Драгон

Благодаря полету на мечах подростков и детей удалось вернуть домой еще до рассвета. Каждый раз, когда Хео собирался в полет, он подходил к Нагу, серьезно предупреждая: – Не лезь в неприятности хотя бы до тех пор, пока меня не будет, иначе я тебя сильно накажу, – затем нежно целовал в губы, чем вводил юношу в краску, и улетал. – Что происходит? – спросил Санда паренька, когда Хео в очередной раз чмокнул Нага в губы, схватил ребенка и взметнул в воздух. – Сам в шоке, – сказал юноша, провожая глазами красивого мужчину. Санда перевел взгляд на друга и улыбнулся: – Ты знаешь значение печати у тебя на шее, что поставил командующий? – Да ничего особенного. Просто у кого-то слишком шаловливые губы, – запричитал юноша. – Это значит, что человек, который тебе ее поставил, обозначил тебя как свою пару, – не унимался товарищ. – Нага, на тебе стоит печать клана огня. Такой метод выражения своих чувств использовали далекие предки этого клана. Но со временем о нем позабыли. Давно я не видел такого. Думаю, что наш командующий слишком романтичный, раз использует такие древние способы признания в любви. У Нага перехватило дыхание: – Признание в любви? Санда, ты разве не знаешь эту ледышку? Разве эта холодная статуя вообще умеет любить? – Почему ты не можешь предположить, что смог растопить его сердце? – серьезно спросил товарищ. Юноша удивленно посмотрел на Санду.  Широко раскрытые глаза с отвлеченным взглядом выдавали его смятение. Неужели такое возможно? Нага вспомнил первую встречу с Хео, когда не мог отвести глаз от этого красивого воина. Ночь, проведенную с ним на реке Биллир. Вспомнил, как этот сильный мужчина, не побоявшись показаться слабым перед подчиненными, бросился за ним в реку, как он плакал, держа хрупкое безжизненное тело на своих руках. Вспомнил его испуганный крик на поле боя у города Дионида: «Не покидай меня». А потом перед глазами всплыла нежная улыбка, ласковые объятия и тепло, которые он с такой легкостью дарил Нагу и которые так были ценны для юноши. – И что мне теперь делать? – растерянно промямлил юноша. Санда улыбнулся: – Любить и быть любимым! Из-за спины веснушчатого мужчины выглянула маленькая головка Диди. Девочка подошла к Нагу и ухватила его пальчиками за одежды. – Согласно легенде, великий воин пронесет свою единственную любовь через все муки и страдания, а его возлюбленный будет влюбляться в него при каждой очередной встрече с новой силой. Ни вместе и ни порознь! Но это будет продолжаться только до тех пор, пока возлюбленный не вспомнит своего суженного. И вот тогда уж великий воин вовсю познает вкус истинной любви. Санда и Нага смотрели на девочку с открытыми ртами. – Диди, откуда ты все это знаешь? – спросил Санда, притянув к себе сестренку и приобняв маленькое тельце. – Вот же вы и отсталые! – запричитала Диди, закатив глаза. – Это же легенда о великом воине! Как можно ее не знать? – Ладно, ладно, – засмеялся Санда. – Нам пора уже лететь. Ты готова? Девочка утвердительно покачала головой и взглянула восторженно на Нага: – Для меня было огромной честью стать маленькой частичкой твоей легенды, великий воин, – и склонилась в поклоне, чем снова ввела в ступор обоих товарищей. Когда брат с сестрой взметнули в воздух, природа этого местечка уже готовилось к пробуждению. Первые солнечные лучи вытесняли ночную мглу и наполняли замершее от тишины пространство нежным розоватым свечением. Птицы тихо напевали утреннюю песню после ночного сна. Красиво! Если бы ни дом, стоящий в центре этой красоты… – Я забыл о самом главном! – вдруг закричал Нага и пошел внутрь. Он вошел в комнату, где в центре стояла все та же огромная печь с горящим адским огнем внутри и колба с томящимися в ней душами. Сколько лет этот адский механизм работал на высшего Диама? Сколько душ уже ушло в качестве лакомства темного божества и сколько еще томилось в этой колбе, ожидая своей участи? Диам хорошо устроился в этом месте! Предоставив никчемным людишкам свободу действий, скрытность от чужих глаз и