Ксандер

Так, это сюда, это вот сюда... Я старательно собирала разобранную по деталям машину. Это вообще вот сюда, это к черту... Так, стоп. Что-то не так. – Василий! – рявкнула из-под автомобиля. – Опять ты гайки разбрасываешь?! Я вытерла вспотевшее лицо когда-то белой, а теперь черно-коричневой как пояс каратиста тряпочкой и вылезла на свет божий. Свет божий больно резанул по глазам. Ай! – Извините, мисс Ксандер! – ко мне подошёл мальчишка лет десяти, в военной форме. – Отдайте пожалуйста, я больше не буду! – В который раз ты "больше не будешь"? – вздохнула я, отдавая лишнюю гайку. – Бери уж. Кадет просиял и радостно удалился, старательно приматывая гайку изолентой к пальцу, что бы не потерять. Я бы поспорила, но сил нет совсем. Пустыня выматывает похлеще работы в поле. Дособирав машину я вылезла и направилась к своей палатке. Временное жилище встретило прохладой и темнотой. Уф. Замоталась. Растянулась на собственноручно сшитых подушках и наконец расслабилась. Работать сегодня пришлось всю ночь и до обеда. График у меня весьма плавающий. Ну, как график, нет его. Когда понадоблюсь, тогда и работаю. А работаю я механиком в пустынной экспедиции. Единственным на весь отряд. Ну, и экспедицией наш походик назвать тоже сложно. Так, тренировка мелкоты. Я и сама, помнится, с десяти до пятнадцати только так и жила. Все зелёные так живут. А потом либо в солдаты, либо начинаем уже самостоятельно промышлять, походы собирать, в общем, веселиться по-взрослому. Живём мы на Зелёном континенте. Несложно догадаться, да? Континент очень плодородный, климат на континенте мягкий, почвы плодородные, как говорится – воткни палку в землю, на ней тут же арбуз вырастет. Сверху. А внизу картошка. Кто не ходит по экспедициям - впахивает на полях и огородах. То есть, дети до десяти лет, их матери и старики. Хотя, стариков у нас мало. Достаточно много гибнут в походах, иногда кто-то кого-то за должок прирежет. Дожить до старости, с нашим-то образом жизни, - уже достижение, а прожить ее сыто и довольно - вообще шикарно. Таких уважают. Таких попробуй не уважай. Человек, проведший в разбойных набегах всю жизнь вплоть до старости, награбивший на сытую жизнь да ещё и воспитавший здоровых детей - страшный человек. Таких единицы. Как говорит история, как отечественная, так и с точки зрения других народов, раньше мы и были сборищем пиратов и бандитов, до того как нашли Зеленый. А после стали тырить технологии, слова и традиции у более развитых соседей, окончательно лишая себя шанса на собственную культуру. А по-другому и нельзя было – что бы качественно грабить, надо понимать, чего ждать. Континентов всего пять, но заселены из них только четыре - Зелёный - самый плодородный. На нем живут потомственные воители, грабители и мародёры. Самый милитаризированный континент. Недавно перешли от племенного образа жизни, своей культуры почти нет, куда ни плюнь - все ворованное. Красный - почти бесплодный. Там какая-то странная фигня происходит, люди рождаются магами. То есть, в прямом смысле могут наколдовать что угодно! К сожалению, украсть магию не удалось. Жители там суровые, жестокие. Когда-то давно то ли их свезли в пустыню, то ли сами сбежали с Синего, но факт остается фактом – теперь там свое общество. Фиолетовый - скрытный. Там постоянные туманы, местные жители крайне необщительные и гостей не любят. Черт знает, что там происходит. Синий континент славится высокими технологиями. Синее общество - идеал образованности и культуры. Так сказать, в противовес нам, дикарям зелёным. И последний континент - Жёлтый. На нем никто не живёт. Собственно, здесь я сейчас и нахожусь. Я думаю, через пару сотен лет здесь таки появятся поселение и будет еще и народ желтых. Вероятно, такие же мародеры, как и зеленые. Кто еще из нас получиться может? Бесплодная пустыня. Под землёй есть какие-то ресурсы, но зелёные их почти не добывают. Мы – грабители. Пришли, пограбили, если удалось быстро занять какую-нибудь добывалку – подобывали, пока не погонят, и свалили. За Жёлтый континент всегда шла беспрерывная война. Тут оригинальная флора и фауна, редкие ресурсы, и, наверняка что-то ещё, но нам, дикарям, не дано это понять. Мы сюда свою молодежь возим. Здесь идёт воспитание настоящих зелёных. Кадеты учатся выживать, воевать, питаться подножным кормом и в принципе возвращаются готовыми ко всему. Здесь есть и флора и фауна, но на поверхности живут только самые сильные хищники, да некоторые незаметные червячки. Метров пять в длину. Остальные формы жизни живут в пещерах глубоко под землей. Нам пещеры удерживать как-то влом, оседлого образа жизни мы здесь не ведем. Я выучилась на инженера-механика на Синем континенте и теперь в основном хожу с кадетским отрядами. Во взрослые экспедиции не пускают, так что еще ребенок. А меж тем девятнадцать на носу! Ну, как училась у синих – в плен загремела по дурости. А там шестнадцатилетние еще детьми считаются. Вот и взялись из меня человека делать. Три года там проваландалась, теперь кадетов вожу, немного в детство вернулась, да и не очень доверяют мне. И того все мои товарищи из кадетского отряда уже взрослые, а кое-кто с должностями, а я в пустыне гайки кадетами растерянные подбираю. – Ксандер! – в палатку заглянула голубоглазая кадет. Кажется, Азалия. Кадетов тут за три десятка. – Капитан Кррат приказал выдвигаться! Я молча кивнула и потянулась. Сейчас пойдем кадетов выгуливать. Шустро собрав рюкзак, я вышла из палатки и направилась к капитану всей этой конторы - Квазару Кррату. Возле него уже толпились кадеты. В отдалении стоял наш навигатор. Вообще необщительная личность. Ну, как, навигатор – чувак, который отлично разбирается в навигационных системах. Умный, короче. Имя спросить не удосужилась, не интересно как-то. С именами у зелёных вышла смешная история - мы просто воровали красивые слова и имена у других народов, не задумываясь, что они значат. Переплюнула в этом плане всех царица Моцарелла, назвав дочку Хламидомонадой. – Не-кадет Вермон! – рявкнул капитан. – Оставьте инструменты в лагере, они нам не понадобятся! Я лишь развернулась и пошла назад к палатке. Спорить с приказами капитана Кррата - не то чтобы себе дороже, но скорее язык сотрешь, чем переубедишь его. Значит, он решил не брать технику. Мне же легче. Спросите, на кой черт в походе механик, если нет техники? О, сразу видно, что вы не зелёные! Мы с капитаном, единственные зелёные взрослые, нужны здесь скорее чтобы детвору не сожрали раньше, чем они успеют чему-то научиться. Мы сами прошли восемь лет пустыни и научились выживать. Так что ружье на плечо и вперёд. Почему ружье? Да не ружье это, а электровинтовка. Но у нас такие сложные слова мало кто знает, а слово "ружье" появляется почти в каждом романе про военных. А они у нас читаются всеми и в больших количествах. Ввели одно время моду для просвещения населения. – Итак, кадеты, недалеко располагается вражеский