Под колёсами любви

В этом году сезон дождей начался раньше. Настроения не было, за окнами мокли пальмы ничего не предвещало хорошей погоды. Время тянулось анакондой, свиваясь в спирали и растягивая серый день. Одна отрада была для глаз Коджиро и эта отрада сидела молча за ноутбуком, напряжённо барабан по клавишам. Поджатые губы сигнализировали о максимальном напряжении. Тихонько бубнило радио. Передавали дожди и регги. В духовке пеклись печенья с пряностями. И дался ему этот проигрыш, чтоб третий день молчать, нервничать и беситься по любому поводу. -После турнира прошло уже три дня. — осторожно начал Джо. А ты до сих пор боишься выйти из дома. Ты на себя не похож, Вишенка. -Ничего я не боюсь. Там ливень. Толку вообще со всего этого? Вставать, куда — то идти… Отвянь, горил… — голос Черри был не похож на его обычную интонации какая — то то ли рассеянность, то ли грусть сквозила в нем вместо обычной стервозности. — Ты не умеешь проигрывать. Но ты ведь не совсем проиграл. Ты вышел живым и невредимым из этой гонки. -Заткнись, Джо… -Н-да… Вижу совсем паршиво. Может чайку? Лапши? Печенья? Вишенка, ну что ты на себя не похож? — Джо пытается обнять парня за плечи, а Черри передергивает плечами, пытаясь высвободиться. -Ах черт бы тебя побрал, озабоченная ты обезьяна! — крышка ноутбука падает на клавиатуру, Каору злится и хлопает дверью. Пусть сам сидит дома со своими плюшками. Никто не должен видеть как ему паршиво. Он и сам себе сейчас не рад. Всех ненавидит. А больше всего зол на Джо. Хотя и сам не знает почему. На его ванильные успокоения, печенья и неудобный футон. Ах, чтоб тебя так и разэтак! — под больную ногу попал камешек и парень еле удержал равновесие. Как бы он ни храбрился, а все же вывих был. И теперь стопа была обмотана эластичным бинтом. Жаль, что не покатаешься. Вроде и дождь успокаивается. Каору делает глубокий вдох и пытается себя успокоить: ничего страшного, я просто дойду до ближайшего магазина и приду обратно. Куплю для Джо жвачек фруктовых и газировку. А бояться нечего, наш район, знаю его давно… Но шелест колёс сзади заставил его замереть. Автомобиль ехал совсем рядом, хоть и очень медленно, он мог сбить Каору, если бы тот не отошёл. -Сакура! — услышал он оклик. Машина с тонироваными окнами затормозила. -Айноске? А почему ты без шофера? — и тут Каору испугался по — настоящему. То, чего он больше всего ждал, случилось. Отступать некуда. -Ты забыл правила турнира, сладкий? Проигравший исполняет желание выигравшего. Ты проиграл. — Адам улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой фанатки на трассе писались кипятком, а у Черри все замирало в животе. -Чёртов Извращенец… — прошипел Каору. Так ты специально ехал за мной? -Ты довольно предсказуем, детка, я просто проезжал мимо твоего дома. Садись, покатаемся, моя Сакура. Да не дрожи ты так. Умей проигрывать, сладкий. -Блядь, Айноске! А что я скажу Коджиро? А ты… — Сакураяшики прищурился, вспоминая, — ты ведь был влюблен в этого мальчишку… Лангу? -Пытаешься меня скомпроментировать, детка? А со мной так не надо. — Мужчина демонически изогнул бровь. Народ ненароком может узнать, что Черри Блоссом не умеет проигрывать и его отстранят от гонок вообще. Какая жалость будет, если мою любимую крошку дескредитируют. -Мерзавец! Ты просто чудовище, Айноске! Ну ладно. С Джо разберусь. -То есть ты согласен? — Адам открыл дверь, заглядывая в золотистые глаза -А где твой шофёр? — Каору все ещё отчаянно пытался за что — то уцепиться, но все же сел. Окна поехали вверх и машина тронулась. Отчаянно заработали дворники. Машина словно скользила по дну океана, элегантно и без брызг. -Я отправил его в отпуск. — ну что, решил, что скажешь Джо? — И ты туда же! Скажу что — нибудь. — Каору опустил