Рождественское чудо

0

Зима уже давно вступила в свои законные владения, хотя по температуре воздуха в Сеуле этого не скажешь. За окном светило солнце, а на градуснике выделялась цифра +10°С. На земле, деревьях и траве не было ни снежинки, лишь легкая изморось с утра, которая также быстро пропадала, как и появлялась. Но жизнь мегаполиса сегодня была еще более бурная, чем в любой другой день, а все потому, что сегодня было 24 декабря. Для жителей столичного муравейника Рождество всегда приходило внезапно, ведь каждый был занят своей работой и такие заботы, как покупка праздничных подарков, мало кого заботили. Но среди одного общего механизма были и детали, которые выделялись из общей картины. Одним из исключений был юноша с каштановыми волосами, глубокими медово-янтарными глазами, которые между прочим подчеркивались большими мешками под ними. От этого вид у юноши был болезненный, но это и не удивительно, ведь он и правда был нездоров, и уже давно. С 12 лет он борется с серьезной онкологией почек. Сначала врачи давали весьма позитивные прогнозы. Опухоль была размером с перепелиное яйцо, отсутствие метастазов, прямо идеальная картина. Его прооперировали, удалили источник заболевания и парню правда стало легче, жаль не надолго. Спустя год, когда Пак Чимин, так зовут этого сильного человека, был на футбольном матче вместе со своим отцом, когда *Воины Тэджу* забили очередной гол противнику, все фанаты ликовали и толкались, парень сразу ощутил ноющую боль в спине, но не успел ничего сказать, как рухнул бессознательно на пол. Слава богу отец был рядом и не дал сыну быть затоптанным фанатами Сборной Республики Корея. Очнулся парень под вечер. За окном золотой солнечный диск впервые за год был серым и совсем не грел. Плохие новости ожидали столь молодого человека. Онкология вернулась и на сей раз не одна. Поражение правой почки с метастазами в левой. Родители юного Пака было безутешны. Они пробовали самые новые способы лечения: лучевые, химиотерапии, ходили к знахарям и шаманам, но ничего не помогало. Их солнечный лучик с каждым днем все больше серел, как солнце в тот ужасный день. Уж говорить о ужасных болях и мучениях, которые перенес Чимин, и говорить не стоит. Чего только стоили школьные задиры, которые не упускали возможности пошутить про то, что ему не долго осталось и отшатывались от него как от прокаженного, словно если он кого и коснется, то передаст кому-то свою онкологию. И у Пака было ужасно сильное желание, чтобы болезнь ушла ко всем обидчикам. Чтобы они поняли, какого это жить, зная, что страницы твоего календаря жизни безвозвратно были вырваны и сожжены. Любой из них мог сидеть и строить планы на будущее, а все, что мог Чимин - это просить прожить еще год. В момент, когда все стало совсем плохо и парень даже перестал ходить, страдая от сильнейшей боли в спине, появилось новое экспериментальное лекарство и оно помогло. Конечно, от рака оно его не излечило, но оно вывело его на стабильно среднее состояние. В сумме с обезболивающими, боли в спине стали терпимыми, отчего Пак вновь смог ходить. От бесполезности химиотерапии семья решила отказаться продолжать её делать. Волосы парня спустя полгода вновь отросли, а с ними и ушли лишние переживания о том, как на него будут смотреть другие. С тех пор прошло чуть больше 8 лет и парень повзрослел, возмужал, на сколько мог. И врачи уже перестали даже давать ему приблизительный срок, ведь он на зло всем переживал его. Сначала ему не давали больше года, а прошло уже восемь. Но даже не смотря на такой, казалось бы, отчужденный вид жизни, у Чимина был друг, который всегда был с ним. Ким Намджун, юноша, что был старше больного на два года, а значит ему сейчас 22. Парень привлекательной внешности с широкой улыбкой, которая всегда становилась заменой серому солнцу для Чимина. Казалось, помимо родителей, на этой земле юноша держался еще и ради его. Сегодня, вечером 24 декабря, когда за семейным столом сидела мама, отец, сам парень и, уже который год, Намджун, жизнь Чимина изменилась навсегда. Почему, спросите вы? А ответ прост. Вы верите в рождественское чудо?

1

Утро двадцать четвертого декабря началось шумно, и это не сулило ничего позитивного. Как расслышал сонный Чимин крики своей мамы, он понял, что в этом году его брат не сможет приехать к ним. Родители отправили его учиться в Канаду, когда сами переехали с больным сыном в Сеул, где медицина была «лучше». Но она была как и везде, просто маму успокаивало то, что лечением занимались столичные врачи. Переведя взгляд с закрытой двери на окошко, что было плохо закрыто шторами, юноша словил солнечного зайчика, отчего сразу зажмурился. Но эта вспышка света вовсе не вызвала дискомфорта. С момента, когда он узнал о том, что болен, солнце потеряло для него все краски и светило серым. Наверное, одной из самых больших мечт было вновь увидеть тёплый золотистый цвет солнца. Лениво потянувшись, юноша встал с кровати и сразу начал делать зарядку. Не потому, что хотел, не потому, что был за здоровый образ жизни. Он делал это для родителей, держался в этом мире. Боль в спине сразу дала о себе знать, потому Чимин достал контейнер с таблетками на каждый день недели и взял оттуда свое лекарство. После парень открыл шторы и выглянул в окно. Жили они в двухэтажном частном доме, потому вид из-под крыши открывался на всю улицу. Люди украшали свои дома гирляндами, ставили различные фигурки и статуэтки. Это даже вызвало улыбку у Пака, ведь жизнь не останавливалась на нём одном, так ведь? Он смотрел на парнишку через дорогу, что так трусливо держался за мамину руку. Чимин был готов побиться об заклад, что, когда тот вырастет, то станет полицейским, просто у него было такое предчувствие. Парень покинул свою комнату и спустился по ступеням вниз, где ходила раздосадованная мать и отец, что пытался её утешить. Но стоило ей увидеть свое личное солнышко, как грусть мигом испарилась. Подлетев к сыночку, она крепко обняла его и чмокнула в щечку. — Ма-а-ам, я еще не умывался, — парень насмешливо зажмурился. — Я твоя мама, и могу целовать тебя в щеку когда захочу. Твой брат… — Не приедет, — перебил её Чимин. — Ты слышал? Я тебя разбудила? Прости меня… — Все хорошо, я уже не спал, — слукавил юноша и поприветствовал отца. — Я хочу поехать с Джуном в магазин за подарками. — Ты их еще не купил? На тебя не похоже, — хмыкнул отец. — А я вот решил в этом году побыть как все занятые жизнью корейцы, позабыть о них и побежать сломя голову в последний день купить хоть что-то. Родители посмеялись, но в смехе слышалась боль. Конечно им хотелось, чтобы сын строил личную жизнь, гулял допоздна, но этому, увы, не бывать. — Давай тогда я тебе завтрак приготовлю, солнце, — мама уже устремилась на кухню. — Не стоит, я перекушу с Намджуном в кафе. Сегодня я настроен на эстерхази с чашечкой крепкого эспрессо, — Чимин расцвел, думая о вкусном десерте, который он обычно брал, когда гулял с другом. Кстати о нём. Ким Намджун уже написал Паку, что скоро будет направляться к нему. Потому чтобы не терять и мгновения, Чимин побежал в душ. Оголив тело, юноша тяжело вздохнул, вглядываясь в отражение на стеклянной двери душевой кабинки. Гладкая кожа была усеяна послеоперационными шрамами, но больше всех он ненавидел рубец от дренажа, который ему вставляли на левом боку. Он был самым четким и бросался в глаза, потому Чимин старался не ходить без верхней одежды. После душа, юноша отправился одеваться. Одежды у парня было конечно хоть отбавляй. Мама задаривала его различными новинками, но для Пака они все потеряли цвет, как и солнце. Ничего не кричало «надень меня!», потому выбор пал на черный свитер, такого же цвета штаны и кофейного цвета пальто до колен. Чтобы не быть совсем блеклым, парень надел шарф. Как раз в это мгновение в дверь позвонили.

