Дневник

Дневник. 10 февраля 1999г. Я заняла первое место в конкурсе! В области! В следующем году рисунки отправят в Москву. Я как настоящий художник! 15 сентября 2000г. Начала подготовку к российскому конкурсу. Нужен пейзаж. Не получается. Проплакала всю ночь. Мама успокаивала. Она не понимает, как для меня это важно. Никто не понимает. 1 октября 2000г. Пейзаж закончен. Отправили на конкурс. Очень страшно. 2 октября 2000г. Поссорилась с родителями. Пока готовилась к конкурсу, забила на учёбу. Две контрольные по математике на двойки. Это у родителей-физиков. 25 декабря 2000г. 2-е место в конкурсе. Мне нужно больше заниматься живописью. Умоляла папу разрешить дополнительные занятия. Не разрешил. Говорит, что мне плевать на учёбу из-за какой-то «мазни». 26 декабря 2000г. Папа извинился за «мазню», но дополнительные занятия запретил, пока не исправлю оценки. 28 января 2001г. Ждала маму в парикмахерской. Случайно наткнулась в журнале на статью о рекламе. Интервью давала Ирина Ярская. Она очень красивая и умная, целеустремлённая. Хотелось бы мне быть похожей на неё. Оказывается, что в рекламе основное место занимает дизайн. Какой простор для творчества! Ставлю «галочку» - почитать про ИМЯRec. Ирина прикрыла глаза. «Хотелось бы мне быть похожей на неё» вновь и вновь голосом дочери звучало в голове. Голосом дочери? Ярская грустно усмехнулась своей самонадеянности — будто она может знать голос дочери. Будто она заслужила его слышать. Будто она заслужила смотреть в её глаза, видеть её улыбку, ощущать её руки. Схватила чашку с недопитым кофе и с яростью бросила о стену. Куски фарфора разлетелись по кухне, выпустив из своего плена чёрную жидкость, растёкшуюся по стене. Гнев потух. Подошла к осколкам, присела и начала их собирать. Поранила палец. Кровь потекла по ладони. - Ира! - на шум в кухне выскочили Андрей и Лиза. Ярская с окровавленной рукой стояла на коленях в груде стекла и всхлипывала. - Лиза, аптечку! - выкрикнул Андрей, обхватил руками Ирину и оттащил на диван. Рану обработали, перевязали палец. Лиза убирала стекло на кухне. - Она хотела быть похожей на меня, - шептала Ирина куда-то в пустоту. - Ей понравилось интервью про имярек. Если бы я знала, что моя девочка будет читать… Господи… я столько могла бы ей показать. Андрей, я видела её эскизы. Она талантливая. Она могла бы прийти работать ко мне. Ничего уже не будет… ничего не будет. Ирина шептала и шептала сквозь слёзы. То будто самой себе, то Андрею. «Хотя бы плачет», - подумал Скворцов, крепче прижимая к себе жену. - Она думала, я не прорвусь! - в кабинет директора ИМЯRec влетела девушка с широкой улыбкой. - Меня очень сложно остановить. - Где-то это я уже слышала, - ответила Ирина, не отрываясь от бумаг. - Марта, я разберусь! Куницына кивнула и скрылась за дверью. Девушка протянула Ярской эскизы. Ирина начала перелистывать листы бумаги. - Неплохо, - заключила женщина и подняла взгляд. В кабинете никого не было. Ирина проснулась посреди ночи. Некоторое время потребовалось, чтобы осознать, что это был сон. «Как настоящая...». Тихонько выскользнула из кровати. Остановилась у гостевой комнаты. Какое-то время вглядывалась в ночную тьму, царившую в ней. Скоро дом наполнится детским смехом, топотом детских ног. «Я совсем не подумала о детской», - вдруг пронеслось в голове. Остаток ночи провела за ноутбуком, создавая дизайн для детской комнаты. К утру всё было готово, нужно лишь было отдать в строительную фирму для реализации. К дневнику дочери так и не притронулась. Он тянул и одновременно пугал её. Каждая строчка — мысли её ребёнка, которых она не могла