Sincerity

— По одной? — По одной. Тойа достал с пластика две таблетки. Одну закинул в рот своему товарищу, вторую себе. Запивать было нечем, поэтому слюна делает своё дело. Таблетка не мгновенного действия, к сожалению. Аояги откашлялся. Такое чувство, что морфин застрял у него посреди трахеи. Парень судорожно глотал слону и пытался протолкнуть вещество дальше по организму. У Акито всё проходило менее болезненно. Препарат даже начал своё действие. Шинономе откинул голову назад и скатился по стене какого-то дома вниз. Время уже было давно заполночь. Фонарей в этом месте не было. Тьма кромежная. Как будто они попали в другое измерение, куда не достаёт свет и ни единая живая душа не забредёт сюда. Спокойно. Видимо препарат уже начал своё действие и в организме Аояги, поэтому парень сел где-то рядом со своим другом и закрыл глаза. — Знаешь, сейчас и звёзды стали красивее, и на душе кошки не скребуться. Акито вновь стал нести бред. Они идут как всегда по одному сюжету. В их жизни уже долгие два года ничего не меняется. Такой же переулок и похожая доза наркоты ежедневно вечером. Тойа сжал руку своего друга. По дозой у него начинается приступ тоски и осознание своей гнилой жизни. Может время и ему поделиться своими бредовыми мыслями? — Ты тоже стал красивее, когда такой расслабленный. Шинономе недоверчиво посмотрел на своего товарища. Какой либо иной реакции ожидать и не нужно было. Он как всегда ему не верит. Рыжий всегда считает, что это только действия наркотиков и в этом нет ни капли искренности. Только он не знает одного, только под препаратами Тойа становится как никогда правдивым в своих словах, действиях и эмоциях. Ты такой дурак, Акито. Уже много добрых лет не замечаешь ничего. Ты всё также мне не веришь? Луну скрыли тучи. Стало совсем темно. Хотя звёзды продолжали ярко светить. Шинономе был прав, когда говорил что они стали красивее. Если не всматриваться то никогда этого не заметишь. Сейчас же на звёзды смотрит не только Тойа. Акито тоже увлечён ими. В его глазах они сверкают ещё ярче. В комнате полной искусства я бы по прежнему смотрел на тебя. Спустя несколько минут полнейшей тишины и молчания Тойа поворачивается к его другу. Кажется ему недостаточно тех ощущений, что он имеет сейчас. Хочется полностью забыться. — Может ещё по одной? Аояги шепчет. У него нет сил говорить громко. Акито лишь слабо кивает. Тойа с пластика достаёт ещё две таблетки. Одну закидывает себе под язык, а вторую держит в пальцах, якобы намекая. Рыжий сначала даже не понимает, что от него хотят, в тупую смотря на руку своего товарища. После того, как до Шинономе дошло, он послушно открывает рот и Аояги ложит препарат уже под его язык. Взгляды у обоих притупленные. Тойа держит руку своего друга, иногда укрепляя, а иногда послобляя хватку. Ему нужно чем-то занять руки. Глаза Акито практически закрыты, но Шинономе не даёт им закрыться окончательно. Он смотрит на Аояги. Парень уже абсолютно себя не контролирует. — Ты тоже очень красивый. Рыжий тоже шепчет. У них нет желания переходить на полноценный тон. Как будто если они скажут что-то очень громко то всё испортят. Его горячее дыхание остаётся на лице парня. Тойа молчит. Он не знает что ответить. Даже боится. Лишнее слово может завести его в тупик в лабиринте чувств, с которого наверное выхода и нет. Аояги берёт такое же горячее лицо своими холодными пальцами и приближает ко своиму. Они создают неплохой контраст и Шинономе морщится от неожиданного холода. Тойа не знает что делать дальше. Парень в принципе ничего не знает и не понимает. Как будто он уже завёл себя в тупик. В тупике с начала их общения. Тойа выдыхает таким же горячим воздухом и целует своего товарища. Его губы холодны, а у Акито они как пламя. Пламя как и он сам. Яркое, тёплое и такое живое. Его присутствие помогает согреться даже в самую холодную ночь. Шинономе даже не сопротивляется. Он тоже этого хотел. Он тоже что-то чувствует. Возможно Акито до сих пор отрицает честность и реальность происходящего. Только препараты помогут им быть вместе. Это звучит отвратительно и до боли печально, но такова жизнь. После отхода они даже не прикоснуться к друг-другу. Будут снова обмениваться монотонными фразами. Идти по сценарию, прописанному для них заранее. — Ты выглядишь потрясающе. Твои рыжие волосы выглядят как солнечный закат. Твои глаза - два дрогоценных камня, сияющие ярким янтарём. В трезвом состоянии я никогда не пойму насколько ты прекрасен. Я хочу стать твоей собственностью. Твои розовые щёки выглядят такими живыми. Ты как солнце, которое освещает тьму внутри меня. Почему ты никогда этого не понимал? Почему ты всегда считал мои слова очередным бредом? Почему ты хотя бы сейчас не можешь быть со мной окончательно и свести меня с ума? Ты не представляешь как я этого желаю. Эта жизнь полна мрака и только ты делаешь её счастливой. Пойми что я чувствую. Аояги шепчет, хотя его голос был на грани срыва. Он не хочет нарушить ночную идиллию. Акито снова молчит, а его глаза начинают блестеть. Шинономе хочет что-то