Больше, чем напарник

Глава 1. «И запахло морозом» «Брат может не быть другом, но друг - всегда брат». – Фридрих Ницше. Холодное утро в глубокой деревушке в Финляндии всегда заставляло меня сидеть дома, попивая тёплый чаёк вместе со своей крёстной матерью. Порой к нам заявлялся мой старый товарищ по службе, мы сидели и обсуждали счастливую жизнь. Он редко появлялся в нашей деревне, а когда появлялся – считай, день удался. Мои отношения с ним всегда были на уровне «приятеля» или «коллеги», я даже подумать не мог, что всё вышенаписанное изменится до такой неузнаваемости. В доме всегда было тепло, ибо моя крёстная всегда подкидывала дров в камин, что позволяло моему сну идти дальше, а мне – отдыхать. Очередным зимним холодным утром, я лежал в своей мягкой удобной кроватке, укрывшись теплейшим одеялом. Время было примерно 9:45, прошлый день был для меня сложным. Помимо основных бытовых занятий, я пишу роман, посвященный моей службе в Хельсинки. В настоящий момент мой роман написан лишь на одну пятую – пятьдесят страниц. Финляндия, 1974 год, начало января. Меня зовут Виктор Мякинен. Мне двадцать семь лет. Рождён я был в России, но иммигрировал в Финляндию вместе со своей крёстной матерью в 6 лет. Там же я и служил, нашел друзей и, видимо, умру. Но в этот день мой покой прервали грохот и хлопки, доносящиеся со стороны парадной двери. К слову, спал я в комнате, которая была рядом с кухней, а кухня находилась близко к выходу из дома. Через несколько секунд после шума, я некоторое время продолжал лежать, пока не услышал топот, становящийся всё громче и громче. Тогда, я встал, накинул быстро свои тёплые носки, подштанники, согревающие зимние штаны, затем свой серовато-бежевый свитер и чёрные, длинные, армейские сапоги и помчался к выходу. В этом доме было две двери. Одна – парадная, собственно вход в дом; другая – выход на задний двор. Я помчался к выходу, сломя голову, попутно прихватив старое доброе ружье, прямиком с фронта, и пару патронов. Как только я вышел из дома, топот перестал быть слышным. Осмотревшись, я понял, что сегодня холоднее, чем обычно. Метели не было, но сугробы покрыли почти весь задний двор. Я смотрел на небо, слушая свист холодного ветра. Он дул мне прямиком в лицо, спустя несколько минут, мои волосы покрылись инеем, а щёки красными, словно свежий помидор. «Зря я ничего не надел на голову» - проявились первые мысли в моей голове. Но мысли эти сразу же меня покинули, как только я услышал очередную серию хлопков. Но в этот раз, хлопки были громче и были чем-то похожи на выстрелы. В голове началась вырисовываться полная картина происходящего. Я зарядил ружье, встал у двери, и ждал. Прошло минут 5-8, а вокруг меня сплошная тишина, лишь свист ветра сопровождает меня в такой напряженный момент. Наконец, я решился, набрался храбрости и вошел в дом. Я держал ружье наготове. Так, я прошел всего шесть шагов, дойдя до кухни. Как только я вошел в кухню и окинул своим взором комнату, я помутнел. На полу лежало двое мужчин с пулевыми ранениями: в груди и виске. Одеты они были бедно. Их помятые рваные курточки напоминали мне мешки с картошкой. Видимо, это были простые жители данной деревни, решившие ограбить выделяющийся по своей красоте дом. Но кто убил их? Этот вопрос не покидал меня всё то время, пока я рассматривал мёртвые тела. Один из этих мужиков вызвал во мне агрессию своей глупой физиономией. Не выдержав, я пнул, что есть мочи, тело бездыханного бедняка. В тот же момент я опомнился. Пожалел, что так поступил, но сразу вспомнил вероятную цель этого человека. Я посмотрел на тело второго мужчины. Его лицо было более привлекательным, в отличии от предыдущего. Его неаккуратные густые усы напоминали мне Отто фон Бисмарка. Я решил, что оставлю его мёртвое тело в покое, ибо он выглядел куда опрятнее