2

— Какие у тебя планы на этот вечер? — спросил Чимин, сидя на переднем кресле Hyundai своего друга. — Ну, на самом деле это я хотел у тебя спросить, Мини. Так Намджун любя называл своего друга сразу по двум причинам. Первое - это небольшой рост, словно он мини размера. А второе - это потому, что его имя оканчивалось на -мин. Вот так как-то и получилось Мини, которое так любил Пак. — Я? А какие у меня могут быть планы? Сидеть тосковать с отцом и матерью под ёлкой с бокалом шампанского. Брат в этом году не приедет, так что скукотища будет. — Может, тогда хочешь поехать со мной? — Куда? — удивился младший. — Я и пара моих друзей сняли дом. Выпьем, повеселимся вместе. Знаю, ты не любишь вечеринки, но все же лучше, чем сидеть дома в скукоте. Пак и правда задумался. Он посмотрел в окно, за которым быстро сменялись здания, и подытожил. — Спасибо, хён! Я сочту за честь поехать с тобой, если тебя это не стеснит. — Что за глупости, конечно не стеснит. Ты мой лучший друг так-то. Ребята добрались до торгового центра, который очень сильно нравился Чимину. От него всегда веяло горячей выпечкой, ведь на входе была кондитерская. Внутри сегодня все кипело и шумело. Люди толпились, рождественские песни разносились по всему помещению, и даже ель поставили высотой в два этажа торгового центра. — Давай сначала сходим в магазин техники. Хочу родителям подарить кофеварку, которую они так давно хотели. Компания сразу поднялась на второй этаж и зашла в магазин техники, где каждый пошел в разные ряды. Помимо кофеварки, Чимин собирался купить подарок Намджуну и он знал, что именно. Выбрав нужную кофеварку и секретный подарок другу, парень отправился на кассу, где оплатил покупки своей картой и сложил все в непрозрачный пакет. Джуни пришел через минут семь с пустыми руками. — Ничего интересного не нашел… а ты купил все что нужно? — Да, я успел забрать последнюю! Ужас, как вы обычно все покупаете в последний день, так ведь может просто не хватить товаров. — Обычно так и бывает, но ты, друг мой, не думай, что я покупаю подарки в последний день. Я вообще-то ответственный хён! — Хах, Джуни, я в тебе даже не сомневался, не переживай. Слушай, я не знаю ребят, что будут вечером, так что и подарки купить им не могу. Может… а давай я куплю какой-нибудь торт? Прям внизу, в кондитерской. — Идея отличная, пойдем. Мальчики спустились на первый этаж и зашли в место, откуда так вкусно пахло выпечкой. Животы обоих сразу заурчали. Из огромного разнообразия Чимин выбрал слоеный пирог с заварным кремом, различные кексы и *югву*. — Достаточно, Мини, не траться так много на незнакомых ребят. — Та я ведь хочу всем угодить… ну ладно, думаю, хватит. Заплатив одиннадцать тысяч вон, юноши отправились обратно в машину, после чего поехали в кафетерий, что был недалеко от торгового центра. Это было их с Намджуном любимое место, ведь они бывали тут чаще, чем в школе, в свое время. Заняв привычный им столик у окна, который словно всегда был забронирован для них, мальчики заказали свой стандартный набор: эстерхази, эспрессо, несладкий чизкейк с сыром дорблю и грушей, а также зеленый чай с жасмином. Все эти вкусные блюда принесли через десять минут, и ребята начали трапезу. — Я думаю, мне никогда не надоест вкус этих десертов… — замурчал как кот Пак, запивая кусочек своего торта глоточком кофе. — Это уж точно. Это место навсегда останется таким, как и годами раньше. Тут ничего не меняется, и это к лучшему. И все было бы хорошо, если бы не одно ужасное событие. Младший ощутил ужасную боль в пояснице. Парень зажмурился и уронил вилку. Намджун резко спохватился. — Что случилось?! Тебе плохо?! — Мгх… нет, все нормал… — но не закончив слова, юноша ощутил, будто сел в вертолёт, ведь земля резко ушла из-под ног, а голова с звучным ударом упала на стол.