лагерь! – радостно объявил Кррат, обернувшись к кадетам. – Недалеко, всего три километра. – Ага, немного... – пробормотал мужчина неопределенного возраста. Я даже лица его ни разу не видела. Видимо, не только меня задолбало таскаться черти куда. Солнце палит как ненормальное, ветра нет, растительности нет, она здесь только в пещерах глубоко под землей есть. Тихонечко переговариваются кадеты. В общем, ничего нового. Фиолетовые расположили лагерь на наших территориях, Кррату разведка предложила пограбить. Туда мы и направляемся. Народу там немного, к тому же за нами элемент неожиданности. Фиолетовых найти сложно – скрытные как черти. Радары их не видят, но разведка для таких целей фауну использует. Зверькам сообщить забыли, что они вообще-то эти лагеря видеть не должны. В принципе мы не спешим расширять свои территории, они ограничиваются ареалом обитания древних песчаников. Там, где живёт песчаник, не водятся никакие другие хищники, просто не выживают. Если пришли враги, то можно нехитрым методом вызвать подмогу. Но чтобы песчаник вырос до таких размеров, нужно лет двадцать, не меньше, поэтому мы периодически забираем их яйца и разносим по всей пустыне. Кто выжил - становятся нашими. К сожалению, они неприручаемы. Наконец, в бинокле появились небольшие сооружения. Около километра. Ещё немного... Наш навигатор тем временем дышал как паровоз и еле шел. – Пить хочешь? – спросила я у него, доставая из сумки флягу с водой. – Спасибо. – Проводник сделал пару глотков и отдал флягу мне. Кадеты, по приказу Кррата, вбили в песок несколько железных палок с приборчиками сверху. Нечего детей в настоящий бой гонять. А теперь всем было приказано отойти. Кадеты недоуменно оглядывались, пытаясь понять, что вообще происходит, а я наблюдала с легкой улыбкой. Первогодки, не опытные еще. Песок зашевелился, покрутился и из-под него вывернулась здоровенная бурая голова, а за ней и остальное тело. Огромный зверь, напоминающий сороконожку, замер на секунду, прислушиваясь. Он слеп, ориентируется на слух. А приборчики, которые мы вбили, конкретно его раздражают инфразвуком. Так что он сейчас будет драпать, ибо хочет спать. Песчаник щёлкнул хитиновыми пластинами и направился в сторону лагеря фиолетовых. С остальных сторон доносится тот самый противный звук, не слышимый человеку. – Бегом марш! – Квазар Кррат ускорился и перешёл на бег, подавая пример кадетам. Вообще, песчаник легко мог всех нас сожрать. Это только кажется, что раз они слепые, значит и тупые. Обращаться с ними надо очень аккуратно. Песчаник добежал до лагеря и стал рыть песок, ища тишины и покоя. В это время проснулись фиолетовые. Интересно, у них реально ночной образ жизни, или они просто глухие? Здоровенная, метров двадцать сороконожка ещё раз угрожающе щёлкнула пластинами и обернулась на шебуршание переполошенных людей. Раздались первые автоматные очереди. Тварь недовольно захрустела. Убить ее можно с простого пистолета, но надо знать, куда бить. Мы-то с малолетства в пустыне живём, а вот фиолетовые из своих дождей не вылезают, ха-ха. Мы просто не даём никому укорениться здесь. Нам не нужны конкуренты. Теперь и приманка не нужна. Обитатели лагеря только что выдали себя с головой. Сейчас зверь все сделает за нас. Песчаник, разрывая песок, влетел в лагерь, разметая все на своем пути. Мы взяли бинокли и внимательно наблюдали, как в двухсот шагах от нас обитатель пустыни закапывает незваных гостей. Нет, не специально. Просто разозлился. Если бы он кушать хотел, живых бы там не осталось. А так все всё побросали и свалили куда глаза глядят. По-моему даже без жертв. Ан нет, вон парнишка какой-то споткнулся. Ща песчаник его зажует. Я сняла с плеча лазерку и выстрелила по стене рядом с сороконожкой. Страх пустыни недовольно обернулся, а паренек в фиолетовой форме поднялся и понесся по песку сверкая пятками. Молодежь. Сразу видно, что иностранец. У зеленых так себя вести может разве что десяти-двенадцатилетний кадет, а этот примерно мой ровесник. А в это время наша сороконожка уже закончила с фиолетовыми и закопалась опять спать. Где-то на заднем плане капитан воспитывал наших юных подчинённых, а мне все что-то не давало покоя. Что-то не так. Мало их было. Фиолетовые, конечно, вообще не от мира сего, но... Не настолько же они глупы. Я торопливо выхватила бинокль. И точно! Не обманула интуиция! Вдалеке, разрывая к чертям песок, из-под земли выкапывался Странник. Огромный робот, около пятидесяти метров ростом. Такие используются для захвата и патрулирования опасных территорий. Придумали их красные для своих ядовитых степей, а теперь, когда найден жёлтый континент с неограниченными ресурсами, они вообще стали весьма популярны. – Капитан! Странник! – во весь голос объявила я, оглядываясь. Все переполошились. Капитан призвал кадетов к спокойствию и тоже достал бинокль. Странник уверенно вылезал из ямы. Вообще, песок – самое лучшее место, где можно спрятать такую махину. На видных местах нарисована шестеренка – герб синих. Видимо, автопилот. Чего-то он медлит. Если бы там был живой человек, мы бы уже были на прицеле. Неопытного пилота бы не отправили в пустыню. А этот чего-то стоит. Эти машины хоть и медлительны, но шаг у них огромен. Если Странник в километре от тебя - считай, что вплотную стоит. Сейчас расстояние около трёх километров и он нас не видит. Или не обращает внимания. – Кадеты, в лагерь бегом марш! – скомандовал Кррат, разворачиваясь. И тут начинается самое интересное. Толпа улюлюкающих подростков ворвалась на брошенную базу и тут же расползлась по территориям. Даже Кррат мигом потерял вид серьезного человека и бросился вытаскивать отсюда все, что вытаскивается. А я пошла осматривать технику. Почти все в спешке угнали фиолетовые, но в своеобразном гараже обнаружились броневичок и небольшая одноместная грузовая машинка, в народе называемая ласковым словом "вагонетка". В жизни настоящие вагонетки не видела. Хм, у вагонетки аккумулятор сел, а вот над броневиком придется поработать. Сломан. Но не проблема, фиолетовые сами могут делать только маскировку. Прочие детали они закупают у синих, а уж что делают синие я знаю как свои пять пальцев. Перевела вагонетку в режим зарядки, вытянула ее на улицу и перешла к броневику. Закончив с машинами я выглянула из гаража. Странник оглядывал себя, анализировал ситуацию и пока что бездействовал. Но это пока. Пока над ним можно постебаться. А вот когда он закончит проверку систем, можно будет только поплакать. – Ксандер, техника работает? – в гараж заглянул Кррат с полными руками всякого награбленного. – Да, вполне. Трофеи можно закинуть в вагонетку, кадетов в броневик. – Я облокотилась на машину, с интересом оглядывая Крратовы сокровища. Капитан кивнул, сгрузил награбленное в вагонетку и удалился собирать детвору. Надо свалить пока Странник не пришел в себя. В гараж ввалилась толкающаяся, ругающаяся и дерущаяся за трофеи толпа смуглокожих