Ночная колыбельная

Прошу простить меня. Поздней весенней ночью подслушал я вас. Исполняли вы композицию, что запала мне в душу, что сердце моё успокоила. С того момента каждый день я жду мглу ночную да вас играющего на пианино. Поражён я игрой вашей, талантом. И голос ваш слышал, тягучий, сладкий, словно самый лучший мёд. Вы пели с болью в голосе, хотел бы я утешить вас, да только вы недосягаемы. Надеюсь, груз вас тот уж больше не печалит.

Благодарен я вам. Уже давно я страдаю от бессонных ночей. А вы стали для меня панацеей. Моё спасение в этой жизни, исполненная вами ночная колыбельная. Я не требую от вас ничего, мне для жизни хватает музыки вашей, но молю я на встречу с вами однажды.

Прошу, примите этот скромный подарок. Букет цветов таких же нежных и чистых, как ваша душа, я знаю.

Благодарю,

М.М.Ю

      Александр дочитал письмо, сложил бумагу и упал на диван.       — Красиво, ничего не скажешь, — отозвался Константин с другого конца дивана.       — Я сам не ожидал такого, — признался Романов. — Теперь я уверен, что это не Пьер. Слов от него таких не дождёшься да и инициалы не его, — Нева, увидев сидящего хозяина, запрыгнул на диван и улёгся Александру на колени, подставляясь под нежные прикосновения.       — Что планируешь делать? — поинтересовался Уралов.       — Играть, — пожимая плечами. — Я всё равно буду работать по ночам и, видимо, ещё приносить кому-то пользу, — он откинул голову на подушку. — Тем более я ничего не знаю об этом человеке. Инициалы мне ни о чём не говорят, ни адреса, ни назначенной встречи,— бормотал мужчина в потолок.       — Ладно, Саш, не нагружайся. Время покажет.       — Ты прав, — Александр снял с колен заснувшего Неву и встал с насиженного места.       — Ты куда?       — В душ, а после за пианино. Меня будут ждать, — улыбка. Константин на это лишь покачал головой.

＊*•͙✩•͙*˚ 𝄞 ˚*•͙✩•͙*˚＊

      — Ну что скажешь, герой-любовник? — насмешливо спросила Камалия, как только Московский подошёл к её столу.       — Что ты от меня хочешь услышать? — вредничал он.       — Как прошёл вечер, быть точнее ночь? — ехидная улыбка не сходила с её губ. — Пришёл, покормил Москву, поработал, послушал его, заснул, — чем ближе повествование доходило до упоминания музыканта, тем более явной становилась улыбка Миши.       — Значит, получив твой подарок он не сбежал, — Зилант слегка похлопала в ладоши. — Это же прекрасная новость! И что планируешь делать дальше?       — Думаю через пару дней встретиться с ним. Позвать в ресторан. Наверное, это будет оптимальный вариант, — мужчина задумчиво потёр подбородок.       — Думаю, для знакомства пойдёт, — согласилась девушка. — Выбери уютное, не слишком вычурное место, без всяких там замашек.       — Учту. Закажешь бутылочку вина и фруктов для него?       — Вина?       — Да, я скинул тебе всю информацию. Там красное полусладкое, — Московский нахмурился. — Думаешь, — замялся. — Не подойдёт?       — Нет, что ты, — отмахнулась девушка. — Вполне годный вариант. Да и многие люди любят вино, только.., — она закусила язык.       — Только..? Только что, — Московский сложил руки на груди.       — Ничего.       — Давай. Договаривай, — давил он.       — Эх, — сдалась Зилант. — Только такие как ты пьют водку литрами и им хоть бы хны.       — Я оскорблён до глубины души, — Михаил театрально приложил тыльную сторону ладони ко лбу. — Ты ранила моё сердце.       — Твоё сердце практически невозможно задеть, — улыбка вновь блистала на её губах.       — А знаешь, что-то ты тут засиделась, — она напряглась. — Давай-ка ты сама вино отвезёшь. И это не просьба, Камалия.       — Бука, — ответа от мужчины не последовало, он отправился в свой кабинет, разгребать очередные документы, договоры, проблемы.

