Волосы и глаза

      Квартира Рин после прошлогоднего ремонта всё ещё сияла почти стерильной чистотой. Сухие плотные колоски в вазе для цветов задрожали, когда она открыла Минато дверь и пропустила его внутрь.       Всё время, что он путешествовал от ванной до кухни, Рин то и дело нервно отирала руки о фартук, подаренный Кушиной на прошлое Рождество. Минато ждал, пока она заговорит первой, но чужая напряжённая спина оставалась глуха к его взгляду.       Наконец, Рин спросила:       — Как дела у Наруто?       Это прозвучало не так натянуто, как могло бы, учитывая её истеричные движения, и Минато честно ответил, дождавшись, когда девушка всё же повернётся к нему:       — Если бы я знал.       — Вы же видитесь каждый день, Минато-сэнсэй, — заметила Рин почти укоризненно. Сунула в рот кусочек морковки, снова вытерла абсолютно чистые и сухие руки полотенцем. Зачем-то проверила лапшу под крышкой. Побарабанила пальцами по подоконнику.       Минато поддержал её игру в светскую беседу спокойным:       — Он в последнее время отвечает что-то вроде «нормально». Переобщался с Какаши.       Рин, он отлично это видел, была где-то не с ним. Её расфокусированный взгляд сквозь оконное стекло чуть дрогнул, и она машинально начала:       — Какаши здесь не при чём, подростки в целом не склонны обсуждать свои проблемы и чувства с родителями, — не прервалась, когда Минато мягко потянул её за руку и заставил присесть на стул рядом с собой. — К тому же сейчас он привыкает к социальному давлению и новой обстановке, нужна ещё хотя бы пара месяцев, и, я думаю, он снова станет нашим Наруто. Раньше у него рот не закрывался, скоро опять будете жаловаться, что он вас забалтывает. Когда мы с ним только познакомились, у него явно был дефицит внимания…       Рин сцепила пальцы в замок и замолчала.       Её слова были слишком похожи на правду, хотя могло показаться, что она говорит их, даже не задумываясь.       — Успокоила, — усмехнулся Минато, не позволив образоваться неловкому молчанию, и девушка тут же покивала, ковыряя ногтём шов фартука:       — Вы и сами всё это знаете. Но я правда за него переживаю.       — Я тоже, Рин, — заверил он, даже если это было более чем очевидно. Накрыл её пальцы ладонью, чуть сжал. — Спасибо. Но здоровых подростков всё равно не бывает. Даже умная и сознательная ты в свои семнадцать-восемнадцать развлекала нас с тёткой истериками. А сейчас ничего, вполне жива и здорова, — Минато позволил себе улыбнуться на чужой укоризненный взгляд. — Копаешься в голове моего сына и ещё пары сотен детей.       — Вам не нужна моя помощь, — отмахнулась Рин. Покосилась на него, пряча за ухо несколько прядей. — Признайтесь, вы просто приехали поесть.       — Как ты угадала?       Она не выглядела уставшей, скорее просто нервной, и это не давало отвлечься.       Безусловно, разговор о сыне не прошёл мимо Минато, но на пару часов можно было перестать думать о нём и Кушине, в конце концов, он приехал не за этим. Рин слишком явно пыталась отвлечь его, и Наруто был слишком очевидной уловкой. Первым, что могло прийти ей в голову.       Минато не мог предположить, о чём она хотела с ним поговорить изначально, жизнь его учеников в последние пару лет всё чаще проходила мимо него. Но, пусть он уже не знал о них так много, он всё ещё хорошо знал, что они из себя представляют.       И если Рин не придумала ничего лучше, чем разговаривать с ним о его сыне — в сотый раз — это явно не было её планом. Она позвала его чтобы поговорить, но передумала в последний момент и уцепилась за первую попавшуюся соломинку, которая оказалась ближе всего.       Она ошиблась в одном — пусть последние три года сын для Минато стоял на первом месте, конкретно сейчас его значительно больше интересовало, что творится с его учениками. Наруто в порядке, ему ничего не угрожает, кроме него самого. А вот эти трое… Если мир не сошёл с ума, эти великовозрастные дети точно успели где-то удариться головой, причём все одновременно. И Рин — меньшая из проблем.       Какаши вдруг ни с того ни с сего решил завести нормальные отношения — ками милостивы, с сыном Микото, серьёзно — и это было бы обычным делом для кого угодно, кроме Какаши. Кем вообще надо было быть, чтобы настолько ему понравиться? Минато никогда не замечал за Итачи особенной экстравагантности…       И всё это не отменяло того, что Обито впервые за всю свою жизнь всерьёз обратил внимание на кого-то кроме Рин. И отвлёкся от Рин! По-настоящему. Минато надеялся на это почти двадцать лет, но теперь, когда это случилось, он понятия не имел, как нужно реагировать. Нужно ли вообще.       