Биолог

- У тебя получится сегодня? - Снова проблемы? - Можно сказать, что так. Так, что? - Да, Я свободна. Как всегда в лаборантской? - Да. Они просто снимали стресс. Все накопившиеся проблемы, обиды вырывались стонами. Просто секс. Без нежностей и прелюдий-грубый, резкий и глухой. Она приходила в лаборантскую, снимала одежду и он её брал. Да, именно брал-это правильное слово. Ей это нравилось: грубые шлепки, рычание, скорость, укусы, синяки.

***

До Лизы не доходили слова Анны Николаевны о захвате Польши, о плане “Ост”. Они ударялись о пузырь воображения, которое у неё просыпалось именно на истории. А воображение было развращённое. Перед глазами Лизы всплывали картинки из порно, которое она частенько смотрела, герои камасутры, которую она обычно читала на сомнительных сайтах и собственные образы. Она не была озабоченной, извращенкой-называйте как хотите. Она была обычным подростком у которого играют гормоны. Но тут в её жизнь ворвался он: учитель биологии. Евгений Васильевич Кирсанов. Герой снов, от которых она просыпалась мокрая. Герой фантазий, которые заставлял её течь на каждом уроке истории. И ничего не помогало. Мастурбация, которая раньше, казалось, могла спасти её от всех подобных проблем пубертатного периода, тоже была не в силах. А он ? Он был равнодушен. И Лиза понимала, что так будет продолжаться всю её школьную жизнь, которой осталось недолго-всего год. Она понимала, что со своей внешностью и фигурой Евгений Васильевич может “взять” любую женщину. Что одними короткими юбками и кривыми стрелками его не соблазнить. Что “любители” школьниц обычно тощие прыщавые девственники-неудачники. По-крайней мере, так думала Лиза. По нему сохли все девочки старших классов. Но Лиза не строила радужных планов с цветочками, прогулками за ручки. Она просто хотела секса. И он это почувствовал. -Лиза, зайдите ко мне в лаборантскую после уроков. У вас сегодня их семь? -Да. -Отлично, буду ждать. Тут-то всё и началось. Чтобы вызвать Лизу не было никаких причин. Она не была отличницей, не была двоечницей. Лиза была “среднячок”-таких никто не трогает и не обращает внимания. У неё были подруги в параллельных классах - в своём просто знакомые. Хоть у Лизы и закрадывались сомнения насчёт этого “вызова”, но ей уже нечего было делать. Если она не воспользуется этим шансом, то сойдёт с ума. Пусть Евгений Васильевич отвергнет Лизу-ничего, переживёт. Главное, что попробовала. Да и что он сделает? Расскажет кому-нибудь? Тогда больше проблем будет у него. Лиза подходила к заветной лаборантской. В низу живота приятно тянуло, щёки порозовели, соски стали твёрдыми. Она слабо постучала, но не от того, что стеснялась-не в её положении. Просто она так устала от этого томления, что готова была свалиться у двери и начать стонать на полу. -Войдите. Она переступила порог. -О, Лиза, это ты. Отлично. Молчание. Долгое томительное молчание. И… Взрыв. Они одновременно накинулись друг на друга. Евгений Васильевич грубо сжимал её зад, грудь, срывал одежду. Она целовала его шею, гладила эрегирующий член, которого сдерживали лишь тонкая ткань трусов и брюк. Когда Лиза осталась без одежды-ей стало неловко. Она ещё никому не показывала своё голое тело. Он увидел смущение в её глазах и стянул с себя свитер. Она трясущимися руками(не от страха, а от возбуждения и волнения перед предстоящим моментом) расстегнула ширинку, стянула штаны и увидела его член. Протянула свою руку ему-он сжал запястье и начал лизать ладонь. Она увидела удовлетворение на его лице. Евгений Васильевич не был из тех мужчин, которые боготворят “женскую чистоту, непорочность”. Он больше любил опытных. И не любил заморачиваться. Хоть Лиза и была девственницей, она так не выглядела. Да и была ли? В её влагалище не раз попадали