Часть 1
23 декабря 2022 г., 18:22
***
Смычок резко и одновременно изящно двигался в умелых руках по упругим струнам, творя мелодию. Вивальди «Зима». Казалось, что эти ноты Уэнсдей впитала вместе с цинизмом ещё с молоком матери. И вместе с ними же она покинет этот тусклый блеклый мир, полный боли, лжи и фальши… но не сегодня. Энид ушла на свидание к Аяксу, Вещь пошёл за ними следить, чтобы узнать самые свежие сплетни. Ещё с обеда небо начало хмуриться, а ближе к вечеру в окно постучались первые капли. Это был идеальный вечер, чтобы посвятить его себе и новой части запутанных расследований Вайпер Дель Муэрте, но нужные для вступления слова всё никак не хотели приходить в голову. Слишком просто, слишком банально, слишком наигранно, слишком… вымученно! Пятнадцать скомканных листков один за другим полетели в мусорное ведро, и туда же, видимо, отправились её надежды начать новый роман как можно быстрее. И, не выдержав гнёта прокрастинации, Уэнсдей резко схватила футляр с виолончелью, вышла на балкон и замахнулась смычком. Небо стонало под гнётом бури, а полные ярости капли били прямо в лицо. Руки то и дело скользили от воды, но ни одна нота не была пропитана фальшью… Мрачный благоговейный ужас природы сливался с бессмертным творчеством давно умершего гения, и именно в такие краткие, но яркие мгновения Уэнсдей могла поклясться, что прикасалась к душе мастера. Смычок был её проводником в мир мёртвых, и именно благодаря ему она могла совсем ненадолго покинуть этот ненавистный мир, забыться, исчезнуть в вечности… — Что ты здесь делаешь?! — внезапно раздался за спиной до боли знакомый голос, едва в наэлектризованном воздухе повисла последняя нота, и Уэнсдей, не оборачиваясь, открыла глаза и выдохнула: — Ищу вдохновение. Как свидание? — Думаю, если я расскажу тебе всё от начала до конца, то тебя стошнит, — с усмешкой заметила Энид, так и не решаясь шагнуть на улицу навстречу буре, и Уэнсдей, собравшись с мыслями, упаковала инструмент в чехол и сама развернулась к соседке по комнате. — Очень на это надеюсь. Интересно, а кто у нас будет вести ботанику в новом семестре? — Я ещё её не видела, но Ксавье сказал, что Уимс кого-то уже нашла! — с энтузиазмом воскликнула Энид, едва Уэнсдей отодвинула стекло и зашла в их комнату на свою половину. — Завтра всё узнаем, мне самой очень интересно! Энид действительно буквально сгорала от любопытства, а Уэнсдей хотелось сгореть от вида очередной вырвиглазной пушистой розовой кофточки, которая, по мнению подруги, идеально подходила для очередного свидания. Хорошо, что Уэнсдей к этим свиданиям не имела никакого отношения. Внезапно в груди неприятно кольнуло. Не подавая виду, Уэнсдей отвернулась и слегка сморщилась, пытаясь понять, в чём же было дело… — Со мной всё в порядке, — прошипела она взявшемуся из ниоткуда обрубку, который как всегда совал пальцы не в своё дело. Вещь, кстати, подобному тону не обрадовался и, хмыкнув, побежал плакаться на сторону Энид, которая, казалось, и вовсе не хотела ничего замечать, кроме их с Аяксом отношений. Какая жалкая картина… Шторм и Вивальди должны были привести её в привычное состояние угрюмой ненависти ко всему окружающему миру и его обитателей, но что-то противно не давало покоя… даже непогода, даже музыка не принесли желанной апатии и отрешения, а значит, с этим надо было разобраться. Уэнсдей не привыкла сидеть на месте и жалеть себя, она привыкла идти в бой.* * *
— Доброе утро, класс! Не успел прозвенеть колокол, как в тёплую оранжерею решительно вошла новый преподаватель ботаники — ухоженная стройная блондинка с длинными прямыми волосами до плеч и осиной талией. Внимательно осмотрев собравшихся учеников, она растянула губы в голливудской улыбке и представилась: — Меня зовут Вивиан Блейк, и весь этот семестр мы проведём вместе за изучением растений! — Она изгой? — с прищуром тихо протянула Уэнсдей, и сидящий рядом Ксавье хмыкнул в ответ. — Да. Она гибрид. — Уэнсдей, чуть нахмурив брови, резко повернулась к нему, и Ксавье тотчас улыбнулся желанному вниманию. — Вон, смотри, на шее за ухом… Получив наводку, Уэнсдей снова присмотрелась к преподавателю, которая хотела наладить контакт со студентами и кратко рассказывала о программе на семестр и экзаменах, и действительно, из-под ворота серебрянной блузки выглядывали… стебли. Тонкие стебли плюща, которые незаметно уходили в волосы. — Как такое возможно? — Ну она… знаешь, она