своего приятеля. Я вышел с кухни, перед этим взяв нож со стола. Слева от кухни был туалет, из которого никаких звуков не исходило, следовательно – там никого не было. Такой вывод я сделал, поскольку любой доносящийся звук оттуда был слышен даже в десяти метрах от него. Всему виной – стены, которые слишком хорошо проводят звук. Пройдя далее, я вновь увидел бездыханные тела. Один из них был трупом моей крёстной матери, расположенный на лестнице. Я не обращал внимание на еще три трупа рядом, истекающих кровью и заливших ей весь пол. В тот момент, когда передо мной предстал труп самого дорогого мне человека, мыслей не было. Я даже не был в состоянии плакать, настолько это потеря была велика для меня. В детстве мои родители развелись, никто из них не хотел меня забирать, но зато крёстная захотела. С того момента она выращивала меня чуть больше двадцати лет. Теперь, я смотрел на её расстрелянное тело. Я заметил пять пулевых ранений. В моей голове перепуталось абсолютно всё. Я присел на ступень рядом с ней. Пока я сидел, я размышлял. Куда я пойду? Что буду делать? Кто мне поможет в такой простой деревне, находящейся в нескольких сотнях километрах от города. Прошло двадцать минут, наконец, давно известная мне личность показалась, выходя со стороны моей спальни. Глава 2 – «Правда» Передо мной показалась давно знакомая мне личность. Это был тот самый мой товарищ со службы, который изредка навещал меня. Причиной его приезда в основном была благодарность за то, что я как-то спас его от гранаты. За несколько секунд до взрыва я сумел среагировать, взял гранату и бросил её в безлюдную местность. Тем самым, его лицо не превратилось в кровавый фарш. Но в момент этой встречи, мои мысли окончательно смешались. Я не мог произнести и слова, лишь направил заряженное ружье на своего приятеля. В тот момент, когда прицел был направлен на него, он в свою очередь с ещё большей скоростью достал свой пистолет «Люгер». Затем и я был на прицеле. Моё лицо было полностью покрасневшим от давления, стиснув зубы, я дал волю эмоциям. И слёзы, одна за другой, пошли из моих глаз. Я всё ещё продолжал держать своего товарища на прицеле, и спустя некоторое время, я смог заговорить. - Ублюдок, убери ружье, немедленно. – угрожающе проговорил мой приятель со службы, направляя мне прямо в лоб ствол. - Гас?.. Скажи, во имя Христа, за что? – сквозь слёзы говорил я. Мои руки тряслись, поэтому даже если бы я выстрелил, Гас бы особо не пострадал. - Убери к чёрту своё ружье, тогда я объясню. Обстановка была напряженной. Я надеялся, что всё происходящее вокруг меня – глупый сон. Гас выглядел слегка потрёпанным. Его длинные волосы, достигающие подбородка, явно не были помыты. Коротенькие усики и щетина наполняли его и без того, обескураженное лицо. Тёплое миндально-коричневатое пальто было надето на нём и прекрасно подходило его среднему телосложению. Он был обут в тёмные сапоги, покрытые еще не оттаявшим снегом. К сожалению, от реальности я не мог никак скрыться. У меня не оставалось выбора. Пришлось убрать ружье. Странно, но я не чувствовал в нём опасности. Доверия к Гасу было столько, сколько к матери. И он не обманул, мы вошли в мою спальню. Я присел на кровать, а он на кресло напротив меня. Он начал первый. - Я хотел навестить твою крёстную еще вчера, но были неотложные дела. Сегодня, когда я прибыл к вам, я увидел несколько гадов. Они все направлялись в сторону вашего дома. - Что было дальше? – перебил я Гаса. Я хотел цепляться за каждое его слово, в надежде избавиться от дурных мыслей, но это было бы слишком неуместно. Рядом с креслом, на котором он сидел, была тумбочка с кружкой ещё тёплого утреннего кофе. Гас взял кружку, сделал один глоток, затем продолжил: - Далее я проследовал за ними. Как только они вошли в дом, я встал напротив самого большого