3

Очнулся Чимин от противного ритмично пикающего звука, и он знал, что это был аппарат мониторинга физиологических показателей. Медленно открыв глаза, юноша осмотрел помещение. Внутри были мама с отцом, которые тихонько плакали и что-то обсуждали, но лишь они заметили движение на больничной койке, как сразу подскочили. — Чимин! Малыш, как ты себя чувствуешь? — проскулила женщина, стараясь сдержать слезы. — Все хорошо, мам, — немного охриплым голосом произнёс юноша. — Как я тут оказался… — Тебе стало плохо, когда ты был в кафе с Намджуном. Он тебя сюда сразу и привёз. Как хорошо, что у тебя такой друг есть. — Это уж точно… — подтвердил слова отца парень, горько вздыхая. — А вот ему не повезло со мной. Одна большая проблема. — Не говори такого! — воскликнула мать. Но их диалог прервал звонок телефона женщины, на который она сразу ответила. — Да, Намджуни, он очнулся. Дать трубку? Хорошо, сейчас. Чимин взял мобильный телефон и сказал: — Прости меня, хён. Испортил весь поход в кафе и по магазинам. — Ничего ты не испортил, дурашка! И вообще, я звоню тебе сказать, что то, что ты в больнице, не помешает нам отпраздновать Рождество. Жди меня с друзьями сегодня к десяти вечера. Я договорился с медсестрами, чтоб нас не трогали до часу ночи. — Ничего себе… ты правда это сделаешь? Я не хочу доставлять дискомфорт, ведь вы уже сняли квартиру и… — Жди в десять! — перебил его Джуни. Он всегда был таким. Моментально выходил из себя, если Чимин начинал в чем-либо себя винить. — Хорошо, хён. Давай тогда. Отдав матери телефон, юноша рассказал замысел Намджуна своей семье, а те лишь радостно заулыбались. — Все же замечательный он друг, не теряй его. Хорошо, тогда мы сегодня уйдем пораньше, чтоб не портить вам вечеринку, но ты позвони после 12 хотя б, чтоб нас поздравить. — подмигнул отец. — Конечно, можешь даже не переживать, пап. И пожалуйста, возьмите тот пакет, в нём ваш с мамой подарок. Только выложите оттуда небольшие коробочки. Они для Намджуна. В этот момент в палату зашел врач, которого Мини уже знал очень хорошо. — Ну что, Чимин, как ты себя чувствуешь? — Здравствуйте, доктор Ким. Знаете, я сам не понял, как все случилось, но тогда я ощутил сильную боль в пояснице. Сейчас уже ничего не чувствую. — Мы вкололи тебе обезболивающее, так что тебе нужно отдохнуть, а с родителями я хочу побеседовать наедине. Взрослые вышли из палаты, но дверь не закрылась до конца, отчего разговор их был слышен, хоть и не весь. — Анализы и показатели УЗИ ухудшились… метастазов стало больше в другой почке и, кажется, появляются их очаги в области спинного мозга. — Доктор, что вы можете сделать? Ведь можно что-то сделать?! — зарыдала Хана. — Сейчас мы мало что можем. Мы продолжим лечение, давшими результат, таблетками и будем надеяться, что метастазы замедлят свой рост. Услышав достаточно слез родителей и неутешительных прогнозов врача, Мини перевернулся на бок, желая перестать это слышать. Почему его жизнь должна была стать вот такой? Сколько он протянет? Год — два? Но ведь он столько еще не успел… Намджун с друзьями и правда пришел к десяти вечера, запоздав лишь на пару минут. И хоть юноша и не знал друзей Кима, он понял, что они очень приятные люди и поладить с ними труда не составило. Никто из них не смотрел на него с презрением или с неприязнью, даже наоборот, как на равного, словно они вовсе и не в больнице. — Джуни, ты ведь забрал десерты, что я купил? — Обижаешь, вот же они, — парень улыбаясь поднял пакет со сладостями. — Чимин не знал, что вам подарить, потому решил подарить гипергликемию! — Ну мы ведь в больнице, так что почему бы и нет! — засмеялись ребята и начали делить сладкое. К полночи они все уже пели рождественские песни, надели на Чимина колпак Санты и даже немного выпили. Конечно же Пак не пил, но пригубить немного шампанского можно. — А теперь давайте сделаем кое-что новое. Я купил это у подозрительного старика сегодня на площади, — начал Намджун, чем уже развеселил всех рядом находящихся. — Ты купил что-то у подозрительного старика? — переспросил Чимин, заливаясь смехом. — Ну да, почему бы и нет. Он явно нуждался в паре тысяч вон, а за свой товар голову на отсечение ставил. — Ну и что же ты купил? — спросил один из компании. — Это, — парень достал из пакета узкие конверты золотого цвета. — Канцтовары? Круто… — засмеялся в руку второй из компании. — Да нет же. Это конверты желаний. Старик сказал, что если написать желание на листке, что внутри конверта и положить его под кровать у себя дома, то желание обязательно исполнится. — Ага, а на утро под подушкой ты найдешь новенький Самсунг, да? — Ой да ладно вам, тяжело что ли написать желание? Ну а вдруг сбудется? Все-таки рождественское чудо никто не отменял. И противопоставить этому было нечего. Сама интрига написания сокровенного желания с надеждой на его скорое совершение сильно будоражило рассудок. Чимин был первый, кто взял конверт. Получив ручку, он открыл его, извлек небольшую прямоугольную бумажку, с красивыми завитыми буквами: «- Пусть в этом году свершатся все мечты, написанные здесь.». Пак очень долго думал. Он отнесся к этому заданию слишком усердно, хотя в его случае это ничуть не удивительно. Спустя минут десять раздумий, он все же вывел красивым почерком строки: «- Я хочу прожить этот год без боли, без горя, словно в сказке.». Заклеив желание в конверте, парень убрал его в свой рюкзак с вещами, который заботливо привезла его мама. Остальные уже давно закончили писать, явно придумав что-то банальное из серии «хочу много денег, машину, дом». В общем то, что не ударив и пальца о палец не получишь. Собственно, как и желание самого Чимина. Парень понимал, что своим желанием прожить сказочный год он как минимум обязывал себя его в принципе прожить, а для этого нужно постараться. Празднование Рождества закончилось около часа ночи, когда миловидная медсестра напомнила гостям о том, что больному нужен отдых. Намджун с друзьями обняли Чимина и покинули больницу, оставляя юношу одного со своими мыслями. И все же написанное в конверте не давало ему покоя. Душа словно чувствовала какие-то перемены, словно кто-то свыше обратил внимание, на загаданное им.

