Ради ее Величества

Первое, что говорят об Архонтке Каэнри’ах, — если, конечно, говорят; спустя столько столетий люди все еще испытывают первобытный, совершенно необъяснимый страх перед ее именем и силой, — это то, что она запечатана. Наказана богами Селестии за бунт против них. Точнее, за попытку бунта. Ну честно, это даже немного… жалко. Дотторе смеётся, когда слышит о силе Богини Разрушения; для него она не более, чем пыль на полке, куда не достает рука, короткая строка в никому не интересной книге, полустертый вензель. Он о ней практически не думает — у него столько экспериментов, столько теорий, столько дел, когда же ему заниматься бесполезными делами? До тех пор, пока он не находит ее записи. Белет пишет о кхемии — созданной ею алхимии Каэнри’ах, знания о которой были утеряны еще до его рождения, — так, словно она не сложнее таблицы умножения. Под ее рукой даже самые тайные, никому неизведанные ранее сведения становятся всего лишь детской игрой. Вот так вот: кхемия для Белет всего лишь игра. Очередное занятие, чтобы хоть на какое-то время забыть о скуке. Драгоценный камешек в полной золота пещере. Дотторе признается: это восхищает. И потому он начинает целенаправленно искать любые упоминания о ней. Даже самые глупые, нелепые факты — или, скорее, теории и слухи, — он сохраняет у себя в голове. Он настолько заинтересован ею, — он слышит, как кто-то из его сегментов говорил, что он помешался на Белет, и Дотторе приходится согласиться, ведь в отличие от многих у него нет привычки лгать самому себе, — что это становится проблемой. Потому что никто никогда не возвращался живым после встречи с ней.