окна и наблюдал. Это было глупым решением, надо было сразу их грохнуть. Я услышал выстрел, боялся, что тебя убили и с большой скоростью влетел в дом. На лестнице лежала твоя крёстная мать, истекающая кровью. Она смотрела на меня, ещё будучи живой. Ярость переполняла меня. Рядом с ней стояло три высоких мужчины в грязной дешёвой одежде. Я их всех убил, но тебя не нашёл, зато слышал, как ты выбежал из дома. Дальше ты видимо догадываешься, что было. - Да, догадываюсь… Даже знаю. Гас на время затих. Я видел в его лице скорбь и сожаление об утрате, но он старался подавлять эмоции. Нас с Гасом много объединяет. Мы вместе служили, жили в одном городе, верили в одного бога. Он был для меня единственным другом, которому я мог открыться. Следующие несколько минут мы молча сидели, смотря друг на друга. Грусти о гибели моей крёстной особо больше и не было. Я понял, что моё будущее будет связано именно с этим человеком. Либо я убью себя. Наше молчание прервал шум, исходящий с улицы. Это был взрыв, размер которого составлял примерно двадцать метров. Гас сразу же принял решение. - Идём в лес, пока не сгинули. – с страхом сказал он, наблюдая за распространявшимся дымом от взрыва. Я находился в недоумении. Что могло повлиять на этот взрыв? Почему он произошел? Эти мысли не покидали меня до того момента, пока Гас не дал мне пощёчину со словами: - Ты хочешь умереть, Мякинен? Выбегая из дома, Гас прихватил шапочку, лежавшую на полу, рядом с мертвым телом одного из грабителей. Затем мы немедля выскочили из дома, оставив всех мертвецов, включая мою крёстную Наталью Пиртман, продолжать гнить. Из-за большой нагрузки на мой разум, я не осознавал своих действий. Более того, я перестал чувствовать себя в своём теле. Слишком много ужасов произошло менее чем за час. А ведь ещё 40 минут назад я спал крепким сном, видел красивые сны, и крёстная ещё была не убита. Мы с Гусом бежали прямиком вглубь леса, расположенного близко к дому. Тем временем, мышление вернулось ко мне. Гас бежал очень быстро. Настолько быстро, что как только мы забежали в лес, он уже был впереди меня на 50 метров. В этот момент я почувствовал весь тот холод, который сопровождал меня. Ещё когда я бежал, не зная куда, я не чувствовал ничего, в том числе и холод. Даже наоборот, я испытывал сильный жар во лбу, мне было трудно дышать и бегать в том числе. - Что ты стоишь на месте, Виктор?! – злобно крикнул мне издалека Гас своим нервным голосом, будто наше единственное спасение – это ничто иное, как лес. Несмотря на мой приход в адекватное состояние, я не мог ответить ему. Я лишь шёл из последних сил, в последний раз надеясь, что сплю. Глава 3 – «Личный лес» Я живу в этой деревне достаточно давно, поэтому этот лес и стал для меня по-настоящему родным. В нём я всегда видел утешение. Крёстная мне рассказывала, что деревья действительно живые, и им можно высказаться о своих проблемах. Я не верил в такие «сказки», но со временем всё больше понимал свою крёстную маму. Из-за моего увлечения к написанию романа, я редко ходил в лесную чащу. Да и в последнее время не особо хотелось выходить из дома. Досадно от того, что сейчас я должен был здесь находится, хотя сам не понимаю – зачем. При заходе в лес, перед глазами открывалась длинная дорога, окруженная высокими деревьями. Пройдя чуть дальше, был склон вниз и налево. Как я вышел на склон, перед моим взором предстала великолепная картина природы. Деревьев стало больше, но теперь кроме дороги и пространства стало намного больше. Здесь я чувствовал себя гораздо комфортнее. Вдалеке красовались давно знакомые мне кирпичные дома. С детства я не понимал, живут ли там люди? Видимо, это так и останется для меня вечной загадкой. Гас продолжал идти, а я шёл вслед за ним. Пройдя более 600 метров, мы приостановились глубоко в лесу, рядом