сказать, но ничего не выходит. Парень просто в тупую смотрит в глаза своему другу. Может тоже чего-то боится или пытается убежать от чего-то. Наверное в этом состоит вся их жизнь. Убегать от своих проблем и бояться. Только сейчас Тойе нужны хоть какие-то слова. Могильная тишина давит на него. Ну почему ты всегда молчишь. Почему ты не можешь сказать того, что чувствуешь ко мне. Почему ты мучаешь меня? Без тысячи ожидаемых слов Шинономе просто целует Тойу. Как будто у него отняло дар речи. Как же Аояги хотел услышать его голос. Его прекрасный хриплый шёпот. У Акито руки такие же холодные, когда он гладит своими пальцами по шее Тойи. По коже бегают мурашки. Рыжий продолжает обцеловывать губы своего партнёра, параллельно помогая ему подняться с холодной земли. Они обпёрлись об ещё более ледяную стену какого-то здания. Так холодно и мрачно, что аж тошно. Наверное это только их постоянно преследует эти два ощущения. Для счастливых людей даже самая тёмная ночь может стать тёплой и полной комфорта. Тойа ближе жмётся к Шинономе, как будто хочет влиться воедино. Стать одним целым. Думать одними мыслями, говорить одними словами, существовать с едиными ощущениями. Акито отстраняется и дышит в губы Аояги. Его рот открывался, а после закрывался. Он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Его мозг также не варит, как и у Тойи. Они руководствуются только чувствами. Они разучились думать. Хотя возможно здравый смысл только всё испортит. — Я люблю тебя. Ты не представляешь как. Тойа дождался. Хриплый шёпот. Только от него не спокойно, а хотелось разрыдаться. Эти слова могут быть сказаны только под препаратом. В трезвом состоянии у них нет не доли ни искренности, ни уверенности проговорить это вслух. Они обречены на несчастье. Ромэо и Джульетта нарко-реали. Они снова соприкоснулись губами. Каждый осознавал несчастливый финал этой истории. Когда их жизнь докатилась до такого? Аояги почувствовал горячие слёзы Акито на своих щеках. Они сейчас полностью правдивы с друг-другом. Правда иногда бывает очень горькой и печальной. Большим пальцем Тойа убрал слёзы с щёк своего партнёра, а после зарылся пальцами в его рыжие локоны. Его волосы были такими мягкими, на пальцах приятные ощущения. Даже сейчас Шинономе выглядел потрясающе. Не хочется его никуда отпускать. Хочется продлить это мгновение на несколько веков вперёд. Хочется навсегда забыть как думать. — Ты красивый когда плачешь. Сейчас можешь дать волю своим эмоциям. Ещё не утро. С глаз Акито снова слёзы. Они стекают тонкой струйкой по его щекам и падают на холодный асфальт. Аояги его прижимает к себе всё ближе и ближе, насколько это возможно, хотя в глубине души тоже хочет заплакать как маленькая девочка. Шинономе, когда слёзы блестят на его глазах, выглядит намного прекрасней. Днём искренности в них нет от слова совсем. Всё до жути наигранно. От этого становится ещё более грустно. Интересно, наступит ли когда-то момент, когда они перестанут врать друг-другу? Когда наконец-то они выскажут всё что им царапало душу долгое время. — Тойа, пообещай мне что никогда мне не будешь врать по ночам. Не ври мне когда мы одни, когда слышим только друг-друга. Дай насладиться этой прекрасной искренностью с твоих уст. — Обещаю. — Прости. За что? Никто не знает, даже сам Аояги. Ему нужно было что-то сказать, хотя в этом простом слове таится многое. Самое запоминающейся мгновение из его жизни это тёмный переулок, наркота и рыдающий Акито в его объятьях. Он продаст душу за то, что бы видеть Шинономе таким каждый вечер. Хотелось бы и днём, но это уже за гранью их возможностей. Акито вроде уже успокоился и просто стоит. Он не шевелится и ничего не говорит. Слышно только его сбитое дыхание и ускоренный стук сердца. Хотелось застыть в этой позе навечно. Хотелось что бы завтра никогда не наступало, а время остановилось. Когда матушка-судьба раздавала людям счастье на них походу не хватило. Но пока они сейчас стоят вместе можно забыть обо всём и быть счастливым. Даже если это на каких-то жалких несколько часов. Эта ночь принадлежит только нам двоим. *** Завтрашним днём Тойа встречает Шинономе у своего двора. Он стоит с сигаретой в зубах. Даже сейчас, когда идеально видны его мешки под глазами и шрамы от ожогов сигарет на пальцах он выглядит прекрасно. Он всегда будет так выглядеть. Аояги больно при виде его. Он не забыл ничего что говорил вчера. Не забудет никогда. Не забудет и обещание что дал. Но он как всегда он спокойно подходит к нему и монотонно произносит уже надоевшие слова. — Дашь перекурить? — Дам. Акито тоже отвечает монотонно. Он знает что ему на самом деле хочется сказать. Он никогда этого не скажет. В их словах нет никаких эмоций, хотя хотелось прокричать о том, что на душе засело. Они обречены на несчастье. Эта мысль не даёт покоя, хотя оба уже смирились с ней. Хорошо что существует ночь и морфин, когда Тойа может побыть с Шинономе вместе. Когда могут слушать стук сердца обоих, когда не слышат ничего. Они оба надеются на повтор. Осталось пережить этот тошнотворный день.