the star has gone out forever

Чонгук сидел на диване, безразлично щёлкая каналы телевизора, не замечая, что пошёл уже третий круг этой манипуляции. В пепельнице тлеет очередная сигарета, а дым от нее освещается ярким солнцем, проходящем через приоткрытые жалюзи. В горле вновь пересохло, и Чон, облизнув сухие губы, обхватывает ими горло коричневой бутылки, содержимое которой часто попадало в организм парня за последние несколько месяцев, лет (?) — До чего ж ты опустился, брат — сам себя спрашивает Чонгук, горько улыбается и отставляет алкоголь. — А помнишь, как когда то с Тэхеном сидел в красивом ресторане, попивая вино, а сейчас, хлещешь пиво за две тысячи вон, позор. — «С Тэхеном» — снова про себя повторяет он. Да, с Тэхеном, которого он не видел уже три года. Он был бы рад, если бы они расстались, и Ким уехал далеко, но счастлив с другим. Он был бы безгранично рад, если бы тот учился в другой стране, и осталось лишь два курса, и они вновь увидятся. Но нет, Тэхён никуда не уезжал, не оставлял Чона, не бросал. Он оставил его лишь один раз. 22 декабря 2022 года, когда ушёл на очередную тренировку, где случилось что то, что то непонятное, несчастный случай (?) Да, вроде того. Чонгук честно не помнит, что тогда произошло. Он не хочет помнить. Он не хочет знать, что это случилось с Тэхеном. Чон берет телефон, где на обоях стоит фотография с их концерта, когда те будучи счастливые парни были группой. Самой успешной и популярной. 22 декабря не стало Ким Тэхена. 30 декабря компания дала свои комментарии. Они объявили о трагедии, и о завершении деятельности группы BTS. — «Вот же подарок был на Новый Год для Арми» — до сих пор думает Чонгук и смеётся с такой обсурдной ситуации. Тот новый год Чон праздновал на совсем свежей могилке Тэхена. Он просто сел рядом и всю ночь рассказывал как новость о его кончине потрясла весь мир. Он просил его не винить себя. Он плакал. Очень долго плакал. Всё это было четыре года назад, но Чонгук правда уже сбился с счета времени, дней, месяцев, годов. В его маленькую пустую квартиру раз в неделю по сей день заходит Мин Юнги — когда то бывший коллега и друг. Но сейчас эти воспоминания навивают лишь грусть и тоску по тем временам, когда они были счастливы. — Привет, Чонгук, — почти шепотом говорит Юнги, проходя в глубь комнаты. — Снова ты пришел. — Меня не было у тебя месяц, — вскидывает бровь Мин. — Вот видишь, время так быстро летит однако, — Чонгук вновь усмехается. — Знаешь, а у нас хорошо дела. Чимин подписал контракт с каким то модным Домом, я продюссирую одну группу, про Намджуна я знаю, то что он не смог уйти из музыки, все так же пишет иногда, — перебирает кольца на пальцах Юнги. — От него другого ожидать не стоило, он слишком горит этим делом. — Помню как и ты когда то горел всем этим, наша звёздочка погасла, а что до Джина, то он в актеры записался, уже один проект отсняли, а вот про Хосока мало, что слышу, знаю, что он уехал в Австралию, — продолжил старший. — Мгм, а мы ведь тоже планировал туда съездить, — Чонгук потирает лицо, вспоминая тот водоушивляющий разговор с Тэхеном. — Брат, выбирайся из этого состояния, прошу, — Юнги обнимает друга и похлопывает по плечу. — Может и в музыку вернёшься, уверен тебя не забыли и ждут. — Ни за что, без него смысла не вижу в этом, да я ни в чем смысла не вижу без него! — все громче говорил Чонгук. Он заплакал. Он устал. Та звёздочка, которая так ярко светила столько лет в один миг погасла навсегда.