Четвёртый раз

Он рвано выдохнул и нож глухо ударился о пол. Не стать ему великим охотником на приведений, пронеслось в мыслях, что совсем скоро унесло Майка далеко в прошлое. Во времена, когда их команда, могущественная и непобедимая, никогда не проигрывала. Правда только потому, что битвы между добром и злом происходили на столе в подвале его дома. Ещё потому, что то самое добро ярко отличалось от зла. Уиллер запустил руку в длинные волосы, точно напоминающие ему о недавней смерти его идола. Этот этап. Эра, прошедшая без девчонки с супер-силой, без монстров из потустороннего мира, состоящих из плоти окружающих людей и так далее. Период, когда все казалось нормальным. Заботы о школе: авторитете, играх, отношениях и оценках. И теперь эта иллюзия с крахом разбилась в дребезги. На столь крохотные частички, что в будущем не выйдет даже собрать вновь, как было. С каждым новым разом адаптироваться к жестокой и гнетущей реальности ставало куда тяжелей, чем в предыдущий. Майк ещё не знает, что этот «раз» был последний. Он собирает ножи и засовывает в рюкзак, справляясь с дрожью в руках. Берет все самое необходимое и в последний раз окидывает взглядом подвал. Глядит не на тот самый угол, где в первые дни пряталась Оди, нет, он смотрел в первую очередь на главное место за их родным столом, которое почетно занимал Уилл. Уилл. В тот момент Майк лениво съехал по спинке дивана, в окружении оставшихся участников их борющихся со злом банды. Они все имели худший не только вид, но и запах, чему почему-то он придавал особое значение, сидя здесь который час. Он не помнил кто первый затронул эту тему, не помнил и того, кто вторым ее поддержал. — Мы все помним связь Уилла с Векной. Рано или поздно это обернётся против нас. — Что ты предлагаешь? — Напоминаю, у нас мизерные шансы на победу. Теперь, когда начало концу положено. Он помнил как в те секунды его дыхание переодически останавливалось, в глазах темнело, а во рту образовывалась пустыня. Майк был отнюдь не глупым. — Нам следует устранить Уилла. Или смириться с тем, что в скором времени Первый сровняет целые города с землей. Объективно, в этом действительно была логика. Такая скользкая, не берущая в счет детали. Изначально не имеющая ввиду, что Байерса запрут в заброшенном недавно месте. Под названием тюрьма. Уилл должен понять. Он умный и расчетливый, совсем как его мать. Которая, к слову, совсем не знает об этом всем. Не знает о ржавых прутьях, перегораживающих путь ее сыну к свободе. Так называемой свободе, ведь та всегда обходила разум мальчика стороной. Джойс под строгим присмотром ничего не подозревающих Джима и Джейн. Ах да, об этой затее умолчали даже перед ними. И они никогда не простят Уиллеров за это. Не простят Нэнси, ту которая в силу высокого интеллекта и хладнокровия предложила эту идею. Не простят и Майка, которого как доверительное лицо посадили охранять Уилла прямо по ту сторону решётки. — Как ты себя чувствуешь? — Как человек, которого ждёт скорая смерть. Майк видел этот азартный блеск в глазах юноши. Видел как нечто, что не являлось Уиллом, что сидело в нем и говорило эти давящие на сердце слова, играло на его чувствах. Оно спускало по струнам его души режущий скрежет, эхом раздающийся на фоне нарастающей внутри тревоги. Майк сделал вид, будто не заметил его. В первый раз. Во второй раз, когда Майк посчитал это вторым разом, Уилл отказывался с ним говорить. Он сидел на своей койке и смотрел сквозь него. Его ровная осанка, ровно по брови выстриженная челка, ровное положение ладоней на коленях. Тошнотворная тишина в ответ на очередной за этот день вопрос, адресованный ему. Вопрос хорошо ли он спит. Хочет ли он поиграть в ДнД после их победы. Не слишком