Мы из параллельных вселенных

Следующие дни пронеслись как один! Мы знакомились с Серёжей ближе, узнавали друг друга, изучали, сравнивали с нашими снами. Нам безумно хотелось познакомиться гораздо ближе, поэтому мы сразу со свадебного гуляния уехали в кемпинг за город, никого не предупредив. Я только отправила голосовую Сашке. С ним у нас был секретный шифр на случай реальной опасности, и на случай, когда хочется побыть одному. Если я в опасности, я должна произнести слово «медоед» в любом контексте. Но в случае полностью благоприятной обстановки, когда надо что-то сказать не прямо, а намёком, у нас есть слово «енот». И в обоих случаях необходимо отправить геоданные с доступом на следующие сутки. Поэтому пока мы шли по дорожке от такси к домику, я записала странное голосовое: «Не теряй, я ненадолго уехала за город на отдых, и скажи, пожалуйста маме, я счастливый енот». Сергей смотрел прямо и улыбался. Он, как и я, не мог поверить, что это происходит на самом деле. Ну правда — снились друг другу, встретились, да ещё так удачно — ну не мистика ли? По пути зашли в магазинчик взять перекусить, и ещё я попросила бутылку вина. А в домике начали страстно целоваться. Но когда я повернулась к нему спиной и попросила расстегнуть мне платье, он немного замешкался: — Погоди минуту, — он выдохнул весь воздух, чтобы привести в норму сбившееся дыхание. Но что же он медлит? Неужели, он как Толька? Да ну, бред какой-то, нельзя так сравнивать. Так почему же? — Всё нормально? Ты ведь не хочешь всё остановить? — моё дыхание тоже сбилось, я очень волновалась. — Нет, только немного сбавить скорость. Прости, но мне кажется, это будет твой первый раз, правда? — Как ты узнал? — его проницательность меня очень удивила. — Не буду вдаваться в детали, — нахмурился он, — но самое очевидное — ты взяла вино, наверное, чтобы расслабиться. — Угу, — я засмущалась и опустила глаза. — Всё будет хорошо, я обещаю. А теперь иди прими тёплый душ, а я пока всё подготовлю. Я пошла, но остановилась в дверях. — А ты против того, чтобы я выпила? — Нет, ты уже большая девочка, — он наклонил голову вбок, — сама решай. Но поверь, без него ты будешь чувствовать всё лучше. А расслабиться я тебе помогу. Я снова покраснела и трусливо спряталась в ванной. Не буду я пить вино, хочу полностью запомнить эту ночь. После душа меня ждал сюрприз в виде накрытого стола и лепестков роз. И где он только их взял? Пока я устраивалась и рассматривала наш домик, Сергей тоже скользнул в душ и вышел через пять минут. Голышом. Это, кстати, случилось впервые, когда я видела вживую полностью обнажённого мужчину. И там было на что посмотреть — его тело просто прекрасно. Я подавила неловкость и полностью отдалась желанию и природным инстинктам; через пару часов мы, полностью обессиленные и довольные, уснули. Мне ничего не снилось, ну то есть почти ничего. Я как бы смотрела со стороны на нас же, спящих. Какие мы красивые! Вот бы это длилось вечно. Но через несколько дней пришлось уехать, потому что нельзя вот так всё бросать надолго. Меня ожидало торжественное вручение диплома, вечеринка по этому поводу и из неприятного —серьёзный разговор с Анатолием. Конечно, стоило это сделать раньше, но как же я боялась ранить его чувства. И как же это глупо с моей стороны, ведь так даже хуже. Надо было расстаться тогда, в первый же раз, и не тянуть больше. Так, наверное это некрасиво — бросать парня в момент, когда он делает предложение, это может разбить ему сердце. Конечно, в другой день его сердце тоже будет разбито, но чуть более… нежно, что ли. Короче, лучше сделать это до, чем во время, а тем более после. Я зашла к себе в квартиру. Подумать только, я отсутствовала всего пару дней, а по ощущениям вечность сюда не заглядывала. Так, сначала Толя. Не по телефону, надо назначить встречу. — Привет! — выдохнула я в трубку. Конечно же, он взял телефон после первого гудка — он ведь идеальный парень. — Здравствуй, любимая! Я так соскучился! Как ты, как Ксюшина свадьба? Хорошо отдохнула? Чувство вины сразу накрыло меня с головой. Ну зачем он настолько приторно-нежно со мной? Но я не изменю своего решения. — Толя, всё хорошо. Давай с тобой встретимся. Ты сегодня свободен? — Ты моя маленькая бука! Почему не говоришь, как соскучилась или любишь? — на секунду мне почудилось, что в его голосе прозвучали озлобленные нотки, но это чувство почти сразу ушло, — прости, любовь моя, я не в городе сейчас, у меня командировка на две недели. Приеду до четырнадцатого