—Может, ты хотела бы стать моей девушкой?

Оголённое тело немного дрожало под властным взглядом чёрных глаз, что прожигали своей сосредоточенностью на процессе. Грудная клетка быстро вздымалась от сбившегося дыхания. От каждого прикосновения хотелось кричать. *** Ночь окутывала каждый переулок маленького городка. Почему-то сегодня она особенная. Звёзды ярко мерцали на небе, создавая различные созвездия, поиск линий которых был ужасно увлекателен. Где-то совсем близко слышался успокаивающий звук, издаваемый сверчками. Казалось, всё было идеальным. Уэнсдей и Энид, несмотря на комендантский час, выбрались из общежития. Им хотелось наконец побыть только вдвоём, без шумных соседей, Вещи и, в общем, отдохнуть от своей пыльной комнаты. Обе лежали на траве, параллельно друг другу, держась за руки. Им было комфортно вдвоём, даже если они молчали. Конец октября. Находилась бы школа Невермор где-нибудь севернее, им бы не удалось устроить такое "свидание", но к счастью, климат позволял. Лишь лёгкий ветерок был прохладным, но они даже не замечали этого. —Как ты поняла, что любишь меня? — Спросила Уэнсдей, всё также сосредоточенно смотря на звёзды. Щёки слегка покраснели,что совсем несвойственно для неё. —Я не знаю. Всю жизнь пыталась найти любовь в мальчиках и даже не задумывалась, нравится мне это или нет. В конце концов, на мою голову свалилась ты. — Энид немного хихикала, поворачивая голову в сторону мрачной девушки. —А ты? Как полюбила меня? Аддамс шумно вдохнула, подбирая слова для ответа. Это потребовало всего несколько секунд. —Никто и никогда не позволял себе заставлять меня чувствовать столько эмоций, как ты. Верно говорят, "Противоположности притягиваются" — Она прикрыла глаза и стала прислушиваться к окружающим звукам. — Ты бы хотела стать.. — Оборотень немного запнулась от волнения. —..Может..ты..ты хотела бы стать моей девушкой? —Хотела бы, определённо, но ты же знаешь, я чертовски плоха в этом. —Знаю, но, если бы хотела, может, стоит попробовать? Насколько я знаю, ты всегда добиваешься желаемого, разве нет? Аддамс быстро приподнялась и села на собственные колени. Удивлённая Энид повторила действия, непонимающе уставившись на младшую. —Если я когда-нибудь сделаю что-то не так, пожалуйста, скажи мне, ты же понимаешь... —Да. — Перебила её Синклер, придвигаясь ближе. —Будешь перебивать, я запытаю тебя до смерти. — Немного раздражённо, но без капли злости выпалила темноволосая. —Умереть от твоих рук будет лучшей наградой. — Девушка лишь ехидно улыбнулась и начала приближаться губами к губам напротив, но тут небольшая прохладная ладошка легла на её лицо, перекрывая рот. —Эййй, к чему это сейчас было?! — Волчонок немного дёрнулась, от непонимания действий. —Я не умею. — Уэнсдей была на удивление спокойна и говорила без волнения в голосе. —Оуу, так значит? Я научу тебя. Придвинься ближе. Писательница послушалась, немного кивая головой. —Вот так, хорошо. Теперь закрой глаза. Снова беспрекословное послушание. Она слушалась, хоть и немного боялась. Слабую дрожь можно было заметить даже на прикрытых веках. Тёплые ладони обхватили немного красноватые щёки, и где-то спереди послышался шёпот: "не волнуйся". Через секунду лица сблизились, а губы соприкоснулись, словно магнит. Уэнсдей не знала, что ей делать и приоткрыла рот, пока Синклер аккуратно целовала сначало одну губу, потом вторую. Было приятно, даже слишком. Примерно поняв действия, Аддамс начала аккуратно отвечать на поцелуй, боясь испортить такой важный момент. Энид моментально выпустила когти, чудом не задев щёки девушки. —Боже мой!!! Извини меня!!! Я не ранила тебя, ты в порядке?— Синклер выглядела испуганной, но Уэнсдей даже бровью не пошевелила, пару секунд рассматривала цветные коготки, а потом снова притянула девушку за край её цветного свитера и поцеловала. Но что-то вдруг заставило её промычать и разорвать поцелуй, слегка дёрнувшись. Клыки, безжалостно вонзившиеся в нижнюю губу, оставили кровавый след. Ладонь с чёрным маникюром дотронулись до раны. На пальцах остались капельки тёмной жидкости. —И...извини, я не хо...— Не успевает она закончить, как её хватают за челюсть и строгим голосом приказывают: —Открой рот. — Настолько неожиданно, что девушка размыкает челюсть, не по просьбе, а от собственного удивления. Немного строгий взгляд тёмных глаз устремился прямо на заострённые зубы, внимательно рассматривая. —И как давно у тебя выросли клыки? — Немного надавливая большими пальцами на острый конец спрашивала Аддамс. —После первого обращения. В обычном состоянии их нет, но... когда слишком яркие эмоции, они могут появиться, впрочем, как и когти. Я ещё не научилась контролировать это...— Хватаясь за запястье темноволосой девушки, начала немного грустно рассказывать Энид. —Вот значит как.— Уэнсдей слегка ухмыльнулась раздумывая о чём-то неизвестном для Синклер. —Значит, мы не можем целоваться? —Почему? Можем, я обещаю, научусь сдерживать это для тебя! Уэнсдей широко заулыбалась, даже, можно сказать, рассмеялась от слов волчонка. От её улыбки у Синклер из глаз звёзды посыпались, настолько ей нравилось. Серьёзно, Аддамс почти никогда не улыбается, что уж там говорить о смехе, а сейчас, от простых то слов. Волчонок была выше седьмого неба от счастья. Темноволосая снова приблизилась для поцелуя. На этот раз острые зубы уже не беспокоили её и они могли полностью отдаться процессу. То углубляя поцелуй, то наоборот, отстраняясь из-за нехватки воздуха, внизу живота появился слабый комок возбуждения. Одна рука Аддамс аккуратно сжимала шею Энид, вторая же расположилась на талии, придвигая ближе к себе. Прохладные от температуры на улице руки оборотня несмело потягивали за одежду, а потом и вовсе проникли под, трогая разгорячённый живот мрачной девушки, что быстро отстранилась. —Ну не тут же.— Она была спокойна и в её голосе читалась даже некоторая строгость. —Вставай, здесь нас может кто-то увидеть. Аддамс резко приподнялась, помогая Синклер. Держась за руки, на ватных ногах, они аккуратно и тихо пробираются обратно в школу. Не успевая дойти до комнаты, Уэнсдей прижимает волчонка к стене, снова требовательно целуя, кусая, оттягивая нижнюю губу. Синклер отстраняется и только ускорив шаг, начинает стремительно двигаться по лестнице наверх.

