Рождественские прятки

      Маленький северный городок Брам, где люди видят снег чаще, чем друг друга – именно там рос малютка Финн, которому только неделю назад исполнилось шесть лет. Он был сиротой. Его родители умерли от болезни, которая погубила не мало жизней пять лет назад. Но несмотря на это он рос жизнерадостным пареньком, будучи тем самым ярким солнышком, что ослепляло даже самых хмурых стариков, а свет его улыбки и звон заливистого смеха, отражаясь от сверкающего снега, вселяли в людей светлую энергию и заставляли их улыбаться.       В Браме жило, по меньшей мере, человек сто, а то и меньше, и поэтому все жители знали друг друга, как своих родных, а некоторые так и общались, называя своих соседей «тётушкой», «дедушкой», «сестрёнкой» и так далее.       Близилось Рождество, в честь которого город был увешан чудесными гирляндами и игрушками. В центре Брама уже который год красуется зелёная ёлка, вырубленная местным слесарем Маркусом. Из года в год все жители содействуют украшению ели, благодаря чему она получается просто незабываемой.       В тот день, 24-го декабря, светило яркое солнце, а мороз слегка пощипывал кожу. Финн вместе со своими друзьями играл в снежки у той самой главной зелёной красавицы Брама. Неожиданно для всех в город явился человек, одетый в чёрную накидку с капюшоном, полностью закрывающим его лицо.       — Всех жителей Брама прошу через 10 минут собраться на центре города для объявления важного известия! — голос говорившего был на столько громким, что у стоящих неподалёку людей заложило уши. Однако голос был не только гулким, но и ужасно хриплым, от чего рокот, созданный этим незнакомцем, не стихал ещё несколько секунд. Дети от сильного испуга начали плакать, а их мамы успокаивать своих мальцов.       Несмотря на сильный страх, все жители собрались в центре Брама, окружив в кольцо мужчину в чёрном в ожидании этого самого «важного известия».       — Уже вечером в ваш город придёт Он... — жители опешили: «Кто Он? О ком идёт речь?» — а вместе с ним и Его приспешники. Они прибудут, чтобы повеселиться! — незнакомец во весь голос разразился отвратительным леденящим кровь смехом, чем сбил с толку жителей Брама. Дети, что только недавно успокоились после громогласного оповещения мужчины в чёрном, вновь принялись кричать и рыдать, а мамы вновь их утешать. Неизвестный развернулся и направился прочь из города. Из толпы вышел сбитый мужчина, что поспешили догнать уходившего.       — Да ты кто такой? Может, представишься сначала? — заявил смельчак. Но незнакомец даже не шевельнулся, когда крепкая рука ударила по плечу мужчину в чёрном. Он продолжал стоять и молчать. Люди вокруг стали говорить всё громче и громче, пока их возгласы не переросли в какофонию. Тут и там слышалось: «Ты что, оглох? Покажи своё лицо!» — Эй, я с тобой, вообще-то, говорю, кретин! — местный житель схватил за плечо неизвестного и попытался развернуть его лицом к себе, но тот сверхъестественной нечеловеческой силой откинул мужчину на несколько метров от себя, от чего все жители в унисон «ахнули».       — Т-ты что творишь? — ошеломлённый мужчина, держась левой рукой за повреждённое ударом плечо, вновь встал на ноги.       — Не смей прикасаться к прислуге демона! — зарычал незнакомец. Со всех сторон стали доноситься возгласы: «Он слуга демона? Что происходит?» Начался хаос и паника среди простого люда. Они поняли, о чём говорил неизвестный: в Брам прибудет демон. Люди уже забыли и о своих делах, и о рождественском настроении. Небо неожиданно почернело. Все всполошились. Только секунду назад был ясный солнечный день, а сейчас он превратился в гнетущую тьму маленького городка. Будто метеоритом, с неба что-то упало прямо в центр города, снеся собой ту самую прекрасную ёлку, что жители Брама так старательно наряжали.       