Фикус

      Честно говоря, Ли Хисын откровенно заебался.       Подходящий к концу год скорее ассоциировался с дедлайнами, завалами на работе, приправленными стрессом и заправленными соусом из ощущения собственной горящей жопы, а ещё тотального одиночества. Конечно, пока разбираешься с собственными дедлайнами, друзья тоже разбираются со своими, в результате чего вы мало того, что не видитесь, даже списываетесь раз в пару дней. Только вот Пак Джей и его новоиспечённый бойфренд, который скорее внешним видом напоминал собой старшеклассника, а не загруженного студента, всеми клеточками души чувствовал приближающиеся торжественные праздники, романтичный настрой от Рождества и всё отсюда выплывающее. А Ли Хисын чувствовал только желание напиться в новогоднюю ночь и уснуть где-нибудь в сугробе, если в Сеуле всё-таки, о чудо, он найдётся.       Джей только поднял укоризненно одну бровь, услышав высказывание от друга, потому что Джей Пак в принципе известен в округе своим укоризненным подниманием одной брови (лучше бы глаза закатывал, честное слово). Короче осудил он без слов, обсудил эту проблему с Чонвоном и растворился в круговороте подготовки рождественской свиданки.       Хисын задумчиво мешает растворимый кофе в картонном стаканчике, клацает мышкой просто так, чтобы не спалиться за собственными мыслями на рабочем месте. Кто вообще придумал считать Рождество праздником для парочек? И где же парочка самого Хисына потерялась? Может, по глупости своей родилась на другом континенте? Угораздило же.       — Слушай, тут фикус подыхает, — подкатывается к нему на офисном кожаном стуле Сону, — кажется, это из-за тебя.       — Я должен был поливать фикус? — Хисын уже мысленно бьёт себя по лбу, ведь закрутился в ворохе своих обязанностей и про одну из них, оказывается, благополучно забыл.       — Нет, — хихикает Сону, — но от тебя такая мрачная атмосфера исходит, что фикус явно не оценил. Что случилось-то?       Старший честно хочет ответить, что-то даже на культурном и без мата, хотя в декабре такие речи от него редкость, но получается только неловко задеть рукой несчастный стаканчик с кофе. Коричневые пятна расползаются по его пастельной голубой рубашке. Хисын внутри себя чуть ли не воет. Очередная неудача в длинном списке его неудач, что дальше? Метеорит? Мировой кризис? На углу возле дома перестанут продавать его любимые токпокки? Нет, серьёзно, сколько можно? Должна же когда-то чёрная полоса в жизни закончиться, уступая место белой?       — Можешь не отвечать, всё ясно.       — Что тебе ясно? — выдыхает Хисын, потирая рукой лоб.       — Зачах ты совсем без любви, на фикус вон наш похож. Надо тебя с кем-нибудь познакомить.       — Только свиданий вслепую мне ещё не хватало. Сону, я уже не в том возрасте и не в том положении...       — Ты ровно в том положении, когда о человеке должен позаботиться другой человек, — подмечает коллега и подсовывает ему под нос смартфон с фотографией какого-то парня. — Смотри, это мой знакомый, он прилетел сюда из Австралии на учёбу! Представляешь? Парень с другого континента!       — Ага, ещё скажи, что в мире семь миллиардов человек, но именно моему соулмейту угораздило уродиться на другом конце земного шара.       — Я ничего не хочу сказать, — Сону прячет телефон обратно в карман, пока его не заприметило начальство, — но у моего знакомого приятный характер, он открыт для новых знакомств и совершенно точно не знает, что делать на Рождество. А, и я показывал ему твои фото. Он сказал, что ты секси, но какой-то слишком угрюмый...       — Ким Сону, признайся честно, ты отмаливаешь грехи прошлой жизни? Что за игра в сваху?       Младший смотрит на него вдруг серьёзно. Ли Хисын уже мысленно пытается прикинуть, не перегнул ли палку? Кажется, друг и правда просто хотел помочь, а он набросился на него со своим скептицизмом.       — Слушай, ты вообще себя видел со стороны в последнее время? — спрашивает его Сону, а старший только и может, что моргать с недоумением. — Когда я зову тебя куда-то повеселиться, ты отказываешься. Из дома ты не так уж часто выходишь. С Джей-хёном когда в последний раз контактировал? Ты даже на сообщения ему не отвечаешь, а он не пишет, потому что боится навязываться. Только и делаешь, что гоняешь кофе на работе, стучишь по клавиатуре и перерабатываешь. Я понимаю, что конец года, сроки, дедлайны, но жить для себя тоже надо, так ведь, хён? Мне кажется, ты с ума скоро сойдёшь или скатишься в депрессию. Мы правда переживаем за твоё состояние. Мой знакомый — приятный парень, только и всего. Я не заставляю тебя строить с ним отношения, бежать под венец и планировать двойню, я просто пытаюсь вытащить тебя из коробки, в которую ты сам зачем-то залез. В общем, я дальше работать, а ты пиши, если вдруг вспомнишь о существовании друзей и о том, что они всегда готовы тебе помочь. Даже с твоими дедлайнами.       