глаза, вздрогнул, ощутив прохладную ладонь на своей щеке. -Ты не изменился. Всё так же влюблен в меня и не хочешь это признавать. -Адам… Ты вроде нашёл свою Еву? -Ты не о том говоришь. Причём тут мальчишки, какие-то Евы, шоферы и Коджи, когда ты наконец-то после долгой разлуки сел ко мне в тачку? Значит ли это что я люблю тебя? Да. Я тебя не покалечил на этом несчастном турнире, я выбрал тебя своим спутником на вечер, а там как повезет. А может у нас ещё есть шанс начать все заново. Ты ведь помнишь, как все было хорошо? Тебе ведь было хорошо со мной! -Да… Но… Ты отдалился от нас. Ты выбрал своего омежного мальчишку. Мы оба выбрали преданных собачек, но скажи мне честно, Айноске… -Тщщщ… — Адам поднёс ладонь к губам Черри, слегка касаясь пирсинга. Тот ощутил от запястья все тот же запах дорогих духов, который кружил ему голову в старшей школе. Пойдём, моя Сакура, мы дома. — Адам первый выбрался из машины, подал руку Каору. Под их шагами зажигались плиты, освещая путь до дома. На деревьях переливались гирлянды в свете дождя. Они остановились у каменной лестницы, ведущей в дом. — А теперь закрой глаза и стой. Не бойся меня. Я не причиню тебе вреда. Прохладная шёлковая лента легла на глаза, руки господина Айноске ловко завязали тугой узелок. — Я тебя поведу. Пойдём. Он взял узкую холодную ладонь и повёл его в дом. Это игра. Всего лишь игра. Но почему же так дрожат колени? Почему холодеют руки? Извращенец — бдсмщик! Так и не изменился, чёртов массовик — затейник! Ах! Из — под ног уходит лестница. Двери, коридор, направо, налево, вверх на лифте. Ключ-карта. И снова прохладные пальцы и лента исчезает. -Открывай глаза. — Охуеть… У Черри голова кружится от роскоши. Комната и впрямь была огромна. Шикарная кровать, усыпанная лепестками цветов, стеклянный потолок, мраморный пол, фонтаны по углам, мерцающий мягкий свет, словно струящийся со стен и с потолка. И всюду лепестки цветов и цветы, насколько хватало глаз. — Иди присядь на кровать, детка, пол холодный. Да, и не забудь раздеться, дождь намочил тебя. Можешь даже поплавать в бассейне. -Нет. Ты точно извращенец! — Черри убрал с лица волосы. -Да ладно? — Брови Адама изогнулись. Все ещё сопротивляется. Его Сакура приходит в себя. Каору знал, что Адам эстет. Он медленно разделся и попытался красиво лечь на кровати, но ушибленная нога подвернулась и тихо ахнув мужчина упал на кровать. Хорошо что не видно румянца. Но Адам его достаточно хорошо знает, чтобы представить, как горит лицо Вишенки. -Не нужно калечить себя, Сакура. Ты прекрасен. — Адам присел на краешек кровати, убрал длинные волосы Каору со спины. Твоя прекрасная татуировка ещё жива? — чужие прохладные пальцы повторяли контуры татуировки, выписывая на спине новые линии и заставляя сердце биться через раз. А твоя белоснежная кожа… Куда там каким — то мальчишкам. Адам покачал головой и медленно стал раздеваться. — Ты же помнишь наши правила, Сакура? Себя трогать нельзя. Громко кричать тоже. Говорить либо правду либо молчать. Он навис сверху, заламывая руки над головой. — Почему ты молчишь, Сакура? — Адам… — Каору прикусил губу. Ты и так все знаешь. — Прошептал Каору. В золотистых глазах переливались страсть и тревога. -А со мной ты так же робок, как я посмотрю, Сакура. - Не кусай губы, сладкий. Я не причиню тебе вреда. Ты и сам плавишься уже под моими руками. Тебе ведь хорошо? Или до сих пор не веришь своему счастью? -Айноске! Мерзавец! Немедленно отпусти мои руки. И прекрати издеваться! Ты сам в меня влюблен был ещё со старшей школы!