И да, да, Рин была меньшей из проблем — подумаешь, стала брать с него пример и больше работать… Да, для неё это тоже странно, но у Минато хотя бы не начинала болеть голова, когда он обдумывал этот факт. На одного трудоголика в семье больше, вроде бы не критично, а?       — Я вижу вас насквозь, — вздохнула Рин. Постучав пальцами по колену, подняла голову. — Помните мою последнюю статью? Недавно мне позвонила знакомая и предложила рассказать об этой теме, она записывает интервью со специалистами разных профессий. Я согласилась, а теперь сомневаюсь. Может, не стоило? Я никогда не разговаривала с прессой.       Минато смотрел на неё всё то время, что она говорила, и даже если бы он не знал её с раннего детства, он легко смог бы угадать, что она снова пытается уйти от какой-то темы. Это выглядело почти забавно. Будто ей снова было восемнадцать.       Нет, мир всё же сошёл с ума… Что ещё случится? Тётка разведётся с Орочимару? Джирайя женится? Наруто найдёт себе парня? Кушина сбежит от них в другую префектуру? Что ещё?       Сбежать от всего этого Минато и сам бы не отказался, но тут у него явно не было выбора.       — Это не сложнее, чем общаться с детьми, — спокойно заверил он. Чёрта с два общение с прессой было не сложнее общения с детьми, но Рин об этом знать не полагалось, точно не сегодня.       — Думаете, стоит попробовать?       — Конечно. Чего тебе бояться? И потом, ты ведёшь блог с последнего курса университета, это тоже большой опыт.       Рин смущённо улыбнулась. Закончила неловко:       — Мне в любом случае нужно было ваше разрешение.       — Я твой начальник, а не рабовладелец, — Минато прикрыл глаза. Рин хихикнула, и вряд ли был бы момент лучше для спокойного: — Но это ведь не то, о чём ты собиралась сказать?       Чужие руки под его пальцами напряглись.       — Я просто пригласила вас на ужин, — медленно напомнила Рин.       Настала очередь Минато смотреть на неё с укором.       — Ты делаешь это только тогда, когда хочешь о чём-то со мной поговорить. Как и Обито. Просто так меня приглашает поесть только Какаши.       Рин поджала губы. Пробормотала:       — Потому что его не заботит, есть ли у вас свободное время.       — Именно, — не стал отрицать Минато. — Так что случилось?       — Ничего не случилось, — наверное, взгляд Минато слишком красноречиво сообщал что-то вроде «я не собираюсь сидеть тут с тобой до утра и вытягивать всё по слову», потому что Рин с поразительным упрямством молчала не больше половины минуты. А потом, закатив глаза в лучших традициях Какаши, почти сердито сказал: — Мать заболела. Обычное ОРВИ, а отец как всегда развёл панику. Знаете, я… — тонкие пальцы снова сжались в кулаки. — Когда он позвонил, я сразу подумала, что-то серьёзное. Каждый раз думаю. Представила вдруг: когда матери или отца не станет, что я буду делать? Что у меня изменится?       Светлые глаза мрачно блестели.       Паста под крышкой пошла пузырями пены, и капли зашипели на плите. Рин вскочила, сдёргивая сковороду на стол, принялась нервно мешать загустевший соус ложкой.       По крайней мере атмосфера сегодняшнего вечера и её причины теперь стали понятны.       — Что надумала? — уже менее настойчиво поинтересовался Минато, тоже поднимаясь.       Рин медленно отложила ложку. Ответила, не оборачиваясь, и голос её звучал глухо:       — Ничего.       Минато поднял взгляд в потолок.       Эта история повторялась из года в год после поездки Рин к родителям. Каждый раз по-разному. Но итог всегда был один.       — Иди сюда, — вздохнул он, но, опережая собственные слова, притянул девушку к себе за плечи. Рин, наконец, снова повернулась к нему. Уткнулась лбом в плечо. Руки её повисли вдоль тела. — Ты ведь их любишь, детка.       — И они меня любят. Своей дурацкой любовью. И чем дальше мы друг от друга, тем проще нам друг друга любить, — прогнусавила Рин. Минато, поглаживая её по спине, коснулся губами тёмной макушки. — Знаете, что меня напрягает? Когда думаю о их возможной смерти, не могу понять, расстроюсь или нет.       Минато молчал ровно секунду, прежде чем позволить себе рассмеяться. Прижал Рин к себе крепче. Выдохнул:       — Разумеется расстроишься. Что у тебя в голове?       — Я просто… — Рин запнулась, наверняка покусала губу. Она делала так, когда была маленькой, и иногда — до сих пор. Тётку страшно это раздражало… — Спасибо, что вы есть, — Минато аккуратно потёрся носом о мягкие волосы, пропахшие табаком. Они постояли так ещё немного, прежде чем Рин, отирая глаза, отстранилась и чуть громче переспросила: — Так что там с Наруто? Что думает Кушина-сан?       Минато улыбнулся.