услышать лично. Каждая строчка — частичка судьбы самого близкого для неё человека, которого она не узнала, которого так хотела узнать. От всего этого Ира сходила с ума. Нужно было как-то отвлечься. Ярская набрала номер Полины. Попросила забрать Веру на день. Девушка нерешительно согласилась. Рядом с Верой было легче. Девочка на удивление легко шла к Ирине на руки, улыбалась ей. «Может, она что-то чувствует?» - проносилось в голове Ярской. Уложив девочку спать в своей комнате, Ирина аккуратно вышла из спальни. В дверь постучали. Ярская открыла, на пороге стоял Костя. - Привет! Ирина отошла в сторону, показывая жестом, что племянник может войти. - У вас звонок не работает, - проворчал Костя. - Потому что я его отключила, - шёпотом проговорила Ирина. - Веди себя тихо, Вера спит. Они прошли в гостиную. - Она точно твоя внучка? - недоверчиво поинтересовался Костя. - Костя, точно, - раздражённо ответила Ярская. - Это даже не обсуждается. - Ладно, вот отчёты о проделанной работе, - Скворцов протянул Ирине увесистую папку. - Хорошо, я просмотрю, - как-то без интереса отозвалась Ярская, погружаясь в свои мысли. - Ир, ты собираешься возвращаться? - прямо спросил Костя, озадаченный поведением тёти. - Не знаю, - ответила Ирина и, будто что-то вспомнив, добавила, - отнеси эти эскизы Денису, пусть доработает при необходимости и использует для текущих заказов. Окончательный вариант с этими эскизами согласовывать со мной. Ярская передала Косте папку с наработками Лили. Скворцов коротко кивнул и поднял взгляд на Ирину. - Что-то ещё? - Ира, как ты? - Плохо, Кость… - проговорила женщина и плавно поднялась из-за стола, спрятав руки в карманы, подошла к окну. - Я могу чем-то помочь? - племянник виновато смотрел на тётю. - Ты уже помогаешь… Папка в твоих руках — это портфолио моей дочери. Она хотела работать в имярек, представляешь? - Выглядит действительно неплохо, - заключил Костя, просмотрев эскизы. - Да… Пусть хоть так сбудется её желание, - Ирина прикрыла глаза. Послышался детский плач. Ирина стремительно покинула гостиную и через несколько мгновений вернулась с ребёнком на руках. - А у нас гости, - ворковала Ирина, указывая девочке на племянника. - Это Костя. - Привет, маленькая, - несколько смущённо улыбнулся Скворцов. Молодой человек удивлённо наблюдал за Ярской, суетившеюся у плиты и одновременно бросающую взгляды на Веру, перебирающую груду игрушек на ковре. Никогда он ещё не видел свою тётю настолько домашней и тёплой. - Не вернёшься ты, Ир, - вдруг заключил Костя. - По крайней мере ближайшие пару лет. Ярская переложила кашу в детскую тарелку и вопросительно посмотрела на племянника. - Скупила весь детский магазин? - светло улыбнулся Костя. - Видимо, пытаюсь компенсировать, - грустно пожала плечами Ирина. Вера неуверенно встала и подбежала к бабушке. Ярская подхватила ребёнка на руки: - Скоро второй скупим! - подмигнула внучке. Веру отвезла Полине, которая всё ещё с некоторым скептицизмом относилась к решению Лили оформить опеку на Ярскую. Но, видимо наблюдая за бабушкой и внучкой, несколько оттаяла. Без ребёнка дом оказался пустым. Ирина прошла в гостиную, где тихо разговаривали Андрей и Лиза. Увидев Ярскую, оба смолкли. - Обо мне говорили? - невесело, впрочем, без упрёка проговорила Ирина. - Ир, мы беспокоимся за тебя, - ответила Лиза. - Я знаю. И я хотела поговорить с вами об этом. Ярская окинула взглядом мужа и падчерицу. - Вы зря меня охраняете. Ничего такого я не сделаю. Слишком много людей, которым я всё-таки нужна, - тепло улыбнулась Ирина Андрею и Лизе. - Но мне больно. И это нормально. И тут я должна разобраться сама. Единственное, чем вы можете помочь, так это дать мне пространство для этого. Андрей ощутимо напрягся: - Ты о чём? - Да о работе твоей я, об учёбе Лизы, - отозвалась Ирина. - Возвращайся в театр, а ты в колледж. Хватит меня караулить. - Ир! - Хва-тит! - Более твёрдо, по слогам произнесла Ирина. Встала из-за стола, давая понять, что разговор окончен. Вышла в зимний сад и посмотрела в сторону потрёпанной записной книжки. Опустилась в кресло и взяла дневник. 