Совсем не тривиальное расставание.

Им было тяжело как никогда. Чувства и страх вновь затуманили разум Нила, а на Эндрю в свою очередь легла пелена горького разочарования и весьма аффективного чувства потери чего-то нужного. Что-то, без чего он будет дезориентирован и разбит. Однако, это не столь важно, ведь Миньярд никогда не покажет, никогда не откроется и не позволит читать его. Парень не мог спорить, не хотел. Это был выбор Нила и ничей больше. Безусловно, Эндрю пытался отговорить, настаивал на бессмысленности этого переезда, однако это не остановило Джостена..

*** Прощальный ужин. Последний разговор расставил всё по местам. Они никогда не говорили о своих чувствах и отношению друг к другу, но это было лишним, их собственный моветон, который однозначно нарушил бы гармонию и спокойствие, что царили между ними когда-то. Излюбленное место. Крыша. Порывы июльского ветра играли с рыжими волосами. Нил постелил плед, что подарил ему Ники и уловил едва ощущаемый запах его пряных духов. Эндрю достал из корзинки выпечку, пару тостов, виски и фрукты. Закончив с приготовлениями, они в тишине принялись трапезничать. Спустя пару минут, чувствуя, что теряет время и терпение, Миньярд нарушил тишину. — Спрошу ещё раз, наркоман, ты понимаешь, что делаешь? — впервые, у Эндрю не получалось скрывать нотки раздражения и нервозности. — У меня есть выбор? Либо я еду туда, куда требуют, играю в экси и приношу Морияме деньги, либо на рождество ты увидишь меня в разобранном виде. Как тебе перспективка? — последние слова Нил выплюнул с горьким отвращением. Это было отвращение к безвыходности этой ситуации и собственной беспомощности. Освободившись из цепких рук своего отца, он попал к монстру похуже. Так Нил считал. Выбраться из одной клетки и попасть в другую – это явно не то, на что надеялся Джостен. Прежде, у него была какая-никакая, но свобода, по которой он теперь безумно скучал. — Где твоя тяга к добровольному мученичеству? Ты даже не пытался возразить, предложить альтернативу, и что-то говоришь о выборе? Высшая степень кретинизма, наркоман. — Эндрю достал пачку, выудил и зажёг сигарету, затянувшись так крепко, как только мог. И всё в надежде на то, что никотин вытеснит всё то, от чего он сейчас испытывал ярость и дискомфорт. — Сейчас, мне остаётся только прогнуться. Ичиро ясно дал понять то, что любое непослушание или нарушение нашего договора будет пресекаться. — Нил вытащил стаканчик и плеснул туда виски. Спустя какое-то время безмолвия, Эндрю всё же поинтересовался: — И когда ты избавишь меня от своего присутствия? — Миньярд смотрел в горизонт и думал лишь о том, как не хочет этих перемен. — Завтра утром. Надо подписать кучу бумажек, познакомиться и провести день с новой командой. — рыжий достал телефон из кармана и понял, что пора собираться. — надо идти, мне ещё вещи собирать. Уберёшь тут всё? — парень поднялся и направился к выходу. — Вдвоём управимся быстрее. — Эндрю не спрашивал, он утверждал. Нил открыл дверь и обернулся. — Думаю, что не стоит. – стало неприятно, им обоим. Джостен умолчал кое о чём, но уже никогда не расскажет этого Миньярду. Нил понимал это и именно поэтому решил мгновенно отдалиться. — завтра увидимся, Дрю. — дверь закрылась, а вместе с ней и сердца двух парней. Он впервые солгал Эндрю после раскрытия всей правды о себе. «Как ты там говорила, мам? Никогда не привязываться? Теперь я действительно понял, что ты под этим подразумевала». Всё обнулилось. Весь путь мелькал перед глазами, кончились аргументы для того, чтобы остаться. Все нереализованные совместные планы превратились в пустые слова. У Нила не вышло отдать самые последние крошечки теперь уже просроченных чувств этому вечеру. Именно таковой была атмосфера их последнего свидания. Эндрю просидел на крыше ещё несколько часов, понимая то, что на этот раз он однозначно что-то упустил..