Госпожа Зима

Он любил охоту. То мгновение, когда палец нажимает на курок и сердце в груди замирает в предвкушении. Мгновение, когда во рту появляется мимолетный вкус чужой крови, а в венах разливается сила. Твоя сила. Над судьбой, над природой, над чьей-то жизнью. Это чувство пьянит, пульсируя в венах и вызывая привыкание. Оно толкает его вперед, змейками поднимается вверх по всему телу и шепчет сладко о том, насколько он силен и опасен. Сулит удачу и могущество. И он идет, подгоняемый этим чувством. Этой жаждой. Вот только сегодня ему не везет. Ледяной воздух обжигает легкие, впиваясь в тело сотнями острых игл. Тяжелое ружье неумолимо тянет к самой земле, так и норовя выскользнуть из замерзших пальцев, а ноги глубже увязают в высоких сугробах. Что-то сегодня не так, это точно. Новый лес встречает его враждебно - смотрит зло желтыми, совиными глазами свысока, скользит переплетением корней под ногами, стремясь запутать. Он точно знает, что незваный гость ищет в его глубинах и зачем пришел. Итан позволяет себе сгорбиться от усталости и перевести немного дух. Зимние сумерки медленно опускаются сверху, и высокие деревья под их натиском скрипят натужно и болезненно. Лес смотрит на него со всех сторон, дышит в спину и медленно подбирается ближе, распахивая в предвкушении холодную пасть. - Ну уж нет, я не могу уйти сегодня без добычи. Парень выпрямляется, выдыхая облачко теплого пара, и отточенным движением закидывает ружье на плечо. Отступать уже поздно, вереница волчьих следов ведет его дальше, в самые дебри. Снег под ногами тихо хрустит, разбавляя холодный воздух вокруг. Итан игнорирует его, вслушиваясь только в тишину, таящуюся в тени застывших вокруг деревьев. Мир вокруг словно теряет четкость, оставляя лишь самое важное – звуки и свежие отпечатки на снегу. Чувства обостряются, и он привычно проваливается в них, погружаясь в самую глубину. Больше всего сейчас парень похож на гончую, крадущуюся по чужому, петляющему следу. Именно поэтому он настороженно и непонимающе замирает на месте, когда слуха касается нечто странное. Сначала это походит на завывания ветра в трубах во время метели, затем плавно перетекает в первую весеннюю капель и только потом получается различить отдельные слова. - Я переплавила пули из твоих ран в слезы серебра… Пение доносится со всех сторон, мягко сочится по рыхлому снегу, подбираясь ближе. - Я отгоняла сиянием тех, кто пришел за тобой в темноте. Тонкая девичья фигура плавно скользит между деревьями. В вечернем сумраке ярким костром полыхают рыжие волосы, густой мглой скользит по ногам длинное платье. - На рубежах расставлены псы, только дай сигнал отправятся рвать. И не прощаясь в самый последний раз не говори о беде. Она появляется перед ним совершенно неожиданно. Прекрасная, словно богиня и нереальная, словно видение. Ее голос, тихий и чарующий, неожиданно таит в себе странную мудрость и усталость. Девушка останавливается всего в паре метров и задумчиво склоняет голову на бок, и Итан вдруг испуганно отступает назад. Холодный взгляд звериных глаз прошивает его насквозь. Парень нервно сглатывает, невольно пряча ружье за спину, и осторожно улыбается незнакомке. - Вы потерялись, мисс? Чаща леса не самое лучшее место для прогулок. Могу ли я… Он замечает странный груз за спиной девушки: на плетенных из еловых веток санях раскинулась большая туша оленя. Величественные рога безвольно опущены, оставляя за собой длинную борозду на снегу, а темная шерсть уже покрылась тонким слоем инея. Сколько она уже здесь? -…помочь вам? В голове что-то щелкает, заставляя сердце остановиться на мгновение. Неправильно, неправильно, неправильно. Это не может быть взаправду! Что же это? Каков шанс встретить в чаще леса хрупкую девушку в одном только тонком платье, босиком по колено снегу и с добычей, непосильной для столь нежного создания? Незнакомка делает осторожный шаг вперед, заставляя Итана в страхе выхватить из-за спины припрятанное ранее ружье. Холодный металл упирается девушке точно в грудь, но она, игнорируя его, медленно наклоняется ближе, и ее тихий шепот заставляет кровь в венах стынуть. - Человек…Убирайся прочь. *** Она появляется с первыми крепкими морозами, последними закатными лучами и волчьим тоскливым воем. Когда в лесах становится мало добычи, а люди нещадно гонят далеко вперед, убивая тех, у кого не осталось сил защищаться или бежать. Волки прячутся в ночном сумраке, в бессилие зализывают раны и воют. Воют протяжно и больно, взывая к Ней – своей личной богине Амари. И Она приходит, принося с собой тепло и защиту. И волки готовы грызть за нее чужакам глотки, сражаясь из последних сил и отдавая жизнь, а она готова на все, лишь бы этого не случилось. Потому что они ее семья. *** Выстрел оглушает, выбивая из тела остатки самообладания. Так странно…Куда пропало то пьянящее чувство? Вместо него остается лишь страх. Он больше не охотник. Руки не слушаются, а перед глазами все плывет. Он жертва. Сердце мечется в груди, готовое вот-вот вырваться наружу, ломая ребра. Почему ему так страшно? Итан