***

      Высотка отражалась в тёмной воде Сумиды пятнами окон. Свет на кухне Рин погас, как только Минато добрался до середины моста. И пусть бродить ночью было не очень хорошей идеей, чудовищно хотелось проветрить голову.       В бетонных берегах тихо плескались волны. По набережной мимо него бродили держащиеся за руки парочки подростков и ребят постарше. Вряд ли кому-то из них было дело до прислонившегося к фонарю у парапета мужчины.       Остаток ужина они с Рин проболтали о работе и Какаши. Тот последние две недели проводил с Итачи почти каждый день, и Рин высказывала опасения, как бы эти двое друг другу не надоели.       Минато наблюдал старшего Учиху на территории больницы в конце рабочего дня с завидной регулярностью, и мог сказать, что юноша как минимум влюблён в Какаши по уши. О взаимности судить было сложно, но раз Какаши от упрямого любовника ещё не отделался, это говорило как минимум о большом интересе. И кофе… С того случая две недели назад Минато не приходилось бывать у Какаши дома, но невзрачная деталь прочно засела в мозгу.       То ли эти двое и правда хорошо подходят друг другу, и Наруто был прав, когда говорил, что из них выйдет отменная парочка, то ли один из них шантажирует другого чем-то очень страшным и окупающим такие правдоподобные отношения. И Минато был склонен думать, что из них двоих ведёт весь этот кошмар явно не Какаши, у которого социальные потребности вне работы близятся к нулю.       Или Наруто всё же был прав…       Свет экрана резанул глаза.       Минато проверил время, прежде чем написать Кушине. Набрал сына.       Долгие гудки уже не напрягали, обычно Наруто требовалось секунд десять, чтобы ответить на звонок. Этот раз не был исключением.       — Привет… — начал было Минато, но не договорил, оборвав себя на полузвуке, когда с другого конца послышался шум машин. — Ты почему не дома так поздно?       — Да чего ты наезжаешь-то сразу? — возмутился сын в ответ. — Я с тётей, эй, скажите ему.       — Минато, вы сговорились? — мягкий голос Микото звучал слишком смешливо, чтобы сомневаться в её словах. — Кушина звонила минуту назад. Отстаньте от ребёнка!       Судя по ещё одному шороху, телефон вернулся к Наруто.       — Ладно, — хмыкнул Минато, — я понял. Тебя послезавтра ждёт Цунаде, ты помнишь?       — Блин! — вырвалось у Наруто. Где-то рядом с ним захохотал Саске. Сын тут же торопливо исправился: — В смысле, помню, ттебайо, ты ещё спрашиваешь. Кстати, а во сколько она меня ждёт?       — Наруто, — протянул Минато с нажимом.       — Ну пап.       Пришлось сдаться.       — В четыре.       — Спасибо, ладно, до завтра, люблю тебя! — протараторил Наруто, прежде чем сбросить, и Минато, отняв от уха погасший экран, усмехнулся и пробормотал в пустоту:       — Да. До завтра.