ли жесткий матрас. Не хочет ли он чем-то перекусить. Уилл сидел перед ним по ту сторону огорождения и молчал, смотря в точку, точно находившуюся за головой Майка. Майк понял, что это второй раз, когда заметил выступающие слёзы на глазах друга. Продолжительное время спустя, в ожидании третьего раза, Майк перестал спать. Как Майк вообще допускает мысль о том, что бы оставить Уилла наедине с Истязателем Разума? — Привет. — Ты как? — В порядке. Почему у тебя есть сомнения на этот счет? — Уилл радостно потянулся ото сна, в полном недоумении от усталого вида приятеля. Майк понял, что Уилл не помнил второго раза. Как не помнил и первого. — Я представляю как вы познакомите меня с вашей новой командой по ДнД и мы будем играть вместе. Я так хочу побыстрее, знаешь, очутиться в центре событий! Он лежал на импровизированной кровати, ведь ночевать где-то помимо этой комнаты тот категорично отказывался. Так вот, лежал он в тишине, пока бормотание Уилла не переросло в полноценный ломающийся голос, что совсем скоро стал походить на взволнованные выкрикивания. Майк осознал, что происходит, когда точка абсурда была практически достигнута. — Мы сядем за большой круглый стол, наденем наши футболки с названием клуба, обязательно, сразу после! О, знаешь что? У меня есть идея! Майк принял сидячее положение, напряжённо таращась на неадекватные искры безумия в глазах Уилла. — Нам нужно сделать это прямо сейчас! Чего ждать? Мы пропустим все веселье, уверен они нас уже заждались. Майк? Чего ты? Он впился в холодную стену всей своей спиной, лишь бы находиться чуточку дальше. Уиллер был в ужасе. — Майк?! Чего ты не отвечаешь? Ты не хочешь играть? Это опять Оди отвлекает тебя от наших старых-добрых игр! Где она? Нам нужно серьезно поговорить! Майк ощущает горячие дорожки не пойми чего со своих глаз и не может даже пошевелиться, чтобы смахнуть их рукой. — Майк, выпусти меня. Ну же, давай. Терпение одержимого подходило к концу. — МАЙК ВЫПУСТИ МЕНЯ ОТСЮДА, ВЫПУСТИ, ВЫПУСТИ, ВЫПУСТИ! Решётки тряслись. Шурупы, держащие их, скрипели и гнулись. И тогда стало ясно: вот он, третий раз. Теперь тикали реальные часы, никак не давая настать той самой минуте молчания. — Нет. —Майк, ты знаешь, что другого выхода нет. Уилл мучается. Если бы он мог с тобой говорить, он бы попросил тебя это сделать. Ты сам сказал, нашего Уилла больше нет. Остался лишь он. Проблема была в том, что ему нечего было сказать в ответ. Несколько пар глаз выживших косились на него с сомнением и отвращением за то, чего он пока ещё не сделал. Они прожигали его взглядами так, словно не они были его основной семьей уже очень долгое время. Единственной семьей, даже так. Майк задается вопросом почему только сейчас он понял, что жизнь его была обречена ещё с самого начала. Изнеможенному парню вручают украденный у шерифа револьвер. Тот ложиться в руку идеально, судьбой подаренный. Чувствуется выгравированный узор, номер на холодной рукоятке. Воображаемый запах крови, исходящий не только от самого оружия, но и от его собственных рук. Майк поднял руку в воздухе и нацелился на Стива. Тот замер, поднял руки вверх и лишь с тенью страха взглянул на довольную Нэнси. — Отлично. Было ли будущее, когда даже прошлое обречено? Был ли смысл сражаться за себя и других, когда все козыри у противника? Ради чего теперь это, когда он отнял самое дорогое? Расчетливые, уверенные шаги. Теперь он уверен, что так будет лучше. Скрип ключа, волочение непробиваемой двери по плитке пола. Если есть начало, обязательно будет и конец. Майк заходит в холодное помещение и видит неспокойно сидящего друга. Уилл беспрерывно дергает ногой и жуёт губы. Кровавые, опухшие губы. Его взгляд мечется между выцарапанным