как бы срослась с одним из растений, — почесав голову, расплывчато ответил Ксавье. — Как суперзлодейка из Бэтмена… ты смотрела? — Нет, — холодно отозвалась Уэнсдей, не сводя чёрных глаз с новой преподавательницы. — Жаль… тебе бы понравилось… он тоже любит ходить в чёрном и бегать за преступниками по ночам. Вот уже второй раз Уэнсдей резко повернулась в сторону Ксавье, и это не осталось незамеченным Бьянкой и компанией. Девочки за соседним столом мерзко захихикали, и профессору Блэйк пришлось прервать свой монолог. — Юные леди, что вас так рассмешило? — Одна чёрная орхидея, которая душит всех вокруг себя, — хмыкнула Дивина, подруга Бьянки, посмотрев в сторону Уэнсдей, и они снова засмеялись, уже в голос. Профессор Блэйк мгновенно перевела взгляд на их с Ксавье парту, и Уэнсдей, не дрогнув ни одним мускулом, флегматично ответила: — Я буду рада задушить радушием любого. Обращайтесь. — Какие у вас интересные… приветствия, — хмыкнула Блэйк, скрестив руки на груди. — Но я думаю, в душегубстве нужды не будет, и совсем скоро мы станем общаться как настоящие друзья. — Если бы ещё кто-то знал, что это такое, — вставила Бьянка, вызвав очередную волну смеха, но Уэнсдей оставалась хладнокровна, как, впрочем и всегда. — Тише, леди, у каждого из нас свои недостатки, и не нужно тыкать ими в других. Итак, в конце семестра вас также ждёт… — Зайдёшь сегодня после уроков ко мне в мастерскую? — прошептал Ксавье, когда Блэйк наконец угомонила сплетниц, и в классе снова повисла тишина. — Не могу, я обещала помочь Юджину с ульями. — А завтра нельзя? — нахмурился он, на что Уэнсдей непроницаемо проговорила: — А к тебе нельзя зайти завтра? — Я… я просто… я просто хотел… показать тебе кое-что… — Было видно, что Ксавье каждое новое слово давалось труднее предыдущего, и Уэнсдей смилостивилась и через плечо посмотрела на него. — Эм… просто хотел… хотел поболтать немного… — Ты зовёшь меня на свидание? — Но с Галпином ты же пошла, — чуть с вызовом бросил он, и Уэнсдей напоследок прошлась по нему ледяным взглядом и отвернулась в сторону Блэйк. — И очень сильно об этом пожалела. Я сегодня не могу. Прости. — А пожалела ли? — хмыкнул на прощание Ксавье, и, едва раздался звон с урока, как он пулей вылетел из оранжереи, чем опять насмешил Бьянку и прочих скользких рыб. «Я никогда и ни перед кем не оправдывалась, и перед ним не буду», — подумала Уэнсдей, медленно собирая вещи с парты. Хотя где-то глубоко внутри, под толстой коркой льда ненависти к окружающим, она чувствовала вину за то, что первоначально именно Ксавье арестовали вместо Тайлера. И что именно Уэнсдей поспособствовала этому. И она даже собиралась загладить свою вину, но свидания в этот план явно не входили. Слишком дорогой подарок за небольшую оплошность. От ночной бури не осталось и следа, хотя и солнце не слишком надоедало, то и дело скрываясь за плотной завесой молочно-белых облаков. В целом, погода была неплохая, чтобы заняться ульем и пчёлами, а ещё чтобы немного загладить уже другую вину, перед Юджином, который чуть не погиб в лесу именно из-за неё, Уэнсдей. Да, она определённо решила раздать долги всем друзьям, но делать это необходимо было постепенно, чтобы не умереть от отвращения к себе. Более жалкой смерти и представить будет трудно. Только вот едва Уэнсдей шагнула за порог оранжереи, как в кармане пальто неприятно завибрировало. «Неужели Ксавье захотел извиниться?» — хмыкнула она, доставая телефон, но на чёрном экране вместо привычного имени светился неизвестный номер и короткая смс:Я тебя вижу
Уэнсдей рефлекторно обернулась, но поблизости не было никого ни из студентов, ни из преподавателей. Лишь стая ворон взлетела с куста неподалеку, и их хриплый разрозненный кладбищенский гомон был похож на её будущий рингтон. Да, это определённо была неплохая идея. Похожее сообщение уже приходило от анонима в конце прошлого семестра, как раз в тот день, когда Тайлера доставили в психиатрическую больницу, а Уэнсдей отправилась на каникулы домой. Значит, это тот же самый человек и явно не Тайлер, которому точно некогда строчить ей смс-ки. Почему-то при воспоминаниях о Тайлере в душу закралось то самое противное чувство скорби, которое вчера так и не смыл ни ледяной дождь, ни Вивальди. И Уэнсдей, казалось, была в шаге от разгадки, кто же мешал ей спокойно жить и творить, находясь даже на расстоянии в сотню километров. И с этим определённо нужно было