Я помогу тебе в твоем пути.

Довин вернулся в гостиную. У него, как никак, еще осталась «работа», к сожалению или к счастью. В комнате же все было, как и до этого, шатен сидел с псом, что-то тому нашептывая на ухо, а тот лишь изредка кивал и махал своим пушистым хвостом. То что пес понимал речь хозяина было еще нормально, но такие " Ответы» даже удивили Баана. Неужели некоторые животные и так могут? Удивительно. Этот мир удивляет его все больше и больше. — Ло, мы можем поговорить? — Довин сел на диван, улыбаясь мальчику. Кивок, а значит брюнет может продолжать говорить. — Мы с тобой встречались лишь пару раз до всего этого, так что я хотел бы узнать о тебе побольше… Давай начнем с простого. Ты давно в городе? Ответ на этот вопрос Довин примерно знал, но примерно это не точно. Нужно было узнать из первых уст! Да и мало ли, вдруг он узнает что-то новое? — Ну… — мальчик замялся, переглянувшись с псом. — я тут шестой монат (месяц на языке Эсперанто [monat]) вроде бы… Я не уверен. Иногда я сбивался со счета дней. — Монат? Извини, я немного не понимаю. Что это? — И ведь брюнет как в воду глядел. Кажется он вправду узнает что-то новенькое от этого малыша. — Мм… — Ло приложил руку к щеке, слегка надув губы, как бы задумываясь. — мама говорила, что они составляют джаро (год на Эсперанто [jaro]). Всего их, вроде бы, 12 в джаро и когда они проходят начинается следующий джаро! — А… У нас монат называют месяцем, а джаро называют годом. — Брюнет вместе с рассказом начал слегка махать руками, обрисовывая о том, о чем он говорил. . — Месяцев, то есть монат, у нас тоже 12 и, когда они все проходят, у нас начинается новый год или джаро по твоему. — Аа — Лошка положил обе руки к себе на коленки, смотря на Довина голубыми, точно летнее небо, глазами и открыв в удивлении рот. Этими глазами они с псом были немного похожи. Однако мальчику они придавал такую, почти ангельскую, черту, а посмотрев в глаза его другу скажешь только, что в него скорее всего вселились демоны и уже готовы тебя сожрать живьем. — У вас все так отличается… Никогда не думал, что джаро и монаты можно называть по другому! — Довин улыбнулся такой детской наивности и также положил руки к себе на колени. Нужно идти дальше по воображаемому списку вопросов. — А можно я… Тоже кое-что спрошу? — неожиданно для Баана, спросил Ло, смотря куда-то себе в ноги и «стукая» указательные пальцы друг о друга. — Конечно, не стесняйся задавай. — кажется, это немного перебивало ход мыслей брюнета, но ребенку тоже стоит что-то узнать, особенно учитывая его последние ответы. У Довина есть догадка на счет его появления в городе, однако… Нужна еще информация. — Вы ангел? — чуть ли не шепотом спросил шатен, смотря на мужчину откуда-то исподлобья. Да и этот вопрос… Он заставил Довина очень даже удивиться и смотреть на парня округлившимися, чуть ли не до размера очков, что носил доктор Адлер, зрачками. — Ох… Нет, я не ангел. С чего ты это взял? — Баан все еще недоумевал с этого вопроса, но старался улыбаться, дабы не спугнуть мальчика. — Папа говорил, что у ангелов Света белоснежные и мягкие, как облака, крылья — Ло вытянул руку вперед указывая ладошкой на крылья Довина. Ладошкой… Не менее странная привычка. Обычно люди показывали пальцем, дабы конкретнее показать «цель», а тут… Странно это все. — А у вас они как раз такие! — А… Что еще тебе говорил твой папа про этих ангелов? — Как никак было интересно. Почему бы и не спросить? — Он говорил, что они всегда придут на помощь нуждающимся, больным и немощным. Прямо как вы мне помогли! — от такого сравнения Довин смущенно хмыкнул, отводя взгляд. Не часто его называют ангелом. Более часто встречалось прозвище «крылатая обезьянка». — Я… Что-то не так сказал? — Ло виновато опустил взгляд, сжав губы в еле видную полосу. — А? Нет-нет. Ничего такого, но я не ангел, Лололошка. Однако, мне теперь интересно кое что другое. — Довин выдержал небольшую паузу. Он обдумывал, как бы правильнее сказать вопрос, да еще и так, чтобы не спугнуть им мальчика. — Ты знаешь откуда твой отец знает о ангелах Света? — Да уж. А вопрос то оказался не такой уж и страшный, как сначало думал Баан. — Ох. Он работал… Мм… Вроде бы пастром (священник на Эсперанто. Пастро — Pastro), поэтому и знал о них. Мне иногда казалось, что он сам ангел. У него были такие же крылья и он был очень-очень-очень добрым! Но он говорил, что это не так. Но я уверен, что он был им! — уверенно заявил Лошка. Кажется, вся та неловкость и недоверие в их коротких взаимоотношениях с Довином