Счастье в новый год

Настенные часы показывали время 22:45. Арсений лежал на диване, утыкаясь в телевизор и смотрел новогодний голубой огонёк. Анализируя уходящий год, он не мог простить самому себе ту наивность, с которой, он — вполне себе состоявшийся человек, самый лучший, первоклассный учитель физкультуры в элитной школе, допустил прямо перед Новым годом! Да даже не наивность, а глупость! Как он мог подпустить к себе так близко и впустить в своё сердце человека, которого фактически не знал? Они ведь и дружат без малого месяц. Почему он самого себя обманывал? Может потому, что хотел верить в сказку, в любовь, которая у него никак не складывалась, в неземное счастье, в нереальность реальной ситуации? Бред. Сама фраза нереальность реальности показалась ему странной. Протянув руку к бутылке час назад откупоренного шампанского, стоящей на журнальном столике, он налил себе бокал. Отпил залпом несколько глотоков. Ему вспомнилось его далёкое детство и то, как когда-то он загадывал желание под бой курантов, веря в чудеса. — А что если загадать желание в сегодняшнюю новогоднюю ночь? — пробубнил Арсений, — а может, они всё-таки бывают, чудеса эти? Может, именно со мной произойдёт чудо? Да, я очень хочу, чтобы Антон меня полюбил. Я хочу открыться ему, рассказать о своих трепетных чувствах. Для меня он не однодневный друг, и вовсе не друг, а человек, с которым мне хотелось бы прожить целую вечность… Он погрузился в свои воспоминания об Антоне — высоком, немного худощавого телосложения, зеленоглазом и русоволосом в густых завитушках студенте, заканчивающем последний курс биологического факультета, которого городской отдел образования прислал к ним на практику. Будущий преподаватель биологии с первого взгляда покорил его сердце, разбитое предательством любимой женщины. С того момента, когда молодой паренёк появился в их учебном заведении, имя Антон для Арсения стало самым лучшим во всём мире. Он оказался удивительно простым человеком, без всяких понтов и наигранности, что ему всегда нравилось в людях. Они очень быстро нашли общий язык. Учитель и студент-практикант, стали близкими друзьями, даже неожиданно для них самих. Арсений никогда и никого не подпускал к себе настолько близко. А вот с Антоном, у него почему-то всё получилось иначе; он почти сразу открыл ему свою душу, своё сердце, ему он мог доверить абсолютно всё, все свои тайны и секреты, и многое другое. Антон надёжный верный друг, весёлый и находчивый человек. Такой добрый и заботливый, немножко наивный, но это его совсем не портит, а даже наоборот, придаёт некоторого шарма. А ещё, он невероятно умный и мудрый не по годам. В общем, уникальный человек. Арсений от него был просто в восторге. Но потом, спустя пару недель, он осознал и понял, что влюбился. Влюбился окончательно и бесповоротно. Но сказать ему об этом боялся. Боялся, что Антон окажется жёстким натуралом и, ему будет больно пережить его отказ и лишиться их тёплой дружбы. Уж лучше молчать, чем так здорово и болезненно страдать. Он тихо любил его и наслаждался его обществом, ежедневными их обнимашками, его зелёными глазами, алыми губами, которые так и манили их поцеловать… Вырываясь из своих размышлений, вместо того чтобы загадывать желание под бой часов на Спасской башне, Арсений решил позвонить Антону и пригласить его к себе на Новый год, рассказать ему обо всём и будь что будет. Больше молчать он не мог… Держать всё в себе было просто невыносимо… Арс достал из-под подушки свой мобильник, разблокировал экран и стал набирать номер Шастуна. Через несколько гудков, он услышал на той стороне телефона его бархатистый голос, по которому было слышно, что он улыбается: — Привет, Арс! Я так рад, что ты позвонил мне. С Наступающим тебя, дружище! — Спасибо, Антош, — промолвил Арсений, — И тебя с Наступающим. Я не просто так тебе звоню… — У тебя что-то случилось, Арс? — взволнованно выдал Антон, не давая ему закончить фразу, — тебе помощь нужна? Я сейчас прибегу. Мы же в одном дворе живём. Я мигом… — Нет, у меня ничего не случилось, — сказал Арсений, — не надо никуда бежать, просто приходи ко мне и вместе будем встречать Новый год. У меня и ёлка наряженная и вкусняшек много разных. — Арс, я… — начал было что-то говорить Антон. — Никаких «я», — перебил его Попов, — я знаю что ты там один, родители твои в другом городе и даже в другой области живут, друзей кроме меня у тебя здесь нет. Так что