обитателей джунглей, у каждого кадета были полные руки разнообразного добра. Особенно ценились гайки. Уж не знаю, что кадеты с ними делают, но баталии за них идут нехилые. Следом вошел Кррат, опять неся гору трофеев в половину собственного роста. С голоду не помрет. Хотя, что уж там, зеленые в принципе с голоду не помрут. Краем глаза отметила, что не одна я наблюдаю за происходящим с легкой снисходительностью. Навигатор стоял столбом в углу, сверкая глазами из-под капюшона. Точно не местный. Тоже что ли у синих учился? Мы шустро загрузились в транспорт и направились домой. Я, Кррат и навигатор уселись в вагонетку. Снаружи раздался выстрел. Черт, Странник начал проверять оружие. Значит, почти включился. Следующий выстрел раздался прямо рядом с нами. А, нет, не почти, совсем включился. Расстояние между нами сократилось до двух километров. Мы шустро маневрировали, уворачиваясь от выстрелов. Черт, попадет ведь! Это пока пристреляется, пока настроится, но чем резвее мы улепетываем, тем больше данных он получает. Хм, фиолетовые у нас мастера маскировки, значит, ее можно как-то включить... Рядом раздался оглушительный выстрел. Почти попал! Я резко развернула машину, уворачиваясь. Так, на каком-то здесь все незеленом написано. Местонахождение основных систем и кнопок примерно представляю, но что бы понимать фиолетового, не достаточно знать их язык. Надо быть фиолетовым. У них совсем другое мышление и весьма странные наименования. Так, "зарей" они называют фары, а "любовь" это, что бы вы ни подумали, кнопка включения антиграва. А где маскировка? "Тьма"? "Ложь"? – Ксандер, что ты ищешь? – спросил навигатор, нервно оглядываясь на преследующего Странника. – Да кнопку маскировки. Черт этих фиолетовых знает, как они их подписывают. – Процедила я сквозь зубы, уворачиваясь от выстрелов и краем глаза перебирая кнопки. Черт, что в понимании фиолетовых значит "версия"? А "крылья"? – Ветер. Я щелкнула на кнопку с таким названием и... Сработало! На небольшом дисплее высветилась надпись, мол, маскировка включена. Я передала эту информацию водителю броневика и он тоже исчез с радара. Осталось только оторваться. Ну, это не сложно. Перестав нас видеть, Странник просто палил по траектории нашего движения, тем временем как мы отъехали метров на тридцать и продолжили движение, периодически перемещаясь. Все-таки Странник хоть и машина, но умная, как черт, так что расслабляться нельзя. Как говаривал мой преподаватель: "Человек моет превзойти машину только по степени идиотизма и самоотверженности. В остальных случаях имейте ввиду, что робот уже предугадал ваши действия и развитие событий на год вперед." Они не спят, не отвлекаются. Вагонетка чутка задрожала и немного опустилась. Песок под антигравом стал рыхлее. Отлично, до лагеря осталось около пяти километров. Это логово второго песчаника. Зелёных с детства учат определять рыхлость песка как под ногами, так и под антигравом. Тем временем в бинокль можно увидеть человеческую фигуру, бредущую по пустыне. Это ещё кто? Символики не видно, слишком далеко. Тем временем фигурка вдалеке все приближалась. Мелковата как-то. Ребенок что ли? Может, в лагере что-то случилось, отрубилась радиосвязь и кадет-часовой идёт просить подмоги? А что, фиолетовые имеют привычку глушить связь. Судя по помрачневшему лицу капитана, ему в голову пришли такие же мысли. Задумавшись, я потеряла Странника из виду. А зря. Совсем рядом раздался ужасный шум. Меня ослепило вспышкой. Когда я пришла в себя, Кррат и проводник были без сознания, а правая часть антиграва значительно повредилась. Так это ж махина наугад попала! Я опять сменила траекторию и чуть снизила скорость. Если машина окончательно сломается, то мы останемся здесь, так что попробуем остаться за спиной робота. Шаг самоубийственный, но хотя бы взрыв машина почувствовала. Ловко облетев здоровенную железную ногу, я притаилась за ним и тихо почесала следом на приличном расстоянии. А фигурка вдалеке подошла настолько близко, что в бинокль можно разглядеть лицо. Девочка со светлыми волосами. То ли карлик, то ли мелкая. Не помню таких среди кадетов. Да что уж там, не берут таких маленьких в кадеты! Завидев нас, девочка ускорилась, но было видно, что она устала. Интересно, маленький нетренированный ребенок, а выносливость как у взрослого зеленого. Погодите-ка... А что это там за пепелище вдали? Видно плохо, но по-моему, там был грандиозный пожар. Уж не наш ли лагерь? А меж тем, пожарище действительно от нашего лагеря. И место примерно то же, и разломанная машина неподалеку валяется. И зачем я на нее почти сутки убила?... Из лагеря драпали кадеты-часовые. Далеко не уйдут, Странник заметил лагерь. Подростки обежали робота и побежали в к нам в панике. Черт, первогодки, чтоб их! Что-то я пропустила, когда Кррат их муштровал на тему "местоположение своих выдавать нельзя". Робот быстро додумался, что к чему, и направил на нас пушку. Ну что, все! Яркая вспышка и... ничего. Наоборот, задымился сам Странник! Еще один выстрел. Из ниоткуда возникла волна огня и буквально смела машину, обращая ее в бегство. Ну, сразу видно, что синий. У них трусливые до ужаса как машины, так и бойцы. Оглядевшись, я увидела костер почти с человеческий рост. Похоже, из него и шло пламя. В бинокль я разглядела в огне ту самую девочку. И нет, она не горит, она... создает огонь! И, к слову, чувствует себя в нем прекрасно. Наконец, мы приехали. Я остановила машину и приказала кадетам выйти из броневика. Пока Кррат в отключке, я главная. – Эгегей! Людиии! – закричала девочка, подпрыгивая от радости. Мне б столько энергии. Бессонная ночь давала о себе знать. Я достала из сумки две фляги. Воды осталось совсем чуть-чуть, а вот коньяка ещё много. Я его почти не пью. Дала всем присутствующим по глоточку коньяка, разбавив остатками воды. Детям совсем немного, лишь бы горло было чем смочить. Ещё одна фляга крепкого алкоголя оказалась у капитана. – Хей! Я здесь! – девочка подбежала к нам и стала с интересом разглядывать. – А вы откуда? А куда вы идете? – Домой мы идём. – Мрачно сказала я, разглядывая девчонку. Блестящие голубые глаза, кожа в саже, плащ весьма обгорел и под ним виден такой же обгоревший сарафанчик. Сразу видно, что не местная. В кадетских отрядах и лагерях иногда бывают дети, но они воспитываются как солдаты. Никаких сарафанчиков и косичек до пояса здесь не носят. Девочка просияла. – Как здорово! А возьмите и меня! Я устала и пить хочу! – взгляд мелкой стал просящим. – Дом наш был там. – Я указала на обломки лагеря. – А пить есть только коньяк. – Где ваш дом? – удивленно подняла брови девочка. – А коньяк мне нельзя. Папа говорил, что лучше кактусовый сок. Девочка наставительно подняла палец вверх. И где она кактусы нашла? Их в принципе нет не то что неподалеку, а на всем Желтом. Я еще раз показала на обгорелые остатки палаток и машин. – Что? – глаза пришелицы округлились. – Вы