Перемотка.

Стук колёс особенно хорошо слышен, когда стоишь в тамбуре. Сигарета тлеет, поднимая облако дыма вверх. «Надо перестать курить, ей это никогда не нравилось» — проносится в голове парня со смоляными волосами, туго собранными в маленький хвостик на затылке. В голове, подобно мелькающим пейзажам за окном, кинолентой проносятся разные смешные картинки и воспоминания. Марсель, проходя в вагон электрички «Самара-Тольятти», пытается вспомнить причину отъезда своей девушки в родной голод. Она не предупреждала его об отъезде, не спрашивала хочется ли ему поехать вместе. Парень просто проснулся утром, её рядом нет, а на тумбочке, рядом с полупустой банкой пива лежала записка с аккуратными буквами, гласящая о том, что Сеня уехала в Тольятти. Весьма странный поступок, но Марсель привык уже к спонтанным решениям девушки и смирился с ними. В сумке греется золотое колечко, ожидая своего часа. Девушка мечтала о предложении под бой курантов, так, что бы вокруг салюты гремели громче раскатов грома, чтобы ёлка огромная и снег. Яркий, переливающийся, в свете уличных фонарей и гирлянд, разными цветами. Весёлые выкрики с поздравлениями и визг детей на заднем фоне. Парень долго планировал, как всё это будет. Даже забронировал место на площади Куйбышева совсем рядом с ёлкой. По прогнозу погоды в новогоднюю ночь обещали снегопад, так что ничего не должно было помешать воплотить желание девушки. Ничего, кроме отсутствия самой Есении на празднике. В поисковых строках «Главные ёлки в Тольятти», в закладках «места где тольяттинцы отмечают Новый год». Марсель грузно вздыхает, не найдя ничего путного для себя, и блокирует телефон, включая её любимую Перемотку «я видел сон». Перед глазами счастливое лицо Сени, что бежит босиком по зелёной сочной траве у дедушки в деревне. Яркое солнце, что путается в волосах девушки, отливая золотом. Широко улыбаясь, она зовёт парня с ней к пруду, а зайдя в него по колено начинает брызгаться. Картинка сменяется. Взору предстаёт ночь на Ивана Купала. Яркие венки, плывущие по течению реки, огромный костёр, что пускает свои языки верх, то и дело норовя поджечь, тяжёлое, окрашенное в тёмный цвет ночи, небо. Есения прижимается ближе к боку Марселя, что укутывает её в мягкий плед и слушает страшные истории от старого главы управления деревни. Он, проживший на этой земле всю свою жизнь, рассказывает о невероятно страшных речных чудовищах и о том, как однажды ему на пути домой повстречался леший, вылезший откуда не возьмись. Старушка-жена, дала мужчине тогда подзатыльник, чтобы не пугал ей молодняк, расплываясь в ласковой улыбке, той самой, которой улыбаются матери своим детям, успокаивая их от ночных кошмаров. Песни под гитару и весёлые прыжки через тот самый костёр, что теперь утихомирив свой пыл, служил и фонарём и согревающей печкой. А затем сеновал, на котором Есения поведала, как именно представляет себе преложение руки и сердца, которое сделают ей. Девушка выросшая в городе и лишь, приезжавшая в деревню на лето, всегда тянулась к простоте. Ей казалось, что простота — самое потрясающее, что есть на этой земле. Марсель тогда внимательно слушал и о мечте Есении жить в большом доме и о муже, который был бы готов носить её на руках, а на утро парень не говоря ни слова, донёс девушку до постели на своей спине. Та смеялась и смущалась, обняв за шею и нежно целовала в неё же. Снова новый сон-воспоминание. Крепкие руки обнимают маленькую талию на кухне. Разговоры о любви и искренние комплименты, затем страстные распаляющие огонь внутри поцелуи, под аккомпанемент напрочь сгоревшей яичницы. Марсель сажает Есению на кухонный гарнитур, выключая плиту. Мужские руки находят женские бёдра, резко раздвигая их. Глаза направленные в синие, словно васильки, напротив, в них читается безграничная любовь и благодарность. Девушка благодарила, за то что не бросил её, когда она так нуждалась, за то что поверил в