Полынь

      Акира довольно улыбнулась, оглядывая зал «Орхидеи». Гости веселись, перекрикивая друг друга и смеясь — играли в «Крокодила». Даже вечно страдающий и причитающий над своей нелёгкой судьбой (а вот тут он ошибался) Мураками принимал участие в общем веселье, причём самое активное — сейчас он выиграл раунд, отгадав из жестов Бананы, кем он являлся.       — Можешь идти, — к ней подошла Ёко. — Они как дети малые.       — Ещё немного побуду. Насмотреться не могу на Мураками — такой счастливый.       — Согласна. Ему, как мне кажется, нравится Банана.       — Вот и отлично. Может, найдёт себе новую девушку и перестанет хандрить. Да, я знаю, что отношения между клиентом и хостесс запрещены, но они могут видеться и вне работы.       — Он тоже здесь, — прошептала Сугияма, потянувшись к уху Акиры. — Сидит в левом углу.       Хания смотрит в указанный угол, видит знакомые чёрные волосы. Акира знает, что брату это нелегко даётся — выходить в такие многолюдные места и предпринимать попытки семейного сближения — но она ценит его шаги. Они сталкиваются взглядами, и он ей кивает.       — Сидит уже несколько часов, — добавила Ёко.       — Принеси ему любимого виски Юкио.       Ёко едва заметно вздрагивает — её Кимифуса пугает до чертиков, но ради Акиры… Что ж, она переборет себя и поднесет ему бутылку и стакан.       Хания, поблагодарив её, уходит и, поднявшись по лестнице, идёт в гримерную. Там переодевается в светлые джинсы и просторную рубашку василькового цвета, которую заправляет за пояс, а рукава закатывает. Чёрные туфли-лодочки меняет на чёрные балетки, с удовольствием переходя на обувь на плоской подошве — по усталым стопам разливается приятное тепло.       Затем собирает распущенные волосы в высокий хвост и снимает заколки с чёлки. Чёлка падает на лоб, несколько прядей обрамляют лицо. Ёко говорит, что с новой причёской Акира стала выглядеть моложе, и ей очень идёт.       «Да, после произошедшего радует, что я помолодела, а не постарела», — хмыкнула она, проверяя, всё ли сложила в сумочку.       — Ты как цветущая магнолия в мае, — с улыбкой отреагировал Ютака на её смену имиджа. Тосико хмыкнула.       — Ещё бы волосы краской не портила, и цены бы тебе не было, — пробурчала Тамура.       Акира вздыхает. Когда-нибудь она отойдёт от покраски волос и сольферино, вернувшись к своему настоящему цвету волос. Судя по брату, чёрный их семье очень идёт.       Ей ведь раньше шёл.       День выдаётся насыщенным: она с другими хостесс тратит его на организацию дня рождения Горо (всё же юбилей). Они придумывают программу, продумывают украшение помещения и ломают голову над тематикой вечера — Горо очень нравится подобное в «Орхидее», поэтому он и для своего праздника просит что-нибудь оригинальное.       Потом следуют собеседования с девушками, пришедшими по объявлению. Некоторым сильно достаётся от Ёко — она не собирается с ними любезничать, Акира старается быть более тактичной и как можно мягче предлагает не подходящим для такой работы девушкам попробовать себя в чём-то другом.       Она мечтает только об одном — вернуться в квартиру (в квартиру, которую теперь снимает сама, а не живёт с кем-то) и плюхнуться на кровать. Настолько вымотана, что уходит из «Орхидеи» раньше двенадцати ночи.       Мысли об отдыхе Акира отложила, увидев на письменном столе стопку листов, отданных ей Грэмом — начало его новой повести из сборника про Японию. Пусть Грин и не торопил её с переводом, но Акире не хотелось оставлять всё на последний момент. Поэтому, переодевшись в короткие шорты и майку, села за стол, решив перевести хотя бы кусочек страницы. Хватило её не на много — в глазах ощущалась сухость, а ещё очень хотелось спать, поэтому Хания легла на заправленную кровать. Попыталась сдёрнуть покрывало вниз, но сон оказался сильнее.       