Тёмная душа

Глава 4: Лучник

Всюду была старость и разруха. Куда бы бродячий труп ни заглянул, везде видел лишь одну картину: старые кирпичи, валяющиеся повсюду камни, различные завалы мусора с частями разрушенных стен, отсутствующие крыши, разбитые осколки кувшинов, сломанные статуи, мох, плесень, грибы, а также другие достопримечательности давно заброшенного строения. В подземелье, из которого он выбрался, всё выглядело куда приличней. Подземные коридоры являлись старыми, но не сказать, чтоб особо древними, в отличие от верхних помещений, назвать которые иначе чем руины язык бы не повернулся. Сколько времени прошло, когда это место в последний раз обслуживали? Сто лет? Двести? Трудно назвать точное число. Он не являлся археологом, чтобы определить подобное по одним только камням и мусору. В процессе изучения верхних помещений тюрьмы, бродячая по руинам нежить как-то раз отыскала окно, в которое с любопытством и заглянула. Тюрьма, в которой он всё это время находился, располагалась где-то в горах: на сотни миль вокруг ничего кроме горных хребтов не было видно. В какое бы окно он не смотрел, видел лишь одно: снежные пики горных вершин. Наверное, таким образом, местные власти пытались избавиться или хотя бы убрать подальше проклятую нежить, увезя бессмертных трупов за тридевять земель. О чём-то таком свидетельствовала и память мужчины. Значило это лишь одно — ближайший населённый пункт находился очень далеко. Потратив много времени на изучение округи бродяга так и не нашёл ничего полезного. Везде был только мусор и разруха. Даже другие представители нежити не попадались ему на глаза. «Странно всё это. Почему под землёй полно полых, а здесь всё пусто?» — хотел спросить в пустоту мужчина, но сдержался и промолчал. Отвечать на вопросы всё равно было некому. Тем временем исследование старых руин продолжалось: спустившись по пролёту вниз, он обнаружил ещё один бассейн с чистейшей канализационной водой. Этот был другой, в нём не отдыхала нежить: он был совершенно пуст и помимо этого отличия, бассейн ничем не отличался от своего собрата, что уже попадался бродяге ранее. Ещё здесь находился путь дальше: пустая арка без двери, но с ржавыми петлями. «Ничего интересного, только грязь и сырость», — закончив осматривать помещение, мужчина отправился дальше. Сделав шаг сквозь арку, бродяга замечает другого представителя нежити. Он стоял в конце длинного коридора и отличался от всех виденных ранее. Выделяла неизвестного одежда. Полый, носящий одежду, встретился ему впервые, но кроме этого нежить ничем не отличалась от всех остальных полых: лысина, гнилая кожа, венозная шишка на груди и прочие атрибуты красоты высушенной мумии. Тем не менее, небольшого изменения во внешности хватило, чтобы внутри мужчины вспыхнул огонёк надежды. «Возможно этот другой», — проскользнула мечтательная мысль, и он принялся действовать. — Эй! Эй Ты! Ты меня понимаешь? — крики быстро привлекли внимание неизвестной нежити. «Охренеть, он реагирует!» Одиночество давно угнетало его, заставляя мечтать о простом разговоре. Из-за столь воодушевлённого состояния он не придал нужного значения непонятным действиям незнакомца, а в это время неизвестный полый, нисколько не колеблясь, мгновенно взялся за лук, натянул стрелу. И не успел бродяга даже подумать об этом, как с лёгким свистом «что-то» пронзило его щёку, пролетев на вылет и врезавшись куда-то позади, пока мужская челюсть медленно свисала в немом шоке. — Бхря-бы-пр… — вырвалось нечто нечленораздельное из деформированного рта. Следующим мгновением инстинкты выживания возобладали над мёртвым телом и заставили его действовать: руки прикрыли голову, ноги зашагали назад, туловище при этом шаталось влево-вправо мешая целиться лучнику. Враг также не терял времени попусту. Следующая стрела пронзила правое плечо, другая вонзилась в живот. К счастью, от четвёртой бродяге удалось уйти, наконец-то, завернув за угол в комнату с бассейном, из которой он так неудачно вышел на позицию обстрела. «Блядь! Сучий лучник!» — прогремела брань в голове мужчины. Он едва успел отодвинуть голову, чтобы снаряд не вонзился аккуратно в его лоб. — «Какого хуя этот полый такой меткий?!» Пока разум пытался осмыслить случившееся, мужчина облокотился спиной о каменную стену, после чего дрожащими руками принялся спешно вырывать из себя стрелы. Благодаря состоянию шока, ему удалось быстро и безболезненно вырвать все стрелы из тела. Тёмно-алая кровь вяло потекла по бурой плоти. Стрелы являлись острыми и зазубренными, при изъятии они забрали с собой маленькие кусочки розового мяса. С широко раскрытыми глазами бродяга осматривал полученные раны и окровавленные наконечники стрел. Ранения