никогда не существовавший мир где живут одни эльфы и маги. За то что ни разу за всё её лечение не назвал сумасшедшей. Врачи сказали, что у неё шизофрения и что любить такую будет очень сложно, но парень не верит в это. Не возможно не любить ту в ком жизни больше, чем во всех тех, людях, что встречает Марсель на работе или встречал когда либо ещё. В пациентов влюбляться нельзя, это не правильно, но он не может не. Парень окончательно и бесповоротно влюбился в ту, что доставили в отделение психиатрии. Он лишь шёл к другу, что не отвечал ему на сообщение, в котором было предложение посидеть сегодня в баре, но завис на пол пути. На инвалидном кресле перевозили девушку, что рассуждала в слух о королевстве с драконами, эльфами, магами и другими представителями магический расы. Уже в тот момент его сердце захватила бескрайняя синева напротив, а когда девушка на кресле ему улыбнулась широко, представляясь Есенией, Марсель совсем потерял свой жизненно важный орган. Так не бывает, он же изучал анатомию и физиологию. Человек без сердца не может прожить и секунды, но отчётливо ощущал там внутри яркую улыбку и синеву глаз, звавших за собой, словно русалки из детских сказок. Шли дни Есения рассуждала о том, как тяжело жить королеве здешних земель. О том, что на её хрупкие плечи выпало очень много войн и что магические существа и люди отчего-то не могут жить вместе в одном королевстве. Марсель слушал всё и верил каждому слову, так будто бы в действительности жил там в месте с девушкой. Будто бы это было явью. Их общей судьбой, которую они вместе проживают. — Ты мешаешь восстановлению, поддакивая ей. — отведя в свой кабинет, говорил ему Володя, его лучший друг и по совместительству лечащий врач Есении. — Прекрати пожалуйста, ты мешаешь мне вызвать у неё ремиссию. — Но кто-то же должен ей верить. — возмутился Марсель. — Она совсем одна, к ней никто не приходит. Кто её сюда доставил? — Я не могу тебе рассказывать личные данные своих пациентов, ты это и сам прекрасно знаешь. — протирая свои очки о халат, говорит Володя. — Что касается тебя. Марсель, не влюбляйся в пациентов моего отделения, получив ремиссию она тебя даже не вспомнит. Слова эти ранили молодого хирурга, будто бы в сердце засунули скальпель и хорошенько там его покрутили, но навещать Есению он от этого не перестал. Прекрати, говорил ему друг. Остановись пока не поздно — вторило ему сознание, но сердце рвалось туда, где на белых простынях лежала одинокая королева царства где идёт война между людьми и магическими существами. В день выписки Есении, молодой хирург вновь пришёл в её палату, та на удивление всем вокруг узнала его, улыбнувшись своей очаровательно прекрасной улыбкой с ямочками на щеках. Приняла букет синих как её глаза тюльпанов, а затем неожиданно поцеловала. Вот так просто на глазах у всех пациентов и врачей, поцеловала хирурга работающего в этой больнице. В тот день парень узнал, что девушка живёт в Тольятти со своей бабушкой. Родителей у неё нет, а возят её именно в это клинику, потому что в её городе на ней с самого начала ставили крест, а в Самаре подарили надежду на нормальную, да от ремиссии к ремиссии, но всё же жизнь. Ровно через неделю Марсель понял, что безумно скучает по девушке, что ему не хватает одних переписок и кружочков в телеграмме, поэтому предложил ей переехать к себе. Есения согласилась. Конечно с бабушкой пришлось поговорить обоим. Марселю пришлось даже доказывать, что действительно влюблён в Сеню и в конечном итоге бабушка согласилась. Парень разлепляет глаза оглядываясь вокруг, где они точно едут он сказать не может, вокруг сугробы да ёлки с елями. Марсель улыбается своим мыслям, думая о том, как будет делать предложение. Достаёт из сумки кольцо, оглаживая гравировку, там на золоте их инициалы, выведенные её, Сениным, почерком. Марсель целует гравировку, пряча украшение в бархатную коробочку и обратно в сумку. Ему хочется