было несколько больших камней, на которые мы и присели. - Теперь ты объяснишь? – уставшим от вечной ходьбы голосом произнёс я, смотря с угрозой на своего напарника. - Скажу понятно – по дороге сюда я вспомнил про деньги, которые специально для меня спрятал один человек. - - И поэтому ты вывел меня из собственного дома, привёл сюда, для того, чтобы посмотреть на гребаные деньги!? – В моём лице начали проявляться гнев и обида, пока Гас мне не ответил. - В твоём собственном доме более, чем шесть трупов. Чем мы по-твоему должны были заняться? А тот взрыв!? Ты понимаешь, о чем я? – высоким тоном ответил мне Гас. Его крики раздавались эхом по всему лесу. Но нас никто не видел и не слышал. Он мог спокойно убить меня здесь, или же наоборот, я мог убить его. Вскоре, мы прошли еще несколько сотен метров и, наконец, нашли те самые деньги, о которых мне с пеной у рта рассказывал Гас. Мол, это что-то важное, и важнее этого уже ничего не будет. Сумка, замаскированная под мешок с картошкой, была вся в снегу. Видимо, закладчик хотел максимально скрыть большую сумму. Хотя, в такой глубокой деревне, где живёт крайне мало человек, смысл прятать, да и тем более в лесу? Убрав небольшой слой снега, покрывающий сумку, я, мягко говоря, был в шоке. Сумка, примерно 55 сантиметров, была полностью забита финляндскими марками. На такие деньги можно было купить себе самую дорогую одежду в Финляндии, или целый дом. Я хорошо знал Гаса, но сейчас я не понимал, откуда он получил такие богатства. - Сие богатства мне достались от убийства одного мерзавца. Я голыми руками замочил его, затем утопил в речке и избавился от всех следов. – с холодом и частичкой агрессии, сказал мне Гас. Я ожидал чего угодно, но не такого ответа. Я был шокирован, от чего и не мог никак ответить. Поэтому пришлось молчать. Гас взял сумку, повесил себе на правое плечо и скомандовал: - Вперед и с песней! Мы шли еще долгое время, от шока я не мог ничего сказать своему напарнику. Хотя в тот момент я думал, что никакого напарника у меня и нет, а я просто помогаю преступнику. Пройдя более двух километров, мы вышли к очередному склону. Но в этот раз, нас не окружали сплошные деревья, покрытые снегом. Теперь перед моим взором предстали несколько домишек, гуляющие суровые люди, длиннющая железная дорога и столбы с электрическими проводами. Глава 4 – «700 метров» Деревня перед моими глазами никогда мне ранее не встречалась. Более того, я даже и подумать не мог, что в ближайших 10 километрах есть железная дорога. Вытянутая перед нами дорога вела прямиком в лесную чащу. Эта местность была чем-то, вроде небольшого отдыха от постоянных деревьев. Если присмотреться, то вдалеке я мог видеть несколько холмов, а далее – снова лес. Мы с Гасом продолжали идти, несмотря на интерес жителей к нам. В один момент, к нам подошел незнакомый мне старик, одетый в тёплую шубу. Видимо, у него был особый к нам интерес, поэтому мы из вежливости ответили на его предстоящий вопрос: - Кем и откуда будете? – спросил старик своим хриплым голосом. В его лице виднелось явное подозрение. Наверное, он понятия не имеет, что за двое неизвестных ему мужчин делают в его деревне. - Нам нужно выйти к речке, не подскажите, где она? – с видом яркой доброты ответил ему Гас. Я был приятно удивлён такому резкому смену настроения своего напарника. Меньше минуты назад его гримаса напоминала мне сурового мужчину, пережившего многое. А сейчас он с таким добрым лицом ответил пожилому человеку. - Вижу, сумка у тебя городская… Забава. Вперёд идите, там, где лесная чаща, примерно метров – семьсот. А там речку вы сами увидите. – в ответ добродушно сказал этот милый старик. Теперь я видел в его лице совмещение доброты и порядочности с хитростью. Я чувствовал к нему недоверие, но пропустил эти мысли, ведь сейчас лучше