18 августа 2003г. Сообщила родителям, что подала документы в художественный колледж. Мероприятие формальное — меня туда взяли без экзаменов. Был скандал. Мама говорила, что я порчу себе будущее. Что рисование - это увлечение, а не выбор профессии, что я пожалею об этом выборе, что нужно заканчивать 11 класс. Выбежала из дома вся в слезах. Ушла в парк — там лучше думалось. Как им объяснить, что я не физик, как они, не юрист или экономист. Кем они хотят меня видеть? Мне иногда кажется, что они мне не родные. Ярская резко вскочила с места и захлопнула дневник. Тело начало грызть острое чувство несправедливости. «Не родные...». Вновь тупой иглой в сердце засверлило чувство вины. «Девочка моя, я бы поняла. Но меня не было рядом. Ты такая талантливая, какая к чёрту физика». Вновь опустилась в кресло, поджав под себя ноги. Открыла дневник. 1 сентября 2003г. Готовлюсь к завтрашним занятиям. Родители по-прежнему недовольны моим выбором, но я смогла их убедить, параллельно записавшись в школу английского. В конце концов в ИМЯRec он требуется. Читала, что Ярская собеседования иногда на английском проводит. 15 января 2004г. Первую сессию сдала на отлично. Какие всё-таки тут учителя! Я в восторге, чувствую себя как рыба в воде. Мне нравится всё: от истории искусства до живописи. Папа с мамой тоже помягчели после Нового года, кажется, даже порадовались моим успехам. Предложили мне взять дополнительные курсы: дизайн в рекламе. 18 сентября 2004г. Я выиграла российский конкурс рисунка! В комиссии участвовала Ярская! С ума сойти! Интересно, что она подумала, когда просматривала мои работы? Хотела бы я услышать её критику лично. Ирина вновь закрыла дневник и подошла к окну. Далёким отголоском памяти всплыл конкурс рисунка 2004 года. Ей тогда Вениамин предложил участие как благотворительную акцию для бизнеса. Больше она ничего не могла вспомнить. Ощущение, что вновь упустила нечто ценное, захлестнуло её. Она была в мыслях её дочери, а сама и не подозревала об этом. Она держала в руках рисунок своего ребёнка как обычную конкурсную работу, а не как частичку души родного человека. Она не была достойна притрагиваться к ней. Ирина быстрым шагом шла по парку. Озиралась по сторонам. Темнело. Небо заволокли тучи, начинался дождь. Становилось холодно. «Где она?». Сердце бешено стучало о грудную клетку. Страх потери пронизывал её всю. Остановилась. На лавочке сидела девочка и горько плакала. «Нашла», - пробежало в голове. Подошла ближе, плач стал слышен, несмотря на уверенно моросящий дождь. - Девочка моя, - позвала Ирина и села рядом на скамейку. Обняла дочь за плечи, уткнулась носом в мокрые волосы. - Милая, пойдём домой, - прошептала Ирина. - Ты замечательно рисуешь, тебе нужно учиться. Я поддержу тебя. - Нет… - сдавленным болью голосом отозвалась Лиля. - Уходи… ты уже ушла... Ирина проснулась в зимнем саду, сидя на кресле и прижимая к себе дневник. Слёзы градом катились по щекам. Ярская плакала, прижавшись к дневнику, будто это и была её дочь, оставленная собственной матерью девочка. Следующий день Ирина провела, контролируя строительную бригаду, отделывающую детскую. Ход работы в конце концов удовлетворил её и, оставив работников в покое, она вновь вернулась к дневнику. 