4

Чимин вернулся домой 27 декабря, где его радостно встретили родители, устраивая пир, который он пропустил. И такая забота грела душу больного, ведь видя это, он раз за разом убеждался, что не зря держится в подлунном мире. Вручив родителям кофеварку, сын получил миллион поцелуев от заботливой матери и столько же от отца, ведь им было очень приятно. Шатен получил в подарок фотокамеру мгновенной печати миленького желтого цвета, который так давно хотел, а также целый блок кассет фотобумаги. Ближе к вечеру семья созвонилась по видеозвонку с братом Чимина — Чихёном. У юноши было только 6 утра, но он с удовольствием поболтал с семьей. Было видно, что он сильно переживал из-за того, что его старший брат вновь попал в больницу, ведь он сильно любил его. Но теплее семейных посиделок может быть только горячий шоколад под теплым одеялом. Пусть температура на улице не опускалась ниже 5 градусов, но этого вполне хватало, чтобы вызвать у Пака сильное желание согреться. Родители легли спать около десяти, потому что им нужно было рано утром ехать на деловую встречу, касательно их ресторанного бизнеса. После переезда в Сеул, дабы получать деньги для лечения сына, уже имея ресторан в Пусане, родители молодого юноши открыли еще один на улице Итэвон. Жизнь в этом районе кипела как глинтвейн на площади в рождественскую ночь, потому с доходом особых проблем не было. Чимин тоже уснул с пустым стаканом в руках, полусидя в постели, но проснулся ближе к двум часам ночи от, как ни было смешно, голода. Сейчас все, что ему хотелось это острого рамёна из 7Eleven на углу его улицы. Не долго думая, парень взял свой телефон и, одевшись потеплее, хотел было рвануть к магазину, но замер. Вспомнив про желание, он быстро положил его под кровать, как и говорил Намджун, после чего побежал в магазин. Единственное, что он забыл, так это обуться нормально, потому как побежал в шлепанцах на носок. И пусть носочек и был теплым, но на улице быстро остыл, потому самым верным решением было бы сесть у батареи, когда Чимин будет есть рамён. Внутри маркета был лишь кассир, который сонно поприветствовал покупателя и после оплаты товара моментально уснул. Если бы сканер штрих-кодов мог прочитать его лоб, то к утру он бы увидел чек на очень крупную сумму. Пак же в свою очередь пошел в уголок, где было все для приготовления еды. Залил кипятком свою лапшу, добавил соус и сыр, после чего поставил в микроволновку на три минуты, а в это время в кофе-машине сделал себе горячий эспрессо. Когда все было готово, парень уселся поудобнее за столиком возле окна, рядом с которым был горячий радиатор. Сладко-острый аромат рамёна заставлял живот парниши урчать еще громче, потому сил сдерживаться у него просто не было. Накинувшись на еду, Чимин даже не сразу ощутил на себе взгляд. Чей-то неизвестный, но такой теплый, несколько заинтересованный и интригующий. Но что парень сразу ощутил, так это то, что его ноги окоченели. Все таки выбегать в шлепанцах и в тонких носках было не самой лучшей идеей Пака. Даже прижимая их к горячему радиатору, они не хотели согреваться. — Не самая удачная обувь для сегодняшней погоды, не находишь? — заговорил чей-то голос. Чимин сначала подумал, что это кассир, но подняв свой взор понял, что ошибся. Перед ним стоял парень, ростом приблизительно такой же, как и он сам. На нём был одет белый свитер с узором ромбов, песочно-горчичного цвета *дафлкот* и торфяного цвета брюки с белыми кроссовками. Сам юноша имел очень выразительную и запоминающуюся внешность. Волнистые, лежащие с легкой небрежностью русые волосы, длиной перекрывающие брови. Темно-карие глаза, аккуратный нос и пухлые губы — лепестки. В мочке левого уха была серьга в виде креста, а на большом пальце левой руки было тонкое черное колечко. Залюбовавшись внешностью незнакомца, Чимин не сразу понял, что после вопроса прошла уже не первая и не пятая минута. — А… да я просто хотел кушать, вот и побежал в чем было, не подумал, — немного покашлял себе в ладонь Пак, чтобы скрыть наплывший румянец на щеки. — Знакомое чувство. Ты не против? — задал незнакомец вопрос, который подразумевал просьбу присесть напротив. — Конечно, хён, присаживайся. — Меня зовут Юнги. Мин Юнги, а тебя как? — представившись, присел тот. — Оу… Меня зовут Пак Чимин, приятно познакомиться. Может ты хочешь перекусить чего-то? Или тебе хватит только кофе? — только сейчас Пак заметил, что как раз таки в левой руке, на которой он разглядел колечко, парень держал стакан кофе. — Не переживай, я не голоден. Я вообще-то обеспокоился, что ты себе ноги отморозишь, так что вот, — немного смущённый старший достал из кармана пару новых носков с рождественскими оленями, которые он, по видимому, купил, пока Пак его не заметил. — Что ты, хён, не стоило… Боже, теперь чувствую себя идиотом, который в холод вышел голышом. — Да уж спасибо, что на тебе хоть одежда верхняя есть, — засмеялся Мин, становясь похожим на котенка. — Мы можем на ты? Я предпочитаю более фамильярное общение. — Без проблем, Юнги, — неловко улыбнулся Чимин и вновь посмотрел на носки. — Дай мне свои ноги, пожалуйста. — Что?! — изумился младший. — Ну прежде чем надеть теплые носки, ноги надо разогреть, не думаешь? Давай, не ослушивайся своего хёна. — А сам говорил, что за фамильярное общение, — недовольно цокнул Пак, ведь понимал, что это своего рода шантаж и ослушаться значит не уважать. Осторожно Чимин снял шлепанцы и протянул ноги под столом на колени Юнги. Тот нежными непринужденными движениями начал разогревать ледышки, поддерживая разговор. — Как встретил Рождество? Вопросы парня были весьма… неуместными. Не то, чтобы Чимин не хотел поговорить, даже наоборот, ведь всякий раз когда люди узнавали, что у него рак, то старались как можно скорее убраться прочь, просто… это очень непривычно. Решив не тянуть резину, Чимин ответил как есть, думая, что Юнги сразу уйдёт. — В этом году Рождество я провел весьма феерично… в больнице. Но со мной был мой друг, так что я не чувствую себя ущемленным. — Ужас какой, почему ты был в больнице? — на лице Юнги появился очень заинтересованный взгляд и даже немного опечаленный. — Видишь ли, хён, у меня рак… перед рождественской ночью мне стало не хорошо, вот так я и оказался в больнице. — Я… черт, я очень сильно сочувствую, прости. Не стоило спрашивать о таком… теперь я чувствую себя как тупица… — Не переживай, все хорошо. Я уже привык говорить на эту тему, так что спрашивай, что душе угодно. То, что ты до сих пор не ушел, значит, что тебя это не оттолкнуло. — Шутишь? Как подобное может повлиять на общение. Насколько все серьезно? — парень, что уже надел один тёплый носок на правую ногу Чимина, серьезным тоном спросил. — Ну мне с 12 лет не давали больше двух лет, а сейчас мне уже 22, так что… держусь неплохо. — Ты такой молодец! — обомлев, воскликнул Юнги, а после обернулся на спящего кассира и сбавил громкость голоса. — Я хотел сказать, что ты очень сильный, раз продолжаешь бороться. Я восхищен тобой. Мин одарил Пака теплой улыбкой, надевая второй носок. Младший и понять не успел, а его ноги уже были горячими и в тёплых носках. — Спасибо тебе, Юнги… и за носки, и за слова поддержки, и за то, что не сбежал, как только услышал диагноз. У меня давно не было разговоров ни с кем, кроме моего единственного друга — Люди, которые так поступали с тобой… сами ничуть не лучше глупого стада баранов. Я полон возмущения, но оно вряд ли что изменит в нашем обществе. Слушай, если ты дашь мне свой номер, то мы сможем общаться чаще, ну, только если ты хочешь. Юнги осторожно протянул в правой ладони свой телефон. Честно сказать, тут особо думать даже не надо было. Чимин радостно кивнул и сразу взял гаджет, вводя туда свой номер телефона. — Я должен ехать домой, но я обязательно тебе напишу, как доеду. И мы продолжим, ладно? — Конечно, вряд ли я уже усну сегодня после такой острой лапши и приятной компании. Юнги улыбнулся и легонько потрепал сидящего по волосам, после чего покинул помещение, оставляя Пака, восторженного тем, что смог найти себе еще одного друга.

