Moments

      Джефф смотрит на сообщение от Винес и прикрывает глаза. Очередная съёмка назначена на сегодня на двенадцать, а он уже хочет немного умереть. Последнее время ему жутко не везёт на фотографов, которые работают или медленно, или не очень качественно, переделывая фотографии в одних и тех же позах по пять раз. Сатур не понимает, что это за злой рок, потому что за десять лет в индустрии он сталкивается с таким непрофессионализмом только сейчас.       «Сегодня работаем через новую студию. Если понравится, тогда можем на постоянной основе фотографироваться именно у них», — парень читает ещё одно сообщение и скупо улыбается, пока никто не видит. Он ценит своего менеджера за то, что она умеет его слушать.       «Сомневаюсь, что мне понравится», — думает он, вспоминая, что ни одна студия фотографии не смогла впечатлить его настолько, чтобы он захотел заключить контракт на долгосрочное сотрудничество.       «Мне точно не понравится», — констатирует с сожалением Джефф, видя у штатива совсем ещё молодого фотографа. Такие, обычно, только научились держать в руках камеру.       — Добрый день, я сегодня буду вашим фотографом. Меня зовут Баркод Тиннасит, — парень замечает его и подходит, едва кланяясь и лучезарно, солнечно улыбаясь. «Слишком ярко», — фыркает про себя Сатур, искусственно улыбаясь в ответ и тоже кланяясь:       — Меня зовут Джефф Сатур, я рад с вами поработать, — фотограф ловит взгляд и улыбку, смотрит на губы модели, а Джеффу хочется закатить глаза, потому что это уже даже не смешно. Потому что каждый раз одно и то же.       Но парень сдерживает себя, зная, что сегодня им, в любом случае, работать вместе, поэтому направляется к визажистам и стилистам, которые готовят его к сегодняшней фотосессии.       Он поправляет пиджак на голое тело и застёгивает единственную пуговицу на животе, когда слышит тихое, но достаточно уверенное:       — Оставьте, так будет красивее, — Сатур снова криво улыбается, но прислушивается, отмечая, что, конечно, каждый второй фотограф пытается оставить на нём как можно меньше одежды. Джефф думает, как бы не уйти с фотосессии раньше времени, когда Баркод просит занять место на диване и принять первую позу.       Он думает, что все фотографии будут сквозить сексуальным подтекстом с его оголённым торсом и шеей, чертыхается про себя, что это не совсем то, что нужно для Mint, но отрабатывает добросовестно, старается слушать фотографа, отмечая про себя, что Баркод работает быстро и чётко, показывает хорошие, интересные позы, а после очередного кадра выдаёт, наклоняясь чуть вперёд:       — Вас очень любит камера, — и снова улыбается, красиво, естественно, и Сатур не замечает, что отвечает на эту улыбку своей, смотря в искрящиеся глаза напротив.       Фотосессия подходит к концу неожиданно быстро и наступает самый нелюбимый момент для Джеффа — просмотр отснятого материала. В последнее время на этом этапе слишком много кадров уходило в топку. Поэтому он не переодевается, оставаясь в полупрозрачной рубашке для последнего образа, и подходит к Тиннаситу, опускаясь рядом с ним на свободный стул.       Фотограф как раз выгружает последние фото на ноутбук и открывает для просмотра. А Джефф зависает с первого кадра. Для него не новость, что он хорошо получается на фото, именно поэтому он всегда мысленно ставил себе планку — «хорошо» не значит «отлично». Но то, что наснимал Баркод кроме как «отлично» он не может охарактеризовать. Ни в одной фотографии не чувствуется откровенный сексуальный подтекст, только лёгкая доля эротизма, которая и нужна, судя по выбору одежды. А ещё все фотографии, как одна эстетически настолько красивые, что Сатур, вроде, смотрит на себя, но будто видит другого человека.       Баркод молча листает кадры и с каждым последующим напрягается всё больше от затянувшегося молчания. В фотографировании людей он действительно новичок, поэтому не может здраво оценить себя, а сидящий рядом красивый, но хмурый парень как-то ситуацию не улучшает.       Тин перелистывает на последний кадр, на котором запечатлена еле заметная в уголках губ чужая улыбка и поворачивается к Сатуру, вглядываясь в его точёный профиль. Таких людей Баркод раньше не встречал, фотографировать Джеффа было до дрожи волнительно, но приятно и интересно. Жаль только, что они вряд ли ещё когда-то пересекутся.       — Эм, мы что-то оставляем? — Код прикидывает в голове, сколько у него уйдёт времени переснять всё заново, если парню вообще ничего не понравилось, когда Джефф смотрит в ответ глубоким пронзительным взглядом серых глаз с линзами, меняясь за секунду в лице и даже возмущённо выпаливая:       — Мы оставляем всё! Сбрось мне все фотографии на флешку, обработкой журнал займётся уже сам, — Сатур пребывает в каком-то пограничном состоянии, потому что он не ожидал такого результата. Он думал, что будет наоборот, поэтому сейчас разглядывает фотографа будто впервые.       Тиннасит слегка шокировано, но довольно перебрасывает всё, но не удаляет с ноутбука, как это делает обычно. Особенно его привлекает последнее фото, на котором видно хоть и почти незаметную, но искреннюю улыбку на привлекательном лице.       Джефф переодевается и снимает мейк, но никак не может выплыть из своих размышлений, пока менеджер не зовёт его, говоря о том, что запланирована встреча с представителями японского дома мод, и им нужно поторопиться.       Фотограф переминается с ноги на ногу, без фотоаппарата в руках будто теряя часть себя и своей уверенности, вручает Сатуру флешку и снова улыбается, заставляя чужое сердце пропустить удар. Странное и забытое чувство.       — Мне было приятно с вами поработать, Баркод, — парень складывает руки в «вай» и добавляет, не задумываясь, — оставьте свои контакты моему менеджеру, я думаю, что мы сработаемся, — он видит удивление на очаровательном лице и слегка усмехается, когда слышит тихое:       — Я буду рад дальнейшему сотрудничеству, Кхун’Джефф, — а потом смущённо добавляет, — и можно просто Код.       И Сатур не знает, можно или нельзя, но Баркод действительно превращается в Кода, а Кхун’Джефф вместо «Вы» становится просто Пи’Джеффом.       Сатуру максимально странно и непривычно встретить человека, который его буквально чувствует. Который ощущает настроение фотосессии так тонко, что Джеффу только и остаётся, что удивляться. Он не замечает, что в присутствии Тина всё чаще улыбается не натянуто-стеклянно, как того требует фотография, а широко и искренне, заливаясь смехом из-за забавных и очень уместных комментариев.       Баркод быстро и совершенно органично вписывается в его, Сатура жизнь, что традицией становится свободные после фотосессии вечера проводить в уютной кофейне на первом этаже здания.       — Почему фотография, Код? — Джефф смотрит на сидящего рядом парня, подперев ладонью подбородок и рассматривая Баркода, его длинные ресницы и лисьи глаза, слегка вьющуюся чёлку, аккуратный нос и пухлые губы. Да так зависает, что приходит в себя, когда эти губы начинают шевелиться.       — На самом деле, я люблю запечатлевать момент. Да, мы можем посмотреть на что-то красивое, — он поворачивается к Сатуру и смотрит в ответ, — но пройдёт немного времени, и эти воспоминания статут блёклыми и тусклыми. А фотография — это момент красоты, застывший навсегда, — Тин чуть более активно жестикулирует, чем обычно. Потому что нервничает, хоть и говорит о том, что любит. Джефф улыбается этому факту и перехватывает чужую ладонь, сжимая в своей руке. Его забавляет, насколько уверенным и собранным парень был с фотоаппаратом в руках, и как сильно волновался, оставаясь без него.       — Но разве не скучно фотографировать людей? — Сатур не замечает, как просто начинает поглаживать тонкие пальцы, тем самым успокаивая парня.       — Ну, я больше люблю фотографировать пейзажи, а в студии меня попросил поработать друг, пока они не найдут нового фотографа, — Код даже не пытается выдернуть свою руку, потому что приятно, потому что внимание и ласковая, нежная улыбка, совсем не такая, как при первой встрече.       Джефф прикусывает щёку изнутри, раздумывая над тем, сколько они уже работают вместе, месяц точно.       — И что, за месяц не нашли? — звучит грубее, чем Сатур хотел, и это явно отражается на чужом лице, Тин как-то горько усмехается, тянет пальцы из захвата и достаточно тихо отвечает:       — Нашли, но я… — его взгляд бегает по лицу напротив, — я решил задержаться пока тебе нравится со мной работать, — а потом до него доходит, что именно он ляпнул, — то есть, я имел ввиду, пока нашей студии получается удержать, такого челов…       Код распахивает глаза в неверии, но сразу же их прикрывает обнимая Сатура за шею. Джефф улыбается в чужие губы и целует смелее, гладит парня по щеке, обхватывает за талию и мягко касается языком верхней губы, когда Тин отстраняется, уперевшись в плечи.       — Пи’Джефф, подо… подожди, — он сглатывает и невольно смотрит на губы, растянутые в напряжённой, неестественной улыбке. Баркод тянется к ним и гладит пальцем, стараясь стереть это выражение, а потом поднимает взгляд и встречается с тёмным янтарём чужих глаз, — не улыбайся так, пожалуйста, в первую нашу встречу улыбка была такая же, — он видит, как Сатур становится откровенно расстроенным, потому что не привык так быстро открываться перед кем-то. А теперь отказ бьёт пощёчиной.       — Извини, я… — он прокашливается, оглядываясь вокруг, будто что-то ищет, — мне нужно…       — Я не против, Пи’Джефф, ты мне тоже нравишься! — Код понимает эту перемену и заминку, тянет Сатура обратно к себе в объятия, шепчет в шею. — С первой искренней улыбки нравишься, но если бы мы продолжили поцелуй, то мне было бы сложно остановиться и не начать тебя раздевать.       Джефф хмыкает, издаёт тихий звук похожий на «оу-у», и смеётся, расслабляясь и поглаживая горячую спину:       — Тогда предлагаю поехать ко мне, — тихонько выдыхает он, прихватывая губами мочку и удивляясь тому, как быстро он утонул в совершенно обычном на первым взгляд парне. И удивительно интересном, забавном и милом — на второй.       Код отодвигается и тянет Сатура за руку, оставив на столике деньги за кофе и десерты, но на парковке снова привлекает к себе. Вокруг достаточно темно и нет посторонних зевак, поэтому он целует ласково Джеффа и трётся носом о нос, мелко подрагивая:       — Я живу в десяти минутах езды отсюда, так что лучше ко мне.       — Так хочешь меня? — мурлычет Сатур, едва ли не подрагивая от резко накрывшего его жара. Он не знает, когда Код стал настолько интересным и желанным, но только сейчас осознаёт, что прикоснуться и поцеловать Тиннасита ему хотелось едва ли не со второй совместной фотосессии.       Баркод краснеет и радуется, что Джефф не может видеть его лица, потому что:       — Ты первый парень, которого я хочу…       И Сатур понимает, что именно значит эта фраза. Проникает ладонями под футболку, гладит поясницу и ощущает под пальцами, как кожа Тина покрывается мурашками.       — Код, тогда мы не будем торопиться и доходить до конца, если ты не захочешь, но поехали, я хочу сделать с тобой хоть что-то.       И они едут. Добираются за восемь минут, а в квартире Баркода, наконец, прикасаются друг к другу, раздеваются, притираясь кожа к коже, ласкают, трогают, трут чувствительные местечки и целуются так умопомрачительно много, что у Кода начинают покалывать губы.       Джефф обхватывает их, дрочит, двигая рукой, и ловит языком сладкие стоны, толкаясь им в податливый рот.       Они проводят ночь полную страсти и голодных, глубоких поцелуев, засыпая под утро, разморенные и уставшие, но очень счастливые.       А просыпается Сатур из-за копошения под боком и невесомых, лёгких прикосновений на шее.       — Ко-од, — хрипло тянет он и вовлекает Тина в нежный, ленивый поцелуй, наслаждаясь томной лаской утра. Когда Баркод отстраняется и видит красивую, чудесную улыбку, вскрикивает и просит:       — Замри, пожалуйста, Пи’, замри! — и вскакивает с постели, сверкая голой аппетитной задницей.       Он делает несколько снимков, запечатлевая момент чужого счастья, сверкающие в лучах утреннего солнца глаза и эстетичность обнаженного, красивого тела. Тин тихо произносит, опуская камеру вниз, и скользит взглядом, стараясь запомнить всё до мелочей:       — Ты же помнишь, что я люблю фотографировать пейзажи? — он светится своим собственным, лучистым счастьем, облизывая припухшие губы. — Когда ты улыбаешься по-настоящему, то напоминаешь мне лес в тихое весенне утро. Очень красивый лес.       — Лес, в котором ты нечаянно заблудился? — Сатур поднимается с постели и подходит ближе к Коду, сразу же ощущая его руку на своём плече, а губы на шее. Он прикрывает тёмные глаза и скользит пальцами от поясницы вниз, сжимая в ладонях упругие половинки и соприкасаясь всем телом.       — Лес, из которого я никогда не захочу выбраться, — подтверждает Тин, продолжая покрывать поцелуями ключицы и грудь, оставляя нежное касание губ поверх тёмных меток, которые ребятам придётся замазывать и чертыхаться на Сатура и его любовника, которые не умеют быть аккуратными.       А Баркод никогда и не научится сдерживаться, когда Джефф улыбается так, что теплота этой улыбки может растопить не только юное сердце, но и айсберг. Был бы Сатур на «Титанике», все бы обязательно выжили, Код наверняка это знает.