защищенность, утехи и богатство он получал, не напрягаясь, безгрешные души в качестве благодарности, которыми пополнял свою божественные силу и растрачиваемую энергию. Такова уж сущность властителя темного царства! Прикоснувшись к печи ладонью, перед глазами стали всплывать картины издевательств и смерти жертв этого дома. Одна за другой они пробегали, меняя друг друга, давая прочувствовать юноше всю боль, пропитанную страхом и отчаянием. Не прекращаемые крики, издаваемые жертвами, меняли свою тональность, захватывая разум в оковы. И снова зверь, живущий внутри Нага, затрепетал. Все, что увидел и услышал юноша, разожгло ярость могущественного создания, и он взметнул, вырвался наружу. Юноша закричал. Крик перешел в страшный рев, от которого затряслись стены, а воздух стал сильно нагреваться. От нарастающей силы тело Нага напряглось до предела. Юноша увидел сквозь пелену, как небольшой дракон, вырвавшийся из него, облетел несколько раз вокруг печи и остановился перед ним. Этот зверь был подобен мифическому божеству: красные глаза на огромной морде, пасть, переполненная острыми зубами, изогнутая шея, покрытая серебристой чешуей, четыре мощные лапы и два перепончатых крыла, а также длинный заостренный хвост с костяным наконечником треугольной формы. Самое интересное, что Нага мог видеть сквозь дракона. Несмотря на то, что зверь сочетал в себе различные краски, его тело было полупрозрачным. И это завораживало настолько, что юноша не мог отвести взгляда от этого создания. Нага пошевелил головой, и дракон отозвался мгновенно движением своей головы. Юноша взмахнул рукой, и дракон повторил движение крылом. Что происходит? Наконец до Нага дошло: – Дракон – это Я! И юноша закричал что было мочи: – А-а-а! – и крик подхватил дракон. Человеческие звуки преобразились сначала в гневный рык могущественного зверя, а затем в поток воздуха, который с огромной силой врезался в каменные стены адской печи. Через мгновение на месте удара стали появляться мелкие трещинки, которые увеличиваясь в размерах до тех пор, пока не раздался мощный взрыв. Куски стены завертелись в колдовском круговороте. Снова раздался взрыв, и в воздухе каменные осколки вмиг смешались с раздробленными частичками стекла колбы. Вдруг в круговороте засверкали маленькие звездочки. Они выделялись среди огненного тумана своим ярким светом, освещая это чистилище своей неземной красотой. Одна звездочка, отделившись от потока, подлетела к Нагу, и юноша увидел перед собой образ лица маленькой девочки. Кроха улыбалась, хотя ее глаза плакали. Она поцеловала Нага в щеку и прошептала: – Спасибо тебе, великий воин! В этот момент одно за другим стали появляться лица. Они, склонившись в знак благодарности, снова завертелись в круговороте и погасли. Дракон, до сих пор удерживающий поток воздуха, развернулся к Нагу и взглянул юноше в глаза. Мгновенно огненная сила вошла обратно в ослабевшего паренька. Таким образом, зверь, выполнив свою миссию, наконец успокоившись, вернулся домой. Камни, осколки стекла – все, что создавало круговорот в этой адской комнате, рухнуло на землю. И тут же дом затрещал, разламываясь на части. Нага из последних сил ринулся к выходу. И как только выскочил на улицу, крыша проклятого здания рухнула, а стены сложились, как карточный домик. Теперь, когда уляжется пыль от разрушения, в местечке Абриго на месте дома Химо останутся одни руины. Юноша улыбнулся, глянув на небо: – Как тебе мой подарочек, Диам? – и упал на землю, потеряв сознание. *** Мужчина в белых одеждах, ласково поглаживая пальцами четки в своей руке, смотрел на приятеля, сидевшего напротив, и игриво улыбался. Затем он перевел взгляд на шахматную доску и довольным голосом промурлыкал: – Что не так, Диам? Подарочек не по вкусу пришелся? Мужчина в темных одеждах был очень зол. Выдавали напряженность и скованность всего его тела. Некоторое время он молча смотрел на шахматную доску пустым взглядом. Рука дрогнула, и мужчина одним рывком швырнул ее со стола так сильно, что доска, несколько