Под крылом врага

      По возвращении к Итану, Карл заметил одну любопытную вещь, которая не давала ему покоя. Итан сидел на полу в луже крови, выдрав из кожи нитки, но рана была затянутой и абсолютно чистой. Подняв мужчину за руку, прикоснулся к белому шраму, пройдясь пальцами по всей длине. Раз человек пережил нападение ликанов и до сих пор не обратился в мохнатую тварь, а способности к регенерации у него имеются, в голове Гейзенберга возникла интересная мысль. — Пошли за мной, нужно провести над тобой один эксперимент. - бросив многозначительный взгляд на Уинтерса, Лорд вышел, направляясь к лестничному пролету, прислушиваясь к шагам человека, идущего позади. — Что еще за эксперимент? Что ты задумал? — уже стоя около лестницы, спросил Итан. В глазах читалось сомнение, но Карл чувствовал, что человечишка ему, хоть немного, но доверяет. Это казалось Карлу довольно глупым, поскольку он не раз пытался убить Итана, но человеческий мозг казался для него настоящей загадкой, а ломать над этим голову пока не хотелось, да и убивать пока что тоже. — А тебе самому не кажется странным, что только два дня назад ты не мог стоять на ногах и был как кровавый фонтан, а сейчас вполне твердо стоишь на ногах, м? — на какое-то время он шел молча, обдумывая сказанные Карлом слова. Гейзенберг вел его по круговой лестнице все ниже и ниже в темную обитель своей фабрики — подвал. Уже будучи знакомым с парой существ Лорда, Итан понимал, что или кто еще там может находиться, но старался не представлять ужасных картин, хватит с него потрясений. Проведя рукой по затянутой ране, Уинтерс снова прокрутил в голове слова своего нового союзника, что происходит с его телом? Да и с ним тоже. — Будь готов почувствовать новую порцию боли, Уинтерс. — ехидная усмешка снова появилась на лице седовласого мужчины, Итан поежился. Они остановились перед массивной дверью со старой краской и следами крови в некоторых местах, в самом низу были видны следы от ногтей. — Ты так и не ответил на мой вопрос. — О, а это ты сейчас сам узнаешь, — сняв шляпу, он указал ею на дверь. — После тебя.       Толкнув дверь, взору предстала просторная операционная. Полы были покрыты старой треснувшей плиткой, запачканной кровью. На стенах висели старые рисунки с анатомическими рисунками человеческих органов и тела, в некоторых местах были чертежи различных деталей и запчастей. В центре стоял операционный стол с ремнями, над ним висела массивная лампа, около него был небольшой столик с различными хирургическими инструментами, в перемешку с отвертками, гвоздями и молотком. Напротив двери была ширмочка, отделяющая небольшое пространство от всей комнаты, откуда доносились громкие постукивания. Подойдя к ширме, Карл отодвинул её, показывая Итану свое небольшое изобретение. На большом столе находился аккумулятор, от которого отходило множество проводов, прикрепленных к металлическому подносу. Внутри лежало подобие человеческого сердца, истыканное лампочками, железными листами и болтами. — Что скажешь? — нажав на маленькие кнопочки, зажглись красные лампы на механическом сердце и она начало биться, подобно тому, что стучало в грудной клетке Итана. — Хочу проверить, подойдет ли оно для живых существ, чтобы избежать их быстрой кончины от пулевого ранения в грудь, но добровольцев пока не нашел. — Сомневаюсь, что кто-нибудь добровольно согласится на это. — подойдя ближе, он взглянул на творение Гейзенберга, восхищаясь столь любопытным явлением, но показывать удивления не стал, прячась за маской равнодушия. — В этом то и весь азарт, что добровольца выбирать только мне. — Карл засмеялся, отключая сердце, нажав на вторую кнопку аккумулятора. — Ну ладно, мы здесь не за этим. Видишь вон тот стол? Тебе туда.       