Найти выход

- Ты жива? Над самым ухом раздается голос моей надоедливой соседки по парте, которая раздражает настолько сильно, что с каждой нотой ее писклявого голоса, мне хочется ее задушить все сильнее. - По-твоему я похожа на живого человека? - в горле першит, пить хочется адски. - Нет, не похожа. Ты лежишь в такой странной позе и мне показалось, что ты не дышишь. - Хотелось бы мне, чтобы это было правдой. - голос пропадает и я прокашливаюсь. Принимаю сидячее положение на стуле, раздается характерный звук хруста костей - возраст дает знать о себе, 17 лет это вам не хухры-мухры. Шея отваливается от неудобного лежания на парте. Я поворачиваю голову в бок и раздается громкий хруст. - Кошмар. Павленко, ты когда-нибудь ее сломаешь, - боже мой, какая забота - Да что ты? Трофимова, ты сама хрустишь пальцами при любой возможности. -Это другое, ты не понимаешь… -Ну да, куда уж мне. Звучит раздражающая трель школьного звонка. Все присутствующие в кабинете лениво встают со своих мест для приветствия старого учителя литературы. - Здравствуйте, садитесь пожалуйста - прохрипел низенький старичок, которого все школьники называли Черномором, ибо в отличие от роста, волосами на лице природа его явно не обделила. Вкупе с низким ростом, длинной бородой и его любовью к поэмам Пушкина, его кличка была как нельзя кстати. - Итак, дома вы должны были выучить конспект по повести Александра Александровича Фадеева «Разгром», кто готов отвечать? Разумеется, в классе воцарилась звенящая тишина, ибо наш 11А класс, профильными предметами которого являлись биология и химия, к литературе страсти не питал и считал этот предмет бесполезным, я, конечно, была исключением. - Никто? Что ж, я не удивлен. Тогда отвечать пойдет та, у которой должок с прошлого урока. Ангелина Трофимова, прошу к доске. - Валентин Николаевич, я не готова - как же раздражает этот писклявый и ложно - жалобный голос, звучащий прямо рядом с левым ухом. - Я опять не удивлен, в конце четверти можете ко мне не подходить для исправления ваших отвратительных оценок. Раз уж вы опять не готовы, тогда я вынужден вызвать вашу соседку. Александра, прошу вас к ответу. Шумно выдыхаю, на дрожащих ногах поднимаюсь и иду к доске, по ходу вспоминая выученный конспект. *** Офигеть, она даже не стесняется - Пусь, представляешь, он ей опять пятерку поставил, а мне два!!! Господи, какая же убогая сцена открывается моим и без того слепым глазам, лучше бы линзы я не носила, чтобы этого не видеть - Малыш, она просто его любимица. Ничего, в следующий раз он ей тоже двойку поставит - говорит ее «Пусичка», целуя ее в ярко-красные губы. «Пусичкой» она называла своего молодого человека, родители, другие ученики и преподаватели называли его Артемом, ну а я называла его мудилой. Ибо человека, который лапает других девушек, пока его «малышка» не видит, по другому назвать нельзя. От такого зрелища даже аппетит пропал. Пропал не только у меня, но и у других людей, находившихся в столовой и ставшими свидетелями этой сцены. - Бу! - раздается над самым ухом. - Блять, напугала. Еще раз так сделаешь и пердечный сриступ мне обеспечен. - Что, Александра Глебовна, чаевничаете? - Да, Милана Павловна, чаевничаем, но хотелось бы бухнуть и удавиться. - Что-то вы сегодня особенно не в духе. Нет, вы конечно всегда выглядите так, как-будто прошли Афганскую войну, но сегодня все особенно плохо. Я киваю головой в сторону «малышки и пусички» - Яснопонятно, у вас была литература? - Бинго. Я заработала свою пятерку, а это недоразумение возмущается, хотя она не удосужилась даже открыть тетрадь и прочесть конспект, хотя я даже не уверена, что она его писала. Теперь я сижу и наблюдаю картину, как ее лобызает ее «Пусичка». Я так хотела пожрать, а теперь, глядя на ЭТО у меня пропал аппетит, пиздец короче…К слову, можешь посмотреть расписание и сказать, что у меня следующим уроком? - Не у тебя, а у НАС. Физика… - Ебина мать…я надеюсь это хотя бы последний урок? - Последний. - Ну, с богом, хотя он тут нам не поможет. *** Об учителе физики в нашей школе ходили легенды. Это была старушка лет восьмидесяти, пропустившая через себя 4 поколения. Она учила наших бабушек и дедушек, наших родителей, наших братьев и сестер и как бы мы не надеялись на то, что до нас она не дойдет, она все таки добралась. Эту «чудесную» старушку звали Надеждой Григорьевной Глушковой, для окружающих - Глуша. Как я уже говорила, о ней в нашей школе ходят легенды. Как-то раз ей не посчастливилось попасть под машину(это был камаз), но ее стремление преподавать свой предмет такая мелочь уничтожить не способна. Спустя месяц она как новенькая