31 декабря 2004г. Родители подарили мне новый мольберт! Это нечто невероятное. Неужели они смирились с моим выбором и решили поддержать? Это будет лучший праздник за последнее время. Я счастлива! 15 января 2005г. Устроилась в местное рекламное агентство помощником дизайнера. Нужно набираться опыта, да и просить деньги у родителей становится стыдно. 20 июля 2005г. Мне не с кем разговаривать. Напишу сюда. Сегодня ровно два месяца, как их нет. Всё как в тумане. Похорон почти не помню. Я всех разогнала. К чему мне их лицемерное сочувствие? Я теперь САМА. Сегодня ко мне подходил подонок, заснувший за рулём. Вывел фуру на встречку. Просил прощения. Предлагал деньги. За жизни папы и мамы? Их можно оценить деньгами? Бросила ему эти деньги в лицо. Что-то кричала. Я схожу с ума, кажется. 30 августа 2005г. Дорогой дневник! Кажется, так начинаются дневники в фильмах. Нужно к кому-то обращаться, а не к кому. Несколько раз приходили друзья из колледжа. А я не могу их видеть. Прогнала. Я, кажется, сознательно стала прогонять тех, кто пытается мне помочь. Зачем? Откуда такое упрямство? 2 сентября 2005г. На учёбу я вышла. Работу не бросила. Предлагают место дизайнера, как только закончу колледж. Но я не могу больше тут жить. Продам квартиру и уеду в Москву. Ярская меня не возьмёт даже секретарём — надо мыслить реально. После Нового года отправлю резюме в несколько фирм попроще. Может что-то получится. Ирина устало прикрыла глаза. Как же ей тяжело давалось это довольно короткое чтиво. - Ярская… - прошептала. - Ярская, Ярская, Ярская, Ярская! Ударила кулаком по столу. «Ведь действительно бы не взяла!» - почувствовала, как душу охватывает бессильная злоба на себя. «Мне же нужны сотрудники с европейским образованием!» - саркастично думала Ярская. «Я превратилась в высокомерную дрянь», - пронеслось в голове. А ведь раньше набирала сотрудников лишь за талант и рвение к работе. Корнеев заканчивал колледж в Туле, Куницын и Ливнев - МГУ. Весь основной костяк ИМЯRec — обычные люди с обычным образованием. Новые сотрудники с европейскими дипломами… «Чёрт!». Ирина встала и вытащила из-под журнального столика пачку сигарет. Закурила. Она потеряла хватку и в бизнесе тоже. А ведь тут она была уверена в своей непогрешимости. Ирина усмехнулась. Дочь поставила её на место, разрушив карточный домик Ярской. Стёрла всё ненастоящее. Вспомнилось, как они работали. Начинали она, Марта, Анатолий и пара дизайнеров — талантливых ребят-художников. Молодых и амбициозных, таких же, как Лиля. Работали сутками. Добивались прибыли. Было важно сделать работу красиво, оригинально. Чтобы не так, как у всех. Начали разрастаться. И в какой-то момент всё превратилось в погоню за статусом, популярностью. Лучшее агентство года. В друзьях актёры, музыканты, редакторы модных журналов. Какие они друзья? Чуть семью не потеряла за всей этой ширмой. Да и дальше бы так и неслась вперёд, если бы не известия о дочери, её дневник. Если бы не Вера. «Да уж, не такой Ярской восхищалась Лиля», - немного успокоившись, снова открыла дневник. 12 ноября 2005г. По рекомендации моего начальника на работе отправила «наружку» для рекламы газировки в фирму «Меркурий» в Москве. Одобрили, выслали неплохой гонорар. Смешно. Поработала на конкурентов ИМЯRec. Смешно, что чувствую себя предателем. Совсем уже свихнулась с этой Ярской. 