Микс всех фанфиков

Сулейман с особой нежностью смотрел на то, как Настя посапывала рядом с ним, крепко обняв его за талию. Иногда Настя что-то шепчет и хмурится, но успокаивается, когда Повелитель притягивает её к себе немного ближе, а его рука зарывается в эти длинные волосы. Сейчас Настя выглядит как ребёнок, такой же беззащитной и невинной. Хотя пару минут, или же часов, назад — он потерял чувство времени, находясь рядом с ней — она была словно другим человеком, уж точно не ребёнком. Сулейман чувствует себя сейчас донельзя умиротворённо и спокойно. Он давно не был таким счастливым. Никто ещё не приносил ему такого душевного покоя, просто находясь рядом с ним.Глупая улыбка появляется на его губах. Взгляд Повелителя метается по комнате, невольно замечая изумрудное кольцо. Слишком много воды утекло. Раньше он думал, что Махидевран станет его единственной супругой и подарит ему много детей, как и какие-то другие наложницы, которые лишь станут икбал или же гёзде. Но потом появилась Настя.Изумрудное кольцо ждёт, когда же он отдаст его хозяйке. — Сулейман. Его имя слетает с её губ, привлекая внимание мужчины, а после на этих устах появляется чарующая улыбка. Султан улыбается сам, поворачивается к Насте и притягивает эту женщину к себе. Она теперь его. Целиком и полностью она принадлежит ему и будет принадлежать ему всю её жизнь. И почему внутри всё трепещет, когда он об этом думает? Настя потягивается, а после резко выдыхает сквозь плотно сжатые губы, чтобы не застонать от тянущей боли внизу живота.Айше говорила, как больно бывает после первой ночи, но Настя не представляла, что будет так больно. Из-за этой боли она не замечает, что руки появляются на её талии, а потом притягивают ближе к телу Повелителя. Его большие ладони мягко водят по животу, и боль постепенно утихает. Губы Сулеймана касаются её шеи, вырывая из уст Насти смешок.Его борода щекочет кожу на её шее. — Вставай, нам принесли уже завтрак, а ты всё ещё спишь, гурия. — Ночью ты меня сильно утомил, мой Повелитель. — Тебе понравилась эта ночь,Настя. — Понравилось, — кивает Настя,поворачиваясь к Султану, и на её губах появляется озорная улыбка. — Но для начала мне нужно одеться, Сулейман. Настя улыбается, а после оставляет на губах Повелителя кроткий поцелуй и идёт к тому одеянию, что для неё приготовили слуги. Это ночное платье было чуть выше колен, на завязках, а декольте не давало так сильно открыться груди, что однозначно радовало Настю. Султан обнял Настю за талию и поцеловал её за ушком.Насте казалось, что она сейчас самая счастливая женщина, не на свете, так уж точно в Османской Империи. Она испытывала к Повелителю не только безграничное уважение, но и зарождающуюся симпатию к нему. Влюбляться чревато, особенно ей. Ей будет больно от того, что Сулейман будет рано или поздно с другой, а как иначе? Он — Падишах Османской Империи. Он волен выбирать себе любую девушку на ночь. И Настя препятствовать не может ему, ведь кто она для него? Наложница, которая, если посчастливится, принесёт в семью династии ещё одного ребёнка. Не больше. — Закрой глаза,Настя. Женщина послушно закрывает глаза, с неким волнением ожидая, что будет дальше. Её ладонь раскрывается и через пару мгновений она ощущает на одном из своих пальцев холод и некую тяжесть. — Можешь открывать глаза, моя гурия.