вернулась в школу, чтобы учить детей грызть гранит науки. Ее ненавидят все ученики, пятерку по ее предмету получить невозможно и все ученики просто молятся, чтобы она ушла на пенсию, но по какой-то причине этого не происходит, хотя причин для того, чтобы она ушла, более чем достаточно. Физику у нас вела именно она. Уроки физики наш класс называл «скотобойней», ибо по другому ее уроки назвать невозможно. Лично в меня с физикой дела обстояли плохо, у меня была пятерка до 10 класса, но это только потому, что я хорошо ее списывала. Но затем к нам пришла Глуша и я начала просто зазубривать параграфы, чтобы у меня была четверка и чтобы моя репутация хорошистки не покатилась на санях в пизду. Списать у Глуши было невозможно, эта старушенция видит лучше, чем Грозный Глаз Грюм. На ватных ногах поднимаемся с Миланой в 312 кабинет, именно там располагается «скотобойня». Открываем дверь в кабинет и видим, как все выпускники нашей школы молча сидят, каждый на своем месте и усердно повторяет материал прошлого занятия, потому что угадать кто сегодня пойдет на убой невозможно, а выбор большой, так как уроки физики проходят совместно у всех четырех профилей. Даже у гуманитариев, которым этот предмет не нужен по большому счету. Быстро сажусь на свое место рядом с Миланой, лихорадочно открываю тетрадь с конспектом и начинаю читать. Итак, прикинем шансы, что меня вызовут. Последний раз я отвечала на позапрошлом уроке, у меня два пропуска, в то время как есть люди у которых их больше, также у меня 9 оценок, для аттестации по ее предмету нужно 10, есть люди у которых меньше, и эти люди сегодня присутствуют. Глуша медленно встает и направляется в лаборантскую. Через несколько секунд она скрывается за дверью, а в классе началась легкая паника. - Итак, у нас есть добровольцы?-спрашиваю вполголоса, надеясь что меня услышат и ответят. - Ну я могу ответить - прозвучал скромный, тихий голос Миши - нашего медалиста. - Ты прям хочешь? - переспрашиваю, а то вдруг он передумает. - Да, у меня оценок мало. - Отлично. Итак, анализируя, можно сделать вывод, что вероятность того, что меня спросят мала, но очко разжимать еще рано, а то этой старой маразматичке может в голову придти все что угодно. Вот он, звук, оповещающий о том, что сейчас нас забьют как скот Она вышла из лаборантской и села за компьютер, открывая классный журнал. - Итак, дома у вас были вопросы «Дисперсия света» и «Интерференция света». Отвечать пойдут два человека. Итак, первый вопрос отвечать пойдет… Вот он, момент когда ты перестаешь дышать и все, что ты можешь делать - это молиться. - Ну пожалуйста, Миша Аксенович. Миша уверенным шагом направляется к доске и начинает вещать о дисперсии света, приводя точные примеры и записывая формулы на доске. Я в это время не дышу, пытаясь справиться с беспричинной паникой. Миша заканчивает вещать и Глуша на выдохе произносит: -Ну хорошо, садись. Следующий вопрос отвечать пойдет… Трофимова поднимает руку. - Надежда Григорьевна, а вот Саша Павленко хочет ответить! - произносит эта тупица с насмешкой. Григорьевна задумчиво смотрит в монитор компьютера, анализируя мою посещаемость и оценки. - Да, Сашу услышать мне бы очень хотелось. Саша, иди отвечай. Пизда. Паникапаникапаникапаникапаникапаникапаника. - Я не готова. -Два. - Сказала как отрезала. Следом кто-то выходит отвечать, но мне уже не интересно, в голове только «Два» и ничего больше. Время идет и я не замечаю, как урок заканчивается. *** - Да не переживай ты, ты умная, тебе вытянуть эту физику сраную, как два пальца - голос Миланы только подогревает и без того не самую лучшую ситуацию - Да похуй. - Моя любимая фраза. Действует как ножницы, заставляя собеседника забыть все вопросы и закончить разговор. Двигаюсь к выходу из школы, открываю дверь и оказываюсь на улице. Вдыхаю осенний воздух, наслаждаясь солнечной погодой, которая так редка в Сибири, и направляюсь домой. В наушниках играет привычный «Кровосток», спасающий от всего дерьма жизни. Иду максимально медленно, ибо идти домой - значит самой себе подписать приговор. Спустя полчаса подхожу к знакомому подъезду, открываю дверь и как можно медленнее поднимаюсь по лестнице. Подхожу к двери в собственную квартиру и шумно выдыхаю. - Как там по Кровостоку, «думай позитивно, стакан всегда наполовину полон»? Кладу влажную от волнения руку на ручку двери и сжимаю ее, не торопясь ее открывать, ведь я знаю, что меня за ней ждет. - Ладно, чем раньше я это переживу, тем раньше это закончится. Щелчок. Я открываю дверь и захожу в квартиру. На пороге стоит моя мать, поджидая меня из школы. - Ну что, дочь, как в школе дела?