W&H

От Невермора до дома семьи Гейтс было ехать недалеко — примерно минут десять, не нарушая скоростной режим. В дороге ребята преимущественно молчали, Инид пыталась пару раз завести разговор, но никто её в этом начинании не поддержал. Заброшенный участок при лунном свете навевал неприятные ощущения. Витые ворота сплошь заросли густым плющом, и их не позволяла открыть толстая цепь с большим амбарным замком. Уэнсдей решила проблему входа деликатно: взломала замок с помощью отмычки. Зная её, никто не удивился такому необычному навыку. Гарри на этот раз всё-таки прихватил с собой небольшой фонарик, и ему не приходилось каждый раз спотыкаться обо все лежавшие на дороге камни. Инид, шедшая рядом с ним, была не слишком рада идее посещения старого особняка. Она тихо поскуливала каждый раз, когда её фонарь выхватывал из темноты особенно страшные, как ей казалось, фигуры. Тайлер и Гарри страха не показывали никак, и если второй просто с одиннадцати лет привык к постоянной опасности, то вот от нормиса-бармена такой храбрости никто не ожидал. Впрочем, как подумал Гарри, возможно, тот просто храбрился перед Уэнсдей, к которой испытывал тёплые чувства. Они быстро пересекли двор и остановились перед гаражом — таким же заброшенным, как и дом. Затем по очереди попытались открыть ворота: сначала Уэнсдей, потом Гарри и, наконец, Тайлер. Ни у кого из них не получилось. Галпин даже предположил, что выломать их будет невозможно, пока в дело не вступила Инид. Из-за лёгкой нервозности она не рассчитала силы и вместо того, чтобы просто сломать замок, чуть не вырвала дверь из петель, поразив этим Тайлера, в глазах которого промелькнуло уважение. В гараже оказалась та же машина, которая сбила мэра. Инид моментально струхнула и предложила сделать самую логичную в этой ситуации вещь: позвонить отцу Тайлера и дождаться шерифа. — Чтобы меня выгнали из Невермора? Этому не бывать, — сказала как отрезала Уэнсдей. Гарри с ней был согласен. Его никто не обещал отчислять, но и злить Уимс лишний раз не стоило, учитывая, что та и так проявляет к нему повышенный интерес. Да и в целом он не очень доверял незнакомцам и тем более полиции… даже волшебной, уже не говоря о маггловской. Вскоре они покинули гараж, не найдя там ничего интересного, и переместились в дом. Поскуливавшая от напряжения и страха Инид пыталась не отходить от своей подруги. Одной рукой она сжимала фонарик, отчего пластмасса жалобно потрескивала, а другую выставила вперёд, в любой момент готовясь выпустить когти. — Это ночь моей смерти, — проговорил Тайлер, входя в дом и осматриваясь. Гарри тоже вертел головой во все стороны, но ничего интересного вокруг не наблюдалось: лишь пыль, разруха, плесень и паутина. Глаза Уэнсдей, что шла впереди их небольшой компании, горели огнём интереса, а мысли полнились догадками; именно в такие моменты она ощущала себя живой. Ребята пытались не издавать лишних звуков, хотя это и не было важно, учитывая, что всё вокруг заливал свет их фонарей. В семейной библиотеке, увешанной множеством трофеев животных и портретами членов семьи Гейтс, Уэнсдей — а кто ещё это мог быть — нашла спрятанный алтарь за полками с книгами. — Как в дешёвых детективных романах, — хмыкнул Гарри, разглядывая портрет Крэкстоуна, под которым стояли свечи, а вокруг было написано несколько надписей кровью. — У кого дома нет своего жуткого алтаря, правда? — нервно хихикнула Инид. Уэнсдей проверяла пальцами свечи, параллельно отвечая на вопрос подруги, что у её семьи он находится в гостиной. Расширившиеся в удивлении глаза Галпина стоило видеть — к такой информации парень явно готов не был. — Они ещё тёплые. — Уэнсдей оглядела друзей. — Так. Гарри, Тайлер, на вас первый этаж. Мы на второй. Когда девочки ушли по лестнице вверх, нормис ещё несколько секунд рассматривал портрет, подсвечивая его фонариком, а потом