стала пропадать. Это радовало. Однако Баана смутило другое. Крылья у его отца. — Подожди. У твоего папы тоже были крылья? — брюнет пропустил новое слово от шатена и немного напрягся, ведь если он не ошибается в своих догадках то… Исход его мыслей не очень приятный. Про мальчика и его семью в особенности. — Ага. Такие большие и пушистые! Мне очень нравилось их обнимать, когда мы сидели дома! — Ло раскинул руки в стороны, показывая размер крыльев, но все старался показать больше. Видимо крылья были на много больше, чем он мог показать, как мило. — Хах. П-понятно. Ха. — Довин опустил голову к коленям и прикрыл рукой. Да нет. Нет. Нет. Нет. Он очень хочет сейчас ошибаться. Как же он хочет сейчас ошибаться, черт его подери. Он не думал, что мысли и вправду бывают материальными. — М-мистер, вам плохо? — голос Ло вывел Баана из мыслей. Он слегка повернулся, устремляя взгляд к настороженному шатену. В новом мире, без помощи и объяснений. Что же такого случилось, что он оказался в новом мире, раньше положенного. — Со мной все хорошо, но ты… — брюнет замялся. Рано. Слишком рано. Он должен помолчать пока что. До завтра или вовсе до более нужного и подходящего момента. Довин положил руку на лоб Ло, от чего тот машинально закрыл глаза, слегка вздрогнув. — У тебя все еще температура. Может поспишь еще немного? — Н-наверное… немного заикаясь прознес Ло, убирая руки мужчины со своего лба и слегка краснея, чему Довин хихикнул про себя. Улыбка снова вернулась на лицо. — Хорошо. Давай я тебе тогда принесу немного чая с жасмином, а для твоего друга, чего нибудь вкусненького. Он тоже заслужил. — потрепав пса по голове и услышав довольный «гаф», брюнет направился на кухню. Уже в нужной комнате пастельно-зеленых и темных тонов, мужчина поставил чайник и достал с шкафчика нужную баночку с заваркой и кружку. Оставив все нужно для чая на столике, брюнет опустился на корточки, открывая еще шкафчик. Кажется, у него оставались еще немного булочек с сахаром (да, да, те самые, московские булочки) и мясных пирогов с одного из недавних походов в пекарню. Импульсивная покупка, но сейчас сможет поесть и парень и пес. Достав все что нужно и положив это все на стол, Баан дождался когда вскипит чайник и сделал новую заварку в небольшой пузатенький чайничек с деревянной ручкой и узорами котиков. Подарок старого друга, а какой все же удобный. Пускай и с самим другом Довин уже давно не общался. Так. Мы ведь не об этом, точно. Сделав все с заваркой, мужчина налил в рядом стоящую темно-зеленую кружку половину кипятка и немного свежей заварки, разбавляя все это небольшим количеством воды, дабы Лололошка случайно не обжег себе язык. Сделав все и сложив угощения в небольшую хлебницу, брюнет направился в гостинную вместе с собранным перекусом. — Держи. — Довин передал шатену кружку с чаем, которую тот аккуратно подхватил, с каким-то удивлением смотря на данное. — А вот ты сначала слезь. — брюнет указал на пса. — Не хватало мне потом и упавшие крошки меж подушек убирать. Пес, конечно, недовольно рыкнул, но все же покорно слез и получил свою «награду» в виде пирожка с говядиной, который он довольно съел, виляя хвостом почти как калибри своими крыльями. Однако, Ло, кажется, не был также рад угощениям, как его друг, продолжая всматриваться в налитое в чашке. — Что-то не так? — опасаясь за мальчика, спросил Баан. — А… Д-да, просто… Не з-знаю… М-мне кажется неправильно, что я вас тогда п-подставил, а вы обо м-мне заботитесь с-сейчас… — еле сдерживая слезы произнес Лошка. — Ну-ну, не плач только. — Довин слегка приобнял шатена, поглаживая, по неугомонным и грязноватым волосам. — То что ты тогда сделал — мелочь. Но все-таки воровать тебе больше не стоит. Пообещаешь мне, что больше никогда-никогда не будешь воровать? — все слова брюнет говорил с яркой улыбкой, давая шатену расслабиться и даже хихикнуть. А после протянул мизинец тому, дабы закрепить это обещание — О-обещаю. Никогда-никогда больше не буду в-воровать! -парень явно взбодрился. Он, держа одной рукой кружку, вытер накатившие слезы и также протянул мизинчик мужчине, закрепляя свое обещание. — Вот и молодец. А теперь кушай. — Ло кивнул и, сначала немного сомневаясь, он взял ту самую сахарную булочку, откусывая совсем немного, смакуя каждый проглоченный кусочек. — Я потом пойду на рынок к Авдотье, уверен у нее найдется нужный отвар для твоей простуды. — О, это та бабуля, что дала мне травы зимой. Я помню ее! — Вау, правда? Потрясающе. Хочешь я передам ей привет от тебя? — Да! Пожалуйста.