⟨—⟩

      — Прошу прощения. Мне очень знакомо ваше лицо. Мы раньше не встречались?       Минато вздрогнул.       Поднял глаза от телефона с открытой историей болезни, вытолкал из головы мысли о кистах в почке. Моргнул, фокусируя взгляд.       Девушка перед ним приветливо, но явно профессионально улыбалась. Они уже с полчаса стояли рядом, казалось бы, почти не замечая друг друга. Минато, погружённый в размышления, даже не заметил, рассматривали его или нет.       Просто одетая, прислонившаяся к чёрному «жуку», она выглядела на удивление гармонично с тёмно-синими волосами. Мазнув языком шарик пирсинга в нижней губе, огляделась по сторонам и всё же подошла к нему.       Кроме неё и Минато на стоянке перед университетом никого не было, а кучки студентов только начинали выползать из ворот навстречу долгожданной свободе. После недавнего ужина с Рин — вероятно, так совпало — Наруто почти каждый день просил забрать его или куда-то подвезти, но сегодняшний вечер они планировали провести вместе целиком.       — Я уверен, что вас не знаю, — Минато ещё раз окинул девушку внимательным взглядом.       Девушка прикусила губу аккуратными ровными зубами, зажала пальцами полы пиджака, но смущённой совершенно не выглядела.       — В таком случае ещё раз простите за беспокойство, — сказала вежливо и уже развернулась, чтобы снова отойти к своей машине. Замерла. — Постойте… Я вспомнила. Вы Намиказе Минато, да? Главврач детской больницы в западном районе.       — Значит, мы всё же знакомы, — заключил Минато. — Простите, у меня ужасная память… — конечно, тут он слегка покривил душой. Может, память у него и была отменной, но он был уверен, что никогда не встречал эту девушку.       Стало спокойнее, когда она торопливо ответила:       — Нет-нет, вы меня не знаете, — приятная улыбка снова вернулась. — Вы не представляете, насколько легко ваше лицо найти в прессе. Но я вас узнала не поэтому, — Минато чуть приподнял брови. — Я сама журналистка, у нас с друзьями, можно сказать, своё дело. Когда мы только начинали, нашей первой статьёй был материал про вашего друга, Джирайя-сан очень много рассказывал о вас. Интервью о его книгах помогло нам набрать обороты. Если скоро увидитесь с ним, передайте привет от Яхико, Конан и Нагато.       Имена казались смутно знакомыми. Вполне могло быть так, что Джирайя когда-то их упоминал, но это легко можно было проверить одним звонком.       — Трогательно, — кивнул Минато. — И что вы делаете здесь?       Девушка уже открыла рот, чтобы ответить, но тут от входа на стоянку раздалось громогласное:       — Онэчан!       Минато машинально скосил глаза на источник звука — худощавая бледная девчонка на вид возраста Наруто спешила к ним. Взгляд невольно прикипел к ней — рыжие волосы привлекли внимание.       Оттенок ярче и темнее, чем у Кушины, да и лицом совершенно не похожа, но что-то общее у них, казалось, всё же было. Правда при приближении девочки наваждение сошло.       Минато попытался было вспомнить, были ли у женщины близкие родственники… Но ветвистая родословная Узумаки, которые были похожи друг на друга как ксерокопии, угрожающе встала перед глазами. Даже в его семье была Узумаки. Бабушка тётки, Мито. И на фото она тоже была похожа на Кушину.       Разбросанный по всей Японии клан был слишком большим. А эта девочка, в конце концов, могла быть просто рыжей.       — Встречаю племянницу, — ответила ему собеседница, тоже обернувшаяся. — Брат считает, её вообще нельзя оставлять без присмотра, вечно влипает в неприятности. Караулю её, как самый настоящий телохранитель.       «Знакомо», — успел подумать Минато, прежде чем рыжая девочка подскочила к ним и, бегло поздоровавшись с ним, повисла у его новой знакомой на шее. Та даже не изменилась в лице, только приобняла её за талию, позволяя навалиться на себя всем весом. Рин тоже так иногда делала в детстве…       — Я была рада увидеть вас вживую, Намиказе-сама, — девушка вежливо склонила голову, насколько позволяли чужие конечности. Дёрнула свободной рукой дверцу машины. — Хорошего вечера.       — И вам, — прикрыл глаза Минато.       Девушка подмигнула ему, прежде чем опуститься за руль. «Жук» тихонько зарычал и мягко выскользнул с парковочного места, очень быстро скрывшись из виду за рядами других машин.       