давай, я через пять минут жду тебя на улице, у подъезда… — Ну хорошо, — не стал перечить ему Антон, — уже лечу к тебе. Жди. — Тогда я иду тебя встречать. — обрадовано произнёс Арсений, и сердце учащённо забилось в его груди. Отключившись от разговора, Попов положил телефон на журнальный столик, рядом с начатым шампанским, поднялся с дивана и поплёлся в прихожку. Оделся в куртку и шапку, обул ботинки, и захлопнув за собой дверь квартиры, на лифте спустился на первый этаж, и вышел на улицу. Пока не появился Антон ему нужно было хоть немного проветриться. Когда он в очередной раз ходил по аллейке туда-сюда, чтобы не замёрзнуть на морозе, наблюдая в окнах домов мигание новогодних бликов гирлянд, думал, что уже через мгновение увидит любимого Антошу и, при упоминании в мыслях его имени, ему стало гораздо теплее… Пройдясь по аллее ещё пару раз и так не дождавшись Антона, Арсу отчего-то стало тревожно в душе. Он не раздумывая направился к подъезду его дома напротив. Войдя внутрь и проминув один лестничный пролёт, он увидел нелицеприятную картину; двое мужчин третировали его Антона, порвали его пакет с едой и разбили бутылку шампанского. Они оба стояли спиной к Арсению. Он тихонько подобрался сзади к одному из них и сильно толкнул его ладонью в затылок, да так, что тот со свистом пролетел мимо Антона, больно ударясь лбом о бетонную стену и разбивая его в кровь, а второй же, забывая о перепалке, сразу бросился на помощь своему товарищу. Арсений схватил за руку Шастуна, который стоял пребывая в шоке, с округленными глазами и открытым ртом, от того на сколько всё быстро и резко произошло, и вытащил его за собой на улицу. — А чё это сейчас такое было, Арс? — удивлённо похлопал ресницами зеленоглазый парень. — Я спас тебя от тех придурков. — спокойно ответил ему Арсений Попов. — не разговаривай, Тош, и быстрее пойдём ко мне. Иначе они сейчас выйдут и драки нам не избежать. — Спасибо тебе, конечно, Арс, — спотыкаясь следовал за ним Антон, — но я их сам хотел приложить, у меня давно руки чешутся это сделать.Тот мужик, с которым ты так лихо расправился — мой ненормальный сосед, он всё время свою девку ко мне ревнует и разборки со мной клеит. Она только что, при нём, мне глазки строила без зазрения совести, улыбалась и лепетала там чего-то, тьфу! И его этот дружбан, меня ох как бесит, вечно свой нос суёт куда не надо! — Я понял. Мой урок им наукой на будущее останется, — улыбнулся Арсений, и открыв дверь подъезда своего дома, пригласил Шастуна зайти первым, — давай, залетай скорей, — слегка подтолкнул он его в спину. — А-арс, — протяжно начал мямлить Антон, — у меня беда, — хлопнул он себя ладонью по лбу. — Что такое? — поинтересовался брюнет. — Эти уроды, мой пакет порвали, — капризничал Антон, — в нём угощения для тебя были, шампанское и подарок. — Пф, Антош, ну да разве ж это беда? Ну что ты хнычешь, как ребёнок? — ласково улыбнулся Арсений, — у меня своей еды и шампанского хватит, с головой, — подмигнул он Антону, — а подарки мне никакие не нужны. Ты со мной и, ладно будет. — И всё равно, подарок для тебя остаётся за мной, — подмигивая ему в ответ, фыркнул Антон Шастун. — Ладно. Договорились, — усмехнулся Арс. — заходи уже в лифт. — Угу. Арсений и Антон поднялись на необходимый им этаж. Попов открыл квартиру, они вошли в прихожку, сняли обувь и верхнюю одежду, и направились в гостиную. У Арсения бубнил включеный телевизор, в котором всё ещё был голубой огонёк на Шаболовке. В уголке стояла небольшая пушистая искусственная ёлка, с красной звездой на верхушке, вся в разноцветных шарах, дождиках, снежинках и мерцающих огоньках гирлянд, под окном возле балконной двери висели сапожки из фетра для подарков, а возле журнального столика был стол побольше, с разными салатами, бутербродами с красной рыбой, и канапешками на шпажках, красиво уложенными на блюде. — Садись на диван, — с улыбкой скомандовал Попов, посмотрев на Антона, — а я сейчас быстренько смотаюсь на кухню и организую для тебя всё необходимое. — Хорошо, — промолвил Антон и послушно уселся на диван, подсовывая к себе стол с едой поближе, беря из тарелки одну канапешку. Когда Арсений Попов вернулся из кухни, присел на диван рядом с Антоном, поставил перед ним бокал, тарелку, и положил возле неё вилку. — Арс, канапешки твои такие вкусные, — улыбнуся Антон, — и оливьешечка отменная, — аппетитно причмокивал он, пробуя оливье ложкой прямо из салатницы, — когда