жили... Там?... Она растерянно переводила взгляд с обломков на нас. – Я... Я не знала... Мне сказали, что там плохие люди живут! – ребенок стал выглядеть совсем жалко. – Это я разрушила... Я не знала! Меня сюда привезли и сказали, что там плохие живут, и если все не сломать, они меня съедя... – Цыть! – я приложила палец к губам и присела рядом с ней. – О том, что это ты сделала – никому ни слова. Девочка кивнула. Не дай бог кадеты узнают. Нечего толпе мародеров отдавать ребенка. – Видали, как эта девчонка лихо Странника ушатала? – один из кадетов с интересом вытянул шею и оглядывает девчонку. – Ага, молодец! – поддержала я. Ну вот, подростки сами создают девчонке нужную репутацию. – А как ты это сделала? – спросили из толпы. – Ну... Просто. – Девочка пожала плечами. – Как все могут. – А как все могут? – ребята дружно нахмурились. Послышался скрип мозгов от активной работы мысли. А до меня, кажется, дошло, что произошло. – Ну, в смысле "как"? – девочка только пальцем у виска не покрутила. – Вот так. Ее ладони в прямом смысле загорелись огнем. Ну вот, я была права. – Покажи-ка руки. – Я поманила девочку пальцем. Она подошла, протягивая ладошки. И точно. На тыльной стороне ладони была татуировка в виде огнедышащего дракона. Красная, значит. Ну, тогда все ясно - у красных иногда рождаются столь сильные маги, что сами не могут контролировать свою силу. Таких в раннем возрасте вывозят куда подальше, чтоб не мешались. И им набивают герб Красного континента, что бы не путать. И перед нами как раз одна из таких. А неубиваемость ее следует из огромной магической силы. Не удивлюсь, если красные не гнушаются использовать малолетних изгнанников как оружие. – Итак, – вынесла вердикт я – эта девочка становится частью сто сорок девятого кадетского отряда! Капитана и навигатора погрузить в машину, после отсортировать трофеи! Пусть сами решают, как сортировать. Лишь бы делом занялись. Меня дёрнули за руку. Я посмотрела вниз и увидела Миранду. – А как вас зовут? – девочка внимательно заглянула мне в глаза. – Спасибо вам. Она обняла меня за ногу и крепко прижалась. – Я Ксандер. А за что спасибо? – я недоуменно подняла бровь. – Ну, ведь... я не вернусь к маме. И вы меня спасли. Спасибо вам. – девочка путалась в словах и не могла нормально сформировать предложение. – Меня зовут Миранда. Я настолько растрогалась, что даже не нашлась, что ответить. К горлу подкатил ком. Так, нет. Отставить слезы. Я погладила девочку по голове и взяв ее за руку, пошла за отошедшими кадетами, контролировать исполнение приказа. Вскоре очнулись и проводник с капитаном. Я вкратце рассказала капитану весьма подправленную версию истории и "предложила" оставить девчонку под моим началом. Через пару месяцев кадетов отпустят на неделю домой, на континент. Тогда и отвезу девчонку. Сдам в детдом. Придется ей стать зеленой, ибо красные назад не возьмут. А... Как она приживется в строгих правилах? Что делать с ее бесконтрольным даром? Вряд ли на континенте станут аккуратно и бережно воспитывать ее и учить контролю. И что делать? – Правильный выбор, не-кадет Ксандер. – Шепнули рядом. Я обернулась и сразу врезала сзади стоящему локтем. Проводник быстро исчез и оказался за пару шагов от меня. Мужчина улыбался под капюшоном. Не, ну точно фиолетовый! – Как тебя зовут хоть? – я скрестила руки на груди, оценивающе оглядывая собеседника. За почти месяц сотрудничества так и не осведомилась. – Даниель Вартен. – Навигатор подал руку. – Просто Дэн. – Александра Вермон, просто Ксандер. – Я пожала руку и улыбнулась в ответ. Ну вот, цивильненько познакомились. Никакого тебе показательного конфликта, дабы оценить длину зубов соперника. Больше проводник разговаривать не захотел и удалился. Кррат вскоре надрал уши кадетам за все, что можно, и приказал идти к путям поездов. Нет, железных дорог тут нет. Имеется ввиду путь, по которому катаются туда-сюда полностью автоматические поезда на антигравах. Я более-менее привела вагонетку в чувство и мы поехали. За всю дорогу Миранда не произнесла ни слова. Иногда прижималась ко мне и постоянно оглядывалась по сторонам. Я прикрыла глаза и стала усиленно насыщать организм кислородом. Устала пешком идти, да и жара неимоверная. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Рядом послышалось сопение. Миранда тоже глубоко задышала. – Устала? – я погладила ее по руке. – Нет, а что? Мне магия помогает. – А чего дышишь так глубоко? – Ты так делаешь, значит, от чего-то помогает. Неоспоримо. Вечерело. До железной дороги было значительно дальше, чем до лагеря фиолетовых, со слов Дэна, чуть больше пяти километров. Прекрасно. Как бы ни было досадно потерять большую часть вещей и в том числе - все мои инструменты, девочку никто не винит. Ну, как не винит – никто не знает. Даниель истуканом сидел рядом, флегматично наблюдая за происходящим. Я давно подметила, что навигатор наш не местный. И выглядит по-другому, и ведет себя не так. На синего тоже не тянет, на красного вообще не похож. Получается, фиолетовый? Да и все эти шифры фиолетовых без труда разобрал. Надо будет осведомиться. Дэн долго смотрел в бинокль, а потом наклонился к капитану и что-то сказал. Я на всякий случай тоже достала бинокль. Миранда посмотрела в кулачки. Вдалеке стоял поезд. Но низкий какой-то. И стоит как-то не так. – Странно все это. – Сказала Миранда, смотря в кольца из большого и указательного пальцев. – И не говори. – Я дала девочке бинокль. Она изумлённо вздохнула. Подойдя ближе, я поняла, что поезд не низкий, он просто перевернулся. Набок. С чего бы это? Я обошла состав кругом. Так, стоп, а где локомотив?! Как таковой машины здесь нет! Я задумчиво почесала затылок. Лазерные рельсы уже растворились. Ну, как лазерные... Набор подземных маячков, сигнализирующие автопилоту, куда ехать. И поездом, по сути, эта машина не является, и рельс здесь нет и никогда не было. Мы, товарищи дикари, в прошлом веке живем, нам так привычнее. Возле места, где по идее должен был быть локомотив, виднеются следы. Не человеческие. Больше раза в два и какие-то гладкие. Нет узора от подошвы. Чье это? Может, он локомотив и спер? – Кадеты, осмотреть состав с начала! Не-кадеты, осмотреть состав с конца! – громко объявил капитан Кррат. Мы молча развернулись и пошли к концу поезда. Комментировать странные решения командира уже надоело. Как только я вскрыла дверь, в нос ударил замечательный запах! Едааа... В вагоне стояли огромные ящики с разнообразными цитрусами. Правда, в основном они были тонким слоем рассыпаны по полу, но не суть. Я хотела было бежать предлагать обеденный перерыв, но сдержалась и решила подождать. В следующем вагоне, вероятно, должны были везти скот, но скота нет. Наверное, вагон перегоняют. Загоны стоят пустые и чувствуется едва уловимый запах скотного двора. А вот следующий вагон заблокирован. Дверь явно подперта изнутри. Как интересно. Внезапно Миранда сзади чихнула. Спину