не были смертельными, но выглядели просто ужасно: почти так же ужасно, как и он сам. К счастью для полого, боли почти не было. Только постепенно онемение повреждённых участков тела свидетельствовало о ранах. «Как же я так опростоволосился?» — иронично корил сам себя мужчина. — «Знал же, знал! Прекрасно знал, где оказался! Насколько опасно это место! И всё равно ошибся!.. Хотел блядь поговорить! Сука! Кажется, разум начинает осознавать наличие ран…» — Хр-ра-а-а… — вырвался болезненный хрип из горла раненой нежити. Ноги медленно подкосились, задница приземлилась на пол: сил больше не было. «Моя щека!» Часть лица загорелась пламенной болью. Состояние шока быстро исчезло, а по телу начала распространяться обжигающая боль. Плечо, живот и половина лица внезапно воспылали пламенной болью, пытая разум непрерывным потоком. — «Суу-у-ука-а-а-а!!! Как же это больно!!!» — лихорадочно метались мысли у бродяги, но что-либо сделать со своим ужасным состоянием он не мог. Впервые столкнувшись с такими ощущениями, неподготовленный разум мягкого человека современности, испытывал необычайно яркие и крайне болезненные чувства. Некоторое время раненый полый так и лежал на полу, сжавшись у стеночки и дрожа подобно промёрзшей собаке. В этот момент мужчина был наиболее беззащитным, но враг почему-то не пришёл и не закончил дело. Почему? Думать об этом бродяга не мог. Боль непрерывно терзала душу, да так сильно, что тело сковывали судороги. Мужчина находился на грани потери сознания, и только испытываемая боль, заставляла хвататься за реальность. В этот момент он чувствовал, как в ранах медленно тлеют угли. Все свои силы мужчина тратил только на то, чтобы сдержать непрерывно рвущиеся наружу болезненные стоны… Спустя неопределённое количество времени состояние бродяги начало улучшаться. Боль медленно отступала, оставляя после себя ужасное чувство слабости. Возможно, это разум привыкал к дискомфорту, возможно тело принялось регенерировать, а возможно это было что-то неизвестное. Ему становилось легче, а остальное было не столь важным. Страдания, длившиеся подобно вечности, сменились успокаивающей тьмой, а после бродяга очнулся, вспомнив обо всём случившемся. Кажется, на некоторое время он потерял сознание, после чего внезапно проснулся уже без ужасных ощущений от ран, которые он получил исключительно из-за собственной глупости. «Сколько я так лежу?» — мысленно спросил мужчина, стоило только его сознанию проясниться. Попытавшись встать, бродяга поморщился от боли. Раны неприятно ныли, но это было терпимо. Дрожа всем телом, он предпринял попытку подняться на ноги. Кое-как, хватаясь за стену, ему удаётся встать, но чтобы стоять ровно, требовалось постоянно опираться на каменную стену комнаты. Осмотревшись, он не заметил никаких изменений в помещении, разве что вырванные стрелы с маленькими кусочками почерневшей плоти валялись у ног вместе с ржавым стержнем, что заменял оружие. Закончив оглядывать комнату, мужчина принялся осматривать собственные раны. Они чуть-чуть зажили, но далеко не полностью. Противные чёрные точки с засохшей кровью остались на теле в качестве свежих шрамов и горького напоминания о совершённой ошибке. «Ужасно… но я жив! И это хорошо! Но… я всё ещё в Дарк Соулс, и это однозначно плохо», — с толикой юмора принялся размышлять запертый в бессмертном теле разум смертного. Мужчине потребовалось ещё немного времени, дабы окончательно прогнать слабость. Пускай раны продолжали неприятно ныть, заставляя морщиться от резких движений, но взяв покрепче ржавый стержень от решётки окна, что служил ему вместо оружия и, проверив способности к бою, а главное к бегству, бродяга вернул себе былую уверенность. Теперь он в силах если не дать бой, то хотя бы убежать от боя. «Собственно, а где лучник?» — задавшись этим вопросом, мужчина тихонько подкрался к выходу из комнаты, чтобы на мгновение выглянуть из-за угла и тут же спрятаться обратно. «Стоит сука…» Лучник стоял дальше по коридору и кажется, даже не заметил его действий. Прислушавшись к тишине и лёгкому вою ветра, бродяга лишь убедился в собственной безопасности. Успокоив бушующие чувства и подавив жажду мести, мужчина принялся думать, что же ему делать дальше, но с этим были и свои проблемы… «А ведь остальные пути либо завалены, либо ведут к тупику или во мрак…» — с неприязнью он вспомнил эти факты, начав осознавать, что иного пути нет. «Выхода нет. Тут либо сражаться, либо идти обратно в камеру, на растерзание одиночеству с нарастающим безумием…» — Бродяга уже давно решивший, что сделает всё возможное для свободы и лучшей жизни, даже не стал рассматривать вариант отступления, мгновенно принявшись размышлять о способе