обессиленно отступает назад, путаясь в ногах, и с трудом заставляет себя снова вскинуть ружье. Нужно бороться. Вот только с кем? На снегу, чуть припорошённая снегом, лежит чужая добыча. Девушка пропала. - Раз, два, три, четыре, пять не пора ли? Значит я иду искать, и все как в детстве, только пара правок в правилах, подметим… Холодное дыхание обжигает кожу на шее. -Есть одна жизнь, кто плохо спрятался – тот съеден! Все происходит в считанные мгновения. Итан резко разворачивается назад и, вкладывая в удар всю нахлынувшую ненависть, бьет прикладом, ориентируясь на звук чужого голоса. Ведьма хохочет и без труда отскакивает на несколько метров назад. Ее босые ноги едва качаются снега, не проваливаясь и не оставляя следов. Волосы рыжим росчерком мелькают между деревьями. Она снова оказывается позади охотника. Парень бросается вслед за ней, поднимая ружье. Слышится новый выстрел. Девушка снова исчезает. Итан дышит тяжело и часто, словно загнанный в ловушку зверь, и нервно озирается по сторонам. Тишина давит на него, сводит ума. Лес изучает его со всех сторон с интересом ребенка, заполучившего новую желанную игрушку. -Глупый, глупый человек. Он находит ее на одной из веток соседнего дерева. Ведьма стоит на самом краю, но тонкий прут под ее ногами даже не качается. Она смотрит на него сверху вниз, и в ярко-зеленых глазах горит странный, холодный интерес. -Неужели ты не понимаешь, что я даю тебе шанс сбежать? Разве тебе не дорога твоя жизнь? Беги же, ну. Девушка устало склоняет голову набок, и рыжие волосы мягко скользят по ее плечам. -Мало того, что вы, люди, не цените чужой жизни, так еще и о своей не заботитесь. Ведьма перепрыгивает на другую ветку, не сводя взгляда с человека. - О скольких потерях и боли поведала мне моя семья. Сколько страха я видела в глазах детенышей. Отступи. Я сильнее тебя, и я готова сражаться до последнего. Только сейчас Итан замечает, что из ее рта не идет пар. Хотя сейчас подобная деталь уже не вызывает в нем удивления. Она чудовище, и это, пожалуй, единственное, что он действительно понимает сейчас. - Они позвали меня, и я пришла. Пришла, чтобы защитить их. Слышишь, охотник? Я защищаю их от таких как ты. Отступи. А иначе я убью тебя. Заледеневшие, тяжелые руки безвольно и медленно опускаются вдоль тела. Итан осторожно закрывает глаза и выдыхает. Он так устал, так что если и правда отступить? Ноги сами ведут его обратно, туда, откуда он начал этот путь. Амари внимательно следит за странным человеком, пришедшим к ней утолить свой голод в чужой крови. Все они такие. Все идут к ней, ведомые непонятной ей жаждой. Глупые, глупые люди. Глупые и ужасно предсказуемые. Итан доходит до края этой небольшой поляны и крепче сжимает в пальцах холодный металл своего ружья. В груди быстро разгорается знакомое, горячее чувство. Оно переполняет сердце и разливается горячей волной по артериям. Привычно гонит его вперед, мешая отступить. - Охотник не может стать жертвой. Я обязательно докажу это тебе, Ведьма! Он разворачивается и вскидывает ружье, полный отчаянного и глупого желания бороться. Да, наверное, именно так чувствует себя полевка, когда на нее сверху, широко расправив крылья и выдвинув острые когти, пикирует сова. Время вокруг них двоих замедляется в несколько раз. Парень может поклясться, что видит, как медленно с ветки падают комья снега, как замирают верхушки голых деревьев и то, как веером рассыпаются в воздухе рыжие волосы. А впереди только ярко-зеленые глаза. Ему кажется, будто он проваливается под лед, и мутная вода смыкается над его головой. Неужели это конец? *** Кружатся в ночном воздухе крупные хлопья снега. Беззвучно оседают на густых волосах и ресницах, цепляются за подол черного платья и скользят ниже, к самым ногам. Она сидит среди корней старого дерева, на подстилке из сухих прошлогодних листьев и вечнозеленого мха. А вокруг, удобно устроившись у ее под боком и на коленях, тихо сопят сытые волчата. Амари тепло улыбается, осторожно поглаживая их по жесткой шерсти, и тихо напевает себе под нос строки, услышанные когда-то у людей: - Я люблю тебя, значит с тобой ничего не случится. У стаи снова есть добыча, а значит они смогут протянуть еще немного. Она останется с ними до весны. До первых капелей и звонких ручьев, до первых теплых лучей солнца. - Вот мое крыло, это тебе станет защитой. Я люблю тебя, значит с тобой ничего не случится. Тихо скрипит снег перед ней. Огромный волк тяжело дышит – перевязанные бока с трудом поднимаются, причиняя ему, должно быть, ужасную боль, но он все равно остается гордо стоять. Девушка поднимает на него глаза, а после низко склоняет голову, выражая свое почтение. Вожак стаи вздыхает совсем по человечьи, выпуская облачко горячего пара, и тоже вдруг склоняется перед ней. И девушке не нужны никакие слова, чтобы понять, насколько он благодарен ей. Стая спит, заключив ее в плотный круг, согревая и оберегая. Они все часть нее, а она…Она - это целое, хранящее их покой вот уже не первую сотню лет. Она Амари – волчья богиня и старая позабытая легенда, написанная людьми.