Взаимопонимание

      — Ты в порядке? — Гарри осторожно подступил ближе, аккуратно отведя руку, державшую палочку, в сторону.       Ребёнок, чей силуэт он с трудом смог разобрать в полутьме коридора, подгреб колени к груди. Гарри неудачливо оглянулся в поисках помощи, наткнувшись ни больше ни меньше как на опустевшие картинные рамы и стены из камня. Он растерянно похлопал себя по карманам, после чего вынужденно потянулся за палочкой.       — Я помогу.       Ребенок вздрогнул, стоило небольшому сгустку теплого света заполнить закуток, загнанным в который он оказался, и сощурился, крепче сжав в руках острые коленки.       Гарри внимательно осмотрел его: тощий, должно быть, высокий мальчишка с разбитой бровью, спутавшимися волосами и исцарапанной рукой, прикрывающей глаза от слепящего света. Гарри неповоротливо отвел палочку в сторону, тяжело выдохнув. Кто знает, что случилось бы с мальчиком, не полезь он сюда.       Он шагнул ближе, вскинув вверх открытую ладонь, как знак его добрых и чистых намерений, и перевел взгляд на острый неровный предмет у его ног. Глаза у Гарри паршивили и он, натянув очки как можно ближе к переносице, прищурился, постаравшись разобрать его очертания. Стоило ему уловить отчаянное резкое движение, он машинально согнулся пополам, и ребенок, не медля ни секунды, набросился на него.       — Что…       От растерянности он выронил палочку из рук и повалился на спину, позволив мальчишке оседлать себя. Он за какие-то секунды дотянулся до головы ошарашенного Гарри, несколько раз приложив его ею об кафель, и предупреждающе наставил палочку на горло.       — Ты пришел, чтобы добить меня? — голос у мальчишки дрожал.       Гарри сделал над собой усилие, постаравшись сфокусировать зрение на том месте, где должно было быть его лицо, и прохрипел:       — Я здесь, чтобы помочь.       — Я тебе не верю.       Гарри успел насчитать с дюжину разноцветных пятен разной формы перед глазами, прежде чем ответить; кажется, мальчишка злился, но он не мог быть уверен ни в чем, кроме того, что ошибочно принял враждебность за робость. Он потянулся проверить затылок, но стоило ему только попытаться поднять руку, как палочка — его палочка, которую мальчишка подобрал — предупреждающе напряглась вместе с рукой, держащей её.       — Меня зовут Гарри Поттер, я профессор Прорицания.       Мальчишка замер, резко вскочил на ноги и неловко пробормотал извинения, постаравшись помочь ему подняться. Стоило Гарри оказаться на ногах и он вернул ему палочку.       — Простите, — неловко повторил он ещё раз.       — Ничего, — пробормотал Гарри, ощупав затылок и неприятно для себя испачкав пальцы в собственной крови. Последнее, чего он хотел, патрулируя этаж, — это вляпаться в неприятности.       Он наугад попробовал следующее:       — Как тебя зовут?       Парнишка замолчал, и Гарри, насторожившись, уставился на его силуэт, когда он ответил с резкостью, граничащей с грубостью:       — Том Реддл.       Гарри замер, после чего неловко шаркнул ногой, осветив коридор, и вытаращился на Реддла, стоявшего по левую руку.       — Почему у тебя не было с собой палочки? — его вопрос, прозвучавший как требование, кажется, сбил Реддла с толку, но он не мог ничего с собой поделать.       — Я… я не знаю.       Он поджал губы, отрывисто кивнув, неуверенный, стоит ли этому верить, и нервно перекатив собственную палочку между пальцев, поинтересовался:       — Идти можешь?       Реддл кивнул, упрямо отказавшись от помощи.       — Хорошо, — растерянно пробормотал Гарри, — нам следует заглянуть в Больничное крыло.       Гарри отряхнулся от пыли коридора, собравшейся на одежде, и шагнул в сторону лестниц, краем глаза внимательно следя за похрамывающим Реддлом, тащащимся с гордо вскинутой головой.       Гарри с удивлением пришел к мысли, что, кажется, совершенно не знал этого Реддла. Разве не он на первом курсе подмял под себя если не половину, то четверть факультета? Но, опять же, может быть это и есть его план по завоеванию его, Гарри, доверия? Ему следовало спросить Дамблдора, пытался ли Реддл расположить его к себе во время учёбы.       — Как ты здесь оказался? — слова слетают с его губ быстрее, чем он может подумать о них.       Том сбивается, отстает и нехотя проговаривает:       — Меня обманули, — он уязвлено морщится.       Гарри ужасно хочется узнать, как это могло случиться с ним, Томом Реддлом, просчитывающим ходы наперед, и он, оборачиваясь, решается задать этот вопрос, но неожиданно натыкается на отражение себя в мальчишке: испуганное и уставшее, — и отказывается от затеи. По крайней мере, это может подождать несколько дней. Они молча доходят до лестницы и Гарри помогает замешкавшемуся Реддлу взобраться на ступеньку.       — Вы не обязаны, профессор, — хрипло шепчет он, ловя его чуть выше плеча, — я в состоянии добраться до Больничного крыла сам.       Гарри вежливо кивает. Не то, чтобы действительно считая это правдой, но Реддл, вцепившийся в рукав его мантии, кажется, чего-то ждет, поэтому Гарри, растерянно моргнув, неловко лепечет:       — Всё в порядке, я рад помочь тебе… э-э… Том.       Целитель внимательно осматривает их повреждения, интересуясь тем, что произошло, и Том кратко пересказывает события, утаивая их большую часть. Гарри обещает себе подумать над этим позже, поскольку Целитель, склонившийся над Реддлом, переходит к нему. У Гарри дела обстоят чуть хуже, но нет ничего, что не могло бы поправить исцеляюще зелье. Поскольку сколько-нибудь серьёзные травмы у обоих отсутствуют, Целитель отпускает их, и стоит двери позади них закрыться, а Гарри немного собраться с мыслями, как Реддл выдает нечто удивительное:       — Спасибо.       Гарри ошарашено замирает и нескоро находится, прочищая горло:       — Я провожу тебя до гостиной.       Том кивает, неуверенно улыбаясь, и движется за ним, упорно волоча здоровую ногу за собой. Гарри, задумавшись, не придает этому значения.       Самую малость он чувствует себя причастным к этому инциденту, осознавая, что ему не следовало вести себя по-ребячески и выбирать линию поведения Дамблдора. Может быть, его небрежное отношение к Реддлу развязало руки другим детям. Мерлин, он ведь и не осознавал до сегодняшнего дня, что, может быть, для Реддла ещё есть надежда. Что, может быть, он такой же человек, как Гарри — из плоти и крови.       — Мы пришли, профессор, — Том неловко откашлялся, прикоснувшись к плечу Гарри и заставив его непроизвольно вздрогнуть и недоуменно осмотреться.       — Кажется, да, — кивнул он.       Гарри, не спеша уходить, перекатился с пяток на носок, чувствуя, что между ними остался ещё один неразрешенный вопрос, не дающий ему покоя.       — Ты знаешь, кто это сделал? — на секунду, кажется, в глазах Тома промелькнула какая-то тёмная эмоция, за которую Гарри отчаянно попытался ухватиться, но не слишком-то в этом преуспел, и он выдал, глядя прямо ему в глаза:       — Нет, я не сумел разглядеть лиц.       Гарри кивнул, не особо полагаясь на удачу в этом вопросе, и, пожелав спокойной ночи, удалился. Как только он скрылся за поворотом, Том растянул губы в довольной улыбке.