5

И Юнги правда написал через час после прощания. За это время Чимин успел отогреться и вернуться к себе домой. Сон, понятное дело, как рукой сняло, потому юноша решил написать Намджуну. Тот, вероятнее всего, еще спит, но сможет узнать свежие новости после пробуждения. А написал он ему следующее сообщение: «- Джуни, привет. Ты не поверишь, что случилось этой ночью… я кажется нашел себе друга. И нет, не переживай пожалуйста, я знаю, что многие уже так издевались надо мной, но не в этот раз. Этот человек такой… открытый, простой… я не могу описать тебе, но кажется мне очень комфортно рядом с ним. В любом случае, мы только обменялись номерами, я надеюсь, что на этом все не закончится. А и еще, он купил мне носки, но об этом уже по звонку обсудим.» Мин Юнги написал буквально сразу после того, как Пак отправил сообщение спящему другу. — Снова привет, я надеюсь, ты уже в тепле? — Конечно, уже укрылся одеялом и лежу в теплой постели. — Молодец. Слушай, а как ты отпраздновал Рождество со своими друзьями в больнице? Что вы делали? — поинтересовался Юнги. — Оу, мы отлично отпраздновали. Если с подробностями, то мы немного выпили, точнее лишь я немного, остальные пили предостаточно. Потом мы потанцевали и загадали желания в специальных конвертах. — Специальные конверты? — Ах точно, мой друг Намджун принёс какие-то конверты, что купил у старика на улице. В них листочки были. Надо было написать самое заветное желание и положить конверт под кровать. Знаю, звучит смешно, но почему бы и нет? — Хах, звучит даже весело. И что же ты загадал? — Я не могу сказать, ведь тогда желание не исполнится. — Говорят, что близким людям можно их рассказывать. — Так мы ведь не близки, — на этом сообщении Чимин залился румянцем. — Ну, мы пока ведь и знакомы всего одну ночь, дай мне время, я тебе понравлюсь. Это сообщение прозвучало возможно слегка самоуверенно и самонадеянно, но все же вызвало у Пака улыбку. Юноша не торопился с ответом, но и заставлять собеседника ждать тоже не хотел, потому написал: — Что ж, это будет непросто, но думаю, у тебя есть все шансы. — Это потому, что я милашка? После этого сообщения Мин прислал свою фотографию за компьютером. Он был в довольно больших очках и широко улыбался. Улыбка юноши заставила Чимина также улыбнуться и ощутить какое-то давно забытое чувство, что разливалось теплом внутри — истинную радость. — Ты работаешь? — удивился Пак. — Да, я, видишь ли, должен исполнять мечты людей. — Ты что, продавец-консультант? — Так очевидно, да? Ха-ха, ладно, на самом деле я просто люблю делать людей счастливыми и сейчас у меня на очереди ты. — Ну, ты уже итак не плохо справился, улыбка у меня с лица не сходит. — А это только начало. Все же я хотел бы, чтобы ты пошел отдыхать. Учитывая твои завтрашние планы, тебе нужно выспаться. — Мои планы? Какие планы? — Давай завтра встретимся в центре и познакомимся получше? Я не слишком напорист, а то боюсь спугнуть тебя… Может кто-нибудь другой бы и напрягся, но не Чимин. В его случае любая неизвестность была спасительным кругом в море отчаяния. — Не переживай, не спугнешь. Думаю мне правда стоит лечь спать в таком случае. Встретимся в центре, в который час? — Давай к часу дня. — Хорошо, я буду тебя ждать, только как я найду тебя. — Ты любишь воздушные шары?

6

Проснулся Пак около десяти утра. Чувствовал он себя очень оживленным, впервые за долгое время. До встречи с новым другом оставалось несколько часов, потому парень решил привести себя в порядок. Родители, как и планировалось, рано уехали на работу, потому дома юноша был сам. Чимин принял тёплый душ, сделал укладку, а также немного поработал с макияжем, чтобы скрыть большие синяки под глазами. Он всегда их прятал, ведь они светились на его лице как светофоры с криком «Я болен и умираю!». Но вот после душа, Пак услышал звонок телефона, и это был Намджун. Ответив на звонок друга, парень включил громкую связь, чтобы параллельно готовить себе завтрак. — Так и что это такое?! — раздался возмущенный, но с тем же радостный голос Кима. — Когда это ты начал ночами себе друзей заводить. Может он маньяк! — Ну тогда я умру не от гадкой болезни, а от рук маньяка, причем весьма красивого… — Что?! Он тебе понравился? — Ну как понравился… он красивый, это правда, хотя для меня любой человек без огромных болезненных мешков под глазами красивый. Возле него я не чувствовал какой-либо опасности, потому почему бы и не попробовать подружиться? Что мне терять? — Я тебя только очень сильно прошу, будь осторожным. Хочешь, я с тобой поеду? — Джуни, я тебя очень сильно люблю, но мне не пять лет, я справлюсь. Если что, я тебе позвоню. Ладно? — И отписывайся мне иногда, как ты там. — Напишу только, как доеду, и все! Чимин довольный засмеялся и положил трубку, высыпая сваренный рамен в миску. Еда сегодня также имела другой вкус, словно впервые она стала вкусной. На часах тем временем время дошло до полдня и пора было бы уже выдвигаться к месту встречи. Одевшись как и вчера, только на сей раз Чимин обулся потеплее, парень покинул дом, направляясь в сторону метро. От его дома до центра было приблизительно сорок минут езды. Большой толпы людей не было, ведь час пик прошел, потому Пак довольный уселся на свободное место и доехал без лишних проблем. Выйдя на улицу, парень стал осматриваться. Юнги так и не сказал как именно его отличить в толпе людей, но это было и не нужно. Все же вопрос про шарики был задан не просто так. Недалеко от памятника короля Седжона, Чимин увидел высоко парящий шарик фиолетового цвета. Он был один в воздухе, потому не составило труда догадаться, где именно искать Юнги. Парень действительно уже ждал Пака и завидев его, радостно замахал рукой. — Про шарики ты не шутил. Но почему один? — Чимин улыбнулся и взял ленточку в свои руки. — Многие думают, что нужно много шариков, чтобы поднять что-то тяжелое. Мечты и желания ведь также могут быть «тяжелы» в исполнении, но если очень захотеть… — юноша загадочно улыбнулся и, приобнявши за плечо младшего, указал свободной рукой на парящий шар. — Можно наделить даже один шарик такой силой, чтобы поднять то самое желание. Такое философское направление диалога весьма удивило и озадачило, в хорошем смысле слова, Чимина, а из-под руки хёна выбираться не особо хотелось. — Ты думаешь, мое желание настолько тяжелое? — Просто волнуюсь, что ты сомневаешься в самом себе, что сможешь его реализовать, а этот шарик даст тебе сил. Чимина и правда посещали мысли о том, что это может быть его последний год. Говорят, люди ощущают, что скоро уйдут из жизни, но научно это объяснить пока никто не смог. Что-то подобное чувствовал и Пак, но всеми силами старался откинуть подобные мысли, ведь не успел еще слишком много. — Спасибо тебе большое за такое… я даже не могу передать, на сколько услышать это от кого-то было важно для меня. Я хочу поднять свое желание до небес, ты не против? Юнги лишь улыбнулся и отрицательно покачал головой. Чимин же закрыл глаза и постарался всеми силами пожелать прожить этот год. Это ведь не много и не сложно, всего год. У младшего брата это будет выпускной год и он сможет вернуться к семье, и тогда Пак перестанет волноваться, что родители останутся одни. Это то, что беспокоило его больше всего. Но также ему очень хотелось хоть раз ощутить себя любимым и отнюдь не семьей. Аккуратные худые пальцы выпустили из хватки ленточку и шарик взмыл вверх, плавно, неспешно. Поднимаясь все выше стоящих рядом зданий, он полетел в сторону, куда дул ветер. Стоящие ребята долго провожали его взглядом. — Я уверен, что твое желание исполнится, — погладил младшего по голове Юнги и отпустил его плечо. — Как ты смотришь на то, чтобы сходить в кинотеатр? Какой твой любимый жанр фильмов? — В кино? У нас свидание? — пошутил Чимин, но в ответ получил весьма неоднозначный ответ. — Это может быть и свиданием и нет, все зависит от того, как ты посмотришь на ситуацию. — А ты любишь играться со словами, да? — Это мое любимое занятие, — ехидно улыбнулся Юнги и повторил вопрос. — Так какой любимый жанр… Хотя давай я угадаю. Ты любишь… романтические фильмы. — Как ты узнал? Так очевидно? — Да не то что бы, я просто назвал свой любимый жанр и решил проверить совпадет или нет. Совпало. Пак смущенно вздохнул, поворачиваясь в сторону. — В кинотеатре сейчас показывают «Девушку 20-го века». Посмотрим? — Конечно, — Юнги вновь приобнял парня за плечо и оба отправились в сторону кинотеатра. От долгой ходьбы Чимин ощутил боль в спине, отчего мгновенно остановился и облокотился на витрину кафетерия. — Что случилось? Тебе плохо? — взволнованно забеспокоился Мин, заглядывая своими глубокими глазами в глаза Пака. — Нет, не плохо, просто спина разболелась. Сейчас, я лекарство приму. Юноша достал из кармана дозатор с таблетками на день и взяв нужную, начал думать, где бы взять воды. — Постой тут минутку, — опередил его мысли Юнги и зашел в кафетерий, откуда вернулся через две минуты с бутылкой воды. Чимин выпил обезболивающее и неприятно вздохнул, ведь подействует оно не сразу, а идти нужно. — Полезай ко мне на спину, — Юнги присел на колени спиной к Чимину. — Ч-что? Не нужно, не переживай, я потерплю пока боль пройдёт. — Полезай говорю, а то возьму на руки как принцессу. В глазах сидящего читалось то, что он не шутил. Смущенно обхватив руками парня за шею, Пак прилёг на спину Мина, а тот подхватил его под колени и встав, направился в кинотеатр. Чувствовать себя настолько окруженным заботой от относительно чужого человека было в новинку для младшего, ведь обычно люди его избегали. — Тебе точно не тяжело…? — взволнованно интересовался он. — Мне? Хах, мне казалось тот шарик был тяжелее. — Скажешь тоже… но если устанешь, скажи, и я пойду пешком. — Тоже меня на спине понесешь? — засмеялся Юнги. — Да я сильный, так что смогу! — Ни в коем случае не сомневаюсь. Дойдя до кинотеатра, ребята очень обрадовались, ведь до ближайшего сеанса оставалось около 20 минут и зрители раскупили не все билеты. Места были на последнем ряду сбоку, но это нисколько ни огорчило ребят. — Присаживайся, а я пойду куплю попкорн и попить. Ты какой будешь вкус? — спросил Мин. — Возьми, пожалуйста, деньги. Ты и так купил мне воды и на спине меня нёс. Я чувствую себя неловко, словно мы правда на свидании, — Чимин смущенно протянул свой кошелек. — Я же сказал, это как посмотреть, так что… — юноша загадочно протянул окончание и осторожно взял своими ладонями ладонь Пака с кошельком и положил её на колени. — Не нужно, я сам куплю. Так какой ты будешь? Ощутив тепло чужих рук на своей коже заставило Чимина испытать выброс адреналина, словно он пробежал марафон в 20 километров. Прокашлявшись и уведя взгляд в сторону, парень только и смог, что буркнуть: — Сырный.

