие нежные, ищущие и податливые одновременно. Ты прижимаешь меня к себе и твоя нога уже между моих ног, что удивительно помогает держать равновесие - но еще жутко злит, потому что на нас так много этой громоздкой одежды... Вот она, цена жизни в Лондоне, на Кубе сейчас все точно было бы проще. Я совершенно не помню, что делают в этот момент наши руки, но, вероятно, твои зарываются в мои волосы, ты ведь об этом так долго мечтала! Я понимаю, что хочу прямо сейчас, прямо отсюда пойти с тобой куда-то, где будем только мы. Спрятать тебя от всего мира, чтобы мы смогли, успели и были в силах – друг для друга. Чтобы дышать только тобой, зная, что это время наконец у нас есть. Сжать пальцы в этих мгновениях, когда ты только моя, только со мной, только для меня – а я только твоя. Чтобы мы обо всех и обо всем забыли - и это стало на какое-то время нашей единственной реальностью. Чтобы весь мир сузился до сбивающегося дыхания, стонов и обвивающих друг друга рук... ___________________________________________________ Мы по-прежнему стоим на мосту. Тянем друг друга, впиваемся губами, языками, пальцами, и снова тянем. Это бережная нежность, сила и жалящая страсть одновременно. Это твой мягкий, чуть сладковатый и опьяняющий вкус... И пуговицы на твоем роскошном пальто (боже, оно ведь, конечно, стоит больше, чем моя месячная зарплата в дурацкой редакции, да?), которые я машинально дёргаю, пытаясь расстегнуть, а ты усмехается мне в губы, и тут же с полустоном выдыхаешь, когда мои холодные пальцы касаются твоей шеи сзади... И в этот момент я понимаю, что хочу с тобой – всё. Посмотреть миллион фильмов, полететь на самолёте, прижимаясь к тебе, когда шасси отрывается от земли, попробовать твое любимое блюдо в твоем любимом местечке где-нибудь в Париже (нам явно стоит дать этому городу вечных романтиков ещё один шанс!), вымыть волосы твоим шампунем (и они от этого наверняка безнадёжно запутаются, но сейчас меня это просто не волнует), гулять по городу, взявшись за руки, как подростки, снова танцевать, говорить с тобой обо всем на свете - даже о твоём детстве (если захочешь) и о будущей карьере дизайнера интерьеров (правда, я, скорее, могла бы представить тебя дизайнером одежды, но ладно), своим теплым дыханием согревать твои замерзающие (прямо, как сейчас!) руки; целоваться - еще, еще и еще (уверена, мне никогда не надоест!), отдаваться тебе во всех немыслимых вариантах, которые ты только сможешь себе вообразить (ну, ты на самом деле этого заслуживаешь, так что...), засыпать в твоей футболке - и, просыпаясь, видеть твоё «очень красивое» (боже, ты действительно неисправима) лицо рядом с собой снова и снова... Знаю, знаю: никогда не говори никогда – и никогда не говори навсегда. Но... Я на самом деле хочу с тобой - всё. Я хочу отдать тебе всё. Я хочу забрать у тебя всё. Без дурацких полумер. Ты ведь позволишь мне это?