Tiny Canvases

Они сидят в полной тишине, работая над своими эссе по истории магии, когда щелканье ее клавиш замолкает. Ксавьер поднимает глаза и видит, что она смотрит на страницу перед собой. Это была тяжелая неделя, полная клубных встреч, соревнований и сопутствующих им общественных мелочей. Энид и Аякс поссорились, и Уэнсдей большую часть времени была рядом с девушкой, предлагая степенное утешение, а также угрозы насилия по отношению к Горгоне. Ксавье знал, как сильно социальные аспекты жизни истощают его девушку. Поначалу это было неочевидно, но он стал замечать, как ее брови хмурились, а губы поджимались, когда она только заканчивала. -Мы можем сделать перерыв? - спрашивает он, дотягиваясь до ее руки, ближайшей к нему. Его прикосновение, кажется, выводит ее из состояния диссоциации, когда она моргает, возвращаясь к реальности, пристально глядя на него. Он крепко держит ее за руку, поглаживая большим пальцем тонкие костяшки ее пальцев. -Если тебе это нужно.- Она уступает, немного расслабляясь в кресле из своей позы шомпола, печатающего на машинке. Ему не нужен перерыв, но он не собирается ей этого говорить. Он довольствуется тем, что позволяет ей думать, что это для него, а не для ее собственного блага. Она явно морально истощена. Ксавье кивает, придвигая свой стул ближе к ней после того, как отодвинул свой ноутбук и бумажные заметки в сторону. Он хватает ее другую руку, переворачивая их обеими ладонями вверх, прежде чем надавить на ее пястные кости, немного углубляясь. Девушка перед ним быстро моргает несколько раз подряд, и он почти видит, как она тает. Реакция мгновенная, но ему нравится думать, что он стал чем-то вроде эксперта по Уэнсдей благодаря тому времени, которое они проводят вместе. Он запечатлевает поцелуй на пальцах ее правой руки, когда видит, что ее черный лак облупился. Уэнсдей точна во всех аспектах своей жизни, и ее внешность не является исключением. -Где твой лак для ногтей?-Его вопрос вызывает у неё приподнятую бровь. Она указывает на прикроватный столик, и Ксавье открывает верхний ящик. Там есть флакон лосьона для рук, стопка фотографий, скрепленных резинкой, записная книжка в кожаном переплете, довольно внушительный нож в ножнах и маленькая коробочка. -В коробке? - спрашивает он, не желая рыться в ее вещах больше, чем необходимо. По ее кивку он достает коробку и ставит ее на ее стол. Внутри находится базовый слой, верхний слой, ацетоновые салфетки, масло для кутикулы и около 5 разных флаконов черного лака для ногтей. Он смеется. -Они разных оттенков, - говорит Уэнсдей тоном, заставляющим его сказать что-нибудь. Привязанность разливается у него внутри. -Я уверен, что это так. Какой из них ты хочешь сегодня? Уэнсдей выбирает бутылку в форме черепа. Ксавье, побывавший на нескольких сеансах рисования ногтей Энид и Уэнсдей , теперь хорошо знает все этапы. Он разрывает салфетку для удаления лака и начинает стирать имеющуюся сколотую полировку с сильным нажимом. Он проводит несколько раз, так как черная краска очень стойкая. Когда удаление завершено, он приступает к нанесению прозрачного базового слоя. После того, как все ее ногти покрыты, он игриво поднимает ее правую руку и дует на пальцы. Он смеется, когда она морщит нос. Она закатывает глаза, притворяясь, что ее не забавляют его выходки. Как только базовый слой высохнет, Ксавье переходит к нанесению первого слоя черного лака. Он тщательно избегает ее кутикулы и боковых границ. К счастью, это не отличается от его любимого хобби. Он находит это успокаивающим. Непринужденная интимность процесса согревает его до глубины души. Когда он заканчивает с последним пальцем для первого слоя, он поднимает глаза и обнаруживает, что взгляд Уэнсдей прикован к нему. Он ухмыляется, и она отвечает медленным морганием. -У Энид есть белый лак для ногтей?- Спрашивает он. -У нее всевозможные тошнотворные оттенки, - шутливо произносит Уэнсдей. -Как ты думаешь, ей было бы все равно, если бы я одолжил белый? Я мог бы дать тебе несколько эскизов.Он представляет вещи, которые напоминают ему о Уэнсдей - острые предметы, змей и других жутких тварей, возможно, надгробный камень. -Я не могу представить, чтобы это ее беспокоило. Они у нее под кроватью в коробке из-под обуви с украшенным стразами фламинго. Ксавье берет белый лак и очень тонкую кисточку для деталей со стороны Энид, быстро целует Уэнсдей в макушку, прежде чем сесть обратно в свое кресло. Ловкой рукой он наносит еще один быстрый слой черного лака. Плавные звуки проигрывателя Уэнсдей заполняют пустое пространство, пока они ждут, пока высохнут ее ногти. Он находит время, чтобы насладиться видом девушки перед ним. Ее косы растрепались после долгого дня. Ее тушь немного переместилась на нижние веки, отчего темные тени кажутся еще ярче. На ней мягкий на вид черный свитер, который немного спадает с ее одного плеча - достаточно, чтобы он мог видеть тонкие кости ее левой ключицы, выглядывающие наружу. Ее полные губы потрескались, как будто она кусала их, как она делает, когда отвлекается и никого нет рядом. Ксавье испытывает непреодолимое желание укутать ее, но он боится, что она может укусить не самым веселым образом, если он зайдет так далеко. Вместо этого он наносит немного белого лака на кисточку для деталей и подносит ее правую руку близко к своему лицу. Он сосредотачивается на нанесении мельчайших штрихов, чтобы сформировать образ в своем воображении на мельчайших холстах. Он осторожно проводит ее пальцем немного влево, а затем вправо, чтобы получились плавные линии. Прядь его волос внезапно попадает в поле его зрения, и он дует на нее в надежде убрать с дороги. Маленькие прохладные пальчики заправляют пряди ему за ухо. Ксавье вздрагивает от ее нежного жеста, отрываясь от своего искусства. Глаза Уэнсдей усталые, но мягкие. Она властно приподнимает бровь. Он просто улыбается ей, стараясь показать ямочки на щеках, которые, как она отрицает, влияют на нее. Подергивание уголков ее губ - достаточный знак для него, что он очаровал ее - пусть и совсем немного. Он заканчивает рисунок на ее правом среднем пальце, переключаясь на левую руку, чтобы приступить к другому мотиву. Когда он закончил второе изображение, он покрыл все ее ногти прозрачным верхним слоем. Он осматривает свою работу довольными глазами, показывая, чтобы Уэнсдей наконец посмотрела. На среднем пальце ее правой руки изображен кинжал, с которого капает кровь, а на указательном пальце левой руки - роза с шипами. Движением руки Ксавье оживляет оба изображения - кровь на кинжале сочится с острых линий оружия, а лепестки розы медленно опадают. Ее губы снова подергиваются, чтобы он знал, что она довольна его выбором. -Спасибо, - говорит она, протягивая руку, чтобы обхватить его лицо. Он наклоняется навстречу ее прикосновению, запечатлевая поцелуй на ее ладони. -Конечно, - шепчет он ей в кожу, все еще пристально глядя на нее. Она смотрит в ответ, не моргая, но не безразлично. Ксавье чувствует себя счастливым, видя ее с этой стороны.