✧─── ･ ｡ﾟ★: *. 𝄞 .* :★. ───✧

      Забрав вино, фрукты и вложив в них очередную записку от Михаила, Камалия ехала к "Городу Столиц". Она всё ещё негодовала. Да, она являлась правой рукой Миши, но это не значит, что она нанималась курьером работать. Хотя она не могла не признать, что вся эта история её интересовала и интриговала. В глубине души, Камалия радовалась за Мишу, который нашёл интерес в чём-то, а точнее в ком-то, помимо работы. Девушка надеялась, что Московский не окажется настолько глуп и не упустит своё счастье. Периодически ругаясь себе под нос, она добралась до нужного небоскрёба. Лифт быстро доставил её до нужного этажа, а от туда до двери. Она уже хотела оставить подарок у дверей, как любопытство взяло вверх. Девушка постучала в дверь, не надеясь, что та откроется. Однако через полминуты дверь открылась. На пороге стоял высокий мужчина с разным цветом волос.       — Здравствуйте, — как-то глухо выдала она. — Доставка.       — От кого? — низкий голос приятной волной прошёлся по телу. Константин облокотился об косяк.       — Анонимно, — уже ровно выдала Зилант.       — Оплата? — выгнув одну бровь, спросил Уралов.       — Не требуется, — Камалия отдала фрукты с вином, внимательно изучая мужчину перед собой. Он казался ей смутно знакомым.       — Хорошо, я передам, — непонятно кому сказал он.       — До свидания, — девушка натянула дружелюбную улыбку и ушла от двери.       — До свидания, — растянуто ответили ей. Дверь закрылась. Камалия какое-то время медленно шла, а потом сорвалась на быстрый бег. Её не останавливали даже высокие каблуки. Сев в свою иномарку, она сорвалась с парковки в сторону офиса, попутно набирая Мишу по громкой связи.       — Да, Камалия, — подняв трубку, ответил мужчина.       — У меня есть для тебя новости, Миша.       — Что-то случилось? — настороженно.       — Скажем так, я вручила твой подарок лично в руки, — говорила она, проносясь по широким проспектам.       — Что ты только что сказала?       — Ты прекрасно слышал, — в её голове созрел план. — А знаешь, расскажу всё на месте. Я возвращаюсь.       — Нет, стой.., — она сбросила звонок.       — Пусть помучается слегка. Где же я видела того мужчину? — девушка спрашивала саму себя. Она гнала в офис, попутно ища в своей памяти чужой облик, но он так и остался для неё загадкой.       Доехав до места работы, Зилант пошла прямиком к Московскому. Мужчина выглядит нервно.       — Давай, докладывай, — не терпеливо.       — Я приехала, постучалась в дверь, мне открыл её какой-то мужчина, — сразу к сути дела перешла она.       — Опиши.       — Высокий, широкоплечий, низковатый голос, волосы разного цвета — половина темно-русая, половина светло-русая, тоже самое касается глаз. Гетерохромия.       — Думаешь это он? — Михаил крутил ручку в руке.       — Вот и первый интересный момент. Он сказал: "Я передам", то есть он понимал, что это не для него, — выдала она.       — Тогда кто это? Его парень? — раздраженно.       — Если это его парень, тогда почему сегодня ночью для тебя играли? — девушка склонила голову в бок.       — Не знаю. Может сжалился он надо мной, — предположил Михаил. — Ты сказала: "первый интересный момент". Какой второй?       — Этот мужчина кажется мне знакомым. Будто я где-то его уже видела или слышала о нём, — задумчиво говорила Зилант. — Я попытаюсь найти что-нибудь.       — Хорошо, — выдохнул он. — Как что-нибудь дельное найдёшь, отправляй мне, — она кивнула головой и быстро покинула кабинет.

В сердце Михаила проросло зерно сомнений.