это ты столько всего успел приготовить? — А у меня сегодня целый день свободный был, вот и занимался кулинарией, — усмехнулся ему Арсений, — ты кушай, не бойся. Только в тарелочку накладывай, будь немножко покультурнее. — потеребил он его густую шевелюру. — Нет, Арс, — прекратил жевать Антон, и пронзительно посмотрел в небесно-синие глаза брюнета, — спасибо, но я не голоден. Я просто хотел попробовать твоё кулинарное творение, а канапешки такие аппетитные, вот я и не удержался. И вообще, я поговорить с тобой хотел. — О чём? — поинтересовался Арсений, разливая в бокалы шампанское, — если разговор длинный, давай отложим его на потом? У нас осталось пятнадцать минут до наступления Нового года, можем не успе… Не договорив, Арсений вздрогнул от неожиданности, едва не роняя из рук бокалы с шампанским, услышав от Шастуна заветную фразу: — Арс, я люблю тебя. — собравшись с мыслями протараторил зеленоглазый. — Ч-что ты сейчас сказал? — не поверил Попов только что услышанному. — Я люблю тебя. — повторил Антон. — И как давно? — улыбнулся Арсений, расставляя наполненные шампанским бокалы на стол. — Да почти с самого начала, как ты появился в моей жизни, с первого дня, когда я увидел твои бездонные синие глаза. — придвинулся он к Арсению поближе, сверля его проницательным взглядом, — мне нравится тебя обнимать, вдыхать твой такой до безумия ароматный запах. Я больше не хочу быть твоим другом. От таких слов сердце в груди Арсения забилось быстро-быстро. А сам он, на какое-то мгновенье замер на месте, глядя в зелёные глаза парня, переваривая информацию и нервно сглатывая образовавшийся ком в горле, не решаясь сказать ни единого слова ему в ответ. Он был вне себя от услышанного. Его Антон Шастун, красивый милый и шебутной парень, о котором он мечтал уже целый месяц, как оказалось, тоже любит его. Его чувства взаимны. Он хотел сам ему раскрыться в этот вечер, но Антон оказался гораздо смелее и храбрее него, и признался ему во всём раньше. — Арс, Арсений Сергеевич, — провёл рукой Шастун перед синими глазами брюнета, — не молчи, пожалуйста. Скажи мне что-нибудь, прогони, побей, обматери на худой конец, только поговори со мной. Меня угнетает твоё молчание. — с некой грустью в голосе добавил он. — Почему ты не сказал мне об этом раньше? — спросил Попов. — Во-первых, — стал пояснять ему Антон, — потому что ты был ещё женат, хоть и не жил с Алёной, а во-вторых, раньше я даже сам себе боялся в этом признаться, не то что тебе. Да и потом, я думал, что ты натурал и откажешь мне, пидором назовёшь, ударишь. А сейчас мне уже не страшно. Я ко всему готов. Потому что уже стало невозможно терпеть. Хочется кричать о своей любви, понимаешь? Просто выпустить её на волю и кричать. Ты для меня всё. Вся моя жизнь, Арс. — Тош, у меня всё тоже самое. — нежно ответил ему Арсений, наконец выходя из ступора, — я ведь сегодня хотел с тобой об этом поговорить, да я для этого тебя сюда и позвал. — Погоди, — в непонятках выдал Антон Шастун, — то есть, ты хочешь сказать, что ты не будешь обзываться, драться, кричать, и что ты тоже меня любишь? — улыбнулся Антон. — Да, — засмеялся Попов, обнимая Антона и прижимая его к себе, — именно это я и хочу сказать. Я не буду делать всё выше перечисленное тобой, потому что я тоже люблю тебя, Тош. И тоже с первой нашей встречи. Мне удивительно, что после предательства Алёны, я вскоре вновь смог полюбить. — нежно гладил он своей ладонью спину Антона, и теребил его волосы, — тебя, твои глаза, твою милую маленькую родинку на носу, твои длинные худые руки с кучей различных браслетов на запястьях, и множеством колец на пальцах. Когда тебя нет со мной рядом, мне очень плохо. Я скучаю. — Я тоже скучаю, когда ты не со мной, Арс, — поцеловал Шастун брюнета в макушку, его волосы так приятно пахнут ароматом мужского шампуня с лавандой, дурманя его рассудок. — мы теперь с тобой всегда будем вместе. Он нашёл манящие губы Арсения и ласково накрыл их своими, втягивая его в долгий и страстный, такой желанный и долгожданный ими обоими поцелуй. Брюнет откинул голову назад и слегка приоткрыл рот приглашая его язык внутрь, Шастун не раздумывая превратил их поцелуй в глубокий и напористый, жадно исследуя все его влажные глубины… Его язык входил и выходил, дразнил, не оставляя Арсению ни единого шанса на спасение от его сильной, и такой в то же время наивной любви. — Тош, — томно простонал Попов, нехотя разрывая их