Заворочалась, когда почувствовала, как рядом присели на кровать и коснулись лица, отводя с него пряди волос. Акира пробормотала, разлепляя пересохшие губы:       — Дазай…       — Прости, я не хотел тебя разбудить.       Акира медленно открыла глаза, фокусируя взгляд на лице Дазая. В комнате был лишь один источник света — лампа на столе — и она отбрасывала тень на лицо детектива, заостряя черты. Он улыбнулся, смотря на неё. Хания села и потянулась к нему, обвивая руками за шею, а Дазай сомкнул пальцы на её спине.       — Ничего… Как всё прошло? — спросила она, упираясь подбородком ему о плечо.       — Чудесно — мы поймали этого не такого уж и неуловимого эспера и передали его в руки полиции. Куникида-кун, правда, жаловался, что Кенджи его слишком грубо схватил, но тот сам виноват — нечего было Йосано-сан по руке бить. Мы загнали его в…       Акира прикрыла глаза, слушая Дазая. Хания могла бы делать это вечность, и ей бы нисколько не надоело. Если раньше от него исходил запах лекарств и полыни, то сейчас ощущалась лишь полынная горечь.       Запах обволакивает, и она улыбается. Осаму спрашивает:       — А как в «Орхидее»?       — Неплохо. Я… Взяла на работу одну девушку, буду с завтрашнего дня объяснять ей, что к чему. Ещё… Кобо заглянул, — добавила она, — сидел в углу и наблюдал.       — У вас прогресс в отношениях, — заметил Дазай, продолжая обнимать её.       — Да, скоро, видимо, мне предстоит появиться на вечере Портовой мафии, чтобы сравнять счёт.       — Лучше встречайтесь в клубе.       Акира хмыкнула и отстранилась, глядя Дазаю в глаза.       — Знаешь, мне до сих пор не верится, — призналась она, прокручивая произошедшие события, — что всё… вот так. Многолетний кошмар закончился, я нашла брата, Тосико и Ютака в порядке, в «Орхидее» дела ещё лучше стали. Рядом ты… Мне иногда кажется, что я сплю. Сон сменится на…       — На явь, — закончил за неё Дазай, убрав одну руку с поясницы, запустил пальцы в красные волосы и заправил ей прядь за ухо быстрым движением. — Ты проснёшься и ничего не изменится. Больше никаких кошмаров, иллюзий или игр с сознанием.       — Знаю. Теперь всё будет иначе, — согласилась Акира. — Я приготовила ужин и на тебя, — отозвалась она. — Нужно только разогреть. Тарелка в холодильнике.       Дазай кивнул, а после потянулся к Акире, накрывая её губы своими.       — Ужин… — попыталась напомнить она, когда они отстранились друг от друга, чтобы набрать воздуха в лёгкие.       Детектив хмыкнул.       — Подождёт. Я не видел тебя целый день. Сердце так и ныло, я клянусь, — заявил Дазай, прижимая ладонь к груди. Акира фыркнула, потянувшись в сторону, и Осаму отпустил её. Она встала на ноги, одёрнула майку и направилась на кухню, потому что Дазай бы не разогрел себе ужин — ему было бы не до этого. Обернулась в дверном проёме, кое-что вспомнив.       — Осаму?       — Да? — он поднял голову, смотря на неё.       — У Тосико и Ютаки скоро будет годовщина свадьбы. Мы решили отпраздновать её в «Орхидее». Составишь мне компанию?       Дазай улыбнулся.       — С удовольствием.       Акира улыбнулась в ответ и ушла на кухню. Разогревая ужин, коснулась пряди волос и поднесла её к носу, улавливая знакомый запах.       Вся она, кажется, пропахла полынью.       И она бы ни на что это не променяла.