10 декабря 2005г. Последний месяц разрабатывала дизайн для гостиной особняка в Москве. Интересный опыт. Отправила в дизайнерское агентство Семёновой как ответ на тестовое задание. Вскоре Семёнова позвонила лично. Узнав, что я ещё не получила диплом, предложила работу дистанционно на время учёбы. 25 декабря 2005г. Проектов море. И это неплохо. Помогает отвлечься от всего личного. Да и деньги неплохие. 1 января 2006г. В эту новогоднюю ночь произошло нечто странное. Вчера днём решила наконец покинуть своё укрытие и просто прогуляться. На полном ходу в меня влетел парень… в коньках! Оба упали в сугроб. Он долго извинялся, представился Максимом и уговорил меня попить с ним кофе. Я последние полгода кроме учителей и коллег ни с кем не общалась. А тут согласилась! Сама от себя не ожидала такого. Мы проболтали весь день. Он очень смешной и добрый. И ему тоже оказалась не с кем встречать Новый год. Купили бутылку шампанского и пошли на площадь. В толпу. Ёлка. Всё в огнях. Не думала, что опять может вернуться это детское чувство восторга перед Новым годом. В куранты поцеловались. Мне кажется, что я влюбилась. 30 января 2006г. Отношения с Максимом развиваются быстро. Вчера сделал мне предложение. Мне что — соглашаться? Похоже, что я беременна. Папа бы не одобрил. 15 февраля 2006г. По УЗИ 4 недели беременности. Беременна в 17 лет. Сгорела бы со стыда, но Максим всячески успокаивает. Говорит, что любит и меня, и нашего будущего ребёнка. Похоже на сказку. На вновь мне подаренную жизнь. 25 марта 2006г. Беременность переношу легко. Максим всегда рядом. Выполняет любой каприз, любую просьбу. Неужели всё настоящее? Вижу, как боится потерять меня и ребёнка. Сам вырос в детском доме. Переехала к нему. В квартире родителей уже давно как не в своей тарелке. Предлагал расписаться. Но я уговорила подождать до рождения ребёнка. Не хочется идти в ЗАГС с животом. 27 марта 2006г. Максиму предложили работу в Москве. Когда-нибудь он станет знаменитым архитектором, я уверена. Говорит, что не хочет бросать меня. Уговорила его ехать. Нельзя упускать такой шанс. В мае получу диплом и поеду к нему. - Архитектор, - усмехнулась Ирина. - Даже вкусы у нас с тобой, дочь, одинаковые. Прошла в кухню, вытащила из шкафчика коньяк. Налила немного в бокал, вернула бутылку обратно. Сделала небольшой глоток, почувствовав, как янтарная жидкость обожгла горло и приятным теплом разлилась по телу. Немного успокоилась. Вспомнила Юру. «Может позвонить ему?». Ярская усмехнулась: «Создать себе, да и ему ещё проблему». А ведь она тоже летала той осенью 1987 года. Тоже была вновь подаренная ей жизнь. Она тоже лишилась родителей. Юрий вернул ей возможность улыбаться. «Как похожи наши судьбы, Лиля», - горько подумала Ярская. «Только твоя судьба оборвалась слишком рано, и дочь ты не предала». Допила остатки коньяка. Немного успокоилась. Вернулась в зимний сад. Раскрыла дневник. 20 апреля 2006г. Две недели никаких известий от Максима. Телефон не отвечает. На работе он не появлялся с прошлого понедельника. Хозяйка съёмной квартиры ответила, что дома он тоже не появлялся. Завтра еду в Москву. 1 июня 2006г. Свой же дневник боюсь читать. Слишком много в нём потерь. Я боюсь не выдержать. В апреле похоронила Максима. Его ограбили после работы и ударили ножом. Говорят, что умер до приезда скорой. Как мне жить дальше? Но я не одна. Надо бороться… - Чёрт, - прошептала Ирина, прижав к глазам большой и указательный пальцы. Последняя запись была неровной, буквы будто скакали то вверх, то вниз. Страшно представить, в каком состоянии была её беременная дочь. Мучительно захотелось прижать к себе Лилю. Почему только нельзя отмотать время назад? К этому моменту. Ярская закрыла глаза и откинулась на спинку стула. Явственно, будто живую, представила свою дочь, делающую эту запись в дневник. Бледная девушка с небольшим, едва заметным животом дрожащей рукой выводит буквы. Ирина подходит сзади и накрывает её собой. Почти чувствует холод худых плеч, дрожь тела. Захватывает её руки, пытается согреть в своих. Ирина открывает глаза. От этой фантазии, кажется, стало немного легче. «Наверное, я всё-таки схожу с ума». 