Зависимость в квадрате

— Эй, ты чего? — Маша осторожно положила руку на плечо Ковалёву, он хмуро оглянулся. — Забудь, это ерунда. — Пиздец, — только вырвалось у него. — Да не парься, это просто случайность. Маша стянула с себя безразмерную белую футболку и бросила на край кровати, заставляя Антона обернуться и проскользить взглядом по обнажённому телу юной подопечной. Как в каком-то артхаусном кино: дневной свет пробивался через щель между шторами и аккуратно ложился на вздымающуюся при дыхании грудь, растрёпанные после сна каштановые волосы мягкими волнами спадали вдоль спины, а на шее яркими алыми пятнами красовались засосы, оставленные им прошлой ночью. У Антона перехватило дыхание, но он, всё-таки сумел взять над собой контроль и отвернулся, прогоняя прочь остатки мыслей об ученице. После недолгого молчания, он вдруг спросил: — Тебе же есть шестнадцать? — Мне семнадцать через месяц, — бросила Маша, застёгивая молнию на короткой юбке-тенниске, которая, как любила говорить её бабушка, совсем ничего не прикрывала. — Не переживай, трепаться не стану. Маша Филатова была на редкость абсолютно адекватной персоной, и Антон не раз задавался вопросом, что она вообще забыла в их центре, поэтому он особо не переживал за то, что об этом кто-то узнает. Больше всего его пугало то, что произошло. Это было впервые. Он впервые в жизни надрался до такой степени, что пригласил к себе домой малолетку с одной лишь только целью — чтобы насладиться девичьей лаской, слышать её тихие стоны под собой и упиваться этим удовольствием, пока не иссякнут силы. Вот кретин. С ним действительно в первый раз было что-то подобное, и кроме горящей ненависти и жгучего стыда за содеянное он сейчас совсем ничего не чувствовал. А Маша… она ведь не была какой-то невероятно сексуальной и соблазнительной, обычная такая школьница, коих в Москве тысячи. И почему это была именно она, Антон до сих пор не понимал. Он молча следил за тем, как Маша неторопливо собиралась: убрала в высокий хвост густые волосы, зажав в губах, резинку, стёрла расплывшуюся под глазами тушь, бросила в рюкзак пачку с парой оставшихся там сигарет и взяла с прикроватной тумбы свой телефон в ярко-розовом чехле. — Можешь не провожать, — она даже не подняла на него взгляда, что-то более интересное ожидало её в смартфоне — Антон слышал, как с самого утра её телефон то и дело начинал вибрировать от поступающих на него звонков. Когда входная дверь закрылась, Антон глубоко вздохнул и шумно выдохнул, после чего со злобой схватился за голову в попытке прогнать прочь все мысли, но только больше погружался в них, как в топкое болото. Лёгкий румянец на щеках, зацелованные губы и будто бы затуманенный взгляд тёмно-карих глаз. Почувствовав лёгкое напряжение в паху, он с ненавистью ударил кулаками по матрасу. Ругать себя за то, что трахался с малолеткой, а потом утром дрочить на это — вот он, Антон Ковалёв во всей своей красе.

***

Маша только успела выйти за порог квартиры Антона, и сразу же ответила на звонок, на том конце приветливый голос подруги. — Ну наконец-то, Маш. — Ничего не говори и слушай, — протараторила Маша и набрала в грудь побольше воздуха. — Сегодня ночью у меня был секс с Антоном Вадимовичем. — С Ковалёвым?! — практически прокричали ей в трубку. — Ну нихрена ж себе…