Рассвет нового дня
28 декабря 2022 г., 10:00
Бессмертие хотят обрести многие, но никто не ведает о страданиях бессмертных небожителей, а демоны в их глазах лишены человеческих чувств. Никому не скрыться от боли.
Кровь божества тонкими струями стекала по пьедесталу, а от его остывающего тела не доносилось ни звука. Боль больше не ощущалась, может, вовсе пропала, как и сознание в его глазах. В глазах пустых и без единой капли слёз на ресницах. Умин не замечал своего отражения, сколько ни пытался привлечь внимание, в то время как Бог Войны видел блеклые тени.
Все, кто хотел, спаслись от скорой гибели.
Рядом стоял виновник всех страданий Сяньлэ — существо, чей облик был его точной копией, лишь лицо скрывала белая маска. Только вот это бедствие считало иначе: Сяньлэ был точно он в своей молодости. Две капли воды, две одинаковые судьбы, одна трагедия на двоих.
Умин не придавал особого значения, кто из двух силуэтов перед ним появился раньше. Одно он знал точно: его божество никогда больше не будет страдать.
— Появился на свет с целью убивать всех неугодных? — Безликий находился близко, но его голос звучал будто издалека. — Стоило поторопиться.
Умин не обладал собственным голосом.
— Сяньлэ слишком горд для того, чтобы принять помощь от таких, как мы. Только как ты собирался помочь?
Голос демона, покрытого с головы до ног чужой кровью, мог звучать лишь в тени божества.
— Хотел убить их всех, как я понимаю по твоему жалобному писку? Тогда его жертва была бы ещё более бесполезна, чем сейчас, мой юный друг.
Из нутра Умина вновь вырвался слабый возглас, полный недовольства.
— Чтобы защитить кого-то, одной оболочки и слепой веры мало.
Безликому надоело столь жалкое зрелище: лежащий без сознания Бог Войны, истерзанный его же последователями, и жалкое существо сродни дикой собаке перед ним. Не успел Умин и опомниться, как оба силуэта растворились в шуме белых одеяний.
И этот разрушенный зал погрузился в беспросветную тишину.
Прошло уже много лет после перерождения его души в демона, слабого и такого же хрупкого, как смертный ребёнок. Одеяния выглядели алыми, но были на деле далеко не этого цвета — ткань пропиталась кровью. И это неопрятное существо в бинтах скользило по руинам яркой тенью под рассветными лучами солнца.
Умин искал последний храм Его Высочества наследного принца Сяньлэ, однако прекрасно помнил, как на его глазах все они были дотла сожжены теми, кто разочаровался в силе Бога Войны. Помнил, как статуи обращались в пыль, а те, которым везло, становились порогами в домах простых людей. Должно же остаться хотя бы одно священное место. И демон обязан вложить в руку статуи этот нежный цветок, который был под его защитой всю дорогу.
Он не переставал идти, даже когда дождь промывал его до костей и грозился испортить цветок. Но больше таких в округе не найти — нужно идти обратно, возвращаться к самому началу, только вот Умин не помнил дороги. Дни и ночи он блуждал среди лесов и пустынь, по землям Сяньлэ и Юнань, пока не нашёл не тронутый разгромом уголок.
В этом тёмном и пустом мире без своего божества Умин не видел больше света, кроме сияния белоснежных лепестков.
И, наконец зайдя в храм, он огляделся. Столь чудесное место мог Умин представить лишь в самых счастливых снах — среди привычного, но роскошного убранства храма Сяньлэ стояла его статуя, с мечом в одной руке и с цветком в другой.
Не раздумывая, Умин взобрался на статую и вложил в руку живой цветок вместо каменного. На свежий аромат в храм прилетела белая бабочка, хрупкая и нежная, словно потерянная часть драгоценного сокровища демона. Его глаза заблестели от удивления.
"Я всегда буду вашим верным последователем".
И с этими словами демон пообещал отомстить тем, кто обидел его божество, его спасителя и смысл жизни.
Но Умин был ничтожно слаб, даже держа в израненных руках первое воплощение своих сил — крохотную серебряную бабочку.