опалило жаром. Я едва успела отскочить. Мелкая вновь загорелась и выпустила волну огня. Стекло вылетело, дверь раскалилась. Потом Мира огляделась, поняла, что напортачила и решила закончить начатое – ее пальцы заискрились и раздался небольшой взрыв. Дверь вагона вышибло к чертям. В полной темноте виднеется неясное движение. Я едва успела повалить Миранду на землю, как из вагона вылетела неясная фигура. – Живьём не возьмёте! – раздался тонкий женский голос. Я сразу получила в челюсть. Стало очень холодно. Нет, так не пойдет! В кровь хлынул адреналин. Я достала нож, но применять не спешила. Пнула нападающую армейским сапогом, она резко и с визгом возникла перед моим лицом. Я рефлекторно врезала в глаз, пробормотав нецензурное слово. Закончил дело навигатор, ударивший девушку в висок. Итак, что у нас тут? Загорелая бестия со светлыми волосами и в красном одеянии. Красная? Вот чего так холодно стало. Очередной маг. Я быстро слезла с поезда и нашла Кррата. – Капитан! – я подошла к нашему предводителю, окруженному стайкой кадетов. – Там целый вагон цитрусовых и агрессивно настроенная красная девушка. Ледяной маг. Капитан призадумался и отправился смотреть находимку. Дэн, покачивая Миранду на руках, залил в рот девушки немного коньяка. Красная закашлялась и вскочила. – Что это за дрянь?! – она настороженно оглядела присутствующих. Как дикая кошка, готовая броситься. – Коньяк. – Пожал плечами проводник. – Ничего другого нет. Ты кто вообще? Она хотела было ответить, но пристально уставилась на мое плечо. Я тоже на всякий случай посмотрела. Все как обычно, Зелёная повязка и герб в виде перекрещенных крыла и кинжала. – Вы что, зелёные? – ее глаза округлились. – Не синие? – Странно было бы увидеть синих неподалеку от границ территории зелёных. – Пожав плечами, я протянула ей руку. – Как зовут тебя хоть? Я Ксандер. – Карина. – Девушка недоверчиво покосилась на мою руку, но все же пожала. – Что ты здесь делаешь? – вздохнула я. Ещё одной магички нам не хватало. – А это кто? – Карина обеспокоенно посмотрела на Миранду, спящую на руках Дэна. Вымоталась, бедная. – Эй, малыш, ты в порядке? – Да спит дитё, не лезь к ребенку! – я встала перед ней, загораживая проводника и девочку. – Вашего народа, кстати. – Вот мне и интересно, почему зелёные у нашего народа детей воруют. – Она прищурилась и вновь встала в боевую стойку. Ну, как боевую, магическую. Даниель молча показал ей татуировку на руке Миранды. – Сдались нам ваши дети. Своих в пустыне голодом морить не успеваем! – я кивнула на кадетов, с интересом наблюдавших за нашим разговором. Тут очнулся капитан. – Кадеты, обед! Под радостный вой Кррат увел лишние уши кушать мандарины. Эх. Тоже хочу. Щазз, с находимкой закончу. – Зачем прибыла на Жёлтый континент? – недовольно выдохнула я. Жрать хочу... – Не твое дело. – Карина отвернулась и насупилась. – Если нас из-за тебя оставят без обеда... – Угрожающе начала я. Что будет если я ещё не придумала, но меня выручил Дэн: – То мы съедим тебя. – Не менее недовольно закончил проводник. – Я красная. – Вздохнула девушка. Мы кивнули, мол, догадались. – Здесь ищу своего брата, тоже изгнанного. – Она кивнула на сладко посапывающую Миранду. – Незаконно ехала в поезде синих, и подумала, что это они за мной пришли. – Ясно. – Я торопливо кивнула. – Оружие при себе есть? Враждебные намерения относительно зелёных есть? Карина отрицательно мотнула головой. – Тогда идём жрать. – Я махнула рукой. – Будешь рыпаться – свяжу и жратвы не дам. Я жестом показала девушке идти в вагон, отконвоировала ее и сдала на руки Кррату. – Пленная опрошена. Утверждает, что приняла осмотр вагона за преследование синей нацией. Капитан, видя наше с проводником состояние, кивнул. Мы с облегчением сели на пол и накинулись на мандарины. Потолок в перевернутом вагоне низковат, но по сравнению с прочими проблемами эта – так себе. – Вопрос только в том, – сказала я, поглощая один за одним мандарины, апельсины и еще какие-то цитрусы, – что делал на границе территории фиолетовых синий поезд. В пустыне мандарины вряд ли выращиваются, климат не тот, а о теплицах нам ничего не говорили. Причем, мы в почти самой жаркой части Желтого, рядом с центром. Получается, что мандаринки везли долго, фиолетовые не могли этого не знать. Значит, они в союзе? – Ничего такого неизвестно. – Вздохнул Кррат. – Вооружение синие фиолетовым точно не поставляют. Стоит задуматься. Но потом. Капитан приказал ночевать тут. Ну, за неимением лучшего... Я достала из рюкзака запасную куртку и улеглась на ней. Миранду уложила на самом рюкзаке и укрыла майкой. Холодно здесь ночами. Надо бы где-то раздобыть одежду для мелкой. Ближайший отпуск у меня будет, когда кадетов отпустят на неделю домой. То есть раз в полгода. В этот период можно закупиться вещами, повидать родных, возможно, сменить состав взрослых. Тем временем наступила ночь. Заметно похолодало. Ветра нет, где-то далеко слышатся звуки потасовки двух песчаников, гудят, активируясь, рельсы. Стоп, что? Я аккуратно вылезла из вагона и посмотрела на источник звука. Из тоннеля в нашу сторону едет вагонетка. Я притаилась за вагоном. В вагонетке сидит мужчина среднего возраста, а кузов заполнен блестящими и сверкающими кристаллами. Что-то напоминает. Завидев аварию на путях, мужчина остановил транспорт, поцокал языком и переложил пути рядом с поездом. О-па! Так он еще и оператор путей! Обычно, право управлять дорогами дают строительным компаниям и управляющим дорогами. Как интересно. Что же он там вывозит и с чьего разрешения? Я перебралась к другому боку опрокинутого вагона, к путям. Мимо меня проехала вагонетка. Я успела выхватить небольшой кристаллик из кузова и вновь притаилась. А мужчина, кажется, то ли слушает музыку, то ли что-то смотрит. Сидит в наушниках и покачивает головой. Вот это отношение к работе. Точно не официально работает. Контрабанда? А что вывозит-то? Я посмотрела на кристаллик, взятый из вагонетки. Нежно-зеленого цвета, с каими-то вкраплениями. Что-то все же напоминает. В голове всплыла картинка из учебника. Экриксилит! Мощнейший источник энергии, из-за которого, собственно, и передрались за Желтый континент. Конечно, здесь есть еще какие-то руды, металлы, кристаллы и прочее, но, подозреваю, не будь здесь экриксилита, пустыня никому б не сдалась. – На что смотришь? – раздался голос сзади. Я сразу выхватила нож и резко обернулась. За спиной стояла Карина. – Эй, ты чего?! – девушка отскочила, материализуя в руках ледяные шестигранники. – Чего подкрадываешься? – я хмуро убрала нож назад за пояс. – И убить могут. – Не зря вас дикарями именуют! – закатила она глаза. – Так чего встала-то? Мы смерили друг друга подозрительными взглядами. – Кто-то из шахты ресурсы вывозит. – Подумав, поделилась я. – Интересно. – задумалась Карина. – Пойдем, посмотрим? – Куда? – я удивленно оглянулась, подняв бровь. – Как куда? В тоннель конечно! Надо же узнать, почему