Работа в праздники

Ирина нашла в себе силы пододвинуться ближе и коснуться губами плеча Анатолия. Чувствовала, как сердечный ритм приходит постепенно в норму. А ещё ощущала под собой скомканную, влажную от пота, простынь. Но телу было настолько хорошо, что эти мелочи не доставляли никаких неудобств. После подобных физических нагрузок абсолютно не хотелось покидать гостеприимную постель, одеваться и идти по заснеженным улицам в Склиф. — Останься, — прошептал Анатолий куда-то в её волосы, обнял за талию, — соври что-нибудь… Ты же начальство. — Муж заволнуется… — Лениво протянула Ирина, уложила голову ему на грудь и посмотрела перед собой. — Ах да, — язвительно проговорил Анатолий, накрывая их обоих одеялом, — как я мог забыть… Сердечко шалит, импотенция… Ирина цокнула языком. — Алеников, скажи мне, почему ты даже во время секса думаешь про Кривицкого? Может быть, у тебя там свои фантазии, я же не знаю? — Усмехнулась. — И да…. У тебя тоже случаются перебои. — Так, конечно, мне Нарочинская мозг еле собрала! Вот и перебои, — дёрнул губой. — Есть у меня одна фантазия… — Он смотрел в окно, гладя ее по спине, — Моя фамилия в твоем паспорте. — Не начинай! — Зарычала она и легонько укусила его. — Мы не совместимы в быту. У Гены дежурство послезавтра… — Я послезавтра не могу, — соврал Анатолий, — нужно слетать на пару дней на конференцию. Ирина приподнялась на локте и посмотрела на него. — На праздниках? — В Европе это не праздники. Конечно, он никуда не летел и мог спокойно провести время с Ириной. Если бы не одно но: испепеляющая ревность. Сначала его устраивали их встречи исключительно в постели. Они об этом условились сразу: никаких больше развитий отношений. Никаких ресторанов, никаких походов на культурные мероприятия, никаких разговоров о будущем. Но с каждым разом становилось всё труднее отпускать Ирину после. Анатолий каждый раз мысленно материл её и себя с головы до ног за то, что ухитрился к ней привязаться, а в ответ получил лишь холод. За полгода её брака, тесно связанного с их встречами, для неё не поменялось ровным счётом ничего. — Ладно, — Ирина пожала плечами, села на кровати, придерживая одеяло в области груди, — напиши, тогда, как вернешься, — бросила на него взгляд и завела светлые пряди за уши. — Всенепременно, — язвительно ответил он, окидывая её взглядом. Она кивнула, потом слегка потянулась. — Пойду в душ… Скоро новый год, а я ещё не в Склифе. — Как встретишь новый год, так его и проведешь, — протянул Анатолий, наблюдая за её действиями. Она предпочла ничего не отвечать. Ей не понравилось то русло, в которое перетекал диалог. — Такси тебе вызвать? — Прожигал её взглядом — ещё бы, на Ирине не было ничего. — Не проводишь? — Обернулась через плечо. — Боюсь, не смогу тебя отпустить, — язвительно заявил он, — шли мы двадцать минут… За три тебя до Склифа довезут. Она кивнула и удалилась в ванную комнату. Анатолий откинулся на кровати, закрыл глаза и попытался найти в себе силы не устроить скандал. Тело все ещё напоминало о недавней нагрузке, но мозг работал слишком упорно. Постоянные издевки были лишь замаскированными попытками вернуть Ирину. Но та научилась защищаться и отбиваться.