закурить, но ей это никогда не нравилось. Парень отчего-то раньше не смог бросить это дело, курил меньше, но всё же, а сейчас как отрезало. Стоит только вспомнить синие глаза, что отражали в себе негодование и алые губы, что просили перестать, ведь король прекрасного королевства эльфов не может курить. Под строчки песни о поиске своей возлюбленной, глаза вновь закрываются. Бессонная ночь с больничными картами своих пациентов в обнимку, делает своё дело и Марсель вновь попадает в страну воспоминаний. От чего их так много сегодня он понятия не имеет, но парню приятно видеть вновь отрывки их с Сеней отношений. — Ни разу в жизни не видела пляж таким тихим и одиноким. Голос девушки ласковый и нежный, приятной патокой проникает в уши парня. Они приехали на море весной, как того и хотела Есения. Проснувшись одним ранним тёплым утром, под боком своего возлюбленного, она оповестила его, что видела во сне море и ей безумно захотелось туда именно в апреле. Ну, а кто такой Марсель, чтобы ей отказывать. Хочет — значит получит. И вот они сидят вдвоём на песчаном берегу Чёрного моря, а вокруг ни души. Может дело в месте, которое выбрал парень, может быть просто не сезон, но Марсель безумно рад, что песок не проминается ни под чьими-то ещё ногами, кроме их собственных. Момент их единения не нарушит никакая женщина с горячей кукурузой и ни одна бабушка не запретит им сладко целоваться, упав на всё тот же чуть тёплый песок. Их губы отчаянно искали друг друга, а находя сцеплялись, пускаясь в пляс. Языками они очерчивали нёба друг друга и сплетались вновь. У Есении есть до одури пьянящая привычка, завершая поцелуй она немного посасывала язык парня, гоняя его взад в перёд, выпуская из пухлых губ. Тело парня сразу же реагировало на эти движения и они придавались изучению друг друга. Марсель словно чертил звёздную карту губами на теле девушки, зацеловывая каждый миллиметр. Ловя каждый вздох и стон. Он, давно павший перед пленением синих глаз на колени воин, так горячо любил её, что иногда ему казалось, что всё это не реальность, а сон. Всего лишь плод его больной, разыгравшейся на фоне усталости от работы и одиночества, фантазии, но потом, когда тонкие, молочного цвета кожи, руки окольцовывали его торс, а губы целовали в шею, Марсель понимал, что нет, не сон. Всё это реальность. Всё это его награда, не понятно за какие заслуги, наверное, в прошлой жизни он спас целую вселенную, раз в этой ему эта вселенная преподносится через глаза цвета бушующего океана. В них вся вселенная, весь его мир исключительно в них заключён. — Ты говорила, что хочешь на море весной. — передавая намазанный джемом тост, девушке говорит Марсель. — Почему? Девушка улыбается, принимая тост, сделанный её возлюбленным и отвечает просто. — Наверное, ты бы хотел услышать что-то о цветении вишни или пробуждении после зимы. — делает небольшую паузу Есения. Кидая взгляд на заинтересованного Марселя. — Но я всего лишь, хотела свежего морского воздуха, а не запаха пахлавы на пляже под палящим солнцем. Парень целует девушку в щёку, довольный таким ответом, стирая с её кожи остатки джема, а затем чмокает в губы, кладя свою тёплую ладонь на её бедро. Ему безумно хорошо с ней. Его хорошо, заключается в разметавшихся по постели волосах цвета созревших пшеничных колосьев, в милых ямочках на щеках, когда девушка улыбается, в крепких объятьях по ночам или при свете дня, в прогулках по парку, взявшись за руку, в поцелуях в его шею и объятьях со спины. Ему с ней до безумия, до искр перед глазами, до дрожи по всему телу, когда целуешься до головокружения, потому что воздух закончился. Одно воспоминание, вновь, сменяется другим, не менее прекрасным и красочным. Дом, в который на выходные заехала шумная компания друзей на майские праздники, был довольно просторным. Три спальни комнаты наверху, четыре снизу, огромная кухня и гостиная с камином. Распаковав свои вещи, распределив