Безумие.

- Стас. - ее голос слегка дрогнул, словно произнести это имя было какой - то пыткой, словно это что - то неземное, ненормальное, не ее. - Что на этот раз, Ирина Сергеевна? - мужчина слегка недовольно хмурится и смотрит на рыжую женщину, которая только зашла в его кабинет, переминаясь с ноги на ноги. - Меня вызывали... - она делает небольшую остановку, словно старясь найти себе оправдание или придумать какую - нибудь глупость. Ну сколько раз она уже себе повторяла, что нужно заранее все продумывать, а не в самый последний момент. И опять на те же грабли. Вновь, - на ковер. К начальству. - Я понимаю, что к начальству, а не к коту какому - нибудь. - эта фраза насквозь пропитана сарказмом и наверное даже в некоторых местах злобой, ненавистью, отчего ей становится немного неловко и она смотрит в пол, пытаясь затерять свой взгляд где - то в линолеуме цвета какао, который сделан под паркет. - Карпов, может хватит? Ты вечно со своими фразочками. Не до них мне сейчас. - она до сих пор не сдвинулась с места, не сделала даже одного шага, отчего Стас теперь уже не скрывая удивления смотрит на нее из под лба. - Все настолько плохо? Ирин, может ты присядешь? - он делает небольшую паузу между этими двумя вопросами, словно давая ей время на раздумья. Есть два варианта, либо уйти отсюда и вернуться уже завтра или через пару дней, если силы воли хватит, или же пройти немного вперед, пара шагов, и присесть на стул. - Не... да, все плохо. - она бессильно опускается на этот проклятый стул. Ира все же решила остаться. А вдруг повезет? А вдруг все наладится? Который раз она уже повторяет себе это? Сотый? Тысячный? Уже и считать не нужно, потому что длится это бесконечность. Словно перевернутая восьмерка. - И в чем именно заключается это " да, все плохо. " ? - он слегка вскидывает брови, а затем медленно приподнимается со своего места, засунув руки в карманы и повернувшись к ней спиной, рассматривая все происходящее за окном. Конечно, он уже давно догадывается. Понимает, что каждый раз, каждый день, она приходит не потому что у нее какие - то проблемы, выдуманные причем, а совсем по другому поводу. Но почему - то он боится ошибиться. Жуть как боится этого. Она для него словно глоток свежего воздуха среди всех этих ментов, коррупции, быдла, ППСников, которые такие тупые, словно пробки от самого дерьмового вина в мире. Интересно, а какое оно на вкус? А разве ему самому до сих пор не известно? Да он уже давно все знает, давно уже испробовал на вкус. Эти чертовы грязные камеры, СИЗО, заключенные, убийцы, решетки, маты, взятки. Все это мы уже проходили. И от всего этого уже тошнит. Дерьмо. - Понимаешь, Карпов, так нельзя. Все проблемы только из - за тебя, - женщина вновь начинает обвинять во всем своего зама. Она знает, что своими словами не сделает ему больно, потому что этому человеку уже давно плевать, но как же она ошибается. Уже наверное как пару лет для всех он циник с пустым взглядом. Как он до такого докатился? Да черт его знает, это все жизнь такая. Тот же самый образ жизни. Слишком много грязи вокруг, - именно из - за тебя. Меня постоянно вызывают к начальству именно из - за тебя. Ты творишь... - она резко замолчала. Сразу в голове всплывает мысль, в которой четко пропечатывается каждая буква, каждое слово : " Это моя земля. И мои законы. " Он так всегда говорит. И этот номер всегда проходит на ура. Почему? Потому что все его боятся, он гроза, самый жесткий подполковник по всей Московской области наверное. Он не самый важный человек, но и не самый последний. У тебя проблема? Обратись к нему, заплати и уже через пару часов твоя проблема исчезнет. Если ты понимаешь о чем я, конечно. И сейчас ее слова ничего не дадут. Это равносильно тому, что вылить литр воды в океан. Кому от этого станет лучше? Верно, никому. Да и на океан это не особо повлияет, а то есть вообще не повлияет. Так что, все попытки напрасны. И она вновь обречена на провал. - Ира. - и вот он уже сидит напротив нее. Всего пара его больших шагов и он уже рядом. Она тут же улавливает легкий, такой свежий и головокружительный запах его парфюма. Сладкий, немного терпкий и одновременно какой - то по - волшебному свежий, от которого можно потерять голову. Она слегка прикрывает глаза и делает глубокий вдох, наслаждаясь этим. Остается только надеяться, что он не заметит, что будет думать, что все как обычно. Но нет, Карпов - он проницательный, он замечает все. И даже это не скрывается от его глаз, отчего он слегка самодовольно ухмыляется, но тут же убирает эту ухмылку с лица, как только он распахивает свои глаза. Всего лишь доля секунды. - Ты знаешь, я наверное пойду. - она чувствует, чувствует и понимает, что добром это не кончится. По крайней мере для нее. Она уже начинает заливаться румянцем, причем, непонятно из - за чего. Слава Богу, что сегодня что - то с