убийства своего противника. Вот только позиция у лучника была почти идеальной. Добраться до него сквозь длинный коридор без укрытий — задача крайне сложная: застрелит, в этом не было сомнений. Но… сам лучник являлся нежитью — почти безмозглым полым, он не додумался пойти и добить раненого бродягу, попутно подобрав свои стрелы. Обхитрить почти опустошённую нежить не должно составить труда. Вспомнив всё это, у мужчины начал строиться план дальнейших действий. Преимуществом врага являлось оружие и местность, но у бродяги тоже имелось преимущество, а именно его не тронутый безумием разум. «Его стрелы не бесконечны, интересно, что он будет делать без них?» — обдумав появившуюся идею, бродяга с сомнением оглядывает арку, что являлась одним из двух выходов комнаты. Раны неприятно заныли, вспыхнув фантомной болью. Недавние увечья напомнили о своём существовании. Поборов неприятные воспоминания о сделанной ошибке, мужчина собрался с силами и взял себя в руки. В который раз всё обдумав, и вспомнив, что пути назад нет, он набрался решимости и принялся действовать. — Эй ты! Я твою мамку… — договорить ему не позволили полетевшие стрелы. К счастью для нежити, в этот раз ему удалось уклониться. Стрелы просвистели мимо, врезавшись в каменную стену, они упали в канализационный бассейн. «План работает отлично! Надо продолжать», — с радостью подметил мужчина, провожая взглядом уплывающие деревяшки. Началась борьба. Бродяга выскакивал из-за угла, привлекал внимание врага оскорблениями его матери, тот стрелял из лука, стрелы со свистом летели в цель, но удачливая нежить успевала спрятаться за угол. После этого круг начинался с начала и так из раза в раз. Увы, удача не всегда улыбалась нежити. Не единожды мёртвое тело обзаводилась лишними дырками, но он и не думал отступать. После первых ранений, терпеть боль оказалось чуть-чуть легче, хотя всё равно это было до крайности неприятно. Каждый раз, получая ранения, мужчине приходилось делать перерыв. Порой это занимало много времени, порой мало, но время шло, а их медленная борьба так и не прекращалась… Увидев лысую голову врага, лучник спешно засунул в колчан руку, но пальцы схватили только воздух. Растерянно посмотрев на пустой колчан, он не заметил мчащегося по коридору противника. Увидев свой шанс, бродяга мгновенно выбежал из-за угла, бросившись в атаку. Обернувшись, лучник заметил приближающегося мужчину и тут же попытался бежать, но бегал он ужасно плохо, из-за чего очень скоро оказался повален яростной атакой. — Кхре-ре-ра-я-я-я!!! — с агрессией захрипела нежить, тщетно пытаясь отбиться, но яростный напор противника не оставил и шанса на спасение. — Сдохни! Сдохни! Сдохни!.. — Повалив врага наземь, бродяга непрерывно наносил яростные удары ржавым стержнем, полностью подавляя не менее агрессивное сопротивление жертвы. Лучник рычал и отбивался изо всех сил, никак не желая терять сознания. С каждым ударом ржавой палки на лысой башке прибавлялись вмятины, но нежити они были нипочём. Превратив лицо врага в кашу, бродяга осознает, что таким образом ему не победить. Мужчина поменял тактику: захватив руки, он вывернул их до хруста костей, а после таким же способом сломал ноги. Старый стержень сильно помог в этом деле. Но даже после таких травм нежить не спешила умирать, стараясь уползти подальше от агрессора. С переломанными конечностями это получалось не очень. Сжав покрепче оружие, бродяга продолжает яростно месить беспомощную жертву. Удары непрерывно сыпались на мёртвое тело, что под влиянием проклятия просто не могло умереть. Удар за ударом, вновь и вновь, но враг попросту отказывался умирать… Всё негативные чувства, что нежить испытывала к ненавистному врагу, затухли. Успокоившись и посмотрев на дело своих рук, бродяга увидел хрипящий кусок гнилой плоти. Враг по-прежнему подавал признаки жизни, пускай на некоторое время и перестал представлять опасность. Выпустив на волю весь свой гнев и обиду, у нежити осталось только пустота. — Какая же ты живучая сволочь, — молвил агрессор хрипящим голосом. Внезапно непонятный звук привлёк внимание нежити. Оглядевшись, бродяга увидел ещё одного представителя нежити, что вышел из дальнего угла коридора. Этот тоже носил одежды: шлем, кольчугу, сапог, щит и меч. Всё снаряжение являлось старым, а то и древним. Дырявый сапог шлёпал по камням, издавая шум. Мгновенно оценив ситуацию, мужчина замер в напряжении, а тем временем новый представитель нежити заметил его. Их взгляды встретились… — Хра-ра-раа! — агрессивно зарычав, неизвестный враг замахнулся обломком меча и устремился к бродяге. — Будь проклят создатель этого дерьма, — прохрипел мужчина, сжав оружие и приготовившись к новому сражению…