тем самым комнаты, компания решила осмотреть местные виды. Взяв по банке пива, он вышли из дома. — Давай пойдём в конце. — шепчет на ухо Есения. — Хочу прогуляться только вдвоём. Марсель на это лишь улыбнувшись, притянул девушку к себе поближе за талию, кивнул. Пока компания шла по широкой дороге, ведущей к речке, пара свернула на неприметную тропку, что поросла травой. Видимо по ней мало кто ходит. Тропа шла через луг, с красивыми и вкусно пахнувшими первыми цветами. Марсель не знал их название, да ему и не нужно было. Он смотрел вперёд, то и дело переводя взгляд в сторону, где прямо радом с ним шла его девушка. Парень, не помнит свою первую любовь, свой первый поцелуй и даже свой первый секс, но ему отчего-то кажется, что всё это произошло с ней. Это далеко не так, они оба взрослые, давно выросшие из возраста, когда ты совершаешь свой первый раз во всём, однако каждый раз целуя, обнимая, да и просто находясь рядом с это девушкой у Марселя пропадал весь воздух из лёгких, пробирали мурашки и что-то трепетало в животе, ухая вниз к паху. Это что-то в народе называют бабочками, но парень медик и понимает, что насекомых априори не должно быть в двенадцати перстной кишке, желудке и всех остальных органов находящихся в животе, но ощущение щекотки от этого знания не пропадало. Казалось, будто он на американских горках, каждый раз, когда по близости его Есения. Совсем погрузившись в свои мысли, Марсель и не заметил даже, как они зашли в лес. Красивые статные деревья, совсем не пропускали свет солнца через себя, от этого создавалось ощущение, что сейчас глубокий вечер. Вокруг приятно пахло молодой листвой и мхом. Всё было настолько зелёном и сочным, что во рту скапливалась слюна. — Так красиво. — только и смог вымолвить парень. Весенний цветущий лес описать словами не предоставляется возможным. Голова кружилась от смеси запахов, насыщенности цветом и приятной свежести воздуха. Марсель вдохнув полной грудью, почувствовал не только запахи леса, но и приятный аромат цветочно-медовых духов девушки. Он сам ей их выбирал и безумно гордился, что Есении аромат пришёлся по вкусу, не вслух конечно, а про себя, каждый раз улавливая их эфемерный запах. — Спасибо тебе. — шёпотом произнесла девушка, поцеловав парня в губы. — За что, милая? — удивился парень. — За то, что поверил мне, не отвернулся и продолжал приходить. За то, что показываешь какого это быть любимой и любить в ответ. За то, что никогда не споришь и выполняешь любое моё желание. — она нежно обняла парня, не выдержав пронзительного взгляда любимых глаз и тихо продолжила шептать в самое ухо. — За то, что подарил мне этот мир, спасибо тебе огромное. Я очень сильно тебя люблю. — Я тоже, Сеня, я тоже тебя до безумия и очень сильно люблю.

***

Марсель сошёл с поезда, доехав на такси до центра. Искать Есению в таком хоть и не большом, но всё же людном городе, будет весьма проблематично. Парень был уверен в том, что девушка точно не могла пойти к бабушке, так как та давно перебралась жить за город, поэтому брюнет активно вспоминает любимые места Есении и трогается в путь. Новый город застыл в ожидании чуда. Мерцающие украшения, гирлянды, ёлки одетые в мишуру и шары, всё было припорошено снегом и переливалось, создавая из города сказочное королевство, о котором так любила рассказывать Есения. Из каждого магазина доносятся новогодние песни, на улочках вкусно пахнет выпечкой, ёлками и снегом, что падает с неба большими хлопьями. На дворе уже вечер, парень прибавляет музыку на своём практически разрядившимся в ноль телефоне. Из динамиков наушников играет её любимая группа «Перемотка» и он расслабляется, позволяя улыбке распуститься на своих губах. Вдруг звук резко обрывается и на телефоне звонкой трелью раздаётся звонок. Марсель нервозно закатывает лаза и выдыхает сквозь стиснутые зубы. Звонящий явно хотел его взбесить. Ведь ничего не раздражает так сильно, как