＊*•͙✩•͙*˚ 𝄞 ˚*•͙✩•͙*˚＊

      Уставший Александр вернулся в квартиру. Генеральная репетиция вымотала его полностью. Завтра его первый концерт. Мужчина не чувствовал волнения, однако его сердце терзало две вещи. Первое, это то, что наводило страх и даже леденящий ужас на Александра. Появление Сенье на концерте. Второе, более приятное и волнующие. Тайный поклонник, что восхваляет его игру. Его самого.       — С возвращением, — Костя вышел из гостиной. — Устал? Как прошла репетиция? Без происшествий?       — Привет, Кость, — поздоровался он, снимая обувь. — Да, устал. А так всё прошло гладко. Завтра будет прекрасный концерт. Буду блистать на сцене.       — Я в тебе не сомневаюсь, — Уралов слегка улыбнулся. — Ужин готов. И кстати, для тебя очередной подарок.       — Правда? — оживлённо.       — Да. Всё на кухне.       — Я мигом, только переоденусь, — Александр ненадолго скрылся в спальне и уже через пару минут стоял на кухне, крутил в руках бутылку с дорогим вином. — Этот человек либо знает меня, либо умеет читать мысли, — восторгался Романов.       — Он просто угадал, — буднично ответил Константин.       — Ой, да ладно тебе, — отмахнулся, — фрукты тоже от него? — Да.       — Прелестно, — мягко. — О и тут записка, — мужчина аккуратно достал небольшой свёрток.

Спасибо. Боялся, что я спугнул вас подарком. Но вчерашняя великолепная мелодия дала мне ответ. Берегите себя, не сидите допоздна за инструментом. Я всегда буду ждать вас.

М.М.Ю

      Александр сложил бумагу обратно, отломал кисть винограда и пошёл её мыть. Костя включил телевизор, листал по каналам в поисках приемлемого фильма. Нева клубком устроился рядом с его бёдрами. Пальцы зарылись в короткую тёмную шёрстку, поглаживали и почёсывали животное. В такой спокойной атмосфере прошёл их вечер. А ночью вновь полилась меж двух башен спокойная мелодия.

Ночная колыбельная.

＊*•͙✩•͙*˚ 🌕˚*•͙✩•͙*˚＊

      Михаил просыпается на небольшом диване около уже любимого окна. Он специально передвинул мебель, так как спать в кресле было крайне неудобно. Вчера для него снова играли. Значит, тот разноволосый не был против такого поклонника. Однако что-то всё равно тревожило сердце Московского. Он стал в привычном темпе собираться на работу. Душ, кофе, дорога и чувство бодрости, которое уже долго не посещало мужчину. Его рабочий этаж был пуст. Камалия ещё не приехала, что крайне удивило его. Московский не стал задавать лишних вопросов и с головой погрузился в работу, в какой-то момент в кабинет ворвалась Зилант.       — Я вспомнила! — запыхавшись.       — Что?       — Я вспомнила того парня. Это Уралов Константин. Двадцатидвухлетний художник из Петербурга, — она выложила перед Московским пару листов с фотографиями картин и мужчины с гетерохромией.       — Художник?       — Да, он художник. Однако на публике он частенько появляется рядом с одним музыкантом. Александр Романов — молодой пианист, прославившийся сначала в Петербурге, а потом и по России, — она точно также выложила листы. Волнистые шоколадные волосы, утончённая фигура, фарфоровая кожа, плотно сжатые губы, кошачий вырез и взгляд, серебро глаз — всё это создавало холодный образ. Настоящий принц смотрел на Михаила с фотографий.       — Я видел этого парня, — он притянул фотографию Романова. — На набережной, — тихо. — Что связывает этих двоих?       — Детство. Они вместе учились в Петербуржской академии. Сейчас на форумах пишут, что Уралов всячески помогает Романову, — активно жестикулируя, говорила она.       — Что они забыли в Москве?       — У Александра сейчас проходят концерты. Сегодня будет первый концерт в Москве, через месяц будут в Петербурге.       — Он всего здесь на месяц, — не отрывая взгляд от снимков.       — Он здесь на целый месяц, — выделила голосом Зилант. — Время назначать свидание.       — Ты права. Что-то ещё?       — Ну-у, — тянула она. — Ходят слухи, что твой Романов уже встречался с кое-кем.       — И что мне с этого? Встречался и встречался, — пожимая плечами.       — Нет-нет. Ничего, — она положила последний лист, — Просто вдруг тебя заинтересует. Пьер де Сенье — Французский скрипач. Говорят с Романовым они познакомились в Париже, когда Александр был на программе обмена, — закончила она.       — Не нравится мне он, — заявил Московский.       — Там мутная история. Нет никаких деталей. Поэтому и выводов не сделать.       — Меня это не касается и не особо интересует. Прошлое есть прошлое. Мне нужно сосредоточиться на том, что я имею сейчас, — чётко сказал Московский. — Мне нужно лично встретиться с Александром, — вспоминая их первую встречу. — Саша, — его голос наполнила нежность.