локомотив без состава поехал! – Утром. – Обрубила я. – Надо выспаться. Я проследила, что бы Карина улеглась и сама вернулась на место. Сознание быстро уплыло в царство морфея. Снилось что-то странное. Проснулась, по привычке, с рассветом. Капитан и многие кадеты уже встали. Спали только Дэн, Миранда и Карина. Но они не зеленые, им простительно. В вагон ввалился кадет-часовой. – Капитан! – крикнул пацан, держа в руке бинокль. – Фиолетовый Странник в десяти километрах, движется к нам! Все замерли, как громом пораженные. По границе он нас преследовать еще мог, но в наглую переть по вражеской территории? И какого черта мы ему сдались? Они войны хотят? Хотя, учитывая, что фиолетовые не побоялись разложить лагерь на нашей территории... Наглеют. Капитан приказал отступать в тоннель. Выходит он недалеко от наших территорий, так что сможем уйти от Странника и добраться до своих. Я доложила о контрабанде. Быстро растолкав сонь, мы направились в проход. Заодно и локомотив поищем. Миранду я взяла на руки. Она худая, легкая. Тоннель встретил нас холодом и сыростью. Где-то есть источник воды. Чуть дальше были растения, разнообразные жучки и прочая местная нечисть. Помнится, первым делом сюда рвались биологи, изучать образовавшиеся в изоляции виды. – А почему молчим? – вопросила Карина на всю пещеру. Все синхронно прижали палец к губам, мол, молчи. – И все же? – Потому, что это кадетский отряд, а не вечеринка! – хмуро прошептал Кррат. – Тихо. – Нельзя провоцировать местные формы жизни. Тише. – Я еще раз показала жестом "тихо". Девушка кивнула. Надо же. Обычно красные раза с десятого понимают. А Миранда все это время спала. То ли они в принципе спят до обеда, то ли мелкая много сил потратила вчера. Понятия не имею, как магия работает. От стены отделилась неясная тень и направилась за нами. Похоже, пещерный волк. Если не провоцировать, есть шанс, что он уйдет. Лучше не нарываться, на шум могут все обитатели пещер сбежаться. Зверь некоторое время бесшумно двигался за нами. Вскоре его заметили кадеты и капитан, за ними Дэн. В неведении осталась лишь Карина. Направляющий при виде здоровенного хищника вздрогнул, но с шага не сбился. Молодец. А кадеты к такому приучены, волнения ни в одном глазу. Эх, помню, как сама шла по такой же пещере со своим отрядом. Мы тогда просто образцово закончили курс, наш командир требовал строгой дисциплины. На Странников не нарывались, пропавшие поезда не искали, иностранных пленников с собой не таскали. Зато вернулись в полном составе и лагерь не теряли. Даже не знаю, что лучш... И тут до Карины дошло... Она отпрыгнула от волка и завопила, обдав зверя ледяной струей. На языке прокрутилось несколько ярких слов. Я быстро сняла с плеча лазерку. Такой реакции не ожидал даже волк. На морде животного отразилось недоумение, но получив град острых льдинок, он быстро опомнился и кинулся на Карину. Кадеты дружно открыли огонь, превратив нападающего в решето. – Бежать! – приказал Кррат, подхватывая Карину на руки. Отстанет еще. Мы бегом направились к другому концу тоннеля. Из дыр в стенах, кустов и поворотов раздавался шорох и высовывались любопытные морды. От тряски проснулась Миранда. – Что происходит? – сонно спросила она, потирая глаза руками. – Тише. Мы бежим из пещеры. – Шепнула я на бегу. – Кто-то гонится? – девочка обеспокоенно оглянулась. – Сейчас я им устрою! Кому и что она собралась устраивать я спросить не успела. Пещера за нами полыхнула жаром, температура воздуха резко поднялась, часть тоннеля, которую мы уже прошли, превратилась в духовку. Теперь бежали мы не от теоретических хищников, а от следующей за нами по пятам иссушающей жары. Растения мгновенно вяли, мелкие зверьки с писком разбегались, а туша волка позади быстро обуглилась. – Миранда, хватит! – крикнула я, чувствуя, что горячее облако куда быстрее тренированных мародеров. Облако остановилось, жара с расстоянием сменялась на привычную пещерную прохладу. За километр от того места тепло уже не чувствовалось. – Не-кадет Миранда, действия оправданы, но не согласованы с начальством! Нельзя так! – покачал головой Кррат. – Хорошо. – Девочка кивнула и опустила глаза. Я погладила ее по голове. Подопечная счастливо улыбнулась и поудобнее устроилась на моих руках, походя на сытого кота. Впереди что-то виднеется. Довольно массивный объект размером где-то... с локомотив! Да это он и есть! Чего ж его так занесло-то? Я подбежала к мирно стоящей в тоннеле машине. Надо посмотреть, что в кабине. Машинист есть, или автопилот? Даже если второе кабина все равно есть. Но дверь не открылась. Заперто? Достала нож, попыталась открыть дверь им. Внезапно поезд прокрутился по вертикали и сжался в комок. Ой! Вот от чего вагоны перевернулись! Я отскочила, доставая лазерку. Поезд превратился в массивную антропоморфную фигуру. Робот. Здоровенный, три-три с половиной метра, белый с синими и красными полосками. Вот чьи следы были возле вагонов. Что это? Где и кто его сделал? Хотя, раз состав синих, то и робот их же. Но ведь он не вез ничего важного! Зачем делать такого крутого охранника? – Назовись! – сказала я, наставляя ружье. Нечто оценило ситуацию и, вновь свернувшись в поезд, поехало от нас по рельсам. Я побежала следом, несколько раз выстрелив. Ничего. Лазер просто отражался, не причиняя никакого вреда. Я значительно отстала, все же, не тягаться человеку с поездом. Даже зеленому. Техника вся сгорела в лагере, а у меня даже роликов нет. Мы уже близко к выходу. Почему-то поезд стал замедляться и вскоре мы с отрядом его нагнали. Я, как самая мотивированная, подбежала почти вплотную. Хотела по адавать вопросы для проформы, но все они мигом вылетели из головы, когда стало ясно, почему поезд замедляется. Выход из тоннеля перегородила... Нога. Огромная, железная, явно принадлежащая Страннику. Хитрость не удалась. Перед поездом сверкнуло яркое пятно. Земля ушла из-под ног. На миг показалось, что я падаю. Молчащая долгое время Миранда крепче прижалась ко мне. Еще одна вспышка и я оказалась в ровной, как поле, местности. Телепортация?! Что эта железка еще умеет? И где я? Ладно, потом, робот уезжает. А вот теперь он едет на полной скорости. Не догоню. Внезапно поезд резко остановился. Рельсы пропали. Сзади стоит Карина, вытянув руки. Видимо, вместе со мной телепортировалась. Кстати, Странника отсюда еле видно даже в бинокль. Километров пятьдесят, не меньше. Я подбежала к поезду. Ледяной просто. – Ты его что, изнутри заморозила? – я удивленно обернулась на Карину, отдышивающуюся и вытирающую пот со лба. Она молча кивнула. Видимо, истратила все силы. Я быстро достала рацию. – Капитан! Как слышно? – Слышно хорошо! – раздалось из рации. – Поезд остановлен! Нас перенесло примерно на пятьдесят километров к северу! – доложила я. – Остановитесь и ждите нас. Конец связи. Замечательно. Сидеть и ждать. Карина подошла к поезду и сползла по его стенке. Кажется, вот-вот