Moments

      — Какие у тебя планы на сегодня? — Джефф сонно прижимается к Коду сзади и чешет нос о затылок своего парня, не разлепляя глаз и поглаживая по животу. Ему не хочется вставать, выныривать из уюта их постели и снова попадать в мир, где нужно что-то делать и чего-то добиваться. И эти мысли, такие чуждые ему и непривычные появляются только утром, на грани сна и реальности, когда тело пытается отвоевать себе хотя бы ещё десяток минут отдыха, тепла и щемящей нежности от человека, который ворочается в его руках, утыкается лицом в изгиб шеи и обнимает поперёк талии, хрипло бормоча:       — Пока что план простой — спать. Потом может позанимаюсь корейским, начну проект для сле… следующего семестра, — Баркод зевает и обдаёт жарким выдохом чувствительную после сна кожу, заставляя её покрыться мурашками, — а ещё может поиграю во что-то, если ты ещё не вернёшься с меро…       — Поехали со мной, Код, — Сатур выпаливает это предложение, не задумываясь ни на секунду, потому что ему хочется сегодня как можно дольше быть вместе, чувствовать Тина рядом и заряжаться от него, как от солнечной батарейки.       Баркод немного удивлённо отстраняется, смотрит на Джеффа и спрашивает с интересом, слегка улыбаясь:       — Хочешь, чтобы сегодня в зале тайно был главный фанат твоего таланта? — Код игриво чмокает его в подбородок и урчит довольным котом.       — Хочу, чтобы не тайно. Как в прошлом году, когда я с Алеком выступал, помнишь? — Джефф поправляет спутавшиеся пряди своего мальчика, скользит пальцами по скулам и шее, гладит тонкие ключицы, — ты мне нужен сегодня рядом, я слишком сильно соскучился, чтобы тебя отпустить от себя.       — Пи’Джефф… — Баркод мнётся, прокручивает мысли и тонет в ворохе сомнений, — ты знаешь, что я всегда хочу быть рядом с тобой, хочу делить моменты счастья, но…       — Но? — Сатур не понимает, в чём проблема, заглядывает в тёмные глаза, обрамлённые этими невероятными ресницами, и ощущает какую-то непонятную горечь, а это «но» буквально кислит на языке.       — Но я переживаю за твою репутацию, переживаю, что такое частое появление в моей компании может навредить развитию твоей карьеры в тех странах, где такие отношения, как наши, запрещены, — и Тину не хочется об этом говорить, он всеми силами старался обходить эту тему, и его воля, он бы на каждом мероприятии торчал у края сцены, кричал и поддерживал своего возлюбленного яростнее любого самого преданного фаната, а после поднимался бы на неё и втягивал бы в долгий, полный любви поцелуй. Но у Джеффа впереди тур, начало очередного витка его жизни, и отношения с парнем могут бросить нехилую тень на его будущее.       — Мне кажется, что мы с тобой это обсуждали в самом начале, когда только сошлись, — Джефф хмурится, когда Код пытается отвернуться, и поворачивает его обратно к себе лицом, — и я говорил тебе, что для многих наше с тобой появление на публике — фансервис. Мы же живём в Таиланде, где все фанаты хотят верить в настоящие отношения между актёрами, но, при этом, видят фансервис даже там, где его нет. Код, — он придвигается ближе, почти сталкивая их носами, проговаривает серьёзно, без тени улыбки, — мы с тобой не делаем ничего такого, что могло помешать моей карьере, но никто не может запретить моей важному и близкому человеку быть рядом со мной. Если он, конечно, этого хочет.       — Хочет. Ты знаешь, что я всегда хочу быть рядом и таскаться за тобой хвостом, потому что мне мало твоего внимания и объятий, — Баркод сжимает парня сильно-сильно в своих руках, целует в голое плечо и бурчит, договаривает, — откинусь там у сцены, будешь потом меня откачивать.       — Я знаю один способ, — Сатур фыркает со смешком, перекатывается по постели, нависая над Тином и проговаривая в самые губы, — дыхание рот в рот всегда спасает, — и целует, укладывается сверху, понимая, что у них есть ещё немного времени для себя, чтобы начать этот день правильно.       