Точки над i

«А может у разлуки есть плюс? Когда услышишь: я вернусь…»

      Тот вечер Лена с Максимом провели вместе. Ужин, легкая беседа, смех, шутки.       Это был вечер, когда химия между мужчиной и женщиной будто бы начала новый виток. Последнее недопонимание, висевшее до тех пор в воздухе неозвученными вопросами, испарилось, словно его и не было никогда. А вместе с ним исчезло напряжение, неясное ожидание. Стало легко друг с другом. Так легко, как бывает только с любимым человеком.       Они были счастливы и влюблены. Они есть друг у друга, а значит все проблемы гораздо быстрее и проще решаются.       После ужина пара покинула квартиру Брусникиных. И Максим, и Лена хотели одного и того же. В этот вечер по-особенному сильно хотели. Хотелось любимого человека целиком и полностью.       Испарившиеся из головы Макса сомнения и страхи оставили после себя шлейф одного единственного желания. Желания обладать. Желания сделать её своей целиком и полностью. Хотелось шептать «Моя» и, чувствуя на шее обжигающее дыхание, слышать в ответ «Твоя». Хотелось касаться губами мрамора её кожи, целовать выпирающие ключицы и дышать ароматом её волос.       А Лена, с души которой будто свалился самый тяжелый камень, хотела раствориться в его руках. Желание чувствовать его всего и везде стало непреодолимо острым. Как будто появилась потребность закрепить и подтвердить то, что они вместе. Чтобы больше он не смел сомневаться в том, что она никогда не оставит его. В том, что он — её. А она — его. — Я боялся, — проговорил Макс, когда они уже довольные и расслабленные, лежали в обнимку, — боялся тебя спрашивать про Артёма. Боялся, что я просто временная замена. — Я тебе уже говорила, что ты дурак? — Лена уперлась подбородком ему в грудь, смотря на лицо. Макс с усмешкой кивнул. — Повторяю. Дурак. Я не имею привычки играть чужими чувствами. И будь все иначе, я пресекла бы твои ухаживания ещё в зачатке. — Давай договоримся. Всегда спрашивать и разговаривать. — И не быть дураками, — улыбнулась Лена, потянувшись за поцелуем и одновременно устраиваясь на Максе.       Мужчина обнял её, прижимая к себе ближе и держа за талию. Неторопливое плавное удовольствие. — Когда звонить будешь? — он нехотя оторвался от неё. — Завтра. Только Толику случайно не проболтайся. Сама скажу позже.       Лёжа на мужчине, девушка путалась длинными тонкими пальцами в его волосах, иной раз в районе шеи подключая губы. — Не мне такие вещи рассказывать уж точно.       Лена подтянулась ближе, прекращая все разговоры одним касанием губ. Как бы то ни было, ей сейчас хотелось не лучшего друга обсуждать. — Я хочу тебя, — уже от одного её ерзания на нём Макс почувствовал, что он бы и сам непротив снова забыть о реальности. — Мы сегодня решили все рекорды побить? — его руки проскользили вдоль ее спины настолько низко, насколько дотягивались. — По-моему кто-то совсем не возражает.       Ловкое движение женской руки вдоль его заставило его выдохнуть едва слышное — Возьми…       И больше разговоров не было.

***

      На следующий день Лена сидела, откинувшись на спинку дивана и вертя в одной руке бумажку с заветными цифрами, а в другой телефон.       Она не слышала его голоса почти два года. Несколько месяцев провела и вовсе в почти постоянном страхе за его жизнь. И вот сейчас она может его услышать. Они смогут поговорить. Внутри все почему-то замерло. Как будто сжалось. Лена не ожидала от себя такого волнения. — Может хватит мучить несчастный телефон? — Макс, закончив с мытьем посуды, сел рядом. Они всё ещё были у него дома. — Ленка, ну чего ты в самом деле?! — Я два года об этом мечтала. В итоге даже не знаю, как начать. Идиотская ситуация, — девушка рассмеялась сама от себя. — Разблокировать телефон, набрать номер и нажать вызов! Давай!       Глубоко вдохнув, Брусникина повторила последовательность действий, названную Максимом. Последний хотел было уйти, чтоб не смущать своим присутствием, но Лена удержала его за руку. Говоря одним лишь взглядом: тут не будет секретов от тебя.       