развернулся и дружелюбно спросил у Гарри: — Разделимся? Честно говоря, Гарри не очень хотел разделяться: по большей части ему было боязно за Тайлера, ибо тот никак бы не смог защититься от противника, а вот он защитить бы смог. Но чем быстрее они осмотрят это место, тем быстрее смогут уйти, так что он кивнул, одобряя идею Галпина. — Если что — кричи, — проговорил Гарри. В ответ Тайлер криво ухмыльнулся. Кажется, перспектива спасения изгоем-телепатом его не впечатлила. Гарри пошёл в другую сторону дома, аккуратно ступая на дряхлые доски, которые скрипели под каждым его шагом. По пути ему встретилась кладовка с остатками какой-то уже много лет назад сгнившей еды и множеством законсервированных банок, в которых уже ничего нельзя было разглядеть. Столовая, где, судя по сантиметровому слою пыли на всех поверхностях, никто не бывал как минимум с десяток лет. Над головой Гарри послышались шаги и удивлённый окрик Инид, зовущей Уэнсдей посмотреть на что-то интересное. — Что там?! — прикрикнул он, направляя фонарик на потолок. — Комната! Здесь кто-то живёт! — послышался ответный крик от Инид. — В этом доме кто-то может жить? — пробормотал он себе под нос, с отвращением взирая на разруху и запустение вокруг. — Бегите! Он здесь! — заорал Тайлер из противоположной части дома; его голос захлебнулся в рыке монстра. Едва слышно шепча ругательства, Гарри побежал к выходу из столовой, перепрыгивая поваленные стулья. Выскочив в коридор, он увидел фонарик, который валялся на выходе из библиотеки, как будто Тайлер даже не покидал её. Но думать о чём-то, кроме огромного горбатого монстра, Гарри едва ли мог. Чудовище, освещаемое светом фонаря, застыло напротив лестницы. Оно собиралось подниматься, но неожиданно оказавшийся рядом Гарри отвлёк внимание существа. — Привет, горба… — Договорить или поднять палочку он не успел — Гарри совсем не ожидал, что двухметровая туша монстра может двигаться настолько быстро и проворно. Тварь преодолела разделявшие их с Гарри несколько метров меньше чем за секунду и, выбросив вперёд одну из своих непропорционально длинных рук, с силой ударила его в грудь. Негромко вскрикнув, он отлетел на добрые три метра назад в одну из комнат, которая была пройдена пару минут назад. Палочка вылетела из рук Гарри, отскочила от стола и, множество раз перекрутившись в воздухе, пропала в открытом окне. — Чё-ё-ё-ёрт, — тихо протянул Гарри. После сильнейшего удара, что пришёлся ему на грудь, он получил шок диафрагмы и не мог нормально вдохнуть. Чудовище вошло в комнату. Выпавший из рук Гарри фонарик хорошо освещал и его, и вход. Монстр оскалился. Он радовался, предвкушая убийство. Гарри вытянул свои руки, направляя их раскрытыми ладонями прямо на чудище, вкладывая все оставшиеся силы в магию. Послышался хлопок, как будто выстрелили из пушки — и двухметровый урод отлетел назад, снося своим горбом стену над дверным проёмом. На этом полёт монстра не закончился, и тот с грохотом врезался в стену коридора, оставляя на ней огромную вмятину. Упав на все четыре конечности, он замотал головой и негромко зарычал. Кажется, ему было больно. — Бегите! — заорал что есть сил Гарри. От девочек на втором этаже послышались ответные крики, но разобрать слова Гарри не смог. Чудовище поднималось, с его рта капала пена. Полученный удар и последующее падение привели монстра в ярость. К Гарри вернулись силы, и он, подскочив на месте, запрыгнул на стол, а с него — в окно, туда, куда минутой ранее вылетела палочка. Он в последний момент смог сгруппироваться и ничего себе не сломать, хоть грудная клетка и рёбра всё ещё ныли. Монстр за ним в окно не полез: оконный проём был слишком мал для такой туши. Так что он просто переключился на другие цели и побрёл к лестнице. Гарри почти два десятка секунд искал свою палочку и лишь по воле судьбы сумел отыскать её среди валявшегося