***

Наконец дверь захлопывается. Энид на руках Уэнсдей оказывается впечатанной в кусок дерева. Эти поцелуи просто сводят с ума. Путь к шее закрывает очаровательный розовый снуд, который, к слову, у них был парный. Наконец, темноволосая тащит её на кровать, нависая сверху. Аддамс стягивает необычный шарф с худой шеи и наконец спускается ниже, оставляя несколько фиолетовых засосов, что точно не сойдут ещё несколько недель, смущая воспоминаниями этой ночи. Девушка чувствовала слегка болезненные укусы на ключицах. Прохладные ладони погрузились под свитер, поглаживая живот и рёбра, но не позволяя себе выше. На секунду Уэнсдей остановилась, быстро стягивая с себя тот же снуд, откладывая куда-то на кровать. Благо, они позаботились о том, чтобы оставить обувь и верхнюю одежду при входе. —Можно я всё-таки сниму твой свитер?— Прямо и, даже без капли смущения, проговаривает Аддамс, обхватывая пальцами края. Энид бормочет, явно соглашаясь. —Тогда будь добра, приподнимись немного.— Синклер выполняет просьбу и свитер, вместе с футболкой под ним, оказывается на полу, открывая светлые плечи. Яркий топ, что удерживал упругие полушария, тоже летит в неизвестном направлении. Темноволосая застывает, восхищённо любуясь телом Синклер. Её грудь, хоть и небольшая, но прекрасная. Из родинок на ключицах складывались целые созвездия и на это хотелось смотреть вновь и вновь, запоминая каждую малейшую деталь. Наконец, она притронулaсь к грудям, аккуратно поглаживая светлые соски, которые мгновенно затвердели. Энид отвела взгляд, рассматривая гору подушек на своей стороне комнаты, не желая даже видеть выражения лица Уэнсдей. Щёки горели от стыда, но ей определённо это нравилось. Немного играясь с сосками, сжимая и оттягивая их раз за разом, писательница схватила руками запястья нижней девушки, крепко вжимая их в матрас с чёрной простынёй. Теперь она прильнула к груди уже губами, продолжая ласкать языком. От настолько приятных ощущений светловолосая чуть ли не кричит, снова выпуская когти, впиваясь ими в маленькие сильные ладони. От резкой боли Аддамс отдёргивает руки. Какой бы мазохистской она не была, в голову пришла гениальная идея. Притягивая две руки к перекладине на кровати, она начинает быстро связывать их своим чёрным снудом, не особо осторожничая в действиях. —Что ты делаешь?! Нет-нет-нет, только не твой снуд!!— Пищит Энид, оставаясь прикованной к спинке кровати, без возможности шевелится. —Это мотивация для тебя, дорогая. Тебе следует быть осторожнее с когтями. Уэнсдей аккуратно приподняла таз девушки снизу и стянула с неё цветные штаны оставляя на теле только трусы. Прекрасно. Не успела она продолжить, как волчонок снова подала голос: —Эй, так не честно! Ты тоже разденься!— Ей было крайне неловко. Темноволосая встала, быстро стягивая с себя кофту и футболку, оставаясь только в красивом чёрном бюстгальтере. Немного опешив, чёрные брюки тоже летят на пол, открывая Энид вид на все, так хорошо скрываемые и недоступные, изгибы писательницы. Оголённое тело нижней немного дрожало под властным взглядом чёрных глаз, что прожигали своей сосредоточенностью на процессе. Грудная клетка быстро вздымалась из-за сбившегося дыхания. От каждого прикосновения хотелось кричать. Аддамс снова принялась обцеловывать каждую клеточку тела, язык проходил по созвездиям на груди, руки аккуратно поглаживали бока, спускаясь ниже к тазу и бёдрам, затем возвращались обратно. Энид нетерпеливо стонала, даже скулила, давя на жалость. Возбуждённо дёргалась, извивалась, пытаясь