не напрягать Гаса. Семьсот метров. Такое красиво, однако, число. Как только мы вошли в лес, мои опасения начали угасать. Я решил поверить в то, что такой человек живёт здесь давно, поэтому владеет такими знаниями. Речку не было видно. Лишь деревья, уходящие вдаль. Теперь же, когда были лишь мы вдвоём, я спросил у Гаса: - Зачем нам куда-то идти? Зачем мы вообще идём к речке, если могли просто вернуться домой? Гас хладнокровно молчал. Я чувствовал от него раздражительность, но больше я не мог терпеть. Остановившись, он сбросил с себя сумку, посмотрел на меня и наконец-то, ответил. - Как ты планировал избавиться от трупов? – фыркнул он мне, не отводя мёртвого взгляда на моё лицо – сжечь в камине? Недурно, но я не представляю, как бы ты голыми руками засунул свою крёстную мать в огонь. – продолжил Гас. - Почему ты сразу не сказал причину ухода? И зачем нам идти к этой проклятой реке?! – не выдержал я, и на последних словах сделал акцент, словно я военный маршал и спрашиваю никчёмного солдата о его ошибках. К этому моменту лицо Гаса слегка покраснело, он решил снять шапку. Не прошло и десяти секунд, как Гас вновь заговорил. - Представь, перед тобой – плачущий щенок. Его мать умерла по вине злой шавки. Ты будешь объяснять бедному щеночку, почему он обязан покинуть свою будку? Нет! – тут он с силой бросил шапку на снежную землю, на которую все также сыпались пушистые хлопья снега. – ты вместо этого взял бы щенка и отнёс его в более безопасное место. Я понял мысль Гаса, поэтому лишь кивнул и мы пошли дальше. Мне показалось странным, что Гас не удосужился поднять шапку, в отличие от сумки. Скорее это потому, что шапка принадлежала плохому человеку и бросив её, он хотел мне что-то сказать. Как читатель уже догадался, мысли его я не до конца понял. Наша недолгая дорога продолжалась еще чуть более двух минут и мы, наконец, подошли к реке. Наше направление сопровождал свист ветра, уже поднадоевший моим ушам. Небольшая паника посетила мой разум, как только я начал анализировать слова Гаса. Я – щенок. Моя крёстная – мёртвая мама щенка. Убийца моей матери – противная шавка. Печально мне было от того, что я так и не узнал истинного убийцу моего любимого человека. Однако я итак знал, что он давно мёртв, но всё также лежит в моём доме. После моих коротких размышлений, я мысленно стал благотворить Гаса за такую помощь. Сейчас меня уже не так заботила потеря всей жизни, как узнать, куда же идёт наша дорога, и где она кончится. Подходя к реке, я вспоминал того славного старичка, оказавшего нам услугу, подсказав местонахождение реки. Я вспоминал его грубый баритон, звучащий, словно разговор ведёт человек, куривший всю свою божью жизнь. А река тем временем была покрыта льдом. Глава 5 – «Чуждый и родной дом» Лёд, покрывающий поверхность реки, вызывал у меня некоторые подозрения. Похоже на то, что толщина льда крайне мала, поэтому он может треснуть от любого неверного касания. Однако меня это не волновало, ибо Гас вёл меня далеко не к реке. В метрах так тридцати-сорока от речки располагался небольшой кирпичный домик. Он выглядел ещё совсем новым, лишь на нескольких кирпичиках я обнаружил грязь и плесень. Окошек было достаточно, всего одиннадцать штук. Двое по бокам первого этажа, также со вторым этажом и еще несколько окон, расположенных не параллельно друг другу. - Дом, однако, знакомо выглядит – пробубнил себе под нос Гас, выпуская из своего рта клубы пара. Дом находился на небольшом холме, на который было вполне легко забраться. Сделав лишь несколько простых движений, мы дошли до дома. Теперь он был к нам куда ближе, чем минуту ранее. Мы вошли в знакомое мне жилище. Внутри картина не до конца предстала передо мной. Комната, в которую мы вошли сразу, как открыли дверь в дом, напоминала предбанник. Он был сгоревшим, стены