1 июля 2006г. Наконец-то я в Москве. Покинула Курск навсегда. Слишком больно в нём. Жаль, что эту боль нельзя оставить так же, как и город. Квартиру продала. К чёрту всё! Надо начинать новую жизнь. 20 октября 2006г. Сегодня выписали из роддома. Вера спит. А ведь я счастлива. 15.10.2006г. - новая точка отсчёта. Моя дочь. Мне её одной достаточно. Никто больше не нужен. Все потери после её рождения перешли на второй план. Впрочем, жаль, что у неё не будет папы, бабушки и дедушки. Они бы так её любили. Но ничего. Мы вместе. И это главное. 1 ноября 2006г. Попросили съехать с квартиры. Времени на сборы осталось две недели. Оказалось, что найти квартиру с ребёнком на руках не так уж просто. Не вовремя всё. Дизайн интерьера нужно сдать уже через неделю. А мы без крыши над головой. Прорвёмся. 10 ноября 2006г. Случайно разговорилась с девушкой во время прогулки в парке. Представилась Полиной. Ищет соседку по квартире. Тут наши интересы сошлись. Жизнь налаживается. 1 января 2007г. Новый год справили втроём: Вера, Поля и я. Как-то по-семейному получилось. Поля замечательная. Помогает мне с Верой, да так искренне и естественно, будто она моя сестра, а не девочка, с которой мы случайно познакомились меньше двух месяцев назад. 1 февраля 2007г. Год полетел резво. Куча заказов, довольно успешные контракты. Семёнова заявила, что устроит Веру в хороший сад тогда, когда я буду готова. Ждёт меня в офисе. У меня появились крылья за спиной. Очень люблю свою работу. Хочется творить. Хочется жить! Ярская захлопнула дневник. Вновь накрыла всепоглощающая несправедливость происходящего. Что бы ни случалось с её дочерью, та не сдавалась, упрямо следуя вперёд с верой в лучшее. Провидение жестоко. Отнять жизнь у человека, так её любившего. Ирина сжала кулаки, уперев взгляд в журнальный столик. Вскочила на ноги и резко рванула его с места. Стол перевернулся, куда-то полетел лежавший на нём мобильник. Ярская тяжело дышала, не зная, куда ещё деть переполнявший её гнев. Вышла в коридор и засунула руку в свою сумочку. Нашарив пачку сигарет, ухватила их тонкими пальцами и вытянула наружу. Нетерпеливо закурила, пользуясь отсутствием Андрея и Лизы. Вернулась в зимний сад. Курила, бесцельно глядя через окно на улицу. Время от времени бросала опасливые взгляды на дневник. Она боялась этих записей, но не читать их не могла. Дневник делал её частью жизни дочери. Знала ли Лиля, каким испытанием он станет для её матери? 15 февраля 2007г. Набросала несколько эскизов для рекламы. Дался мне этот ИМЯRec. Все дети мечтали стать космонавтами, полицейскими, актрисами в конце концов. И только я грезила о рекламе и знакомстве с Ярской. Интересно, приведут мои грёзы когда-нибудь к ней в офис? Но портфолио я подготовлю. 10 марта 2007г. Кажется, у Веры начали резаться зубы. Рановато. Провозились с ней всю ночь. Сейчас вроде бы спит. А мне нужно работать. Думаю — может всё-таки поискать другую квартиру? Из-за нас Полина не высыпается. Сегодня поехала на учёбу сонная. Жалко её. 12 марта 2007г. Получила нагоняй от Поли за мысли о переезде. Сказала, что мы ей родные, и она нас никуда не пустит. Стиснула её в своих объятьях и не хотела выпускать. Она мне как сестра. 