отключится. А мне вот не дает покоя Странник, стоящий не так далеко. Наши, зеленые бинокли свободно видят на десять-пятнадцать километров, а у Странников и обзор и угол обзора больше. Тем более, создатели этого странника – синие, скорее всего, в союзе с фиолетовыми, а у них самые высокие технологии нашего времени. Вероятно, у них бинокли еще лучше. Хотя, и они биноклями чисто символично называются. Достижение современной науки. На них даже объекты выделять можно. Мне кажется, или он приближается? Точно. Только что был в пятидесяти километрах, сейчас в пятидесяти и одной пятой. Замечательно. – Карина! – я похлопала девушку по щекам. – Карина! Она сморщилась и потерла лоб. – Чего? – она сонно посмотрела на меня. – Ничего, просто к нам Странник идет! – я попыталась поднять ее на ноги. Стояла она с трудом, только опираясь на меня. Черт! – Приближается объект "Странник". Континент – Синий. – Раздался механический голос из поезда. – А то без тебя не знаем! – огрызнулась я. Сейчас поезд абсолютно беспомощен и бесполезен. Сомневаюсь, что если бы у него работало хоть что-то, он бы здесь стоял. – Запрашиваются действия. Позвоните в агентство, обеспечивающее данную машину для возвращения и ремонта техники. – Заткнись, железяка. – Отмахнулась я. Недолюбливаю за это синих, как у них что сломается, каждая флешка начнет выть. А Странник все ближе. Бежать? Ага, ага, с двумя людьми на руках. Да и поезд бросать жалко. Такой материал пропадает! Так, единственный, кто у нас может задержать или победить Странника это... Вообще, другой Странник, но песчаник тоже сойдет. Гранаты? Есть парочка. Выпустили бы меня сюда без снаряжения. Песчаник? У Дэна есть карта абсолютно всех более-менее важных объектов – вплоть до логов песчаников и кактусов. Хотя, кактусов там нет. Их на Желтом в принципе нет. Я опять достала рацию. – Дэн, дай координаты ближайшего песчаника! – быстро проговорила я, недовольно поглядывая на Странника. Сорок восемь километров. – Кто? – раздался голос Кррата. – Скинул! – быстро отозвался навигатор. Интересно, Кррат просто забыл, как зовут нашего проводника, или и не знал? С него станется. Итак, не очень далеко есть логово песчаника. Два километра на запад. Есть в полутора километрах, но на север, придется убегать дальше в пустыню, а тогда найти отряд будет сложнее. – Бежим! – я, придерживая Карину, как можно быстрее направилась в нужную сторону. Мы бежим вбок от машины. Если не успеем спровоцировать песчаника – Странник нас догонит. Не ясно, убьет, или возьмет в плен, не ясно, чего он к нашему отрядику прицепился, но попадаться не хочется. Сорок семь километров. Бежали долго. Ну, как бежали, я пыталась бежать, держа на руках маленькую девочку и таща не очень легенькую девушку. Тридцать пять километров до Странника. Робот ускорил шаг. Пятьсот пятьдесят плюс минус восемь метров до пустынника. Еще немного. Робот остался оттаивать на прежнем месте. Двадцать четыре километра до преследователя. К пустыннику уже пришли. Уф! Итак, операцию начинаем. Я сдала Миранду Карине и приказала сидеть на месте. Теперь шумовую гранату в руки. И лазерку. Отбежала, выстрелила. Песок недовольно заворочался. Я еще раз отбежала, уже метров на сто и бросила гранату. Раздался ужасный шум. Гигантская сороконожка не заставила себя долго ждать. Сейчас она не спит,так что легко пришла в себя. Тринадцать километров до робота. Я развернулась и побежала в сторону Странника. Песчаник пока тупит. – Эгегей! – крикнула я, смотря на преследовавшего нас робота. Он опустил взгляд, пытаясь понять, чего отчаянная зеленая от него хочет. Пять километров. Пустынник не разочаровал. За спиной послышался шорох. В лесу подобный звук легко принять за белку или ветер, но в пустыне шуршать нечему. Нечему, но есть кому. Я тут же кинула гранату в сторону Странника. Взрыв. Сороконожка сразу же забыла обо мне и переключилась на гранату. Фух! Могла бы и убить ведь. Вскоре шум угас, но остался скрежет и жужжание механизмов Странника и топот тяжелых ног. Уж не знаю, пилот там, дистанционное управление или автопилот, но он явно догадался, что я хочу сделать, и попытался развернуть машину, но уже поздно. У песчаников хороший слух и очень быстрые лапы. Он уже близко, так что Страннику не сбежать. Десятиметровая сороконожка легко взбирается по ноге Странника, вгрызаясь в колено. Робот пытается скинуть или сорвать вредителя, но куда там! Песочник ловко бегает по телу гиганта, разгрызая и царапая. Действительно жуткое зрелище. Вскоре робот начал искрить и дымиться. Он слишком медленен и неповоротлив, что бы поймать шуструю и верткую сороконожку. Странник ударил себя в грудь, раня зверя. Запахло дымом. Я резко обернулась, выхватывая нож. Ко мне бежал костер. Небольшая горящая фигура. Я отпрыгнула, лихорадочно соображая. Тем временем горящий карлик воздел руки к небу и стало очень жарко. Странник раскалился и натравленный мною зверь сразу же слез и закопался. Раздался взрыв. И на этот раз не шумовой гранаты, а самый настоящий. Грудь робота просто разорвало на части. И тут до меня дошло. – Миранда! – негромко позвала я, тихо приближаясь. Неконтролируемых красных лучше не провоцировать, а то сама рискую так же взорваться. – Миранда! Горящий силуэт обернулся, медленно затухая. – Ксандер! – крикнула девочка, подбегая ко мне. – Теперь за нами никто не гонится, да? – Да, да. – Я погладила ее по голове. – Ты сделала это осознанно или дар вышел из-под контроля? – Ну... – подопечная замялась – Немного. Ведь робот мог убить жука и добраться до нас! Я испугалась. А с жуком все будет хорошо, да? – Конечно, они живучи, как тараканы. – Я опустилась на колени и прижала подопечную к себе, успокаивая. – А кто это? – девочка заинтересованно посмотрела на место, где закопался пустынник. – Жуки такие. На Зеленом континенте живут. Я встала, оглядываясь на идущую к нам Карину. Так же раздался вызов по рации. – Не-кадет Ксандер, доложите о своем местоположении и состоянии и о местоположении и состоянии не-кадетов Миранды и Карины. – Обеспокоенно потребовал Кррат. – Докладываю: – я выпрямилась для солидности. – Не-кадет Карина получила сильное истощение вследствие перерасхода магической энергии. Остальные в нормальном состоянии. Если наши координаты не отражаются, то мы за километр к западу от взорванного не-кадетом Мирандой Странника. – Вас понял. Хоть теперь никуда не уходите. Конец связи. Уф! Управились! Мы с девочками расположились на теплом песочке и поели мандаринчики, которыми я до отказа набила все щели и сумки еще в поезде. Наконец вдали показался наш отряд. Мы вышли навстречу и вскоре присоединились к потерянным товарищам. Я в красках рассказала капитану и благодарным слушателям историю про поезд. Правда, когда мы дошли до того места, локомотив-трансформер конечно же ушел. Или уехал, черт его знает. – Кстати о поезде. – Сказал Дэн, посматривая в какие-то приборы. – Он ушел недалеко. Сбился с