7

Фильм показывали очень неспешно, точнее так это ощущал Чимин. Находясь рядом с Юнги, он стал ощущать каждую минуту, словно это отдельные часовые, проходящие мимо него длинной колонной. Но все это время рядом действительно было прекрасным. Спросите Пака, о чем был фильм, и он вам не расскажет, потому что мысли его были явно не о просмотре сеанса, а далеко за пределами зала или же совсем близко, на соседнем кресле. Юнги тоже был увлечен далеко не только фильмом. Периодически он засматривался на лицо Чимина, но последний старался делать вид, что не замечает этого, хотя сердце почему-то предательски старалось доказать обратное. Что за странное чувство? Влюблённость? Серьезно? Разве зная человека всего день, можно думать о таком? Но, а почему бы и нет. Кому кому, а у Чимина времени явно было меньше, чем у остальных, и тратить его на «сюжет типичной дорамы», чтобы в 16 серии только обняться, он явно не хотел. Последним этапом для того, чтобы убедиться в своих чувствах, стал момент, когда их ладони соприкоснулись в ведерке с попкорном. Ладонь Юнги была горячей, а вот пальцы Чимина больше походили на сосульки. Ощутив холод, Мин посмотрел на младшего и осторожно взял его ладонь, накрывая своими, чтобы согреть. — Тебе холодно? Тут вроде бы топят не плохо, замерзнуть не должен был. — Это из-за болезни. Мои конечности всегда холодны, — оправдался Пак, но это была далеко не истина. Руки его и правда часто бывали холодными, но в данный момент это все из-за адреналина. После завершения сеанса, парни зашли в ресторан, что находился напротив торгового центра. Внутри приятно пахло, людей было не много, а официанты не знали, как еще угодить новым посетителям. — Заказывай, что хочешь, я оплачу, — улыбнулся Мин, но Чимин только цокнул. — Не позволю еще и ресторан оплачивать. На пополам. Если уж и посмотреть на это как на свидание, то на первом свидании платим пополам. — Значит будут и другие, мне нравится ход твоих мыслей, — ехидная, но очень милая улыбка расцвела на лице старшего. — Я не это имел в виду… просто… черт, просто давай оплатим пополам. Ребята заказали себе пасту карбонара и по бокалу красного вина. Честно сказать, Пак и сам не понял, когда обычная прогулка с новым знакомым переросла в полноценное свидание, но чего-либо плохого он не ощущал. Сейчас всеми частичками своей души он хотел быть здесь. Обстановка была очень непринужденной, спокойной, а при теплом освещении ламп Чимин открывал для себя все новые и новые особенности черт лица Юнги. — Будешь так пялиться на меня — до смерти зацелую, — улыбнулся Мин, накручивая лапшу на вилку. Пак готов был поклясться, что где-то уже слышал эти слова, но вспомнить не мог, где именно. Но все же сейчас нужно было не об этом думать. Эти слова заставили паренька так покраснеть, что он даже закашлялся. Нет, Чимина не смущала мысль о том, чтобы иметь какие-либо отношения с парнем. В его положении было бы наверное грешно перебирать, но все же ему было сложно даже подумать, что кто-то однажды сможет его полюбить искренне. — Расскажи о себе, — решил перевести тему Пак. — Ты уже знаешь обо мне многое, а я о тебе почти ничего. Если мы нацелены продолжать общение, то хотелось бы знать о тебе что-нибудь, кроме того, что ты красавчик. Мин засмеялся, приподнимая левый уголок губ. — Что бы тебе рассказать о себе… имя мое ты знаешь, мне 24 года, родился в Тэгу. Любимый цвет белый. Как хобби - это игра на фортепиано. — Ого, так вот почему у тебя такие красивые длинные пальцы, — заметил хоть и для себя, но вслух Чимин. — А ты засмотрелся на мои руки? — Юнги засмеялся и сделал сердечко пальцами, на которые смотрел собеседник. — Ты давай кушай, пока не остыло. Смущению юноши не было предела, но к сожалению стул никак не мог провалиться под землю, потому пришлось молча кушать слегка остывшую карбонару.