Закончив свой монолог, Ким Сону отталкивается от компьютерного стола и отъезжает к своему рабочему месту в офисе. А Ли Хисын остаётся наедине со своими мыслями. Что ж, возможно, в чужих словах смысла куда больше, чем ему показалось на первый взгляд.       Да нихуя.       Это определённо было ошибкой.       Хисын это понимает, когда просыпается на следующий день с адской головной болью, а всё плохое складывается чудесным образом только в одно предложение: зачем нужно было слушать Ким Сону?       В принципе у Ли Хисына есть личный список "достижений" к его двадцати четырём годам, и это: Пункт 1 — Выбирать для себя пятидневный график работы, игнорируя любовь к собственной свободе и мобильности. Пункт 2 — Смешивать алкоголь вечером в воскресенье, когда на работу в понедельник. Пункт 3 — Слушать Ким Сону. На нём можно и закончить, в принципе.       Хисын смотрит на свои ноги: правая всё ещё добросовестно находится в чёрных узких джинсах, а вот левой — законы не писаны. Захотела свободы и лёгкой прохлады — получила. Вся в отца. Парень медленно скатывается с дивана, натягивает несчастную левую штанину на место и поднимается в поисках воды и таблеток от головной боли, как вдруг его с ног сшибает осознанием, что он даже не знает, где находится. Ну, теоретически, он понимает, что находится в квартире. Только вот...       А чья это, твою налево, квартира?       Ли Хисын осматривается. Честно пытается перебрать в голове варианты домов всех своих знакомых, но в голове пусто. Можно, конечно, надеяться, что Сону успел переехать и ничего не сказать о самом процессе переезда. Да к чёрту, это же глупо, во-первых. А во-вторых, в гостиной появляется смутно знакомый парень, который сверлит взглядом самого Хисына.       — О, проснулся. Ну ты даёшь, м-м, — он склоняет голову на бок и складывает свои руки так, что весь его вид кричит от недовольства. Серьёзно, он специально для разговора выбрал позу под названием "мама готова отчитывать сына за то, что где-то шлялся прошлой ночью"? — Когда Ким Сону сказал, что познакомит меня со своим другом, я даже не мог предположить, что ты окажешься вот таким.       — Каким таким? — брякает Хисын в ответ, внутренне забивая на то, какой тупой его реакция покажется.       — Ты вообще мало что помнишь, да? — пухлые губы парня напротив растягиваются в довольной ухмылке. — А вчера ты был намного смелее.       — Я могу представить масштабы своей смелости, раз я уж проснулся не у себя в кровати, — Хисын задумчиво чешет макушку и принимает тот самый вид "милый кот из Шрэка", чтобы ему помогли найти потерянные воспоминания. Вдруг прокатит. — Прости за нескромный вопрос, но... можно?       — Спрашивай, — жмёт плечами незнакомец.       — Мы переспали? — не в бровь, а в глаз бьёт Ли.       Брюнет на это только глаза закатывает.       — Смеёшься что ли? — да вроде Хисыну не до смеха. — И вообще я не гей.       — А, о...       Кажется, он вообще перестаёт понимать, что происходит. Сону же ясно дал понять, что хочет его с кем-то познакомить. В конце концов, кто выбирает такие формулировки для дружеских знакомств?! Или этот парень с чертовски привлекательными губами всем парням подряд говорит, что они сексуальные, ничего не имея в виду? Ох нет блять, Ли Хисын, ты что, расстроился? Ты вообще в своём уме?       — Я бисексуал, вроде как. Но на первой встрече всё равно не стал бы с тобой спать, каким бы красавчиком ты в моих глазах ни был.       — Эээээ, что? — недоумевает Ли, голова которого, кстати, всё ещё разрывается на миллионы частиц в его представлении.       — Ты башкой вчера не стукнулся? Почему ты так тормозишь? Если у тебя есть водительские права, советую их выкинуть нахрен, а то вчера — газ, сегодня — один тормоз, ты явно не умеешь в гармонию.       — Окей, я сдаюсь, — Хисын поднимает руки и возвращается на комфортный гигантский серый диван, на котором и проснулся пятью минутами ранее. — Можешь просто... помочь мне навести порядок в моей голове? Кажется, я намешал всякого. Без твоей помощи мне не справиться.       