возле дома строительного мусора. Без фонарика, выпавшего в доме, это действительно можно было считать чудом. Когда он уже решил бежать в дом на помощь Уэнсдей и Инид, то услышал странный свистящий звук, а затем приглушённый грохот где-то в подвале дома, словно туда упал лифт. Криков девушек больше не было, но Гарри отчётливо слышал рычание и тяжёлые шаги монстра, идущего с лестницы вниз. — Подвал! — прошептал сам себе Гарри и, прижимая одну руку к болевшей груди, начал оббегать дом, выискивая либо вход, либо окно. Окно действительно имелось — небольшое, но проёма было достаточно, чтобы человек мог в него протиснуться; это было сделано специально для пожарной безопасности. Гарри потянул раму на себя и заглянул внутрь: там уже светились два фонарика девочек. — Сюда! — прикрикнул Гарри, и ему вторил рёв из входа в подвал. Отчаянно заскулив, Инид бросилась вперёд со всей возможной скоростью, преодолевая десяток метров за секунду. Гарри подхватил подругу за руки и втащил в окно. Инид навалилась на него, заставив упасть на спину и застонать от боли; руки подруги давили на его рёбра. — Прости, — шепнула Инид, откатываясь в сторону. — У меня дежавю, — закряхтел Гарри, приподнимаясь. — Уэнсдей! — отчаянно закричала Инид в темноту подвала. Уэнсдей же не торопилась вылезать, рассматривая какие-то банки. — Уэнсдей, чёрт возьми! — поддержал подругу Гарри, заглядывая в окно. Ему прямо в лицо влетел увесистый фонарик Аддамс. Гарри чертыхнулся, подумав, что у него останется синяк. Наконец когда монстр был уже совсем близко, Уэнсдей всё-таки вылезла в окно, точнее, её туда затащили две пары рук друзей. — Вы в порядке? — не обращая внимания на разочарованный рёв из подвала, спросила, кажется, совсем не напуганная Уэнсдей. — Тебе не плевать?! — с огромной долей обиды в голосе взвизгнула Инид и побежала в сторону леса, туда, где можно было выйти к воротам и машине. Переглянувшиеся Гарри с Уэнсдей рванули следом, убираясь подальше от злосчастного дома и его недружелюбного обитателя. Уже в самом лесу Уэнсдей развернулась и побежала в сторону входа в дом, пояснив, что там остался Тайлер. Порядком шокированная Инид данным поворотом в их побеге не смогла сделать ничего иного, кроме как зарычать от бессилия, но всё же не бросила Уэнсдей, увязываясь следом. Гарри не хотел думать о том, что придётся применить палочку. Он лишь молился, чтобы его сил хватило снова оттолкнуть монстра подальше при помощи телекинеза, иначе по его душу явится бригада тёмных волшебников. А вот мысли о том, что Галпин наверняка уже мёртв, он решил оставить при себе. Но Тайлер был жив. Он сидел, привалившись к каменной арке рядом с домом, морщась и зажимая кровоточащую рану на груди. — Ты можешь идти? — Уэнсдей обеспокоенно присела рядом с ним. — Да, — пробормотал Галпин в ответ, охнув, когда подруга попыталась помочь ему встать, положив руку на спину. — Спина болит? — спросил Гарри и нахмурился. — Да. Чудовище ранило меня и вышвырнуло из дома. Я сильно ударился спиной. Наверное, оно подумало, что я мёртв, — всё ещё морщась от боли, но вполне дружелюбно пояснил Тайлер, оглядывая их своими наивными карими глазами. — Ему хватило двух ударов, чтобы убить Роу… — Договорить Гарри не дали — сбоку показался Ксавьер, совсем сбив его с мысли. — Какого чёрта ты здесь делаешь? — Вещь был один в комнате, и я понял, куда вы идёте. — Художник споро снял с себя шарф и передал его Уэнсдей, та прижала его к ране, останавливая кровь. — Что случилось? — Тебе полную версию или обойдёмся аннотацией? — с явным сарказмом ответила Уэнсдей, подозрительно уставившись на Торпа. — Так, я не хочу встревать в вашу беседу, но тут где-то ходит монстр! — забавно нахохлившись, Инид упёрла руки в бока, показательно оглядевшись в поисках вышеупомянутого монстра. — Так что предлагаю убираться отсюда как можно быстрее!