раз перевернувшись в воздухе, упала на каменный пол и разломилась на части. – Видать, не по вкусу, – игриво продолжал напевать Дави, незаметно ухватив в воздухе две фигурки. – Тогда, может, сыграем в карты? Хотя, зная, как ты прячешь козыри в рукаве, мне, честному высшему, стоит опасаться подобных игр с тобой. Черные глаза злобно уставились на светлого друга: – Как думаешь, сможет ли твой король выжить, если он останется один? Дави насторожился. Слишком уж пугающей выглядела ухмылка, растянувшаяся на лице Диама. *** Придя в сознание, Нага тут же вспомнил события прошлой ночи, осмотрелся еще раз, весело улыбнулся и взметнул в воздух со словами: – Хочу домой! Прибыв в клан, он сначала долго наслаждался теплой водой купальни. Потом, переодевшись в чистую одежду, направился к любимому дереву у основного здания зоны управленцев. Память бывшего владельца его тела почему-то особенно хранила эту привычку в своем сердце. Там, будучи мальчишкой, он проводил много времени, прячась от чужих глаз и наблюдая с высоты за происходящим. Об этом месте хорошо знали дядя и Торн, так как частенько снимали его оттуда спящим. Вот и сейчас, прячась от посторонних глаз и наслаждаясь тишиной, Нага дремал на ветке, вдыхая запах листвы дружелюбного дерева, пока не услышал голоса. – Почему вы оставили его одного? – кричал глава Теро. – Все вернулись, а его до сих пор нет. Торн, он ведь твой друг. Как ты мог его оставить там? – Глава Теро. Мы вернулись за ним после того, как отправили всех пленников по домам. Однако почему-то от дома Химо остались одни руины. Мы обыскали всю местность, но даже трупа не нашли. Я виноват! Прошу наказать меня, – ровным голосом, пытаясь скрыть свои эмоции, ответил Торн. – Хео, а ты куда смотрел? – вдруг вмешался глава Фого. – Если с ним что-нибудь случится, я с тебя три шкуры сдеру. Нага тихо хихикнул: – А на это бы я посмотрел! – Глава Теро, – раздался голос какого-то воина. – Мы допросили пленного. Тут такое дело. Короче. Наемник утверждает, что Нага, когда находился в основном зале дома Химо, перед тем, как главаря Ихо разорвали волки… эм-м… целовался с главарем. Нага от этих слов вздрогнул, и ветка под ним предательски скрипнула. Все мужчины одновременно посмотрели вверх, где лежал паренек, и открыли рты то ли от того, что услышали, то ли от того, что обнаружилась пропажа. – Нага, ты целовался с Ихо? – удивленно просвистел Торн. Юноша испуганно посмотрел на Хео и запричитал: – Это не то, о чем ты подумал! В этот момент огненная плеть взмахнула в воздухе и в мгновение ока обвилась вокруг ноги паренька на ветке. Рывок! И Нага уже висел, держась изо всех сил руками за ветку, на которой только что лежал. – Иди-ка сюда! – угрожающим голосом зарычал Хео, ухватив уже руками за ноги юноши.  – Я что, враг своему здоровью? – сопротивлялся Нага, еще сильнее ухватившись за ветку. – Да и вообще, почему мне угрожает человек, который вчера посещал бордель? – Хео, ты вчера посещал бордель? – опять удивленно просвистел Торн. – Наши мальчики опять флиртуют друг с другом. Это так романтично, – волнительно залепетал глава Фого, похлопывая по плечу главу Теро. В этот момент Хео со всей силы потянул ноги юноши к себе. Раздался треск, и Нага вместе с обломленной веткой упал на мужчину внизу. Листья скрывали от посторонних глаз картину происходящего. Но даже сквозь них было видно, как тело мужчины прижало к земле хрупкое тело юноши, не давая пути к отступлению. Движение головы Хео подсказывало, что люди, укрытые ветвью дерева, страстно целовались. Фого наклонил голову и, взглянув на Теро, улыбнувшись, протянул к нему ладонь: – Давай ключи от системы защиты для моего мальчика. Глава Теро тяжело вздохнул: – Скажи, чтобы предохранялись. – Зачем? – засмеялся Фого. – Я хочу маленьких хеонят или наганят. Да без разницы! Хочу стать дедом, а тебе близким родственником. Будем воевать за любовь внуков и за звание лучшего деда двух кланов. После чего главы, засмеявшись, развернулись и вошли в здание. Продолжение следует…