Только это «правильно» затягивается немного дольше, чем они рассчитывали, поэтому душ принимают вместе, а завтракают уже в микроавтобусе, который везёт Джеффа на подготовку к выступлению.       Баркод окидывает взглядом комнату, косметические принадлежности Расики, всякие заколки, зажимы и гели для укладки Вина, а потом переводит взгляд на кровать, где лежит одежда для сегодняшнего образа Джеффа. И всё выглядит интересно, максимально необычно и точно подойдёт Сатуру, но вот кофта, которая чересчур просвечивается Баркода смущает.       — И ты будешь потом только в этом, когда куртку снимешь? — Код поворачивается к Джеффу, который жуёт банан и ждёт, когда Винчатра закончит колдовать с его чёлкой.       — Да, в этом, а что? — и его улыбка хитрая, довольная, напоминает Чеширского кота из мультика про Алису, которая не умела смотреть под ноги.       — Только под ней ещё телесный топ будет, — смеётся Расика, возвращаясь в номер.       — Могла бы и не выдавать секрет раньше времени, — фыркает Сатур, ведёт себя, как мальчишка, а не взрослый, опытный артист. В нём так гармонично существуют, живут эти две личности, что Баркод просто каждый раз заворожённо смотрит на него, влюбляясь только сильнее.       — Если бы я не сказала, Тиннасит взял бы с тебя обещание, что ты будешь всё выступление в куртке, — девушка берёт базу под макияж и подходит к музыканту, приподнимая его лицо за подбородок, — и у нас был бы варёный Джефф Сатур.       — Согласен, Тиннасит на такое способен! — Джефф показывает своему парню язык и разражается смехом, когда слышит:       — А нечего Воракамону выделываться, — и включает режим ожидания, наблюдая за тем, как быстро работают стилист и визажист, не портя красоту Сатура, а только выделяя и подчёркивая её, делая более выразительной и сияющей.       И Джефф сияет, сверкает, как солнце на сцене, колышется на волнах всеобщей любви и наслаждается тем, как фанаты поют его песни, вторят каждой ноте, которую он тянет, и дарят ему самые искренние улыбки.       А Сатуру хорошо, ему просто замечательно, потому что Баркод так близко, его не нужно прятать и скрывать, как грязный секрет, его не нужно вылавливать украдкой и исподтишка в толпе людей, а можно просто повернуться, встретиться с влюблённым взглядом таким же своим, а потом вообще отдать микрофон, чтобы разделить на двоих песню, которая стала судьбоносной и знаковой не только для Кима и Порчэ, но и для них с Баркодом.       Сегодня вечером ему можно всё, решает Джефф и выпаливает так, будто это что-то обыденное: «Вообще, один из тех, кто пришёл сегодня, это мой партнёр, Баркод». И он мимолётно видит этот взгляд, в котором удивление, робость и кипящая любовь смешиваются, создавая водоворот и затягивая в него, как в омут все сомнения и страхи.       Баркода пробивает дрожь от макушки до кончиков пальцев ног, когда он слышит эти слова. Они давно друг для друга гораздо больше, чем Пи-Нонг, чем друзья или коллеги, и Тин знает это. Но когда Джефф произносит во всеуслышание «партнёр», для Кода это настоящие признание в том, что они абсолютно равны. Нет старшего или младшего, опытного или не особо, есть только Джефф и Баркод, партнёры. И не только по сериалу или созданию песен, они партнёры по жизни, которую они разделяют ровно пополам. Парню хочется на сцену, хочется сжать Сатура в руках, подтвердить, что да, они партнёры, и что ничто не сможет этого изменить, буквально пылает этим желанием, но заставляет себя остаться на месте, чтобы не сделать эту фразу Джеффа их общим каминг-аутом. И возможно однажды, они и правда всем расскажут о своих отношениях, хотя для них это настолько ценно и близко, что они согласны жить в своём маленьком замке, не делясь ни с кем своим счастьем.