8

Так и начались встречи Чимина с Юнги. Они гуляли каждый день и даже родители парня были удивлены такому рвению их сына с кем-то общаться. Но больше всех был удивлен Намджун, ведь как никак он был единственным лучшим другом у Пака. Но назначить встречу втроем никак не получалось, словно сама судьба не хотела сводить этих людей. Юнги вошел в жизнь больного словно светлый луч солнца, который вновь вернул миру краски. Теперь Чимин, просыпаясь по утрам, открывал шторы и смотрел на ярко желтое солнце, на цветастые дома, улицу, людей что шли на работу. Его жизнь вновь обрела давно забытые оттенки, а взаимоотношения между этими двумя только и делали, что сближались. Грань простого друга была стерта еще в первый день и проводиться снова явно не хотела. Шли месяцы, наступила весна, а за ней и лето. Юнги был настоящим джентельменом, ведь ни разу не позволил себе обидеть Чимина ни словом, ни делом. Никогда не использовал его болезнь как предлог чему-то, никогда не пытался унизить, а самое важное, не пытался воспользоваться им. Конечно, Пак не глупый и в первое время знакомства думал, что этому человеку понадобится от него только секс, после чего тот резко исчезнет из его жизни, под глупым предлогом, что не хочет обременять себя умирающим, но не тут то было. За семь месяцев парень не позволил себе ничего большего, чем один поцелуй теплой июльской ночью, о нём можно рассказать и поподробнее. Это было 15 июля, когда Юнги предложил Чимину провести вечер в парке. Погода стояла знойная, потому к вечеру особо сильно не похолодало. Пак надел белые шорты, розовую футболку и взял, на всякий случай, кофту. Добирался парень до парка на метро, и к 21:00 уже был на месте. Мина на месте он сразу не увидел, но звонок на телефон все ему рассказал. — Спустись к озеру, я жду у берега. Придя к указанному месту, Чимин действительно нашел Юнги, который стоял возле лодочки. — Что это? — удивлённо и улыбчиво спросил парень. — Лодка конечно, мы поплаваем немного, что скажешь? — Оу, ну почему бы и нет? Чимин уже был готов сесть в лодку, как его остановили. — Подожди, одень вот это. Юнги осторожно надел на паренька спасательный жилет и ловкими пальцами застегнул все застежки. — Это так необходимо? — Конечно, я хочу чтобы ты был в безопасности, — улыбнулся Мин и помог парню сесть в лодку. После парень сдвинул водный транспорт в воду и заскочил сам, отталкиваясь веслами от дна, заставляя лодку плыть к глубине. Солнце уже как раз близилось к горизонту, и на середине озера открывалась замечательная панорама на это событие. — Я люблю закаты. В свои 12 лет я часто сидел вот так на террасе в Пусане и смотря на садящееся солнце, думал о том, что я прожил очередной день. Тогда я слишком сильно впал в депрессию, это нормально для людей с онкологией. В тот момент ты думаешь, что все кончено, что ты умрешь через день-другой, а после тебя ничего не останется. Было видно, что воспоминания младшего приносят ему много боли. Юнги даже не удержался и вытер указательным пальцем слезу на щеке Пака. — Но вскоре все изменилось. В моей жизни появился Намджун, который помог мне справиться со всем. Защищал меня от насмешек, а их было много, от задир. Я ему очень благодарен за это. — Он хороший человек, судя по рассказам. Я рад, что с тобой рядом был такой надежный человек. А я никогда не ценил красоту заката, возможно, потому что у меня не было с кем смотреть на него. Юноша осторожно положил ладонь на ладонь Чимина, которой тот оперся о борт лодки. — Знаешь, а давай поплаваем? — внезапно выпалил Пак, ощущая смущение которое накатывало к горлу. — Поплавать? Прям тут? — не меньше удивился Юнги. — Ну… почему бы и нет. Я же в спасательном жилете, а ты плавать не умеешь? — Обижаешь, конечно умею, — поджал губу Мин, после чего встал, отчего лодка немного раскачалась, и снял футболку с шортами. Чимин резко зажмурился, но от его глаз не ускользнул красивый легкий рельеф, который вместе с хозяином скрылся под водой. Тоже не долго думая, Пак разулся и спрыгнул в прохладное озеро. Жилет моментально поднял парня над водой, а Юнги плавал вокруг него, пуская по воде легкие волны. — Давно я не купался ночью в водоеме. Помню только что в 15 лет, сбежал из дома ночью после ссоры с родителями и сгоряча полез купаться. Меня тогда судорога схватила, но повезло что я не далеко зашел и смог быстро выплыть на берег. С тех пор сам купаться не ходил, — Чимин вновь вспоминал моменты из прошлого, как вдруг внезапно тихо прошептал, словно рассчитывал, что никто его не услышит. — Ты мне нравишься. Плеск воды мгновенно остановился. «- Неужели услышал?!» — подумал про себя Пак и вскоре понял, что его спутник правда услышал эти слова. — Ты… можешь повторить то, что ты сказал? — нервно спросил Юнги, подплывая максимально близко к парню. — Я… ничего такого, просто глупость сморозил, не бери в голову, думал, что ты даже не слушал меня. — Я всегда тебя слушаю… пожалуйста, повтори эти слова. — Я… Мгх… ладно. Не подумай ничего не правильно, я просто поддался порыву эмоций… я сказал, что ты мне… нравишься. Этого хватил, чтобы Юнги схватил парня за щеки и нежно, но пылко, прильнул к его губам. Горячее прикосновение чужих губ взбудоражило море в венах Пака, ведь он окаменел и не знал, что и сделать, кроме как отдаться порыву и насладиться моментом. Стыдно ли сказать, что юноша раньше никогда не целовался? Не то, чтобы не хотел он, никто не хотели его целовать. Но по воле инстинктов он старался отвечать на него, но инициативу оставил за Мином. Чимин потерял счет времени. Поцелуй длился секунду? Минуту? Час? Не важно, важно то, что сейчас он не хотел, чтобы это заканчивалось. Не каждый человек может похвастаться, что его первый поцелуй был в озере после заката. Именно в тот момент Юнги окончательно вскружил голову Чимину и последний понял, что выкинуть его из своей жизни уже не получится никогда. У того вечера было прекрасное продолжение. Юноши посмеялись, обсохли и поехали домой к Чимину. Родителей все равно не было, так как они работали в ночную смену. Не сложно догадаться, что было дальше… нежные поцелуи, аккуратные прикосновения и легкие укусы. Это был не единственная их ночь вместе, но эта была самая яркая