Гудки показались ей вечностью. Она даже прикрыла глаза. — Лена… — раздалось на том конце, и сердце пропустило удар, — привет, — голос родной и до боли знакомый сейчас был глуше, чем обычно. Ну конечно. Там же наверно то ещё количество разной фармацевтической дряни. — Артём, — выдохнула девушка, едва прикусив губу, — привет. Ты узнал мой номер… — Товарищ капитан, у меня со спиной проблемы, но не с памятью, — Колосов оставался все тем же. Шутник в любой ситуации. И почему-то от этого в глазах девушки начала собираться влага. — Ты…ты прости меня, Тём. Я наговорила тебе тогда… — В таком случае это обоюдная просьба. Я тоже наговорил. Прости меня.       От этих слов девушка поняла, что с самообладанием можно попрощаться и уткнулась сидящему рядом Жарову лбом в плечо с рваным выдохом. — Брусникина, ты плачешь что ли?! Перестань, я живой и уже вполне себе дееспособный. Через пару месяцев увидимся. — Возвращайся скорее, — Лена взяла себя в руки, Макс подал ей салфетку, всё ещё сохраняя молчание, — тебя все ждут. — Слушаюсь, товарищ капитан, — на этом моменте Лена услышала чертыхание и что-то невнятное, но очень похожее на «да когда ж это отпустит». — Колосов, аккуратнее! С позвоночником не шутят! — Да достало. Я спросить хотел. Как там Муха?       Лена перевела взгляд на собаку. Будучи погруженной в свои эмоции, она и не заметила, как пес оказался рядом и сидел, пристально глядя на неё и изредка шевеля ушами. — Прекрасно, — улыбнулась девушка, — сидит слушает наш разговор. — Тогда я точно спокоен. Я же, получается, ему жизнью обязан. И тому, под чей мотоцикл он бросился. Но это лично лучше.       Лена бросила взгляд на Макса, тот только пожал плечами мол, а кто бы поступил иначе. Сам же Жаров решил не выдавать своего присутствия рядом. В конце концов, знакомиться и правда лучше лично. — Ты поправляйся, главное, и приезжай. С остальным разберёмся. — Я уже почти как бык, — отшутился снова Артём. — Колосов, Колосов, ты не меняешься. Не геройствуй, если больно. — Слушаюсь и повинуюсь. Разрешите идти на очередное занятие? А то мне тут уже пора. — Иди. И Тём…? — Да? — Я рада была тебя услышать. — Я тоже, Лен. Всем привет передавай. Скоро увидимся. — Обязательно. До встречи.       Как только связь закончилась, Лена отложила телефон, а после, помедлив пару секунд, резко прижалась к сидящему рядом Максиму. Она давно не была так счастлива. Макс обнял любимую, которая в настоящий момент как будто стала светиться ещё больше. Ведь всё наконец-то вставало на свои места.       И жизнь потекла своим чередом. Работа, преступления, погони, задержания. Лена, конечно же, рассказала ребятам радостную новость. От неожиданности и от эмоций Жанна даже уронила пробирку, а Кеша едва не разбил очки. Толя молча обнял подругу, Хрулёв прокомментировал: вот и дождались, возвращение блудного опера.       Отношения Максима и Лены набирали обороты, чувства крепли, взаимная потребность друг в друге росла. Медленно, но верно пришло всё к тому, что молодые люди стали вместе жить. Пока в студии Жарова, но мысли о расширении жилплощади были в планах.       Весна помимо долгожданного возвращения Колосова в родные пинаты ознаменовалась Днём Рождения Лены. О котором вспомнил Макс. А то за свалившейся кучей работы сама Брусникина про себя любимую напрочь забыла. Мужчина же решил взять организацию праздника на себя, пообещав девушке, что этот День Рождения она точно запомнит.       Теряясь в догадках, что задумал её благоверный, Лена с другой стороны понимала, что ей приятно это. Что ей готовят праздник, что заботятся и любят. Макс, конечно, стал периодически куда-то пропадать, но была в этом своя прелесть. Она лишь просила его быть на связи всегда. И быть осторожным. А то повторения истории с ограблением банка ей как-то не хотелось.       В один вечер Максим вернулся домой на редкость загадочным, но чем-то чертовски довольным. Целуя встречавшую его девушку, он думал о том, что в нынешних обстоятельствах вероятность того, что Лена запомнит этот праздник на всю жизнь, все выше и выше. Главное, чтоб раньше времени ничего не вскрылось.       И был праздник.       Первое, что увидела проснувшись утром Лена, был огромный букет на второй половине кровати. Вдыхая запах весенних цветов, девушка улыбалась, а появившийся рядом Макс поставил на тумбу поднос с утренним кофе. — С Днём Рождения, любимая. — Спасибо, родной, — Лена оказалась в его руках, — я так понимаю, этот букет лишь первая ласточка? — Верно. И у тебя на сборы время до трех часов. — Ты меня пугаешь, но мне это нравится.       