были почерневшими от сажи. Справа от двери стояло небольшое кожаное кресло, еще не утерявшее свой рубиново-красный цвет. Тем не менее часть кресла была оплавлена. Сама комната напоминала чем-то стандартную комнату отдыха. Посередине располагался деревянный стол, покрытый обгоревшей клеёнкой. Подальше стола были несколько ящиков из дерева тёмного дуба. Однако такая красивая древесина не спасла их от частичного сгорания. Справа от выхода стояла дверь, что вела в небольшой предбанник, который также был сгоревшим. В самом низу в правом углу стены было что-то на подобии печки, рядом с которой лежала кочерга. Зайдя вглубь предбанника, я вошел в саму баню. В углу бани стояла невысокая банная печь, наполненная изнутри камнями. Жаль, что уже холодными. Выходя из бани, меня одолело странное чувство. Словно дежавю или что-то по типу этого. Действительно, предбанник, как и комната отдыха сильно напоминают мой дом, который я покинул тремя часами ранее. В глазах слегка помутнело, я даже вспотел. Но придя в себя, я выкинул из головы тревожные мысли. Поэтому я решил пойти вслед за Гасом, направляющимся к двери, расположенной в конце комнаты отдыха. - Навевает воспоминания? – с усмешкой спросил меня Гас, окидывая взглядом кухню. - Да… - с безысходностью ответил я. Сейчас мне было уже не до смеха. Кухня была точь-в-точь, как моя. Для полной картины не хватало двух мертвых мужиков, вещи, поставленные в нужном порядке и чистоты. Деревянный пол был сырым, в грязи и даже плесени. Стол усеян кусками… мяса? Ещё совсем свежее мясо, напоминающее своим видом свиное. Кровь текла из куска и покапывала на пол. Эта кухня по своей планировке и расположению мебели, была словно из моего дома. Однако такая кухня напоминала лишь альтернативную версию моей кухни. Слишком уж грязная и противная она была. - Дерьмо… - прошипел Гас, глядя на кровоточащий кусок мяса. Такого выражения лица на нём я не видел никогда. Брезгливость и ужас смешались в его физиономии. – это ли не та самая «неудачная» попытка твоего деда? – продолжил он, переведя свой взгляд на меня. - Не припоминаю, чтобы было такое. Что вообще за неудачная попытка? – с недоумением спросил я. Я даже понятия не имел, что мой дед творил что-то подобное в глуши глубоко в лесу. - Не помнишь… - огорченно вздохнул Гас, бросив сумку на стол. – ты рассказывал ещё при моём первом приезде к тебе, что где-то в этой деревне есть старые творения твоего деда. – шипящим голосом продолжал Гас. Тяжелое напряжение царило вокруг. Тишина. Свежая кровь. Старая постройка моего деда. - Было такое… - принял факты я и затем взялся руками за лицо. Я молил бога, в которого я даже и не верил, вернуть меня назад. Но какое божество послушает неверующего человека? - Я так полагаю, это оно и есть. – сказал Гас, осматривая полки, стол, пол. - И зачем мы здесь…? – с отчаянием спросил я Гуса. Мысли мне говорили что-то на подобии: «Застрелись его пистолетом, либо попроси!». Однако моя жизнь была мне ещё дорога, да и я боялся за жизнь Гаса больше, чем за свою. - Я… я уже не знаю… - окончательно сдался Гас. Лёгкая слезинка пустилась по его твёрдой холодной щеке. Теперь мы оба находились в одном эмоциональном состоянии. Мне уже было всё равно на свою жизнь, поэтому я решился пройти дальше. Подле выхода из кухни стоял небольшой комод, на котором мирно располагался музыкальный проигрыватель. Внутри него была вставлена пластинка. Она была вся в пыли, небольших каплях крови и царапинах. Но это не помешало мне нажать на кнопку… Глава 6 – «Baby blue» Итак, я нажал на кнопку. На моё удивление, проигрыватель заиграл. В этот момент пределу моего испуга не было предела. Песня британской рок-группы «Badfinger» - «Baby blue» заиграла. Качество звука песни оставляло желать лучшего. Пропадающие слова, искажённый звук, шипение мешало