Научись жить... пожалуйста.

      Взламывая очередной новый замок на школьной крыше, Эндрю проходит по бетонному покрытию, доставая из карманов школьных брюк пачку сигарет и зажигалку. За последний год, который он прожил со своим кузеном и братом-близнецом, было выслушано множество лекций про то, насколько вредно курение, да и вообще откуда он берёт каждый раз новую пачку. На эти возмущения, блондин лишь вкладывает почти пустую пачку в руку кузена, после чего покидает дом, доставая новую, получая лишь косые взгляды близнеца.       Сейчас, закуривая очередную за день сигарету, Миньярд снова, СНОВА, замечает одинокий силуэт на краю крыши, то и дело делающий шаг вперед и сразу обратно. Выпустив облако никотина в воздух, парень облокотился на стенку позади себя, принимаясь в очередной раз наблюдать за забавным парнишкой, околачивающегося на крыше ежедневно после занятий. Рыжеволосый парень, на два года младше него, только недавно, почти месяц назад, перевёлся в их школу и ни разу ни с кем не попытался даже поговорить. Прогуливая пару уроков, Эндрю замечал парня, спрятавшегося в капюшоне потрёпанной серой толстовке, в углу класса, почти на последней парте у окна, в которое наблюдал не отвлекаясь и не обращая внимание на учеников и учителей. Что самое удивительное, этот парень оказывался в топе своего математического класса, несмотря на полное игнорирование учителей.       Нил Абрам Джостен - ученик, чьё имя Эндрю запомнил сразу из-за нескольких причин: отличие в учебе, странная скрытость во время обучения, а также попытка самоубийства в первый день. Эндрю просто снова посещал крышу, чтобы покурить, избегая дежурных учителей, снова взламывал замок, а тут такой подарок в виде рыжеволосого пятнадцатилетнего парня в серой толстовке и свежими синяками на лице, который уже почти шагнул с крыши, только Эндрю успел схватить его, с усилием стараясь поднять его наверх. Ещё секунда и у порога школы лежал труп новенького, так и не подружившегося ни с кем. Удивительно ещё то, что замок был нетронут, а дверь на крышу - единственный вход. Как это парень забирается сюда, до сих пор загадка.       -Эй, шагай смелей, - усмехнулся блондин, оттряхивая пепел. - Уже месяц этот шаг сделать не можешь.       Рыжеволосый даже не обернулся. Просто сомкнул ноги вместе, всё также смотря вниз, на людей, гуляющих туда-сюда. Эндрю всегда было интересно о чём этот самоубийца думает, чтобы каждый день приходить на крышу, после неудачной попытки и просто смотреть вниз, не предпринимая ничего. Каждый поход на крышу для Эндрю заканчивается тем, что он делит сигарету с этим ребёнком, который не курит, а лишь вдыхает никотиновый пар. Он говорит, что нуждается в этом запахе, в едком дыме, который напоминает ему о матери. Эндрю на это молчит, протягивая ещё одну уже целую сигарету, и просто наблюдает за тем, как парень смотрит перед собой, медленно вдыхая воздух через нос.       - Скажи, Эндрю, - позвал Нил, туша окурок об бетон, - зачем ты меня тогда спас?       Миньярд оглядел парня, сплошь обтянутого бинтами, начиная с шеи и заканчивая запястьями, скрытыми под толстовкой. На первый вопрос о том, откуда красные отметины на шее, Нил ответил верёвка. "Суицидник" - пронеслось в голове блондина, но продолжение просто сразило. Следы были не от повешения, а удушья, которым баловался отец парня почти каждый день. Порезы на руках - попытки забыться, прячась от того же отца в ванной. Шрамы на животе, ногах, спине - гнев пьяного отца, когда Нил вернулся домой поздно. "Нож был тяжёлый... если бы не соседка, пришедшая на шум, я бы был мёртв". Почему отца не забрали, раз даже соседи приходили? А потому, что всё, что происходит, лишь недоразумение. Несчастные случаи, которые бывают в счастливых семьях.       