3 апреля 2007г. Уже две недели кружится голова. Начинает надоедать — тяжело сосредоточиться на работе. Поля отобрала у меня Веру и пошла гулять, приказав поспать несколько часов. Поспала — кажется, стало легче. Полина вернулась домой вся в слезах. Её брат задолжал немаленькую сумму денег не очень хорошим людям. Сняла со счёта недостающую сумму и всучила ей. Расплакалась ещё больше. Накричала на неё, что привело её в себя. Но всё равно как-то совестно. Ещё мама говорила, что если меня вывести из себя, то можно получить совершенно другого человека, с которым страшно связываться. Надеюсь, что я не сильно напугала Полю. 15 апреля 2007г. Мне совсем плохо. Над ключицей нащупала шишку. Завтра всё-таки к врачу. 10 мая 2007г. Рак с метастазами. Что будет с Верой? 18 июня 2007г. Кравченко Инна Ивановна. Откуда она вообще взялась? Мало мне событий? Видимо, да. Скелет в шкафу в виде родной матери, оставившей меня в роддоме. Кравченко я прогнала. Всю ночь думала о родной матери. Зачем она мне нужна, спустя 19 лет? А я ей? Вдруг стало обидно. Глупость какая. Ещё вчера я не знала, что я приёмная, а сегодня почувствовала свою неполноценность из-за отказной. А что толку в моих обидах и метаниях? Сколько там мне осталось? 19 июня 2007г. Ярская?! Моя мать - Ярская… Театр абсурда какой-то. Почему не Пугачёва? А что? Тайная сестра Орбакайте… Что уж там какая-то «акула» рекламного бизнеса. Я схожу с ума. Если бы не посмертное письмо отца, то и не поверила бы. 20 июня 2007г. Ярская из головы не уходит. Встретилась с Инной ещё раз. Правда, если я устрою ей ещё одну истерику, то она уже не согласится, я думаю. Расспросила подробности. Ирина меня искала. Чёрт! Что мне с этим делать?! Я умираю! Всё это уже не имеет смысла. 21 июня 2007г. Половину ночи набирала номер Ярской. Так и не решилась дождаться хотя бы гудков. Интересно, выслушала бы она меня, скажем, в два часа ночи? А что я ей скажу? Мама, я умираю… Хороша новость для матери, полжизни искавшей дочь. Пришла к выводу, что лучше нам не видеться. 1 июля 2007г. Мне становится хуже. Кажется, только сейчас я в полной мере осознала, что это конец. Что Вера останется без матери. Я будто лечу в бездну и знаю, что разобьюсь. Холодно и одиноко. Прийти к Ярской и броситься ей на шею — вот такой разгон у меня получился от «она мне не нужна», до «мама, обними меня, мне страшно». Ирина начала задыхаться. Сердце заколотилось, пробивая грудную клетку, инстинкт самосохранения отчаянно пытался заставить лёгкие наполниться воздухом. Ярская согнулась пополам и осела на пол, ловя ртом воздух. Сколько это длилось — она не могла точно сказать, но в конце концов дыхание восстановилось, а на лбу выступили капли холодного пота. Отдышалась. Подумала, что нужно быть сильной. Ей ещё есть ради кого бороться. Ушла в душ. Вода несколько помогла прийти в себя. Насухо вытерлась полотенцем, накинула халат. С трудом дошла до кухни, не заметив Лизу, проводившую её напряжённым взглядом. Вытащила из шкафчика корвалол. Новый пузырёк был закупорен и никак не уступал дрожащим пальцам Ярской. Ирина обессилено опустилась на стул и поставила склянку на стол. Лиза молча подошла к мачехе, осторожно забрала у неё лекарство и открыла пузырёк. Накапала необходимое количество в стакан и разбавила водой. Поставила перед Ириной. Ярская, не глядя, осушила стакан, даже не почувствовав горечи снадобья. - Ты дочитала? - спросила Лиза. Ирина утвердительно покачала головой. Больше записей не было. Поля рассказала, что в августе Лилю увезли в больницу в тяжёлом состоянии, откуда она уже домой не вернулась. Седьмого октября её девочки не стало.