полностью насладиться композицией. Песня началась не с начала, а примерно с середины. Это ещё больше ввело меня в заблуждение. На громкий звук проигрывателя прибежал Гас. Глядя на его отчаянное лицо, истекающее слезами, мне также хотелось заплакать. - К-как… - всхлипнув, спросил Гас. - Сам в шоке. – хладнокровно ответил я. Детально осмотрев зал, лестницу и даже комнату, напоминающую мою, страх покинул меня. Теперь я лишь думал, что это либо слишком похожий дом, либо нам повезло и мы нашли постройки моего деда прямиком из 40-х годов. - Не печалься ты так! – с оптимизмом заявил я. – просто жуткий дом, пошли отсюда. - Пока мы живы… - начал Гас. – я вытащил тебя из твоего дома, ведь взрыв вдалеке дал мне знать о людях, прибывших за мной. Может это были и не они, но я был напуган. Также я боялся за твою жизнь, поэтому потащил сюда. Мне жаль, что ты столько натерпелся… - тут его медленно капающие слёзы полились ручьём. – Мы не ели, не пили… Пластинка играет, значит тут кто-то был и поставил её… Дальше Гас не мог произнести и слова. Он прилёг на сырой грязный пол и горько заплакал. Лишь мгновение спустя, я услышал совершенно странные и незнакомые мне звуки, доносящиеся со стороны парадного входа. И тут я понял, почему Гас в истерике… Странные звуки, напоминающие стоны и всхлипы, становились громче и мрачнее с каждой секундой. Отойдя от проигрывателя, я прислушался к звукам. В моей голове резко запищало. Головная боль заставила закрыть глава и схватиться за голову. Давление росло, как и страх. Ужас, что наполнял эти стоны, ещё сильнее портил картину. Когда же звуки прекратились, я поднял голову. На расстоянии ближе метра от меня стояло двухметровое пугающее существо. Из его рта лилась пена, оно было совершенно голым, однако пол этой твари я не определил. Худое туловище, костлявые руки и ноги, тёмная кожа, ободранная в некоторых местах. При всей его худобе, оно было достаточно мускулистым. В области живота прекрасно были видны внутренние органы, напоминающие гибрид свиных и человечьих. На его шее располагалась лысая голова, с символикой, похожей на пентаграмму, на лбу. Его острые, как бритва, клыки вылезали даже из жёстких щёк Белые небольшие круглые глаза в его роже вызывали ужас. Напоминало глаза ослепшего. С его когтей стекала алая кровь, а функционирование некоторых органов можно было разглядеть. По-настоящему страшный опыт, такого я никогда не испытывал за 27 лет жизни. Я видел, как человеку отрывало голову, убийство Джона Кеннеди, труп сожжённого человека, но это существо перекрывало все рамки. После непродолжительной паузы, которая длилась для меня как целая вечность, оно издало очередной стон, после которого я не выдержал. - Мерзость, уйди с дороги! – крикнул я с храбростью могучего воина, но при этом я чувствовал невероятный испуг и боязнь. Что я смогу сделать против такой твари? Не успею я и приблизиться, как оно разорвёт моё тело на несколько частей, затем то же самое с Гасом. Поэтому я надеялся на ответную реакцию существа, что оно уйдет и всё. Но надежды мои не оправдались. Оно смотрело прямо мне в глаза и кряхтело каждые несколько секунд, изредка постанывая. Тут я услышал, как Гас, опираясь за стол, встаёт. Мы перекинулись взглядами, я дал ему понять, что делать. Он привстал, сменил выражение лица с печального отчаяния на ненависть и неприязнь к врагу. Я отошел немного взад от Гаса, дав ему этим полностью встать. Теперь, когда этот герой встал, не прошло и трёх секунд, как он достал свой «Люгер» 1954 года, доставшийся ему от отца, участвовавшего во Второй Мировой войне. - Прощай, падла. – хладнокровно сказал Гас, и нажал на спусковой крючок, глядя прямо в глаза той твари, что стояла ранее передо мной. Пуля пронеслась сквозь сердце существа, но всё-таки это не принесло ему никакого вреда. Существо