пути и застрял в зыбучих песках. Ага. Получается, на местности в первый раз, ибо даже однажды побывав на длительной вылазке в пустыне если и не запомнишь все опасные зоны, но переть не глядя не будешь точно. Только вопрос: те, кто его создал, пусть даже и не синие, смогли спроектировать очень быстрого и крепкого робота, который может принимать форму поезда. Идеальный шпион или охранник для ценного груза. Но они не догадались загрузить в него карту? – Хм, Дэн, – задумчиво начала я – а есть ли в том направлении какие-нибудь значимые объекты? – Они везде есть, но именно здесь зона зыбучих песков и ближайшая база, зеленых, кстати, в пятидесяти километрах и есть наиболее удобный путь. Скорее всего, он может самостоятельно прокладывать пути, поскольку таковые на ту базу не ведут. Просто бежал и заблудился. Навигатор показал мне карту. Как интересно. То есть, робот-поезд ехал по дороге синие-фиолетовые, нарвался на нас, пустился в бегство и опять влез на территорию государства у которого очень напряженные отношения с их союзниками. Так еще и заблудился. Может, Карина ему навигацию отморозила? – Во всяком случае не вижу причин терять такую добычу. Сейчас разберем Странника, потом и за поездом сходим. – Заявил Кррат. – Выдвигаемся немедленно! Странник мягко говоря в плачевном состоянии. Хлам нерабочий. Мы распределились по телу робота и стали скручивать на первый взгляд полезные вещи. Меня, как образованного механика, направили в голову – кабину. Я прихватила Миранду, чтобы обучалась и привыкала, и объясняла ей все подряд. – Смотри, – сказала я, залезая внутрь. – Это кресло пилота. Он контролирует деятельность машины. Полностью подобными вещами никто уже не управляет, просто машина придумывает несколько моделей поведения, а пилот выбирает нужную. Если не верна ни одна, то можно составить свою, по действиям, или даже надеть специальный костюм с датчиками и показать роботу правильные движения! – вдохновенно тараторила я. Тут даже непонятно, кто из нас маленький ребенок. – То есть можно общаться с роботом? – заинтересовалась Мира. – То есть, он живой? – Не всегда. – Я почесала затылок. – Есть и роботы с искусственным интеллектом, с которыми можно общаться как с живыми, но военных роботов обычно делают без него. Боевая машина должна безоговорочно подчиняться человеку. – Жалко. – Вздохнула она. – Хотелось бы такого же крутого, но живого и поменьше. – Мне тоже. – Я тоже вздохнула. – А тебе что, тоже интересны роботы? – Ага! – глаза девочки засияли. – Они иногда проходили рядом с нашим поселением... Пока я жила там... С мамой... – Это грустно. – Я вздохнула и прижала ребенка к себе. – Но рано или поздно от родителей приходится уезжать. Я уехала в десять, учиться. В начальной школе обучали максимум писать и считать, а вот навыки получать надо в кадетских отрядах. Там я провела восемь лет, отучилась и теперь сопровождаю других детей, которые еще учатся. Я своих родителей вижу раз в полгода, когда отпуск. А тебе сколько лет? – Семь... – Всхлипнула Миранда. Мы еще немного посидели, кажется, став чуть ближе. Потом я продолжила обшаривать кабину. Нашла ящик инструментов, что очень порадовало. Вероятно, он здесь просто в запасе лежит, ибо робот весьма старый. Из того поколения, что совмещает в себе все три способа управления – непосредственное, дистанционное и автоматическое. В более новых осталось только два – дистант и автопилот. Говорят, что уже появляются исключительно автоматические. Этот стоял на автопилоте, но кабина явно обустроена человеком. Закончив обшаривать робота мы набили рюкзаки всяким приятным хламом. Кадеты зачем-то скрутили все гайки, которые нашли. Это у них то ли игра, то ли валюта. А я потом хожу и ищу, откуда отвалилось. И теперь мы идем к роботу-поезду. Осталось примерно три километра, далеко не уехал. Добрались ближе к вечеру. И действительно наш робот, что интересно, в антропоморфной форме, замер по грудь в песке. Видимо, песок забился в суставы и наш поезд просто беспомощен. Я хочу посмотреть на людей, пославших столь неприспособленное к пустыне творение на Желтый! – Не-кадет Ксандер, разобрать на детали и разобраться в устройстве! Остальным отдых. – Объявил командир и ушел есть прихваченные мандаринчики. Я молча кивнула, подхватила ящик инструментов, поманила Миранду и направилась к беглой машине. Массивный железный монстр внушал уважение и вызывал восторг. Краем глаза отметила, что Миранда тоже смотрит с восхищением. Видимо, не одна я тащусь по роботам. Итак, сначала снять броню и открутить все, что крутится. А что собственно откручивать? Ни болтов, ни гаек, ни следов сварки. Он сделан из цельных листов металла. В прямом смысле. Нигде нет соединений. Впервые на такое натыкаюсь. Как следует измерив и зарисовав машину я достала нож и лазерный резак, морально готовая долго и упорно долбить. Прошло много времени. Я резала его резаком, удивлялась, била ножом, резала резаком, тихо материлась, пинала сапогом, била ломом, не тихо материлась, использовала секретное заклинание моего учителя "твоюмать" и просто билась лбом об стену. Да как так-то а? Не самый глупый инженер, не самая худшая выпускница Школы, опытный специалист и все равно никаких идей! Он не ломается, не режется, не пилится и не сминается! Что это за материал? Что это за конструкция? И много у синих такой фигни? Если много, нам конец... Одного такого бессмертного робота хватит чтобы вырезать базу, а то и не одну! Да они могут захватить все, что угодно! Я от безысходности вбила отвертку между головой и шеей непробиваемой машины. Ать! Ать! Да как ее теперь вытащить?! АТЬ! – Давай помогу? – спросила Миранда, с час уже наблюдавшая за моими попытками. – Ну давай... – я слезла и абсолютно опустошенно села рядом с ребенком. Подопечная опять воздела руки к небу. Я на всякий случай отбежала. Раздался взрыв, вечерний воздух вновь раскалился до дневной температуры. В эпицентре происходил настоящий ад. Песок вокруг робота превратился в стекло и потек вниз. А железяка... А НИЧЕГО НЕ СТАЛО С ЖЕЛЕЗЯКОЙ!!! От жара Миранды даже Странник тихо смотал лыжи, а этому хоть бы хны! Даже не оплавился! Я пришла в ярость. С силой кинула в бессмертную машину камнем, но он отскочил, даже не поцарапав. Тогда я пальнула из лазерки. Смертельная вспышка, плавящая обычный металл с одного выстрела и при должном усердии уничтожающая боевые машины... отразилась. Не причинив вреда. Внезапно машина зашевелилась. Медленно расколола затвердевшее стекло и выбралась наружу. Потом, даже не взглянув на нас, робот свалил в закат. С моей отверткой. Тут мои полномочия все. ВСЕ!!! Я быстро отчиталась Кррату, сложила инструменты и уложила спать Миранду. А сама села на свой же чемоданчик и стала грустно смотреть на звезды. Спать не хотелось. Гадская машина нанесла сильный удар по самооценке. Опытный инженер-механик не просто не разобралась в чужих технологиях, а даже разобрать их не смогла...