что-то делать. Но сначала… — Эй, Уэнсдей, ты идёшь сегодня в улей? — радостно поинтересовался Юджин, выбежавший на свежий воздух с главного крыльца, и Уэнсдей слегка улыбнулась ему, исключительно ради приличия, а затем задумчиво посмотрела на телефон в руках. — Да, приду… только зайду в мастерскую к Ксавье… телефон глючит, а это он мне его подарил. — О, у тебя теперь есть телефон! — удивлённо протянул Юджин, поправив указательным пальцем очки на переносице. — Здорово! Дашь номер? — Да… позже, — отмахнулась Уэнсдей, развернувшись в сторону леса, где был сарайчик, который Ксавье называл «мастерской». — Когда вернусь от Ксавье. — Хорошо, буду ждать! — прокричал на прощание Юджин, но Уэнсдей уже решительно зашагала по пожухлой листве, подумав, что сначала надо разобраться с неизвестным отправителем смс, а заодно расставить все точки над i… и возможно, даже искупить вину. Частично. Разумеется, в самую последнюю очередь. — Отстань, это не свидание, — прошипела она, когда Вещь вылез из сумки и начал подтрунивать над ней и Ксавье, что бесило её ещё больше мыслей о Тайлере. — Я всего лишь узнаю, кто мог достать мой номер. Всё. Вещь спрятался обратно, а из-за скрюченных голых деревьев показался тот самый сарай. Отвращение новой волной почему-то накрыло Уэнсдей, причём это было вовсе не отвращение к хозяину мастерской, скорее… отвращение к себе, а мастерская была лишь мерзким напоминанием. И желание побыстрее всё узнать и уйти подальше всё больше выходило на первый план, оставив далеко позади даже желание загладить вину. — Ничего себе… пришла всё-таки… — протянул Ксавье, едва увидел на пороге чёрный силуэт, и Уэнсдей без особых церемоний решительно зашла внутрь и захлопнула дверь. — Ты же собиралась к чудаку Юджину и пчёлам? — По дороге в улей я решила зайти к тебе, — надменно ответила она, и прежде, чем измазанный краской художник убрал в сторону кисть и палитру, достала из кармана телефон в чёрном чехле и выставила руку перед собой. — Кто-то пишет мне угрозы, уже второй раз. Откуда они могут взять мой номер? — Из сети, если ты где-то регистрировалась… — с замешкой ответил Ксавье. — Но я не… — начала было Уэнсдей, но осеклась на полуфразе, зло подумав: «Энид…» — То есть чужие номера тоже можно найти по сети? — Можно попробовать, — кивнул он и взял из рук Уэнсдей подаренный им телефон. — Так, давай посмотрим, кто тебе пишет… Он одновременно открыл свой телефон и её и стал что-то быстро щёлкать сначала по одному экрану, затем по другому. Уэнсдей мало понимала, что Ксавье пытался сделать, хотя пыталась запомнить каждый клик, и вскоре прозвучал первый результат: — О первом номере ничего неизвестно. Думаю, если ты хочешь ещё глубже копнуть, то придётся идти к шерифу, чтобы он пробил по полицейской сводке… — Может быть, в другой раз, — холодно отозвалась она, подумав, что шериф Галпин — это, пожалуй, последний человек, которого Уэнсдей хочет видеть. Разумеется, после Тайлера. — А второй номер? Они же отличаются, да? — Да… сейчас… Немного пощёлкав, Ксавье как-то заметно помрачнел и замер на месте, и Уэнсдей, сгорая от любопытства, наклонилась и прошептала: — Что там? Кто этот человек? — Это… судя по месту работы в профиле, это… санитар из Ленокс-Хаус… — Она чуть нахмурила брови, без слов говоря, что не знает про это место, и Ксавье кашлянул и добавил: — Ближайшая психушка на пятьдесят километров вокруг, куда доставляют в том числе и преступников. — А почему фото чёрно-белое? — ещё больше нахмурилась Уэнсдей, заметив на экране изображение средних лет полного мужчины с лысой головой. — Потому что он умер два дня назад, — тихо ответил Ксавье, пролистав экран вниз. — Вот, об этом пишет его жена… видимо… — Видимо, кто-то перед смертью прихватил его телефон, — жёстко закончила она повисшую в воздухе фразу и решительно развернулась к выходу. — И я даже знаю, кто. — Нет, это не он! — воскликнул Ксавье, схватив её за руку, и Уэнсдей уничижительно посмотрела в ответ. — Это не может быть Тайлер, об этом точно писали бы все кому не лень… — Ты же сам знаешь, как политики и копы отлично скрывают невыгодные им события… — Он не мог сбежать, это точно, — не сдавался Ксавье, всё же выпустив холодную бледную ладонь из своей горячей, и вдруг дверь мастерской с хлопком распахнулась, а на пороге застыл взъерошенный Юджин. — Вы не поверите! В лесу снова нашли труп туриста, которого порвали на куски! Монстр вернулся!