стояло как ни в чём не бывало, лишь слегка дёрнулось. Кровь не текла, видимо оно уже потеряло достаточное количество крови, чтобы она лилась ручьём. Здесь же и началась стадия принятия своей судьбы. Я смотрел на Гаса, а он с эмоцией безысходности и уныния. От осознания бесполезности своего орудия, Гас уронил пистолет на пол. Теперь я видел в его грубых чертах лица того простого парня с моей службы, которого я однажды спас. Видимо, он хотел отдать должное, но не смог. Назло всем нашим опасениям, существо отступило на метр назад медленными шагами. Оно продолжало шипеть, стонать и хрюкать на нас, но не нападало. Я бы назвал эту встречу: «Тест на характер». Ведь оно даже не притронулось ко мне, лишь смотрело и смотрело… Воспользовавшись моментом, мы со всей скоростью вылетели из дома, Гас даже забыл свой пистолет и сумку. А оно всё также стояло в проходе на кухне. Глава 7 – «Больше никаких слёз» Вылетев из этого проклятого дома, мы, не остановившись, побежали вдаль по горе. Я уже настолько устал, что каждый шаг был для меня настоящей болью. Но это не останавливало меня, когда рядом со мной находится дом с демоном внутри. Перед нами стояла небольшая гора, к которой мы и подбегали. Добежав до неё, мы приостановились. Дом уже был вне поле зрения, поскольку его окружало множество холмов. Однако расстояние от нас к дому не превышало и двести метров. - Деньги… - сказал с горечью Гас. Сказал он громко, поэтому его баритон раздался по всей улице эхом. Опасений насчет той твари не было, ибо прошло больше пяти минут, а оно даже не последовало за нами. - Их не вернуть, или ты хочешь стать пищей? Гас даже не стал слушать меня. Он побежал изо всех сил к тому строению. А я вслед за ним. Не знаю, что на меня нашло. Сейчас меня лишь волновала его жизнь, ведь если он умрёт, то умру и я. Взобравшись на небольшой холм в ожидании кульминации, я наблюдал за Гасом. Он становился всё ближе к зданию. Гас решил зайти с главного входа в дом, а не с запасного. Скорее всего, он видел в этом лучший для себя вариант. Когда же он оказался перед порогом и встретился лицом к лицу с врагом, я был обескуражен. Затем я услышал громкий рёв, доносящийся из глубины гор. Обратив на это внимание, я сильно пожалел. За одной из гор, в 500 метрах от меня вылезло существо колоссальных размеров. Более тридцати метров. Оно было с белой шерстью, обтягивающей его кожу. Форма головы напоминала очень широкий овал. Оно раскрыло свою огромную пасть, и смотрело на меня своими крупными чёрными глазами. Прошло одно мгновение и под его могучим рыком, я повалился на склон. К сожалению, для меня, склон был леденистый, скользкий. Покатившись вниз по склону, надежд не оставалось. Я летел с невероятной скоростью в сторону ледяной речки, без сил, а моего напарника прямо на моих глазах хватает жуткая скотина. Оно схватило его, сжало плечи жертвы и принялось за трапезу. Я видел, как лицо Гаса рывком было сорвано, а его крики я не мог слышать, ибо рёв высокого существа заглушал остальные звуки. Последнее, что я видел перед тем, как погрузиться в воду, это взгляд без лица моего напарника, стремящийся на меня. Я видел его глаза, зубы, но не кожу. Затем жестокая сущность начала срывать скальп с моего напарника, а после и вовсе пробила его грудь своей худощавой рукой. Из дыры его тела морем текла ручьём тёмная кровь, окрасившая снег в алый. И вот, погружение. Я погружался на мелкое дно. Из последних сил я старался вылезти из воды, но под весом собственной одежды, усталостью, я смирился. Теперь вокруг меня лишь холодная вода. Вспоминая пережитое сегодняшнего дня, я проклинал Гаса, за то, что он вообще появился. Я сам мог убить тех грабителей, пристрелить или зарезать их. Но когда в моих глазах начинало темнеть, я понимал, что этот человек стал для меня больше, чем напарник.