Минато проводил его взглядом, проверил время. Лезть снова в анамнез пациентки Обито, которая имела все шансы стать со дня на день пациенткой Какаши, уже не хотелось. Он подумает об этом завтра, когда вернётся на работу…       Наруто появился минут через десять. Светлая макушка мелькнула среди других у выхода, сын заметил его, распрощался с друзьями. Саске, взяв под руку Сакуру, повёл её через толпу в противоположную от стоянки сторону. Киба с другими ребятами остался у ворот.       Закутанная в бесформенный свитер девушка проводила Наруто грустными глазами из-за плеча похожего на неё юноши. Наследников Хьюга Минато узнал без труда.       Первым, что Наруто сказал, почти налетая на отца, было:       — Кто с тобой разговаривал? Очередная твоя коллега? Я в окно видел.       — Впервые её вижу, — пожал плечами Минато, пропуская его мимо себя в машину. — Какая-то знакомая Джирайи.       — На маму Карин она не похожа, — Наруто плюхнулся на заднее сиденье в обнимку с рюкзаком, потёр щёку. По его лицу было похоже, что всю последнюю пару он спал.       — Кого? — не понял Минато.       — Карин. Рыжая, с которой она уехала.       — Она сказала, что ждёт племянницу. Но на тётю тоже не слишком тянет, — вынужден был признать Минато. Спросил больше для проформы: — Карин — твоя однокурсница?       Сын открыл протянутую бутылку, хлебнул воды. Вид у него был в меру усталый, но улыбка не сходила с лица, и это было неплохим знаком.       — Ага, без конца липнет к Саске. Он её уже даже не отшивает. С ней обычно ещё Джуго и Суйгецу, но они к нам не подходят.       Минато посмотрел на сына в зеркало заднего вида.       — Вижу, ты поладил с Кибой.       Реакция не заставила себя ждать.       — Я? — Наруто возмущённо распахнул глаза. — Да ни за что! Он противный, ттебайо. И не стал менее противным, не смотри так.       — Как знаешь, — тихо усмехнулся Минато. Насколько он помнил, ещё пару недель назад эти двое даже в одном помещении с трудом находились спокойно. Добил: — А Хьюга, похоже, положила на тебя глаз.       — Да с чего вы все это взяли? — застонал Наруто, накрывая лицо ладонями. — Сакура мне тоже постоянно это талдычит! Хината на меня даже не смотрит.       — Ты просто не замечаешь, — Минато покачал головой.       — Нельзя не замечать того, чего и так нет, — проворчал Наруто, упираясь лбом в спинку его сидения.       Минато, сжалившись, перестал издеваться. Добавил только:       — Вот упрямый. Весь в маму…       — А она говорит, я в тебя, — тут же послышалось сзади.       — Она, конечно же, абсолютно права, — пробормотал себе под нос Минато, выбираясь из-за прижавшей его сзади машины. — Ладно, может, где-нибудь перекусим? Я ужасно голодный.       — Рамен? — тут же предложил Наруто, поднимая голову.       — Я не ждал другого ответа. Только маме ни слова.       — За кого ты меня держишь, ттебайо?       Наверное, есть в машине было не очень хорошей идеей, но Минато уже было всё равно. Они остановились на ближайшей парковке у парка, и Наруто соизволил пересесть к нему вперёд, уже что-то жуя и запоздало отвечая на вопрос о парах с Какаши.       Собственно, он сам начал эту тему.       — Не понимаю, зачем вам патология на первом курсе, — покачал головой Минато. — Когда учился я, она начиналась с третьего, и то многие долго не вникали в основы.       Наруто разломил палочки, неосторожно задев пальцами панель, и это выглядело как неплохая попытка вывернуть на себя горячий бульон из запакованной плошки.       — Какаши-сэнсэй тоже так говорит. Но у нас всего две пары в месяц, мне кажется, он нам за год только основы и успеет объяснить, ттебайо… — голубые глаза, прячущиеся под чёлкой, вдруг уставились прямо на него: — У тебя всё хорошо?       Вопрос был более чем неожиданным. Минато привык задавать его сам, но совершенно не думал, что когда-то ему придётся самому на него отвечать. Тем более собственному ребёнку.       — Да, к чему ты это?       — Просто выглядишь уставшим, — легкомысленно пожал плечами Наруто.       Минато улыбнулся. Примерно так же он думал о Рин, когда заподозрил очередную плохую историю перед ужином. И это показалось ему достаточным оправданием, чтобы насесть на девушку с расспросами. Так почему Наруто не мог? Ещё бы Минато сам знал, что с ним не так…       Может, действительно устал.       Уж точно не переживает из-за родителей или отношений, как трио великовозрастных детей.       — Я последние лет двадцать так выгляжу, малыш.       Наруто, очевидно, спросил просто так, потому что такой ответ его устроил. Но он всё равно беззлобно поддел:       — А мама так не считает.       — Мамино мнение несколько, — Минато остановился, подбирая слово, — предвзято. Она сегодня дома?       — Сегодня — да, — Наруто подцепил палочками лапшу, пробормотал: — Любите же вы свою работу, родители.       Минато привычно проигнорировал чужой беззлобный упрёк, поморщился:       — Как говорит Какаши, предпочитаю уставать от работы, чем от жизни.       — А мама? — Наруто склонил голову к плечу.       За Кушину Минато отвечать не стал бы и под страхом смертной казни.       — Спросим у неё, когда завезу тебя домой, — сказал уклончиво, и Наруто вместо обычно следующей за таким шутки удивлённо переспросил:       — Ты не останешься?       Помрачневший взгляд голубых глаз неприятно задел.       — Нет, переночую у тётки, — потерев переносицу пальцами, пояснил Минато. — Не хочу поднимать маму завтра, мне очень рано вставать. Пусть отдохнёт. Да и ты тоже.       Остаться, конечно, было бы неплохо. Позавтракать чаем с шерстью Курамы, понаблюдать, как проспавшая Кушина мечется вокруг, то и дело пытаясь растолкать полусонного Наруто.       Или хотя бы задержаться, но тогда он точно завтра утром будет долго собирать себя по частям, чтобы выбраться на совещание.       Наруто вдруг спросил:       — Если тебе так не нравится твоя квартира, почему не продашь?       Теперь уже Минато посмотрел на него удивлённо.       Он даже не сразу понял, откуда у сына мог возникнуть такой вопрос и что в его словах натолкнуло на такую тему. Поправил почти автоматически:       — Правильнее было бы просто купить новую и сдавать эту, — и задумался. Ему как-то не приходило в голову сформулировать ответ на это даже для себя, не то что уж вот так легко подобрать вслух с первого раза. Но Наруто смотрел слишком выжидающе, чтобы продолжать молчать — Минато следил за проезжающими мимо них машинами и не видел, но чувствовал. — Мне слишком тяжело на новых местах. Я привык к определённым вещам здесь, и так мне комфортно. Относительно комфортно. Странно звучит, я знаю.       — Не особо, ттебайо, — пробубнил Наруто с набитым ртом. — Ты просто не хочешь всё менять?       Минато потыкал палочками в дно плошки, медленно произнёс:       — Хочу. Но мало что изменится от новой квартиры.       — Если дело не в квартире, то в чём тогда? — непонимающе нахмурился сын.       — Я с детства был сам себе предоставлен, не могу сказать, что делить с кем-то быт мне просто. Но эпизодически этого, конечно, не хватает, — Минато неопределённо махнул ладонью. — И потом… Я всегда не любил оставаться дома один надолго. Предпочитал болтаться по городу и ждал, пока кто-нибудь вернётся. Не смотри так, это не шутка. До сих пор так.       Наруто уставился на него большими глазами.       — Да ладно, тебе же целых сорок два, не бывает такого.       — Всё бывает, — покачал головой Минато. — Так что меня вполне устраивает маленькая квартира, в которой мне просто не приходится жить.       И это было правдой. Чистой правдой.       Пожалуй, он осознал это уже после того, как произнёс вслух.       — Да, ты прав, это очень странно звучит, — признался Наруто через минуту.       — Всякие странности бывают, — вздохнул Минато, откидываясь на спинку кресла. Наруто внимательно смотрел на него, и взгляд его был необычно пронзительным. Почти как у самого Минато. Правда, почти. Иногда — вот как раз в такие моменты — Минато казалось, что с каждым месяцем сын делается всё больше похож на него. — Знаешь, пару лет назад ко мне пришёл один мальчик, который заявил, что я его отец. Доедай, чудо, поедем прокатимся.

***

      Он наткнулся на Орочимару на кухне. Тётка хозяйничала на втором этаже, и Минато то и дело слышал стук каблуков её сандалий по верхним ступенькам лестницы. А вот её муж неподвижно сидел над чашкой чая, устремив безжизненный взгляд в зашторенное окно.       — Нечасто вас здесь встретишь в такое время. Уже поздно.       Орочимару даже не вздрогнул. Не обернулся. И даже не подумал обратить на Минато внимание. Ответил только:       — Небольшая авария на производстве. Скоро исчезну.       С ним случались такие приступы меланхолии.       Когда он ещё был молод, Минато хорошо помнил, как легко его было увлечь — хотя бы даже в какой-нибудь простенький спор. Сейчас же интерес в пожилом мужчине вызывали исключительно исследования, вне лаборатории взгляд его редко наполнялся энтузиазмом.       — Твой сынок тут про тебя Цуну расспрашивал.       — О чём вы? — нахмурился Минато, присаживаясь напротив. Орочимару всё же посмотрел на него. Будь Минато младше лет на двадцать, ему бы сделалось от такого жутко.       — Когда оставался у нас на этой неделе, Цуна пыталась вызнать у него про университет. А он у неё — про тебя. Можно сказать, они обменялись информацией, — равнодушно сообщил Орочимару. Как ни в чём ни бывало продолжил: — Я полагал, ты переночуешь у Кушины.       — Я предупреждал тётю, что приеду, — отмахнулся Минато. — И про что он хотел узнать?       — Сам у него спроси, — мужчина оскалился.       Минато потёр глаза, напомнил просительно:       — Орочимару-сан, вы же не просто так об этом заговорили.       Наруто был прав, сегодня он действительно сильно устал. И сил на чужие козни просто не было.       Но сегодня Орочимару отступился на удивление быстро. И даже снизошёл до объяснения.       — На самом деле, не имеет значения, что он хотел узнать. Вероятно, ты не помнишь, но ты был крайне скрытным подростком, — знакомый округлый жест рукой, похоже, должен был навести на какую-то мысль. И Минато догадывался, чего ему ждать от разговора, который начался так. — Не могу сказать, в какой момент это началось и когда ушло, но точно помню, что когда тебе было семнадцать, я совершенно ничего о тебе не знал. И Цуна тоже. Зато знал Джирайя. Ты говорил с ним и с его женой буквально обо всём, задавал любые вопросы, на которые и мы могли бы дать тебе вполне исчерпывающие ответы. Но наша помощь тебя совершенно не устраивала. Понимаешь, к чему?       — К тому, что Наруто задаёт вопросы обо мне не мне, — кивнул Минато.       Орочимару даже не выглядел довольным: то, что Минато с детства понимал его намёки с полуфразы стало для него чем-то неизменным и неоспоримым.       — Да. Не только о тебе. О Кушине. О большинстве людей и событий вокруг. Он наверняка рассказывает тебе какие-то мелочи, но что ты о нём знаешь, в сущности говоря? Ты не растил его с детства, как мы с Цуной растили тебя. Ты знаком с ним три года. А сейчас он от тебя отдаляется. Неосознанно, конечно. И если с Кушиной у него есть прочные узы, которые позволят ему потом спокойно вернуться к близкому общению с ней, у тебя, мой мальчик, большие проблемы. Если он будет похож на тебя и будет поступать так же, как поступал ты, эти проблемы никуда не денутся.       — Рин считает, что он так закрывается из-за учёбы, — поделился Минато. — Что ему просто надо дать время.       Но похоже, аттракцион невиданной щедрости был на сегодня окончен, и Орочимару снова неприятно улыбнулся:       — Я не психолог, я не могу судить. И потом, Наруто-кун твой сын. Не думаешь же ты, что я даю тебе советы? Это лишь мысли вслух, Минато, не более.       Минато вздохнул, потёр лицо ладонями. Признался:       — Если бы я знал вас хоть немного хуже, я бы подумал, что вы надо мной просто издеваетесь.       — Ну-ну, — хмыкнул Орочимару. Отпил свой чай. Но уходить не спешил.       — И что вы предлагаете? — устало уточнил Минато. — Нам с Кушиной его верёвками к себе привязывать? Он взрослеет, и Микото, конечно, права в том, что ему нужен отец, но он сам может решить, когда именно я нужен.       — Я? Я совершенно ничего не предлагаю, — светлые блёклые глаза блеснули. — Ты всегда был умным человеком. А умные люди умеют разговаривать. Словами через рот, знаешь ли, это не очень сложно. Кто из вас, в конце концов, взрослый мужчина?       Минато, привычно пропустив мимо ушей колкость, проворчал:       — Я начинаю подозревать, что из нас взрослый мужчина — это Кушина. Потому что я ничего не понимаю.

⟨—⟩

      Минато вдавил звонок сильнее, будто это могло помочь. Дверь с той стороны кто-то радостно поскрёб.       Послышалось требовательное:       — Так, не путайся под ногами!       И через секунду на пороге перед ним показался Итачи.       — Доброе утро, — поздоровался Минато, машинально осматривая молодого человека. Тот впустил его в квартиру, крепко держа радостно подпрыгивающего Уухея за ошейник, вместо ответа шикнул:       — Сидеть!       И Уухей, мгновенно успокоившись, опустил зад на коврик для обуви. Хвостом, правда, вилять не перестал.       — А раньше они только Какаши слушались, — отметил Минато и потрепал пса по гладкой макушке. Уухей радостно уткнулся влажным носом в ладонь, кося на Итачи чёрным глазом.       — Они меня любят, — прищурился тот. — Какаши в душе, Минато-сама. Он не говорил, что вы приедете так рано. Простите, мы не рассчитали время.       — Да за что ты извиняешься… — не стал придавать значение его словам Минато, присаживаясь на корточки перед собачьей стайкой, которая, очевидно, с благоговением приняла к себе нового главного.       