***

Анатолий наблюдал за действиями Ирины. Наблюдал и чувствовал, как его затапливает раздражение, смешанное с ревностью. — Тебе самой не надоело? Она замерла с тюбиком туши в руках. — Что именно? — Обернулась. — Бегать от одного к другому не надоело? — Анатолий старался делать вид, что эти рассуждения несут лишь философский характер. Он всё ещё лежал в постели — торопиться было некуда. С Варей погулял перед выездом. А за время, пока Ирина была в душе, успел придумать новую стратегию. Они же так мало разговаривали по душам… Можно сказать, что один раз. И то — он был в Германии. А это не считается, тогда это были похороны их отношений. Ирина хмыкнула и, как ни в чем не бывало, продолжила красить ресницы. — Тебе со мной было плохо? — Мне с тобой всегда хорошо, Ирина Алексеевна. Но тебе не кажется, что ты заигралась со своим… Наказанием? Ты вышла за него замуж, ты отомстила мне. Но сейчас-то можно уже закончить этот цирк? — С чего ты взял, что я отомстила тебе? — Отвечала спокойно. — Мир не крутится вокруг тебя. Анатолий дернул губой, затем слегка сполз на постели, согнул одну ногу в колени. — Хорошо… Ты уже достаточно отомстила Кривицкому, сделав его своим мужем, по совместительству собакой Павловой. — Ах, вот как ты заговорил… Кажется, еще год назад собакой Павловой собирался стать ты. Уже не хочется быть моим мужем? — Как бы Ирина не старалась, замаскировать обиду не удалось — Анатолий, как всегда, искусно находил болевые точки. — Я от своих слов не отказываюсь… И потом, я бы не стал твоей собачкой. Ты изменяешь ему со мной, не думала, что станет с его сердцем? — Услышал изменение в её тоне и продолжил давить. — Поздно ты о его сердце подумал… Мог дать нам нормально поговорить. Вот именно, Толь, — кинула тушь в косметичку, поправила волосы и развернулась, — ты бы не стал моей собачкой. Точнее… — Закусила губу. — Мы бы не пришли к компромиссу никогда. Зачем ты все усложняешь? Он внимательно посмотрел на неё, силясь увидеть в её глазах прежнюю Ирину. — То есть, тебя снова устраивает это танго втроем? Так давай я перееду к вам. По четным дням будешь ложиться в постель с Геннадиям, по нечетным со мной. Все довольны, — на его виске вздулась вена. Анатолий не мог принять тот факт, что его любимая женщина способна так круто изменить свои принципы. Безусловно, ему нравилась возможность периодически видеть её, но… Это было сравнимо с попытками потушить пожар одним стаканом воды. Ревность пожирала, и это сказывалось на всех сферах жизни. — Я не хочу с тобой жить, сказала уже. Это приведет к моей инвалидности… Или к твоей, — Ирина присела на кровать. — Ой, хватит, а, — сквозь зубы проговорил Анатолий, — ты сама не понимаешь, что в таком возрасте такие выходки смешные? Ладно еще, если бы от него зависела. Так наоборот же. Тебе же самой изменяли! Зеленые глаза сузились, наполнились обжигающим холодом. — Ты не мерзнешь? На вершине своих моральных устоев? Нет?! — Мотнула головой. — Не тебе говорить о порядочности. Я сильно сомневаюсь, что у тебя больше никого нет. Ты же у нас мужчина-мечта. Ей было больно от его слов. От язвительного упоминания бывшего мужа. — Если бы у меня кто-то был, я не занимался бы этой благотворительностью, — рявкнул он, от чего она дернулась. — Ты злишься… И Гена злится, от того, что я его игнорирую и ему приходится делать все, что он скажет. И меня это полностью устраивает. Я слишком долго жила вашими желаниями. — Сама себе врешь ведь, — сквозь зубы сказал Анатолий, стараясь успокоиться, — любишь ты одного. И хочешь по-настоящему быть с одним. — Вы слишком плохо знаете женщин, Анатолий Борисович… Даже странно, учитывая вашу опытность. Ей Богу, ощущение, будто это ты изменяешь, а не я. Чего ты завелся-то? Тебя не устраивает, когда я приезжаю к тебе на сутки во время дежурства Гены? — Подсела ближе и нежно коснулась ладонью его волос. Это она сделала зря, потому что Анатолий резко притянул ее к себе, уложив в постель. — Если мне будет нужно прибить его, чтобы ты осталась со мной, я это сделаю, — зашипел в ее губы, — ты же всё равно без меня не можешь, — коснулся кончиком языка нижней, — а мое терпение уже заканчивается, — вовлек в поцелуй. Ирина ответила, только слегка изменила положение своего тела, чтобы было комфортнее. Внутри она ликовала — нашла возможность управлять Анатолием. Усилием воли заставила себя оторваться от его губ. — У тебя был шанс. Ты его упустил. У Гены тоже был шанс. Он его упустил. Собрать бы вас воедино, может что нормальное получилось бы, — поцеловала в скулу, — все, Толь, я поехала на работу… А то что-то долго я до магазина ходила. Ты такси вызвал мне? — Вызвал, — сдавленно прошипел он, сжимая её талию, — Я тебя предупредил, Ирина Алексеевна… Заканчивай блядью быть, тебе не идет, — произнес миролюбиво, смотря в её глаза. — Полагаю, ты готов пожертвовать нашими встречами ради моего семейного благополучия? Как благородно, — она попыталась вырваться из его крепких рук, но ничего не вышло, — и да. Ты мне не платишь, чтобы звать меня так. — А если я подпишу контракт и улечу, что ты будешь делать? Нового любовника искать? — Прошептал он ей на ухо, сильнее сжимая в своих руках, игнорируя последние фразы. Она дернулась. — Ты помнёшь мне платье. — Куда уж больше. — Отпусти, — тон изменился. Стал более холодным. — Просто хочу, чтобы ты меня услышала, — Анатолий не изменял своего положения, всё также крепко удерживая Ирину рядом с собой, — я дал тебе время. Я решу всё за нас дв… Она вырвалась слишком резко — дышать стало нечем. То ли от его крепких объятий, то ли от возвышенной речи, которая на самом деле была эхом прошлогодних обещаний. — Всё останется так, как есть, — отодвинулась на постели, поправила платье, — увы, тебе придётся с этим смириться, — хаотично закидывала в сумку косметику, — с Геной мне спокойно. — Чересчур спокойно, — Анатолий продолжал фонтанировать ядом. Ирина хмыкнула. — А ты не зарекайся. Все, с наступающим тебя… Я дождусь такси на улице. Через минуту номер опустел. Анатолий сделал глубокий вдох и выругался.