Пользуясь замешательством Адама, Каору высвободил руку, залепил мужчине пощёчину и впился в губы кусачим поцелуем. -Ах, Адам, Адам... Теряешь самоконтроль! А зря... - Черри сомкнул ноги на талии любовника, чувствуя чужой твёрдый член на животе. -Подожди, не так быстро, то есть... -Я не боюсь. -Я знаю. Коджиро ведь огромный во всех местах. -Извращенец! Немедленно прекрати вспоминать моего парня! -Только ли он был твой? Или ты его делил с дюжиной красоток? -Сволочь ты и гад, Айноске.... -Кто бы говорил. А ты кобра ещё та, Сакура. - Адам рассмеялся, оглаживая ноги и бедра любовника, притягивая на себя. Все такой же стервозный! -Первая любовь не забывается?Я ведь первый у тебя? Адам задумался на мгновенье. Первым, если быть честным, был Тадаши, но сам даже сам мужчина не мог сказать себе честно это был интерес или влюблённость. В Каору же он был и вправду влюблен со времен старшей школы. И отчаянно ревновал во время прогулок на троих с Каджиро. Правду говорить нельзя. Ему нельзя. Он ведь выиграл. Но и лгать нельзя, если не хочешь потерять вновь обретенного любовника. И он ограничился полуправдой: -Да, детка, ты мой первый парень. И до сих пор я тебя считаю самым прекрасным созданием в мире. -И я люблю тебя. - Ты просто нереален, сладкий. Царапай мою спину, оставляй метки. - Помоги мне немного, я теряю темп -Нахватался от него... - фыркнул Шиндо, переворачивая любовника на лопатки . Я буду нежен - Адам прикусил набухший сосок Черри, заставляя того застонать. Ты будешь умолять меня кончить. - Адам... Я... Уже... Адам ускорился, впиваясь в губы партнёра, взорвался в нем потоком горячей спермы. Лепестки цветов липли к телу и естественно смотрелись в цветущих ветвях на спине Каору. Его бледная кожа мерцала в тускло свете. Адам любовался им, как любую ся произведением искусства или явлением природы. Ошибки быть не могло. Не нужна ему никакая Ева. Ему нужен только он. Его Сакура. Такой утонченный, такой изысканно-изящный. Осталось только решить вопрос с Нанджо. В старшей школе они как-то один раз по подростковом пьянке баловались сексом на троих. Тогда - то он и узнал всю страсть к себе обычно сдержанного и молчаливого Каору. Мужчина почти совсем забыл себя, положив руку под голову любовника. -У нас ещё вся ночь впереди. Пить хочешь? -Я все хочу. Ты переиграл меня. Ты специально выиграл, но это и моё желание. Теперь и моё. -Всё будет у твоих прекрасных ног: деньги, драгоценности, яхты, весь мир положу. Только чтоб знать, что моя любовь взаимна. -И твой идеальный член - прошептал Каору с лёгкой улыбкой -Как скажешь, сладкий. -Я снова его хочу. Ты опять мне кружишь голову, как в старшей школе. Но, Адам, наши отношения не повредят твоей репутации? -Нет. Я увезу тебя в Амстердам. -Почему ты тогда выбрал не меня? - в золотых глазах задрожади слезы -Прости. Могу стать на колени. -Не надо. Лучше ложись на спину. Эта ночь только наша. Слишком долго мы к этому шли. -Подожди. Я хочу экзотики. У меня есть замороженная смазка. - Адам подошёл к фонтану, достал прозрачный кубик и стал натирать им свой стояк. -Завяжи мне глаза. Не могу это видеть. -Хорошо, я сниму линзы и будем делать это вслепую, идёт? -О, Сакура ты ещё больший Извращенец, чем я ! -Если бы не больная нога, никогда бы в жизни не сел к тебе. -Я бы тогда украл тебя -Джо бы тебе морду набил. -Ааа... Вспомнил, как мы иногда дрались за твоё внимание? -Конечно. Для меня это очень. -Я тебя не отдам никому. Ему тоже. Они совершенно потеряли счёт времени, гуляли по особняку и по саду, Каору удивлялся устройству особняка и комнат, как ребёнок приходя в восторг от окружающей роскоши. Адам взял отпуск, уволил всех прислуг, отправил тетушек на неделю за границу и отключил телефон. Каору обнаружил 42 пропущенных в телефоне и долго думал, что сказать Джо. Но так и не додумался ни до чего. Джо наверное обиделся и перестал звонить. А они с Адамом воплощали в жизнь все фантазии, которые накопили за годы порознь и были счастливы, словно в далёкой юности.