июля. Ты же помнишь, что у нас четырнадцатого? День взятия Бастилии, блин. Конечно, я помню. Это день нашей первой встречи. Но честное слово, я бы давно забыла точный день, если бы ты не напоминал каждый год — за месяц до этой даты каждый день напоминал. И так. Всё. Время! И день, когда мы начали встречаться — через три месяца. И первый поцелуй ровно через месяц. Это он специально, чтобы не забыть, интересно, или так уж совпало? Крайне практично выходило, но всё же жутковато. Так вот! Значит, он собирается сделать предложение именно в этот день, отлично. Ничего хорошего, конечно, но всё равно отлично. — Скажи, а можем встретиться не четырнадцатого, а на день-два пораньше? — Ух ты моя нетерпеливая! Конечно, как приеду в город, сразу заскочу к тебе. А сейчас мне пора бежать, прости. Люблю-люблю! Я отключилась, даже не сказав «пока». Ну не могла я из себя выдавить, мне было так стыдно перед ним. Ведь я всё решила, но тем не менее позволяю ему говорить такие нежные вещи. А как иначе? Не бросить же его по телефону? И не запретить нежничать… как же это всё неловко. Теперь родители. Я вызвала такси и поехала к ним. Как раз время к обеду, мама, наверняка, накладывает. Но, к своему удивлению, дома я обнаружила только папу. — Привет, дочь! — поцеловал он меня в щёку, — а мама уехала на капельницы, обещала вернуться к обеду, но немного задержалась. — Ты голодный? Наложить? — Угу, — папа был трогательно-беспомощен, когда дело касалось сервировки стола. Он был в состоянии приготовить, помыть посуду и полы, но что-то сакральное таилось в накладывании еды, поэтому он мог целый день просидеть голодный, если ему никуда не надо ехать. В такие редкие дни мама уезжала сразу после завтрака по делам или просто развеяться, а приезжала вечером к ужину. Папа обычно шел поскорее её встретить и просил наложить, ведь он такой голодный и целый день не ел. Мама ворчит, что он как маленький ребёнок, ведь суп на плите, а готовые бутерброды в холодильнике — только надо их достать и убрать пищевую плёнку. Папа драматично хватается за сердце, ойкает и хихикает, а мама легонько бьёт его кулачком или тем, что окажется в руке. — Пап, а можно нескромный вопрос? — Да, милая, — он любил пообщаться с нами за обедом. — Скажи, а вы с мамой друг у друга первые, или с кем-то встречались раньше? Я на самом деле даже не знаю, почему мы не обсуждали это. — Да тут и обсуждать-то нечего, на самом деле, — он нахмурился, а я немного расстроилась. Он не будет на моей стороне в этом разговоре, — мы не в Средневековье живём. — О как! — Да, но это совершенно неважно. Самое главное, что мы вместе, любим и уважаем друг друга, как говорится, — папа наморщил лоб, такие разговоры его явно смущали. — То есть, ты не станешь меня осуждать, если вместо Толи появится другой парень? — Главное, чтобы ты была счастлива, а парень достойный, а не какой-то проходимец. Да и Толя твой как-то всё меньше и меньше мне нравится. — Чего так? — я удивилась. Ведь именно папа расписывал нашу с ним жизнь на пару десятков лет вперёд, мечтая, куда мы поедем в медовый месяц и когда я рожу ему третьего внука. — Вот сколько вы встречаетесь? Года четыре? По-хорошему, вам ещё год назад следовало пожениться, чтобы ты сменила фамилию до получения диплома. Особенно, если у него намерения серьёзные, как он говорил. Ну ладно, год профукал. Идеальное время сейчас, тянуть уже нельзя. Если не поженитесь этим летом — то всё, как говорится. Не-серь-ёз-но. — А что, если он вот на днях собирается сделать мне предложение? — Как это? — папа часто заморгал, это значило сильную растерянность, — сначала он должен! Подойти ко мне. И попросить твоей руки. У меня. Иначе какие же это серьёзные намерения в обход родителей? — Пап, проблема не в этом, но я хочу с ним расстаться. — Дело твоё, конечно, — он снова заморгал и неловко откинулся на спинку стула. — Мне нравится другой парень, — я зажмурилась и сжалась в комочек, боясь папиной реакции. Но он только глубоко вздохнул и отодвинул опустевшую тарелку. — Я уже говорил, что сейчас не Средневековье. Просто будь осторожна, — он немного помолчал и с нажимом добавил, — во ВСЕХ смыслах будь осторожна. И не стесняйся обращаться к нам за помощью. — Спасибо, пап! Люблю тебя! Кстати, завтра в два часа торжественное вручение дипломов. Вы придёте? — Мама точно пойдёт, а я постараюсь. Я поцеловала его в щёку и принялась наводить порядок на кухне. Надо бы ещё встретиться с Сашей и связаться с Вероникой, чтобы обсудить завтрашний день.