К трём часам Брусникина была готова. На ней было шикарное приталенное красное платье выше колен — подарок Макса. За который, правда, она его чуть не прибила, потому что догадывалась, сколько это великолепие стоит. Максим же про себя подумал, что самый «дорогой» подарок ещё впереди. И вот за него он точно имеет шансы быть задушенным. Как минимум от счастья. Волосы были собраны в красивую прическу на затылке, на лице неброский и подчеркивающий естественную красоту девушки макияж. На ногах туфли-лодочки кремового цвета на совсем небольшом каблуке, ибо Макс сказал, что лучше, если обувь будет удобная. Сам Жаров надел официальный деловой костюм: белая рубашка, черные брюки, черный же пиджак и туфли. Жаров терпеть не мог такую одежду: чувствовал себя в ней каким-то пингвином, которому крылья общипали. Но ради любимой женщины можно и помучиться один день.       Максим привез Лену в ресторан. Около входа завязал глаза черным платком и аккуратно повел внутрь, придерживая одной рукой за талию, а другой сжимая её ладонь.       Вновь обретя способность видеть, Брусникина первым делом увидела всех своих друзей и папу в празднично украшенном банкетном зале и в ту же секунду раздалось громкое: — С Днём Рождения! Ураааа!       Официанты взорвали хлопушки с конфети, а Лена обернулась к Максу, крепко целуя его. — Спасибо, это и правда лучший праздник.       После чего пошла на встречу ребятам, которым тоже не терпелось её поздравить. Макс же подумал о том, что если уже сейчас лучший праздник, то что будет впереди…       Теплые слова, крепкие объятия, какая-то семейная атмосфера. Все смеялись, шутили. Музыка добавляла атмосферы. Лена, иной раз окидывая взглядом огромный стол, думала о том, что всё это — волшебная сказка. И как она рада, что сказкам всё-таки есть место в её жизни. Любимый и любящий её человек, державший её руку, папа, друзья, теплая обстановка общего единения.       Было около пяти вечера, когда Макс обнял любимую сзади и произнес: — Пойдём выйдем в парк рядом на 15 минут. Там будет главный подарок. Ребята предупреждены о том, что мы исчезнем ненадолго. — Ты меня пугаешь ещё больше, — Лена повернулась в объятиях, — пойдем.       Они вышли, держась за руки. Макс уверенно вёл Елену по дорожкам парка, с хитрой улыбкой помалкивая. — А что подарок может делать в парке? — пытала его Лена. — Жаров, ты меня крадёшь? — А тут народу меньше, — парировал Макс, — и да, я уже тебя украл.       Они прошли ещё несколько метров, Жаров остановился. Развернул Лену лицом к себе. Крепко поцеловал, держа обеими руками за талию. — Это мой самый главный подарок. Вероятно, не только для тебя, но сегодня твой праздник и поэтому в первую очередь это твой сюрприз. — Макс, ты и так уже устроил мне самый лучший день рождения. Если честно не подозревала в тебе таких организаторских способностей. И хоть убей, не могу догадаться, что за сюрприз может ждать меня в парке, на отдаленной дорожке.       Вместо ответа мужчина улыбнулся, провел ладонью по её щеке, поправил выбившуюся прядь. А после внимательно и выразительно посмотрел ей за спину. Почему-то кивнув головой. — А сейчас догадываешься, что за сюрприз? — раздалось за спиной у Лены голосом, который всё внутри заставил перевернуться.       Девушке показалось, что земля уходит из-под ног, она крепче схватилась за Максима. Стало казаться, что она слышит стук собственного сердца, которое того гляди выпрыгнет из грудной клетки. Сделать вдох категорически не получалось. — Повернись. Это не сон и не иллюзия, — тихий шепот Макса.       Лена поворачивается. Если бы не Максим, все ещё её поддерживающий, она бы точно не устояла на ногах. Потому что с огромным букетом пионов, одетый столь же безупречно, что и Макс, со своей фирменной улыбкой на неё смотрел он.       Тот, кто спас её в девятнадцать лет. Тот, с кем они прошли огонь, воду и медные трубы. Тот, кого она искренне считает братом. Тот, у дверей реанимации которого она рыдала, а Мухтар скулил. Тот, кто по её подсчетам должен был вернуться только через месяц-полтора. Тот, смотря на кого сейчас она чувствует влагу в глазах.       Думать, как все это возможно, сейчас ей не хочется. Она и не думает. — Тёма, — срывающийся голос, — Тёмка! — Ленка…       Секунды спустя Артём поймал её в объятия. А Максим смотрел на эту картину и понимал, что такие эмоции любимой женщины однозначно стоили того, чтобы прикусывать язык всякий раз, когда хотелось проболтаться и обрадовать раньше времени. И пусть весь мир подождёт…