Недоразумение. Эндрю не понаслышке знает это слово, и представляет ту боль в груди рыжеволосого, когда отец каждый раз снова произносит это в лицо перепуганных соседок. Может, как раз таки тот пустой и уставший взгляд заставил его остаться рядом. Может неудачная попытка умереть у самого Эндрю заставила остановить Нила, когда тот делал шаг с крыши, находясь в мгновении от смерти. Может, вновь забившееся сердце, почувствовавшее адреналин не от проклятых наркотиков, а от чего-то другого, заставило Эндрю сделать шаг, протянуть руку. Эндрю не знает. Он никогда ничем не интересовался. Даже родственниками, которые оттолкнули и бросили его. Он всю жизнь оберегал своего брата от опасности, в то время как тот даже не слышал о нём. Родной дядя не поверил ему, когда Эндрю сказал, что его насилует сводный брат, назвав это недоразумением. Он каждый раз оставлял на теле отметины, показывая свои права на него, что Он, Эндрю, принадлежит только себе, что он живой человек, а не чья-то игрушка. Эндрю чуть ли не оказался в колонии, избив несколько мудаков, напавших на его кузена, когда тот взял полноправное опекунство над близнецами. Именно Эндрю мучался неделю, наблюдая за тем, как его близнец проходил ломку из-за наркотиков, на которые его подсадила их родная уебищная мать, сдавшая одного близнеца, а именно годовалого Эндрю, в приют, из-за чего тот сменил двенадцать семей. Эндрю жертвует собой ради тех, кто сейчас рядом с ним. И даже если бы он хотел уйти из этой жизни, он бы не смог. Не сейчас. Не тогда, когда есть вероятность угрозы его семье.       Нил стал за этот месяц тем человеком, которому Эндрю доверился полностью. На правду от рыжего он отвечал правдой. На одни чужие шрамы он показывал свои, делясь также историей приобретения. Он рассказывал о том, чего не знает никто, даже его семья. Причины ненависти определённых слов, который он на дух не переносит. Рассказывает всё, получая такую же правду о себе от Джостена. Он доверился Нилу, когда тот доверился первым.       - Не знаю, - ответил парень, не отрывая взгляда от голубых глаз. - Наверное, не хотел, чтобы кто-нибудь сдох, пока я был на крыше. Мне точно попало бы.       - Я не хочу жить, - признался Нил, натянув сильнее толстовку, которая на деле оказалась последней вещью от матери, кроме зависимости от никотинового дыма. - Я устал, Эндрю. Каждый день, когда я возвращаюсь домой, заканчивается одинаково. Я... хочу закончить это.       Эндрю хочет напомнить парню о словах, которые мать рыжего говорила тому: "Не сдавайся, Абрам. Живи и докажи ему, что ты можешь быть счастливым. Главное не умирай". Но выходит только одно:       - Переедь ко мне, - сказал Миньярд, проверяя уже пустую пачку сигарет. - Всё равно живу с кузеном и братом, а места много. С отцом разберёмся, поэтому... - он обернулся к парню, смотря в шокированные глаза младшего, - научись жить...              Тихое "пожалуйста" донеслось до слуха Джостена, срывая тормоза и заставляя проронить накопившиеся за год слёзы. Нил не плакал, не мог позволить себе плакать с тех пор, как умерла его мать. Но сейчас, когда парень, которому он открылся, который его спас, даже не зная лично, предлагает такое, так и говорит то, что ненавидит всей душой только ради него... Нил не может сдержать слёз, пряча лицо в коленях и чувствуя тяжёлую ладонь на макушке, тяжесть которой почему-то кажется до одури приятной. Эндрю обещает ему защиту, а Нил не может отказаться, хватаясь за него, как за спасательный круг.