***

За медицинской помощью Тайлеру решили ехать в его же дом. Просто для того, чтобы не спалиться перед медиками и не объяснять им, откуда у сына шерифа образовался огромный шрам от когтей. К тому же, как оказалось, рана была неглубокой, но сильно кровоточила, так что это, как рассудила Уэнсдей, — «пустяк». Сам раненый сообщил, что его отец почти каждый день приходит домой далеко за полночь, так что можно не волноваться. Машину на обратном пути вёл Ксавьер. Тайлер расположился на переднем пассажирском сиденье, охая от боли на каждой кочке по пути. Кажется, его больше волновала больная спина, нежели рана на груди. Сзади расселись Инид, Гарри и Уэнсдей, последняя сидела ровно между ребятами, так как была самой маленькой во всей компании. Девушка своим местом была недовольна, но спорить не стала, так как вторым вариантом было сидеть на коленях у подруги. Жилище Галпинов было вполне типичным американским двухэтажным домиком. Машины шерифа не наблюдалось, так что Гарри и Ксавьер вдвоём затащили Тайлера в дом, усадив на стул посреди кухни. Уэнсдей быстро отыскала аптечку, пока нормис стаскивал с себя футболку. Длинные следы от когтей почти перестали кровоточить, но внимание всех было сосредоточено на спине парня, которая представляла из себя один огромный лиловый синяк. — На спине тебе лучше не спать, — нервно хихикнула Инид. — Я не спрашивал по дороге, но всё же… Что там произошло? — проговорил Торп, усаживаясь за обеденный стол. — Расследование, — на выдохе произнесла Уэнсдей, оказывая Тайлеру медицинскую помощь. — И твоё появление добавило ещё больше вопросов. — Ты всё ещё меня подозреваешь? — Ксавьер агрессивно сжал кулаки, глядя прямо на Уэнсдей. — Не припоминаю, чтобы говорила, что с тебя сняты подозрения. — Да как ты… — возмущённо начал Ксавьер, но его прервал звук поворота ключа. Внутрь помещения шагнул шериф, и он на секунду завис, оглядывая компанию, а затем его внимание переключилось на раненого сына и Уэнсдей. — Это всё ты! — Галпин-старший широкими шагами направился прямо на поднявшуюся Уэнсдей. Гарри напрягся, собираясь сделать что-то, чего сам не знал, и его рука, как и всегда, автоматически потянулась к волшебной палочке в кармане. Ксавьер на соседнем стуле тоже занервничал и явно собирался подняться, но ничего криминального не произошло: своего отца остановил Тайлер. — Папа, всё хорошо! Они спасли меня! Всё нормально! — Парень подскочил, загораживая своим телом Уэнсдей. — Шериф, я всё понимаю, — Уэнсдей шагнула в сторону, выходя из-за спины своего защитника, показывая, что ей никакой помощи и не требовалось, — но прошу вас немного подождать. Вам нужно кое-что увидеть. — Я вижу своего окровавленного сына, и этого достаточно, — агрессивно хмыкнул мужчина, бодаясь взглядами с Уэнсдей, но победы ему в этой битве было не одержать. Конечно, отец Тайлера сильно утрировал, говоря о окровавленном сыне. У Галпина-младшего давно перестала течь кровь из порезов на груди, но шериф ещё не увидел спину парня. Какой тогда мог разразиться скандал — мало кто себе представлял, кроме Тайлера, который легко мог себе это вообразить, так что он благоразумно не поворачивался к отцу спиной. — Это касается смерти мэра. Мы нашли голубой кадиллак убийцы, — продолжая гнуть свою линию, дополнила Уэнсдей. — И целый склад с отрезанными частями тел. На этот раз взгляд шерифа стал заинтересованным, но он всё же не согласился прямо с наскока ехать в особняк Гейтсов, заявив: — Сначала я отвезу сына в больницу, затем съездим в твой особняк, — мужчина вздохнул и оглядел изгоев, — но перед всем этим нужно поставить вашего директора в известность. — О нет, — в ужасе зашептала Инид. Угроза