Итачи, впрочем, и не выглядел как человек, который оправдывается. Он всего лишь констатировал факт.       — Хотите чаю? — предложил, отступая на шаг, чтобы Минато мог разуться в тесном из-за четвероногих коридоре. Пучок на его длинных, ниже плеч, волосах выглядел непривычно. — Если хотите… Прошу прощения.       Он достал телефон из кармана брюк, быстро прижал к уху. Какаши, появившийся из-за его спины и как раз натягивающий футболку на влажное тело, проследил чужое передвижение в сторону коридора, прежде чем пожать Минато руку.       — Он всегда от тебя так сбегает или только когда я прихожу? — усмехнулся Минато тихо.       — Каждый день, — страшным шёпотом ответил Какаши, но Итачи, кажется, услышал, потому что покосился на них в зеркало.       — Да, скажи Дейдаре, что я буду через полчаса и придушу его. Нет, Сасори не говори, иначе он правда его убьёт. Я помню, что ты хотела, не морочь мне голову. Статья будет у тебя на столе сегодня после обеда, но сначала я отверну Дею голову. Славно. Нет, я запомню, диктуй.       — Вы выглядите так же, когда разговариваете по работе, — сообщил Какаши, наклоняясь к нему. Минато ткнул его локтем в бок, и они оба всё же отошли подальше, за кухонный островок.       Итачи, конечно, они всё ещё слышали, не то чтобы в этой квартире было хоть одно глухое место, но его, кажется, это не особенно волновало.       — Новости две, хорошая и плохая, — вздохнул Минато, прислоняясь плечом к шкафчику. Какаши потёр бровь жестом Обито.       — Давайте с хорошей. Чай хотите?       — Хочу. Хорошая новость, — Минато пододвинул мужчине под руку чашку, — в том, что у тебя завтра выходной, потому что Обито попросился дежурить вместо тебя.       — Вау, — не впечатлился Какаши. — Спасибо. И плохая?       Минато выждал, пока он поставит чайник с кипятком обратно на столешницу.       — Плохая: Рин рассказала тётке, что у Обито появилась девушка, и теперь об этом трещит весь город.       Какаши смахнул свою чашку со стола, и крепкое стекло со звоном откатилось к стене.       — Что она сделала? Зачем?       — Понятия не имею, — покачал головой Минато. — Сам у неё спросишь. Но…       — Что случилось? — окликнул Итачи, в пару шагов преодолев разделяющее их расстояние. Поднял посуду, поставил в мойку. — Какаши?       Какаши молчал несколько секунд, прежде чем медленно ответить:       — Порядок, ласка. Уезжаешь?       — Да, мне нужно… Всё точно хорошо? — Итачи перевёл вопросительный взгляд на Минато, но он молчал.       — Это про Обито, не вникай, — отмахнулся Какаши. — Иди, опоздаешь.       Спрашивать снова Итачи не стал. Коротко клюнул Какаши в голую щёку, стянул со стола кусочек шоколада в разорванной обёртке и, коротко попрощавшись, вернулся к входной двери. Псы тут же засуетились вокруг него, невежливо тычась носами куда придётся, но он молча натягивал обувь, только иногда отпихивал особенно наглые морды.       Когда за ним закрылась дверь, Какаши сказал:       — Не знаю, что мне теперь делать с этой информацией, но спасибо. Я предупрежу Обито. Обещаю не придушить Рин. Постараюсь.       — Вы с Итачи нашли друг друга, — чуть улыбнулся ему Минато. Особенной трагедии в этой ситуации он не видел, как и Рин, а вот тётка вечером выглядела очень взбудораженной. Какаши же явно соотносил всю ситуацию с предполагаемой реакцией Обито.       — Нашли, — повторил негромко. Пододвинул к Минато чашку, игнорируя внимательный взгляд. Указал куда-то себе за спину, и Минато увидел лежащую на столе толстую тетрадь с подозрительно знакомым нарисованным на обложке лисом. — Кстати, заберите. Наруто забыл, думаю, она ему понадобится.       — Может, хоть ты мне расскажешь, какие новости? — без особой надежды попросил Минато. — Я про его дела в университете от Асумы больше узнаю, чем от него самого.       — Он на вас просто тренируется, — флегматично предположил Какаши. — Я тоже так делал. Подростки как маленькие дети, они любую новую модель поведения, которую перенимают, сначала пробуют на семье. Родители же никуда не денутся. Ему прикольно проверить, как вы отреагируете. И вы прикольно реагируете, ну это так, чтобы вы знали.       — Достаточно, мне хватает Рин, — шикнул Минато. Какаши тут же приподнял раскрытые ладони вверх.       — Вы сами спросили! — и предупредил: — Я не буду на него жаловаться, я своих не сдаю.       Минато подавил смешок. Укорил:       — Это не честно, Какаши.       — Жизнь такая, сэнсэй. Я позвоню Обито, вы не против?