надписям на бетонной стене и вошедшим Майком. Надписи гласили «Ущерб нанесён» множество раз. Рядом, более мелким шрифтом немного другие по формальности, такие же по смыслу словосочетания. Майк присел на свою койку и ощутил как куртка его выпирает в том месте, где под ней спрятан огнестрел. Он выжидающе смотрит на Уилла и спрашивает не понятно кого: Векну, Уилла или себя. — Каков смысл страха умереть, если существование и есть абсолютный ад? Уилл неожиданно осознанно сводит брови в эмоции, не похожей ни на одну ранее изведанную. Перестаёт судорожно щёлкать зубами в необходимом жесте успокоения. Он, действительно он, встаёт и подходит к вертикальным перилам. — Тест «Сможешь ли ты найти чему радоваться»? — Хах, Майк давится смешком от нелепости и абсурдности происходящего. Это слова его Уилла. Уилла Байерса, точно ищущего чего-то, чему можно было радоваться, даже будучи в полнейшем дерьме. Ох, как он по нему скучал. — Уилл, мне нужно тебе в кое-чем признаться. В ответ тишина. Не та тишина, вовсе нет. Эта тишина была понимающей, спокойно ожидающей ответа. — Я был не прав, когда забыл про твой день рождение. Это очень по-идиотски. — Майк не жалеет, что подошёл к нему ближе. Не жалеет, ведь Уилл взял его за руку. И это не было страшно. — Я был не прав, забив на тебя прошлым летом. Я ведь не хотел причинить тебе боль. — И будь моя воля изменить что-либо сейчас, я бы не поехал в Калифорнию. Просто чтобы остаться с тобой подольше. — голос парня подрагивает и он сдерживается лишь благодаря крепко держащей его руке друга. — Ты всегда был моим лучшим другом, даже среди остальных лучших друзей. Я… Я не говорил бы этого, если бы это не было правдой. — Я верю тебе, Майк. Сердце его рвётся на кусочки от этого голоса, принадлежащего лишь Уиллу. Но он не перестанет раскаиваться, уходя в дальше в воспоминания. — Я был не прав, отпустив тебя домой в ту ночь совсем в одиночку. Ему казалось, что четвёртый раз произойдёт уже с ним. — На твоём месте должен был оказаться я. Ты… Уилл, никогда этого не заслужил, ясно? И Уилл кивает головой. Это большее, что он может для него сделать. — Я знаю, что он выпустил тебя только для того, чтобы я не сделал этого. И я знаю, что ты это знаешь. … — Но я не смогу пройти «тест» и найти то, чему я мог бы радоваться, если тебя не будет рядом. И мне нужно, чтобы ты меня за это простил. Умный, самый умный и догадливый юноша. Боб всегда ему об этом напоминал, но ведь это правда. Так что Уилл почти не боялся, ведь догадывался давным-давно. Ему нравилось знать, что это произойдёт не просто рядом, а от руки его любимого человека. Он вычеркнул из своих мыслей лицо своей убитой горем мамы и закрыл глаза. Не давали покоя лишь последние фразы. Смысл сказанного не дойдёт до него, ведь в следующую секунду Майк достанет заряженный револьвер, в миг снимет предохранитель. Раздастся звон. Майк смотрит на кровавое месиво, оставшееся после головы Уилла и плачет. Его руки теперь действительно в крови. Они торопливо выбирают из кучи украденных ключей нужный и отпирают камеру. Металический запах ничто по сравнению со зрелищем, что открывалось с этого ракурса. Майк рад, что именно он видит это. Он заслужил видеть такое, в наказание. А вот Уилл нет. Уилл не заслужил ни на что из того, что с ни произошло и Майк постарался сделать последнее, что с ним произойдёт менее болезненно. Моментально. Настолько моментально, чтобы Векна не успел среагировать раньше. Парень теперь может вплотную подойти к обезглавленному телу. Может лечь рядом с ним, осторожно двигая его руки и ноги, чтоб те лежали ровно. По любимой рубашке Уилла стекал ручей вязкой, бурлящей и алой смеси. Майк взял его за руку. Выстрел раздаётся во второй раз.