быть исключённой из Невермора напугала её едва ли не больше, чем недавний монстр. — О да, — злорадно ухмыльнулся шериф и достал телефон из кармана. Через десять минут после звонка за ребятами приехала машина из школы, за рулём которой находился один из учителей, что сегодня должен был следить за мужским общежитием. — Я останусь с Уэнсдей, — заявил Гарри. Голос его был твёрд и отступать он не собирался. — И чем же ты поможешь? Покажешь ещё один подвал с частями тел? — не скрывая сарказма, спросил шериф у стоявшего рядом Гарри. — Нет, но любая помощь пригодится. — В случае чего ты будешь просто балластом, — устало проговорил мужчина, наблюдая, как его сын садится на заднее сиденье машины. — Не буду, — упрямо ответил Гарри, — в любом случае я буду гораздо полезнее вашего пистолета. Стоявшая рядом Уэнсдей помалкивала, кажется, она сама была удивлена инициативе Гарри. Шериф немного подумал, а после фыркнул и, махнув рукой, проговорил: — Один школьник или два — какая разница? — Отлично. Гарри открыл переднюю дверь машины и залез внутрь, не оставляя Уэнсдей другого выбора, кроме как сесть рядом с Тайлером. По дороге в больницу все четверо молчали: говорить им было нечего, а все вопросы Галпин-старший приберёг на потом. Больница в Джерико была небольшой, одноэтажной. Шериф остановился на парковке, заглушил машину, забрал ключи и повёл своего сына внутрь. — Зачем ты поехал со мной? — спросила Уэнсдей, когда они остались одни. — На случай, если монстр всё ещё там, — честно ответил Гарри. — Его там не будет, — уверенно заявила Уэнсдей. — Я почти уверена, что это Ксавьер, а он сейчас в школе. Гарри поморщился от этой догадки. Он, в отличие от подруги, не обладал железной уверенностью насчёт подозреваемых. До этого Гарри разделял мнение подруги, но сейчас сомневался. — Не думаю. — А ты попробуй, это полезно, — ответила колкостью Уэнсдей. Гарри подумал, что та нервничает, ведь обычно она так себя не ведёт. По крайней мере, с ним. — Как ты можешь помочь с чудовищем? — Увидишь в особняке. Дальше говорить они не стали, потому что шериф шёл к машине.

***

К дому они подъехали втроём. Галпин-старший не стал будить свою помощницу или вызывать дежурных из участка, решив проверить улики самостоятельно. В доме Гейтсов не светились окна и никаких признаков, что тут кто-то жил, как утверждала Уэнсдей, не было. Чудовища тоже было не слышно. Сначала они пошли в гараж, но там ничего не оказалось: ни кадиллака, ни каких-нибудь следов чьего-либо присутствия. Мужчина хмыкнул, что-то помечая в уме, Уэнсдей хмурилась и не могла поверить своим глазам. Они вошли в дом, и в коридоре Гарри указал на огромную вмятину в стене. Шериф направил туда фонарик и присвистнул от удивления. Всюду валялись куски дерева и каменная крошка. Лишь то, что монстр значительно погасил силу удара, сначала снеся горбом пространство над дверью, позволило ему не пробить собой стену в коридоре и не вылететь в другую комнату. — Здесь я швырнул его, — сухо констатируя факт, Гарри указал на выломанный участок стены над дверью. Уэнсдей и Галпин одновременно недоверчиво уставились на Гарри и его достаточно худощавое телосложение. — Телекинезом, — пояснил дополнительно он. — Ну и ну, — протянул шериф. — За мной, — скомандовала Уэнсдей, теряя интерес к последствиям схватки между человеком и чудовищем. — Попроще тон, Аддамс, — фыркнул в ответ мужчина, но всё равно пошёл за Уэнсдей. Следы драки его настроили на нужный лад. Они поднялись на второй этаж и прошли в комнату Лорал Гейтс, но там царила разруха. Никаких роз, никакой чистоты, лишь строительный мусор, разбросанный по всему помещению. Уэнсдей едва слышно вздохнула. Кто-то