Незнакомый парень хмыкает, подходит ближе, от чего Ли становится как-то тревожно, но тот только плюхается на диван рядом и достаёт из кармана спортивных штанов айфон последней модели. А потом Ли видит самого себя на многочисленных видео из клуба, в который он и поехал субботним вечером вместе с Сону.       Вот Хисын ухмыляется и пьёт сет из разноцветных шотов, которые вместе образуют радугу (что за гейские настроения, ну и позор, ещё бы в рупор заорал о своей ориентации).       Вот Хисын танцует посреди толпы.       Вот Хисын поджигает для Сону три шота B-52 и веселится, пока младший страдает от приторного сладкого вкуса.       Вот Хисын пытается стянуть младшего с барной стойки, мешая тому танцевать среди танцовщиц в костюмах, которые не оставляют простора для фантазии. Ясно.       — И это всё? — переспрашивает Хисын, удивлённо поднимая бровь. — Это же обычный поход в клуб.       — А ты каждый раз напиваешься так, что собираешь воспоминания по чужим видеозаписям? — издевательски парирует брюнет, блокируя телефон и убирая его обратно в карман.       — Нет. Просто заработался. Захотел оторваться, знаешь... А тебя кстати как зовут?       Отличное время познакомиться, да, Хисын? Браво. Хорошо, что хозяина квартиры это, кажется, совершенно не смущает. Чужая дырявая память так точно.       — Шим Джейк, — представляется он и тянет руку для рукопожатия. — Ты всё-таки забыл моё имя. А я думал, что такое не забывается...       — Прости? — давится Хисын воздухом. — Я, кажется, всё сегодня понимаю слишком двусмысленно.       — Ну, знаешь. Твой пирсинг в губе, — обращает внимание Джейк.       Хисын автоматически дотрагивается пальцами до металлического колечка в своей губе и недоумённо смотрит на Шим Джейка. Кольцо на месте, уже радует. Было бы крайне обидно где-нибудь проебать серьгу.       — Вчера он не давал мне покоя, когда мы познакомились. И я спросил у тебя, удобно ли с ним целоваться, — жмёт плечами Джейк.       В принципе, в этой теме для разговора нет ничего такого. Многим людям интересно, и Хисын часто сталкивается с множественными вопросами, начиная от уровня боли от прокола, заканчивая... преимуществами или недостатками в личной жизни.       — А ты мне не ответил, — продолжает говорить Джейк, и его взгляд становится будто бы темнее и глубже, чем был до этого.       — Извини, вероятно, я был просто не в состоянии нормально поддерживать разговор, — рассуждает Ли о причинах собственного бестактного поведения.       Шим на это только жмёт плечами снова.       — Да ничего страшного, — отвечает он спустя пару мгновений. — Потому что ты решил подойти к делу с практической стороны. Меня это, конечно, удивило, ты застиг меня врасплох.       — Не знаю, чего я там тебе нагородил, но, вероятно, я нёс какой-то бред, да и вообще не стоит это воспринимать... Стоп, — Хисын отворачивается на секунду, а затем резко поворачивается обратно. — Я? Что я сделал?       — Ага, ты полез целоваться. Прям засосал меня возле барной стойки, — гордо сообщает ему Джейк те самые факты, которые у самого Ли находились в файлике "совершенно секретные догадки относительно прошлого вечера".       — Какой пиздец, — Хисын роняет голову и закрывает лицо ладонями.       Правило жизни номер один — не слушать Ким Сону. Проёб по всем фронтам. Правило не слушать свой пьяный организм, должно быть, сдалось где-то там же, под натиском желания целовать малознакомого парня с красивыми губами.       — Пиздец как мне понравилось, — подводит итог Джейк. — Может, повторим? Но уже после нормального знакомства, а то со вчерашнего ты нихрена не помнишь. Мне даже жаль... Ты первый человек, который начал знакомство со мной с фразы: "каждый год Гавайи приближаются к Аляске на 7,5 сантиметров, но у меня нет желания ждать столько времени, чтобы стать ближе к тебе".       — Пиздец.       — Кто же знал, что этот флиртун, действующий с таким напором, на деле будет смущаться от банальных вещей? Вот те на, разрыв шаблонов!       — Давай закроем тему вчерашнего вечера, пожалуйста, — просит Хисын, наконец-то убирая руки от собственного лица.       Джейк на это только добродушно улыбается и протягивает ему руку, помогая подняться.       — Ага, пошли, накормлю тебя завтраком и обезболом, Ромео. А потом ещё раз засунешь мне в рот свой язык.       Окей. Ли Хисын думает, что слушать Ким Сону нельзя, но иногда... это оказывается даже полезно.       Очень даже полезно оказывается, когда на Рождество и последующие дурацкие праздники для парочек у него, наконец, появляется повод возвращаться домой с работы в такой дикой спешке, будто он — запущенный шар для боулинга, летит сбивать очередной страйк.