потереться о ногу Уэнсдей. От неудобного положения руки затекли, но это не сильно беспокоило её, она была сосредоточена лишь на одной проблеме. Аддамс. Все прикосновения темноволосой девушки были настолько нежными и аккуратным, что аж глаза от удовольствия закатывались. Сердце бешено билось, она пыталась сжать бёдра, но не могла, из-за препятствующей девушки сверху. —Ты не могла бы потерпеть немного? Твоя спешка ни к чему. Были бы её руки свободны, она бы обязательно вцепилась в неё от желания, но писательница очень умна и, возможно, предвидела такой ход событий. К большому счастью для Энид, мокрые поцелуи и поглаживания стали спускаться ниже, оставляя кое-где красные следы от лёгких укусов. Синклер отзывалась на всё и была страшно громкой, хоть и пыталась сдерживаться. Дойдя до трусов, Уэнсдей аккуратно поглаживает по мокрой ткани, от чего у Энид в голове солнце взорвалось, расходясь ощущениями по всему телу. Через мгновение она остаётся уже без белья, немного стыдливо раздвигая ноги. Темноволосая хватается за бёдра и максимально разводит их в стороны. Несколько секунд любуется прекрасным видом, что ей открывается и наконец, начинает опускаться ниже. Она целовала колени, снова и снова проводила языком по бёдрам, чувствуя лёгкую дрожь. Наконец, она припала ртом прямо к возбуждённой плоти, аккуратно слизывая влагу по всей длине. Энид громко выкрикивает имя Уэнсдей, немного сгибая связанные руки. Движения языком ускорялись, переходя из плавных и почти невесомых, до грубых и рваных. Аддамс сосредоточилась на клиторе, стараясь найти место, которым она сможет доставить максимальное удовольствие. Когда Синклер дёргается, она понимает, что справилась, продолжая напористо лизать, иногда входя языком внутрь так глубоко, как только могла. Крики Энид наверняка уже слышали все соседи. Бесконечные мольбы и имя девушки сверху неконтролируемо вылетали изо рта светловолосой, эхом разносясь по комнате. Завтра, они наверняка получат много вопросов и осуждающих взглядов в свою сторону, но сейчас мысли точно не задерживались на этом. Чувствуя, как бёдра сжимаются с новой силой, а набухший клитор пульсирует, действия немного замедлились, дабы немного отодвинуть оргазм. Уэнсдей была вынуждена приложить немного больше силы, чтобы держать бёдра. Минута. Волчонок выгибается в спине до хруста костей, последний раз кричит полюбившееся ей имя, на этот раз особенно громко, и, наконец, кончает, развалившись на кровати. Аддамс делает несколько финальных движений и отрывается от Энид. Вставая, тыльной стороной ладони вытирает капельки смазки, что стекали по подбородку и целует обессиленную девочку, давая ей попробовать собственный вкус.

***

Рано утром две девушки лежали в обнимку в одной кровати, просто наслаждаясь друг другом. Прекрасный выходной день обозначал, что сегодня можно оставаться в постели, а не бежать на скучные уроки в такую то рань. Тонкие пальцы аккуратно перебирали и поглаживали светлые волосы, в то время, как Синклер всем телом прижалась к младшей, создавая своеобразную ловушку. Руки немного ныли, напоминая вчерашнюю ночь, но терпимо. По крайней мере она не жаловалась. Вскоре, утреннюю тишину прервала Энид: —Так что, ты всё-таки согласна стать моей девушкой? — Она самодовольно улыбалась, зная ответ наперёд. В ответ Аддамс хмыкает, проговаривая —Я же говорила, что не люблю глупые вопросы. Конечно, да. — Холодно, строго. Всё в её стиле. Именно так, как полюбила светловолосая. Именно так, как останется в её сердце навсегда.