успел подчистить дом до их прихода. Слишком долго они находились дома у шерифа, слишком много времени потратили, отвозя Тайлера в больницу. Ни на что не надеясь, Уэнсдей повела остальных вниз. В подвале, как и ожидалось, оказалось чисто. Никаких банок с человеческими частями тел в пределе досягаемости не было — лишь пустые полки. Уэнсдей в шоке оглядывала помещение, а затем развернулась и, сверкая глазами, сказала: — Я клянусь, здесь был кадиллак. И комната, и банки с частями тел. — Теперь тут пусто. — Мужчина оглядывался, освещая подвал фонариком. — Подчистили место преступления до нашего прихода, — пожала плечами Уэнсдей, — вчера я сказала, что все улики указывают на этот дом, и была права. — Так ты пытаешься оправдать тот риск, которому подвергла моего сына и своих друзей? — Шериф в отвращении поморщился и направил фонарик прямо в лицо Уэнсдей. — Слушай сюда, Аддамс. С этого момента тебе запрещается видеться с Тайлером и каким-либо образом вмешиваться в это дело. — Галпин показательно обвёл рукой пустой подвал. Уэнсдей выглядела растерянно и даже обиженно, проявляя эмоции, что было для неё нехарактерно. Гарри не смог промолчать: — Но монстр был. Пытался нас убить. — Я с этим не спорю, Блэк, — шериф повернулся и теперь свет слепил глаза за круглыми очками, — но не будь вас здесь, монстра бы никакого не было. И мой сын не находился бы сейчас в больнице, — с возмущением в голосе проговорил Галпин. — Уимс ждёт вас, идёмте. Садясь в машину, Уэнсдей всё никак не могла оторвать взгляд от особняка. Её голову заполонили тяжёлые мысли, роясь как пчёлы Юджина в ульях. — Уимс с нас три шкуры спустит, — пробормотал Гарри хмурясь. Он-то переживёт, но вот выслушивать нравоучения Сириуса хотелось в последнюю очередь. — Или исключит, — дополнила Уэнсдей. — И первое, и второе будет хорошо как для Джерико, так и для Невермора, — даже не скрывая довольства, хмыкнул полицейский. Их высадили прямо напротив главного входа в школу. Шериф уехал не прощаясь. — Спорим, Уимс ждёт на лестнице? — слегка мандражируя, спросил Гарри. — Нет. Но я удивлена, что она не стоит перед входом. Уэнсдей и Гарри переглянулись и пошли внутрь. Оба не горели желанием выслушивать речи директора, но выбора не было. Уимс, как и ожидалось, стояла прямо над лестницей, и начала она с Уэнсдей. Во время их перепалки Гарри молчал и не встревал, внимательно слушая. Его подруга показала директору рисунок из книги, который ещё очень давно ей достался от мёртвого Роуэна. И, быть может, Уимс так бы и не обратила своё внимание на Гарри, но тот на свою голову встрял: — Монстр ранил Юджина и убил нескольких человек, включая Роу… — начал Гарри, но директор его перебила, возмущённо уставившись на него: — Лучше вам помолчать, мистер Поттер! — Откуда… — в шоке Гарри сделал шаг назад, спустившись на одну ступеньку вниз. Уэнсдей переводила непонимающий взгляд с директора на Гарри и обратно. — Я знаю? — закончила за Гарри Уимс, натянуто улыбаясь. — С самого начала и ты, и твой отец показались мне странными. Аттестат с отличными оценками из престижной школы Лондона, но никаких медицинских справок. Ты никогда не болел и не проходил медицинские обследования? Но я закрыла на это глаза: изгои часто становятся объектами преследований и бегут из своих стран. Однако, — она подняла палец вверх, — твоё знание о том, что есть несколько способов превратиться в другого человека, является нетипичным для молодого изгоя… — Несколько способов… — пробормотал Гарри, пытаясь вспомнить, — это вы! Вы были Роуэном! — поразила его догадка. Улыбка с лица Уимс пропала. Она поняла, что в запале проговорилась. Не отвечая ни да, ни нет, директор продолжила: — Я