освещением, отчего оно светит столь тускло. Хотя, возможно ей кажется. Ирина медленно поднимается, еще раз вдыхает этот запах и уже собирается развернуться и уйти, как чувствует его сильные руки на своей талии. Божественное ощущение. Но от этого она лишь слегка вздрагивает, не подавая вида. Словно все так, как и должно быть. Словно она знала и догадывалась, что он сделает это. Словно все происходит по ранее написанному и запланированному сценарию. - А помнишь, как ты была Королевой отдела? - он уже стоит рядом, и негромко произносит ей это на ухо, через слово обжигая ее шею своим горячим дыханием, отчего по коже непроизвольно пробегают сотни мурашек. Это приятное ощущение и от него она слегка прикрывает глаза, даже немного зажмурив их, - Я думал, что у нас с тобой что - то получится. Я на это надеялся. Мне хотелось в это верить. Но ты выбрала Глухарева. Это было несправедливо, знаешь ли. - и в ее голове отчетливо появляются картинки прошлого. Дура, дура! Что ты натворила? Идиотка. Разве он был нужен тебе? Разве нужен был тебе этот Сергей? Почему он? - Ты... - ее ровное дыхание прерывается, когда она ощущает, как он слегка скользит губами по ее щеке, словно ненароком, словно он просто хотел отвернуться, но это не так. Вместо этого он лишь сильнее прижимает ее к себе, обнимая за талию. А ее руки опущены, ими она не делает сейчас ничего, но так хочется обнять его за шею, прижаться и никогда не отпускать. Смотреть на него затуманенным взглядом, утопая в серо - голубых глазах. - Что я? Что, Ира? Это не я виноват, нет. Ты сама сделала свой выбор и мне кажется, что уже сотню раз пожалела. - звучит самоуверенно, но как же он прав. Она уже сотню раз прокляла себя за то, что выбрала не его, что забыла, затоптала каблуками, спрятала за семью печатями все воспоминания связанные с ним, тогда еще казавшимся таким неопытным опером. Но страсть была. И страсть вперемешку с каким - то еще ощущением. Наверное, это ощущение, это чувство, та самая пытка, и называется любовь. Сколько уже? Десяток лет уже точно прошел с того момента, как она впервые его увидела. Тогда Ира была еще лейтенантом, обычным следователем, а сегодня уже подполковник. Далеко забралась. - Я... Стас, пожалуйста... - это единственное, что она смогла сейчас сказать. А после ее руки плавно опускаются на его грудь, а сама она полностью прижимается к нему, вдыхая запах его рубашки. Он свежий, немного отдает дымом от дорогих сигарет. Да, он явно курит только такие. А вообще, он редко курит. Только когда сильно нервничает. А это бывает очень редко. Наверное как раз сегодня так и было. Но почему? А он, в свою очередь, зарывается лицом в ее волосы. Такие мягкие на ощупь, которые слегка щекочут и пахнут какими - то духами. Или это шампунь такой вкусный. Слегка отдает ванилью и цветами, свежий и немного сладковатый запах, который понравился бы каждому. - Зачем ты делаешь это? Зачем приходишь каждый день? Зачем придумываешь то, чего нет на самом деле? Зачем все эти тупые выдуманные проблемы? - сейчас его голос немного хриплый, он и сам не понимает отчего это, но это даже придает какой - то особый шарм, дарит какое - то очарование. - Потому что... я до сих пор... мне кажется, что ты... ты мне нужен. - а все говорят, что волшебства не существует. Разве это сейчас не волшебство? Все время делать вид, что ненавидишь человека и кажется скоро уже сам поверишь в это, а после вот так признаваться, руша все то, что было до этого, руша все те стереотипы, все те глупые легенды, которые уже давно разошлись по отделу, что - то типа : " В следующий раз она его точно уволит. " - А как же Глухарев? - произнося это, он прижимает ее к себе еще сильнее и вовсе не желая никуда отпускать. Особенно к нему. И плевать, что сюда в любой момент может кто - то зайти. Сейчас ему все равно. Пусть даже на Земле начнется апокалипсис, он будет стоять с ней до последнего, он будет защищать ее, закрывать своим телом, отдавая все свое тепло. Ему хочется защищать ее, защищать всегда и это не для того, чтобы доказать, что он настоящий мужчина, как это бывает чаще всего, а потому что наконец он услышал это от нее. От той, от которой сносит крышу уже больше десяти лет. От той, о которой он думал каждую ночь, засыпая в своей холодной постели и не деля эту постель ни с кем. От той, которая безумна дорога. От той, от которой кожа покрывалась приятными мурашками, когда только вспоминаешь. От той, в глазах которой готов тонуть вечно. От той, которую ни с кем не хочешь делить. От той, которой хочется отдавать себя полностью, целиком, без остатка. - Переживет. - шепчет она. Это безумие. Это самое настоящее безумие. Но спасибо этому самому безумию за все то, что происходит. Спасибо за то, что толкает на такие отчаянные поступки. Спасибо за то, что не дает утонуть в пучине одиночества и безысходности. Спасибо. Спасибо.