***

В свой кабинет Ирина вернулась в приподнятом настроении. На ресепшене придумала очередную сказку — встретилась с подругой, заболталась. С кем не бывает? Услышав, что её вмешательства в работу больницы не требуется, ушла к себе. Заварила ароматный кофе и устроилась на диване. Прикрыла глаза. Телу было очень хорошо (несмотря на оставленные на нём красные следы), а остальное… Остальное Ирину почти не волновало. Этим «почти» были слова Анатолия о неправильности её поведения. «Ой, да пошёл ты к чёрту… Я тоже много что тебе говорила, и чем это кончилось?» Улыбка сползла с лица Ирины. Как бы ей не хотелось, но мысль, сначала показавшаяся мимолётной, прочно засела в сознании. Как можно было дойти до такой жизни? От размышлений Ирину отвлёк звук открывшейся двери — в кабинет вошёл Геннадий. — Ой, — она поднялась с дивана и подошла к нему, — Гена… — Улыбнулась, уложила ладони ему на плечи, — а ты чего тут? Чего новый год дома не празднуешь? — Коснулась своими губами его. Он не разделил её энтузиазма, резко отстранившись. — А ты работаешь? — Быстро окинул кабинет взглядом, а через секунду резко посмотрел на Ирину. — Да, вот… — Нервно потеребила часы, — пока всё спокойно. Так что ты тут? — Да пришёл узнать. Давно ли ты в министерстве устраиваешь проверки на прочность? — Геннадий тяжело задышал от нахлынувшего возмущения. — Да ещё и конкретному чиновнику, — сквозь зубы. Ирина отшатнулась, почувствовав, как от лица отлила кровь.