стала углубляться в вашу биографию. О Блэках из Англии — семье изгоев — никто не знал, но твой отец богат и заплатил школе огромные деньги, чтобы тебя приняли. Откуда они у него? В любом случае мистер Блэк по моему запросу предоставил медицинские показания, но все они были до того, как тебе исполнилось одиннадцать лет, — женщина вновь победно улыбнулась, — насколько я знаю, именно в этом возрасте волшебников начинают обучать в специальных школах. Дальше всё было просто: связаться с друзьями из Лондона, сообщить о твоих и твоего отца приметах… Мне поведали столько информации, что впору было за голову хвататься. Мальчик, который выжил. — Уимс картинно приложила руку ко лбу. — О тебе знают не только маги, но и изгои. Английские, конечно же. Как глупо было не менять имена, особенно со стороны твоего так называемого отца. Сириус Блэк, сбежавший из самой страшной магической тюрьмы мира и убивший двенадцать человек… — Сириус не убивал их! — в ярости рявкнул Гарри, едва сдерживаясь, чтобы не выхватить палочку. — Мне сказали, что он сам в этом признался, — ничуть не смутившись и не убрав с лица надменную улыбку, сказала Уимс. — Это не так! — чуть успокоившись, проговорил Гарри тяжело дыша. — После того как Тёмный Лорд убил моих родителей, Сириус винил в этом себя. Именно это и приняли за признание. — Переведя дыхание, Гарри задал вопрос: — Почему вы не исключили меня или не сдали Пожирателям Смерти? — Невермор принял тебя. Ты влился в коллектив и стал своим. В отличие от нормисов, мы готовы принимать к себе любого, если у него нет предрассудков. Так какая разница, кто ты: изгой, волшебник или обычный человек? — Спасибо, — тихо поблагодарил Гарри, совсем растерянный и не знающий, что ему делать. — В любом случае ещё одно нарушение, и вы будете исключены. Мне будет всё равно, пытаетесь вы защитить школу, — Уимс перевела взгляд на притихшую Уэнсдей, жадно поглощавшую информацию, — или спрятаться в ней, — директор снова глянула на Гарри. — Доброй ночи. Она развернулась, чтобы уйти, но ей в спину донёсся твёрдый голос: — Ксавьера и Инид тоже не наказывайте. Пожалуйста, — совсем неуверенно закончила Уэнсдей. — Хватит торговаться! — рявкнула Уимс, даже не повернувшись к ним, и, громко клацая каблуками по полу, удалилась вглубь школы.

***

Гарри остановился перед огромным окном в комнату Инид и Уэнсдей. Он хотел поговорить с последней, но застал весьма неприятную сцену ссоры подруг. Сверху закапал дождь, и раздался гром с молниями. Даже несмотря на громкие капли и грохот, звукоизоляция в самой верхней комнате Офелия-холла была ни к чёрту, и весь разговор было прекрасно слышно на балконе, где и стоял Гарри. Ему пришлось изрядно вымокнуть, прежде чем Инид громко хлопнула дверью и ушла спать в комнату Йоко. Гарри в целом понимал позицию подруги, и ему на её месте тоже было бы до чёртиков обидно. Не заметив на улице Гарри, Уэнсдей прошла до окна и села под него, обняв колени руками. Эта картина одинокой девушки, потерявшей друга, тронула его, и он, несколько раз стукнув ради приличия костяшками пальцев по стеклу, отворил окно и залез внутрь. — Извини, я случайно подслушал ваш разговор. — Гарри ступил двумя ногами на дощатый пол и, не придумав ничего лучше, присел рядом с Уэнсдей. — Я ведь извинилась, — ни к кому конкретно не обращаясь, произнесла Уэнсдей. — Это когда мы ждали машину из Невермора что ли? — припомнил Гарри. — Вряд ли это можно назвать нормальными извинениями. — Мы не погибли, нас не исключили, так в чём проблема? — проигнорировав слова друга, спросила она. Наверняка это был риторический вопрос, но Гарри всё равно на него ответил: — В искренности. — Я была искренней. — Тебе