предметы размером чуть меньше,чем член. Особенно, когда она сильно увлекалась фантазиями об учителе. Она начала медленно водить рукой по его горячему члену, позже ускоряться: всё быстрее и быстрее. Он запустил свои длинные тёплые пальцы во влагалище, большим пальцем водил по клитору. Лиза начала стонать, он рычать. Евгений резко взял Лизу и перенёс на диван. Открыл ящик стола и достал презерватив. Страсть-страстью, а безопасный секс прежде всего! Резко и не церемонясь он вставил член. Лизе было больно, но не так, как писали в журналах. Он замер. Увидел кровь, и испуганными глазами посмотрел на Лизу. -Ты как? Почему ты мне не сказала? Я должен был быть аккуратнее… Она захохотала. Никогда ещё Лиза не видела его таким испуганным и взволнованным. Он был похож на щеночка и ей так и захотелось почесать ему за ушком. -Ничего, я в порядке. Продолжайте, пожалуйста. Услышав это “пожалуйста”, он снова превратился в животное. Постепенно начал ускоряться, проникая всё глубже. Лизе хотелось кричать от удовольствия, но он зажал ей рот, чтобы проходящие мимо персонал и ученики ничего не услышали. Он кусал её соски, шею, губы. Кончил. Точнее кончили. У лизы дрожали коленки. Своим тяжёлым телом он лежал на Лизе, обнимая и тяжело дыша ей в шею. С тех пор они встречались, когда кому-то из них нужно было выпустить пар. А это было часто. Время встреч было где-то между 4-5 часами, когда школа начинала пустеть, и гул голосов затихал. Предварительно Кирсанов запирал дверь, ибо понимал о всех последствиях и угрозах разоблачения. Совращение несовершеннолетней – четыре года и испорченная репутация. Так почему же его так тянуло к Лизе? Его хотели и хотят так много женщин, а он выбрал именно её? Всё просто-эти женщины хотели с ним будущего, а Лиза просто секса. Да, он мог бы ими пользоваться, но Евгения Васильевича воспитал отец, который души не чаял в своей жене. Так что, как минимум уважение к женщинам у него всегда было. По взглядам Лизы, по её манере речи, по страничке во Вконтакте, и даже по запаху, Кирсанов смог составить её психологический портрет и понять её отношение к нему. Также он не оставил без внимания внешнюю привлекательность. Евгений Васильевич был идеальным только в головах его поклонниц. Они представляли его несчастным рыцарем, с тяжёлым прошлым и разбитым сердцем. А они, мол, смогут прийти и залечить его раны. Конечно же, это было не так. Кирсанов был обычным парнем, которому ещё не стукнуло 30, но который проводит свою молодость в тесной лаборантской и душном классе, и от этого злится на весь мир. В детстве ему пророчили светлое будущее и всемирную известность, но он был обычным ребёнком, который выделялся из толпы сверстников лишь большими зелёными глазами и светлыми кудрями, что очаровывало всех знакомых и незнакомых ему дам. Благодаря своей внешности, ему часто делали разные поблажки, даже бессознательно. В детстве над ним часто смеялись лопоухие и курносые мальчишки, называли девчонкой. Издевки закалили Женю, и он стал заниматься спортом: тяжелая атлетика, бокс, каратэ, плавание. У Жени не было в планах стать учителем биологии. Впрочем, как и у большинства учителей. Всю жизнь он мечтал стать врачом. Нет, не потому что Кирсанов был альтруистом и он мечтал помогать людям. Нет. Он просто хотел уйти туда, где бы его внешность не играла важной роли. Но не получилось. Почему? Он забил. Ушел в отрыв в свои семнадцать лет, как и многие в этом возрасте. Связался с плохой компанией, решил поиграть в плохиша( выходило у него скверно, стоит признаться). Благо, рано одумался, но поступить всё-таки не удалось. Именно поэтому теперь он не в операционной спасает жизни, а объясняет школьникам, что такое ЦНС, и заполняет бесконечное количество журналов. Он обычный. Скучный. Банальный.