9

Вновь приближалась зима, а вместе с ней и годовщина знакомства и отношений ребят, которые начались буквально в один день. Чимин очень долго не мог выбрать подарок, который хочет подарить Юнги, потому обратился за помощью к своему лучшему другу. — Может духи? — предложил Намджун. — Он итак пахнет вкуснее конфетки. — Ремень? — Зачем, он официальную одежду не носит толком. — Ну тогда я не знаю, честно. Я даже его не видел, как я могу понять, что ему подарить, — Джуни все еще дулся на Чимина за то, что он их не познакомил. — Ну не обижайся. Я клянусь, что познакомлю вас на это Рождество. Он со мной придет на вечеринку, обещал во всяком случае. Спасением оказалась реклама двух браслетов. На одном был замочек, к на втором ключик. Подумав, что это будет хороший подарок на годовщину, Чимин отправился его покупать. Намджун помог ему добраться до торгового центра и упаковать подарок. Но на обратной дороге домой случилось то, что предвидеть никто не мог. Резкая и ужасная боль в спине. Она была настолько сильной, что юноша толком и крикнуть не успел, как потерял сознание. Конечно повезло, что рядом с ним был его друг, который, вдавив педаль в пол, поехал в больницу. В себя он пришел через неделю, как раз в канун Рождества. Лежа на больничной койке с носовой канюлей, парень пытался понять, что произошло и где он. Знакомый ему писк аппарата мониторинга физических показателей и шум людей из коридора свидетельствовал о том, что он в больнице. Осматривая палату, юноша заметил, что он был не один. На кресле рядом с ним сидел Юнги. Он был измотанный, с синяками под глазами, словно всю эту неделю сам не спал, сидя у постели больного. Стоило лишь Чимину шевельнуться, как юноша напротив проснулся и быстро двинулся к койке. — Чимин… ты как? — парень нежно провел пальцами по щеке, а после поправил прядь его волос. — Пока что живой… ты не мог бы позвать доктора? Но звать его не пришлось. Дверь открылась и внутрь зашел уже хорошо знакомый Паку врач. Мужчина подошел к койке, словно даже не замечая Юнги рядом, но этому уставший Чимин внимания не придал. — Ты проснулся? Как себя чувствуешь? — спросил врач. — Коматозно, если честно… — Неудивительно, мы вкололи тебе очень много обезболивающих… Чимин, у меня не самые приятные новости по поводу твоей онкологии… она продолжила рост и сильно разрослась на соседние органы… — Сколько у меня осталось? — перебил врача Пак, понимая к чему он ведет. — Может, пару месяцев… Прости меня, я никогда не хотел приходить к тебе с такими новостями… — Все хорошо, вы всего лишь выполняете свою работу… Вы не оставите нас наедине? — Нас? — доктор удивлённо осмотрел палату, но не решаясь дальше развивать эту тему, кивнул и удалился. — Кажется, что моя история подходит к концу, — опечалено выдохнул Чимин. — Но желание мое сбылось. Ты меня спрашивал, что я загадал на Рождество. Я попросил прожить еще один год, без боли, без горя, словно в сказке. И тогда через несколько дней появился ты, подарив мне этот год. Ты стал моей первой любовью, Юнги, и я благодарен тебе за все. Надеюсь, что я тоже тебя не разочаровал, но прошу тебя, после моего ухода, забудь меня. Живи дальше, словно ничего не было, не грусти и не страдай. Сидящий на краю койки Мин уже давно потерял спокойствие. Он смотрел на больного глазами полными слез, а ладонью крепко сжимал его ладонь. — Помнишь, я тебе сказал, что должен исполнять мечты людей? Я не лгал. Дело в том, что я рождественское чудо. Я знаю, тебе будет сложно это принять, но это правда. Я должен был исполнить твое желание, но и подумать не мог, что всецело влюблюсь в тебя… Чимин терял грань между реальностью и сном, так что понимать такие сложные вещи он просто не мог. — Я не дам тебе умереть. — после этих слов Юнги Пак отключился. Проснулся больной снова через пару часов, но на сей раз он был единственный человек в палате. Состояние его резко изменилось. Возможно из-за лекарств или чего еще, но боль в спине полностью пропала, а разум протрезвел. Вызвав врача по кнопке, Чимин рассказал ему об этом, чем очень удивил врача. Доктор Ким внимательно осмотрел показатели аппаратуры и сказал, чтобы юноша подождал некоторое время, пока он узнает, работает ли МРТ. Пока врач ушел, к больному зашел Намджун, который места себе не находил. Он обнял друга, но лишь одной рукой, ведь вторая была занята конвертом. — Что это? — удивился Чимин. — И ты не видел Юнги? — Видел… если можно так сказать… он оставил тебе вот это… прочитай, а я пойду кофе куплю… Намджун покинул палату также быстро как и пришел, а Чимин не понимал вообще ничего. Столько вопросов и никто не хотел отвечать. Распечатав конверт, юноша достал оттуда письмо со знакомым ему почерком. Это писал Юнги. « Дорогой Чимин, когда ты проснёшься, меня уже не будет рядом. Я нарушил слишком много правил, находясь рядом с тобой, но ни о чем не жалею. На самом деле, я твое рождественское чудо, которого ты так просил на Рождество прошлого года. Я явился к тебе, чтобы исполнить желание из волшебного конверта, что принёс твой друг, но и сам допустил оплошность, влюбившись в тебя. Я и подумать не мог, что ты просто заберёшь мое сердце себе. Я не мог больше смотреть, как ты мучаешься и умираешь, потому я попросил исцелить тебя. Я попросил свое личное чудо, ведь оно есть у каждого. Я берег его для особого случая и вот он настал. Я люблю тебя, всегда буду любить, но взамен за чудо я должен уйти. Такова плата. Я знаю, что все, что ты прочитал, кажется бредом, но я предскажу тебе пару вещей, которые помогут тебе убедиться в подлинности моих слов. После МРТ доктор Ким скажет тебе, что опухоли больше нет, а на фотографиях, что мы делали, меня нигде не будет. Ты помнишь, когда ты попросил врача оставить «нас» наедине, он начал оглядываться. Все потому что, он меня не видел, никто никогда не видел. Только Намджун видел. Я показал ему все, чтобы он понял, и тем самым нарушил еще одно правило. Вряд ли мы снова увидимся, но я буду любить тебя всегда и знать, что ты поправился и проживешь долгую счастливую жизнь и умрешь в глубокой старости. Единственное, что я забрал на память, это браслет с ключом. Прости, Намджун посчитал, что ты бы хотел, чтобы я его забрал. В конверте лежит твой браслет. Носи его каждый день. С любовью, Юнги.»

10

После прочтения все вновь покрылось туманом. Как осознать подобное? В конверте и правда лежал браслет с замочком, который был открыт, видимо, Юнги открыл его, словно сердце парня открылось ему год назад. После МРТ доктор Ким действительно, будучи шокированным, не в силах поверить своим глазам, вещал Паку о том, что от опухолей не осталось и следа. Все фотографии на телефоне, где раньше был Юнги, были лишь с Чимином. Все это казалось диким бредом, но все это было наяву. После выписки домой оставалось проверить лишь одну вещь, чтобы точно во всем убедиться. Дома Пак залез под кровать и достал конверт, в котором он держал желание с прошлого Рождества. Открыв его, Чимин окаменел, ведь листка с желанием внутри не было, лишь несколько лепестков сакуры. С того дня прошло много времени. Чимин забыл о том, что болел, вновь расцвел и похорошел. Он вернулся в университет, нашел себе много друзей, но Намджун всегда был на первом месте. Лишь они знали правду о том, кто такой Юнги и как он спас жизнь Паку. Этого последний никогда не забудет, потому всегда носил на запястье тот самый браслет с расстегнутым замочком, держа свое сердце открытым, в надежде, что Мин Юнги еще обязательно вернётся к нему.