виднее, — пожал плечами он, совсем неуверенный в честности принесённых извинений со стороны Уэнсдей. — Не похоже, чтобы ты обижался на меня за то, что я подвергла тебя смертельной опасности. — Уэнсдей повернулась к Гарри, наблюдая, как тот сдавленно смеётся. — Что тут смешного? — Ничего, — Гарри едва смог себя угомонить, — просто на первом курсе на меня напал преподаватель, который должен был учить нас защищаться. Он рассыпался от моих прикосновений. На втором — двенадцатиметровая змея с самым сильным ядом в мире, тогда я не умер чудом. В конце концов она укусила меня. — Он закатал рукав, показывая шрам на руке. — На третьем были сотни дементоров. Это такие типа призраки, которые высасывают всю радость, а при поцелуе забирают душу. В прошлом семестре я сражался с Венгерской Хвосторогой — драконом. Несколько месяцев назад с подводными жителями, спасая друзей. Так что наш горбатый друг не самая большая опасность, с которой я сталкивался. — Весело тебе было, — искренне и с нотками зависти проговорила Уэнсдей, а Гарри поперхнулся. — Я бы так не сказал. — Ещё бы. Ты же не Аддамс. Они помолчали несколько минут, пока Уэнсдей всё же не нарушила уютную тишину: — Почему Уимс назвала тебя «Мальчик, который выжил»? — Ей действительно было интересно. — Человек, если его можно так назвать, убивший моих родителей, не смог убить меня и исчез на много лет. Все считают, что я — единственный волшебник, переживший смертельное заклятие, от которого нет спасения. — Гарри достал свою волшебную палочку и начал крутить в руках. Его подруга как заворожённая смотрела на неё. — Дамб… один человек сказал, что меня защитила сила любви. Уэнсдей, не сдержавшись, фыркнула, отводя взгляд в сторону. — А то, что дети рождаются из капусты, он тебе не сказал? — Я тебя поддержать пытаюсь, душу изливаю, а ты… — Гарри махнул рукой. — Я тебя об этом… — Уэнсдей не закончила, поняв, что уже говорила эту фразу сегодня. — Не просила, — закончил за неё Гарри. — Зря ты это сказала Инид. — Почему? — Уэнсдей вытянула ноги вперёд, направив взгляд на носки своих кроссовок. — Сириус сказал, что оборотни очень стайные. Они заботятся друг о друге, волнуются, поддерживают. Наверное, Инид приняла тебя в свою стаю. У них же матриархат и всё такое. — Уэнсдей набрала в грудь воздух, собираясь ответить, но Гарри её перебил: — Да, я знаю, что ты её не просила. Инид обидно, что ты не позаботилась о ней, не подумала и даже нормально принести извинения не смогла. — Ты неожиданно много знаешь об оборотнях. Для не-изгоя. — В свете некоторых событий, — заюлил Гарри, — я чуть-чуть поспрашивал ребят и почитал книги, так что немного в этом смыслю. — Он смущённо почесал затылок. — Извинись перед Инид… по-нормальному. — Я сама решу, что мне делать, — резко ответила Уэнсдей, показывая, что ей не всё равно. — Она скулила от страха всю дорогу, когда мы шли в дом Гейтсов, но не бросила тебя. Она побежала за тобой, когда ты решила вернуться за Тайлером, хотя была до смерти напугана монстром, — возмущённо проговорил Гарри. — Блин, она страшно переживала, что ты забыла свой странный вязаный капюшон в Weathervane. — Почему ты беспокоишься о наших отношениях? — встрепенулась подруга, прожигая Гарри взглядом. — Потому что у меня есть друзья, готовые идти со мной в страшные особняки на свидания к чудовищам. Не хочу, чтобы ты потеряла своих. — Он поднялся с места и открыл окно, собираясь уходить. — Подумай. Уэнсдей промолчала и не повернулась посмотреть, как её друг вылазит в окно и уходит в своё общежитие. Она подняла шкатулку, унесённую из дома Гейтсов, покрутила её несколько секунд, а потом положила обратно и о чём-то крепко задумалась.