Подтолкнув рукой Итана к центру операционной, Карл отложил шляпу на стол с сердцем и стянул пальто, поворачиваясь к человеку. Уинтерс стоял неподвижно, нахмурив брови. — Не испытывай моего терпения, пока даю тебе возможность двигаться самому — пользуйся. — Засучив рукава черной кофты, он подошел почти вплотную, заглядывая в глаза блондина. — Зачем? — на лбу проступили морщинки, а в глазах отразилось недоверие. — Блять, Итан, не задавай лишних вопросов. Сказал ложись, значит ты должен повиноваться и сделать, пока это не сделал я. — Лорд вспылил, схватил человека за руку и швырнул на операционный стол, после чего махнул рукой и на руках и ногах застегнулись наручники. Итан начал дергать руками, пытаясь освободиться. — Что все это значит, чертов ублюдок? — голос сорвался на крик. — Я хотел обойтись без оков, но ты не оставил мне выбора. Сейчас лежи молчком и не брыкайся, иначе может быть намного больнее. — взяв с рядом стоящего стола скальпель, Гейзенберг обхватил ладонью предплечье Итана и вошел лезвием глубоко в кожу, оставив длинный разрез вдоль вен. С губ Уинтерса сорвались проклятья, а на глаза проступили слезы. Отложив скальпель, залез в карман и достал небольшую коробочку с черным порошком внутри. — Если мои предположения верны, то сейчас тебе будет чертовски больно. Но если я ошибся, то есть вероятность твоей смерти. — взяв небольшую шепотку порошка, Карл посыпал его поверх пореза и отошел. Кровь впитала в себя неизвестное вещество, после чего запенилась и окрасилась в черный цвет, так же как и вены на руке Итана приобрети темный цвет. Уинтерс сжал руку в кулак, впиваясь ногтями в кожу ладони, оставляя синие следы. Спустя пару минут глаза Итана не на долго окрасились в черный. Гейзенберг улыбнулся, поскольку его предположение оказалось верным, Итан имеет иммунитет к инфекции ликанов, но при все при этом, он получил способность к регенерации, силу этих тварей и ночное зрение, а так же жизнь его будет дольше человеческой, но обращаться он не сможет. — Поздравляю, Итан, теперь ты, почти, один из нас. — снова подойдя к лежащему блондину, Карл нагнулся к предплечью и примкнул к порезу, оставляя след от укуса. — Что это все, блять, значит? — он ошарашено посмотрел в желтые глаза, на мгновенье окрасившиеся в черный. — Ты на половину стал ликаном, скажем так, подобием моих ручных тварей. Превращаться в одичавшее и безмозглое существо ты не сможешь, но их повадки у тебя будут. К тому же, теперь у нас с тобой имеется связь, хоть и непрочная. — вытерев ладонью губы, Гейзенберг улыбнулся, махнул рукой и наручники спали, освободив Итана. — Какая еще связь? И как так получилось, что я подобен твоим псам? — вскочив с операционного стола, он провел здоровой рукой по новому порезу и задержался на месте укуса. — Ну смотри, Итан, мои ликаны напали на тебя два дня назад, чуть ли не разодрали в клочья, но ты остался жив, не без моего вмешательства, конечно же. Осмелюсь предположить, что ты успел ранить одну из тварей и кровь со слюнями попали в раны и случилось объединение ваших ДНК. — Карл сделал шаг к блондину, — а наша непрочная связь образовалась в тот момент, когда я тебя укусил, но чтобы её укрепить, нужно сделать нечто другое.       В желтых глазах промелькнула искра, Итан попятился назад и уперся в стол. Гейзенберг начал смеяться со столько банальной реакции человека, делая шаги ему навстречу, пока их не стал разделять один шаг. Протянув грубую ладонь, Лорд схватил Уинтерса за подбородок и приподнял его, заставляя посмотреть в глаза. — Я же уже сказал, что не стоит меня бояться, раз ты безоружен. — Он сделал последний шаг, — твоя слабость и попытка казаться смелым довольно милы, Итан.       Их лица были довольно близки друг к другу, Уинтерс чувствовал на своей коже теплое дыхание Лорда, а жалкое сердце вот-вот могло выскочить из груди, оставив его одного. Гейзенберг все еще держал Итана за подбородок, не разрывая зрительного контакта. — Чтобы укрепить образовавшуюся между нами связь, тебе нужно позволить мне овладеть твоим телом и разумом, после чего я смогу чувствовать тоже, что и ты. — Карл опустил руку, — к примеру, если тебе будет больно — это почувствую и я.