поцелуй, — слышишь, в телевизоре куранты бьют? — тяжело и часто дышал он. — а за окном фейерверки взрываются. — Слышу, — улыбнулся Антон, втягивая недостающий воздух полной грудью и не выпуская Арсения из своих крепких объятий, — С Новым годом тебя, мой любимый. — И тебя тоже с Новым годом, родной, — радостно произнёс Арсений, нежась в объятиях любимого Антона. — Ты моё самое большое счастье. Счастье, которое случилось со мной в Новый год. Я не могу поверить, чудеса всё -таки случаются! — А ты моё счастье, — усмехнулся Антон, и поцеловал Арса в кончик носа, — ты самое лучшее, что есть у меня в этом большом и безумном мире. Я очень рад, что ты ответил мне взаимностью. — Я не мог иначе. — нежно чмокнул Арс своего Антошу в мягкие припухшие губы, — давай выпьем шампусика, — предложил он, — покушаем, и просто посидим поговорим. Отметим наступивший праздник. — Окей. — согласился с ним Шастун освобождая его из своих объятий. Они подняли бокалы шампанского, поздравляя друг друга ещё раз с Новым годом, и принялись за еду. А потом разговаривали долго-долго, и обо всём на свете… Как же прост был Антон в общении! Давно Арс не чувствовал такого единения душ, как сегодня. Не надо было подбирать слов, не надо прикидываться тем, кем не являешься на самом деле. Есть только ты и он, и больше никого и ничего тебе не нужно в этой жизни. В очередной раз обнимаясь с Антоном, в его голове всё перемешалось: да — он хотел Антона, с первой их встречи, с первой минуты, с того самого момента когда впервые увидел его. А теперь хотел так, что не в силах был отпустить его от себя. Это было что-то необыкновенное, сказочное. Ощущение сказки не покидало Арсения ни на секунду. Когда Шастун в полумраке комнаты, которая уже давно освещалась одними гирляндами на ёлке, повернулся к нему и Арсений увидел, как его зелёные глаза светились любовью и нежностью, словно зачарованный, уже не смог отвести от него взгляд… Он смотрел на Антона, боясь сделать шаг. Всего лишь один шаг к тому, кого желал больше всего на свете. Его сердце колотилось как ненормальное. Он боялся пошевелиться, сделать лишнее движение, думая, что сейчас случится что-то непоправимое, украдкой касаясь тёплым поцелуем скулы Антона. Внезапно рука Шастуна коснулась его груди и тихий родной голос произнёс: — Я думал, что ты целую вечность будешь решаться. У Арсения всё ещё не было слов. Вместо них, повинуясь инстинктам, он коснулся своими губами сладких губ Антона, а потом впился в нежную кожу его шеи. Зеленоглазый сидел неподвижно, и только глубокое дыхание выдавало его нарастающее возбуждение. — Пошли в комнату, — пробубнил Арсений, отстраняясь от Шастуна и вставая из-за стола. Антон поднялся с дивана на свои ватные ноги, аккуратно отодвигая стол с едой, подошёл к Арсению и накрыл его губы своими. Они вломились в комнату Арса, обнимаясь и страстно целуясь, постепенно раздеваясь и оставляя дорожку из одежды от гостиной, по коридору, аж до самых дверей спальни. — Ты уверен, что хочешь близости? — тихо спросил Антон у Арсения, заваливаясь вместе с ним на кровать. Вместо ответа, Арсений только сильнее прижался к телу Антона. Его рука нежно и плавно скользнула по животу Шастуна, к основанию перевозбуждённого члена. Мягко водя пальцами по нему, Арсений впал в божественный ступор накатывающегося экстаза. — Возьми его, если хочешь, — прошептал Антон. Эти слова прозвучали для Арса как команда, и он, всё так же плавно стал опускаться вдоль тонкой дорожки из волос, по животу своего Антоши. В нос ударил приятный аромат юношеской плоти, запах который будоражил и возбуждал, волновал и тревожил. И вот, наконец-то губы коснулись головки его члена. Почувствовав прикосновение губ любимого Арсения к своему телу, Антон напрягся и, нежно взяв его голову в свои руки, плавно ввёл головку члена в его открытые губы. Лёгкий изгиб члена Антона, казалось, был приспособлен к оральным ласкам. Член нежными и плавными движениями заскользил во рту Арсения, и только стон удовольствия и сладострастия — заполнил ещё пару часов назад, стоящую, мёртвую тишину его спальни… Постоянно меняя позы и потеряв счёт времени, Арс и Антон слились воедино. И только через несколько часов, они обессиленные, уже просто лежали рядом, обнявшись так, как будто их кто-то сейчас мог разлучить. За окнами начинало светать, наступало утро, и они, влюблённые и удовлетворённые уснули, так и не отпустив друг друга из своих объятий.