Поднялись клубы снега, окутавшие всех стоящих людей. Из белёсой пелены оказались восемь ужасающих фигур: их кожа была черна как смоль, их глаза сияли как камни рубина на свету, а их острые зубы, словно точёные лезвия, сверкали в темноте, сообщая о скорой расправе. Самый высокий из существ неспеша вышел вперёд и, запрокинув руки за голову, произнёс:       — Люди, я рад вас всех видеть! Видите ли, какая тут ситуация: я – демон, а вон те – мои слуги, и сегодня я вместе с ними собираюсь забрать у вас парочку детишек, вы же не против? — оскалился демон и залился звучным и продолжительным смехом, больше походившим на крики гиены. — Мне нужны дети, что ещё не достигли тринадцати лет. Это важно! — демон сделал акцент на последнем слове, всматриваясь в толпу жителей города. — Вот ты, девочка. Тебе, должно быть, ещё и пяти не исполнилось. Иди-ка сюда, дядя Софус хочет с тобой поиграть!       — Не смей прикасаться к моему ребёнку, мерзкое отродье! — мать девочки закрыла собой тело дочери. — Только попробуй пальцем её тронуть, и я…       — И ты что? Что ты мне сделаешь, дамочка? Кинешь в меня своей сумочкой? Ой, не смеши! Просто отдай ребёнка, и останешься в живых, — настаивал демон.       — Да чёрта с два я тебе её отдам! Что ты о себе... — не успела женщина договорить, как перед ней в мгновение предстал один их прислуги демона, пронзая своей кривой конечностью тела сразу двух жертв. Другой конечностью он вырвал маленькое сердечко девочки, поднеся его к демону.       — Хорошая работа. Ну что, кто ещё хочет попробовать сопротивляться? Или все хотят поиграть со мной? А давайте поиграем в прятки! Вы прячетесь, я считаю до ста, а потом ищу вас! Но чтобы игра закончилась не так быстро, водить буду только я. Весело же, не правда ли? — демон вновь противно расхохотался. — И так, я закрываю глаза и начинаю считать: один, два, три... — люди, до смерти испугавшись увиденной ими картины убийства ни в чём не повинных матери и дочери, как от огня, стали разбегаться в разные стороны, стараясь поскорее спрятаться от демона. Но что было делать малютке Финну? Он бежал со всей толпой, пытаясь попросить у людей помощи, но в тот момент его никто не слышал. Все были сосредоточены только на спасении себя и своих родных. О Финне все позабыли. Никто не позаботится об этом лучике радости, что буквально недавно светился от счастья, играя со своими друзьями.       — Девяносто восемь, девяносто девять, сто! Кто не спрятался, я не виноват! — прозвучало из уст Софуса, после чего он бросился на поиски, руша на своём пути десятки домов, пытаясь найти тех, кто ему нужен. Под развалы попадали как дети, так и взрослые, но демон ни разу не упускал из виду молодую кровь. Он также не упускал возможности и самому полакомиться юной плотью беззащитных. И в погоне за добычей и сбором маленьких и уже давно не бьющихся сердец, Софус наткнулся на одиноко стоящего посередине дороги мальчика. Им был всеми забытый Финн. Услышав приближающиеся грузные шаги, ребёнок обернулся, встретившись лицом к лицу с настоящим демоном.       Финн не отрывал глаз от чудовища, склонившегося над ним и растянувшегося в широкой кровожадной улыбке. Бедное дитя смотрело вверх, и ручейки слёз из лазурных глаз скатывались к его вискам. Противная скользкая слюна, перемешанная с алой кровью таких, как он, капнула на красную от сильного мороза щёчку мальчика, но колоссальный испуг не давал ребёнку пошевелиться, сделав хотя бы один шаг назад.       — Я слышу биение твоего сердца... — хрипло произнёс демон. — Оно так быстро бьётся... Оно полно горячей крови, как и во всём твоём маленьком теле. Но тебе всё равно холодно... — произнёс демон, глаза которого сверкали, жаждая заполучить тело ребёнка. — Хочешь согреться?       Но дитя не успело сделать и вздоха, как когтистая лапа демона насквозь пронзила тело мальчика, сжимая с другой стороны его сердце, которое с каждым мгновением билось всё медленнее и медленнее.

***

      Уже какой год в рождественский день Подземный Совет выбирает поселение, в которое отправляется один из семи демонов-прислужников, чтобы принести молодые жизни в возрасте до тринадцати лет в жертву для великого Отца, нуждающегося в силах, получаемых из крови в юных сердцах.