прерванная телефонным звонком любимая песня, которой ты наслаждаешься с самых первых её аккордов. Парень достаёт телефон, пытаясь выведать, кто же решил стать самоубийцей вечером перед новым годом. На экране непрерывно звонящий контакт подписан как «Володя». — Что?! — со злостью спрашивает Марсель. — Где ты, друг мой? — вкрадчиво начинает врач. — Зачем ты спрашиваешь? — жутко бесит этот внезапный допрос, мешающий сразу двум процессам. — Марсель, где ты? — опять вкрадчиво, но уже с нажимом. — У меня сегодня нет смен, мистер психиатр, поэтому не мешайте поиску. — роняет небрежное слово, вдруг понимая какую ошибку допустил. — Какому поиску? — снова с нажимом. Таким тоном, будто если не ответишь, весь мир полыхнёт. — Я ищу главную ёлку. — пытается отвести от себя подозрения хирург. — Даже пятилетний ребёнок знает, что в Самаре главная ёлка находится на площади Куйбышева. — разъясняет, будто тому самому ребёнку. — Марсель, где ты? И каким поиском занимаешься? — Я ничего тебе не скажу, ты опять начнёшь меня разубеждать. — раздражение пропало, отчего-то в голосе появилась плаксивость. — Ты снова отправился на её поиски верно? — вопрос риторический, обоим ответ не нужен, чтобы понять. — Марсель, послушай внимательно… — Нет не хочу тебя слушать. — перебивает доктора парень, а голос сделался как у ребёнка, что вот вот зарыдает. — Марсель, её нет. — Это не правда, она уехала в свой родной город, оставив мне записку на прикроватной тумбочке. — психует хирург. — Марсель, Есения никогда не существовала в реальной жизни. — Не правда. — в глазах стоят слёзы. Свет фонарей, гирлянд и шариков смешивается в одно непонятное пятно и размазывается, стоит только слезе сформироваться и скатиться вниз по щеке. — Ты всё врёшь. Я вчера вечером гулял с ней в парке, а летом мы кормили лебедей, на том же месте, где вчера целовались. — Ты выдумал это, вернись в реальность, Марсель. Доктор говорит спокойно, пытаясь вразумить своего пациента. — Нет! — в сердцах кричит парень. — Марсель, расскажи мне ваш вчерашний день с Есенией от и до. — решает пойти от обратного доктор. — Мы проснулись, потом позавтракали, затем… эм… потом…ммм… мы кормили лебедей… — Но сейчас зима. — Ой, то есть, после завтрака мы в парке гуляли. — Но ты сказал, что это было вечером. Ты меня обманул, Марсель? — Нет, доктор, что вы. Мы… утром…- факты быстро одни за другим вертятся в его голове, но вспомнить ничего толком он не может. — Я не помню. — плачет парень. — Не помню, что мы делали вчера. Я проснулся, а на тумбочке записка, оделся поехал…- он сделал небольшую паузу в своих словах. — И вот я здесь, а Есении тут нет, доктор почему её тут нет? — истерика с новой силой накатывает на парня. — Её никогда не существовало. Она лишь плод твоего воображения, понимаешь меня? — Но я видел сон… — Ты улыбалась мне? — продолжает за него доктор. — Твоя любимая песня, единственное воспоминание, что осталось у тебя от прошлой жизни. Ты любил эту песню, потому, что твоя сестра включала её на повторе, она единственное воспоминание оставшиеся у тебя от родных, погибших при пожаре. Парень ревёт, кричит на всех октавах. Ему больно и физически и морально. Доктор это понимает, но только так данного пациента можно вернуть в реальность из созданного в своей голове мира. — Проснись, Марсель. Открой глаза, ты дома. Последнее, что слышит парень перед тем, как перед ним предстаёт белая палата психиатрической лечебницы. Перед ним стоит доктор улыбается, приветствуя. — Марсель, доброе утро. Как спалось? — в лечебнице сном называют припадки, в которые впадают больные. — Я видел сон… — Ты улыбалась мне. — перед глазами стоит Есения и улыбается так, что ямочки видно. Этим утром Марселю поставили диагноз неизлечимо больного. Но он не болеет, просто влюблён и ищет свою любовь в электричках и городах, потому что такая она у него, его Есения, спонтанная и не поддающаяся никаким логическим объяснениям.