＊*•͙✩•͙*˚ 𝄞 ˚*•͙✩•͙*˚＊

      Александр прикрыл глаза. Первый концерт прошёл хорошо. Публика в восторге, спонсоры тоже. Романова радовал факт того, что Сенье не явился на сегодняшнее представления, хотя тот так жаждал встречи. Костя тихо сидел рядом, печатал что-то в телефоне. Спокойную обстановку разбавляли лишь звуки шумной столицы за окном дорогой иномарки. Москва-Сити встретила их яркими огнями, они, достаточно уставшие, вошли в "Санкт-Петербург". У двери 6012 вновь стояли цветы и корзина ароматных свечей. Александр мягко улыбнулся. Сегодня ему подарили много цветов из зала. Были дешёвые и дорогие букеты, но все они вместе взятые не вызывали такого счастья и тепла внутри как тот, что сейчас был в руках Александра. Они вошли в квартиру. Нева обошёл хозяина и вечного гостя, а после удалился спать на мягкие подушки.       — Я в душ, ополоснуться, — кинул Уралов, закрывая дверь ванной.       — Хорошо, — из привычки отозвался Александр. Он надел удобную одежду, насыпал корм для кота. И медленно подошёл к цветам. Знал, что там есть для него письмо.       Всё так же дорогая бумага торчала меж нежных листьев. Мужчина нетерпеливо достал послание, быстро прошёлся по чёрным выведенным строчкам, а потом закрыл руками нос и рот, всё ещё зажимая бумагу меж пальцев. Он счастливо улыбался, когда белые щёки налились румянцем.       — Что происходит? — поинтересовался Уралов, вышедший из душа.       — Меня пригласили на свидание, — ответил он, махая руками у лица.       — Поздравляю, — смотря на счастливого Романова, ответил Константин. — Потом скажешь куда вы поедете, буду на готове, —вытирая волосы, уже более жестко сказал мужчина.       — Костя, Костя, — воодушевлённо. — Всё будет хорошо, я чувствую. — Александр подхватил корзину со свечами.       — Куда ты?       — Играть. Во мне появилось столько сил, хочу выплеснуть их в нужное русло, — Романов расставил новые свечи, зажёг их и открыл окно. Недолго задержал взгляд на небе, а после посмотрел на "Москву". На этаж выше его было открыто окно. Романов склонил голову. — Быть может, ты там живёшь, — будто просил ответа. Он развернулся и сел за пианино. Любовно прошёлся по клавишам тыльной стороной руки. Он думал что сыграть. Хотелось всего и сразу. Громкой радости и тихой печали, буйного счастья и ленивого одиночества. Холодный ветер подул из окна поднял тяжёлые шторы, пригнул огонь на свечах и своею лёгкой рукой коснулся Александра. Мужчина закрыл глаза, делая глубокий вдох. На мгновение кусочек луны осветил комнату. Романов прислушался к тишине, не открывая глаз он нажал на клавиши. Мягкий и тонкий звук вырвался из инструмента, как бы привлекая того единственного слушателя с другой стороны. Тонкие пальцы рук перебирали под собой белую кость. Он вновь растворился в музыке. Пианино пело. Пела и душа Романова. Он играл самую нежную и легкую мелодию из всех, когда-то сыгранных им. Через музыку Александр заботился о том, кого в жизни не видел, но того, кто заставлял его сердце биться чуточку чаще.

Александр дарил покой человеку, которого, сам того не ведая, полюбил.