*****

— Эй, соня, вставай, давай завтракать! — Антон нежно прикасаясь к плечу Арсения, мило улыбался. — Тош, ты — сон? Или всё что происходило ночью, было на самом деле? — потягиваясь в постели улыбнулся брюнет. — Я это не сон, я — реальность, — усмехнулся Шастун, — и если ты хочешь её продолжения… В воздухе повисла пауза. — Конечно, хочу, — обрадовался Арс, — ты мой подарок судьбы, ты счастье, подаренное мне в новогоднюю ночь. Антоша, я тебя не отпущу теперь никуда и никогда. С этими словами Арсений откинул одеяло и потянул к себе Антона за руку. — Я хочу тебя, Тош, ещё больше, ещё сильнее, ещё… Возьми меня… Оба замолчали и, только их взгляды говорили за них, что чувства взаимны у обоих. Вот так влюблённые пары умеют разговаривать, только нежно касаясь своим взглядом глаз любимых. Встав на коленки, Арс, позволил своему любимому мальчику нежно смазать лубрикантом своё розовое тугое лоно. Немного поработав пальцами, Антон стал медленно входить в него, и Арсений смог ощутить всю огромную мощь ствола своего любимого. Нежно нажимая на дырочку возбуждённым членом, зеленоглазый миллиметр за миллиметром продвигался во внутрь брюнета. Немного ощущая боль, Арс с глубоким и протяжным стоном подался вперёд. Но сильные руки Антоши перехватили его стремление вырваться, он целовал его плечи и лопатки, оставляя на них алые метки, спускаясь всё ниже и ниже, и только стоны страсти и удовольствия, издаваемые им, разносились по всей квартире. Ещё миг — и вот, Антон, до упора вгоняя свой член в дырочку Арса, тяжело дыша и склоняясь всем телом к его шее, тихо, почти беззвучно шепчет ему слова, которых сейчас он уже не слышит. Постепенно плавный ритм их любви перерос в дикий галоп, от которого кровать, не выдержав, начала трещать, предупреждая, что ещё чуть-чуть и ей конец… Ещё толчок, вновь толчок, ещё сильнее — и мощные потоки белой вязкой жидкости врываются в пульсирующее лоно Арсения. От перевозбуждения Арс тоже кончил, даже не успев коснуться своего члена руками. — Антошка, ты просто супер! Ты такое чудо! Я люблю тебя. — Спасибо за комплимент, — вот так просто и широко улыбаясь, Антон умудрялся говорить такие серьёзные вещи, от которых переворачивало душу Арсения. — я тоже тебя люблю. — Я тебя никуда не отпущу! — прижимая Антона к себе, усмехнулся Арсений Попов. — Дай хоть родителям позвоню и поздравлю их, ты же не похитил меня. — засмеявшись проговорил Антон. — Я похитил тебя у всех, теперь ты мой, только мой. — с этими словами Арсений ещё сильнее прижался к Антону и неистово поцеловал его в мягкие влажные губы. Они отдавали друг друг через поцелуй всю свою любовь, нежность, ласку и тепло. Им казалось, что в этот момент Земля вертелась только для них… Двоих… Они были так счастливы… Теперь, каждый Новый год, будет для Антона и Арсения, самой важной и самой ожидаемой датой на свете… Нет… Не потому что это праздник, а потому что в этот день, вернее в ночь, любовь соединила их души навечно…