Дракон может всë

      Утро для девушки выдалось очень тяжёлым. Во-первых, это было дикое похмелье, а во-вторых, она не могла никак понять, почему так свободно общалась с теми, кто на протяжении ни одного года унижали её. Да, Гермиона уже не та маленькая девочка и может дать достойный отпор, но всё же.… Почему именно со слизеринцами она провела весь вечер и большую часть ночи?       Девушка поднялась с постели, заправила её и, накинув халат, отправилась на кухню. Всё время, пока готовила себе кофе, она не переставала думать о тех странных событиях, что произошли. И ведь нужно признать, ей понравилось то, как они провели время. В особенности было странным, что Гермиона не курила всё это время. С момента похорон сигареты были как успокоительное для её нервной системы, но вчера они не потребовались.       — Как странно… — прошептала она себе поднос и села за стол.       Её мысли вернулись к одному из моментов: исполнению любимой песни родителей. Никто её так не поддерживал, даже в школе, как Малфой, когда взял гитару в руки. В тот миг, когда героиня войны увидела парня с таким непростым инструментом, она будто смотрела на другого человека. Весь его вид кричал лишь об одном: «Давай, сделай это. Я буду рядом и не дам облажаться».       Грейнджер тряхнула головой при мысли о том, что он ей понравился вчера, и отпила кофе, обжигая язык и нёбо.       — Вот же чёрт! И как только могла о таком подумать. Совсем уже мозги потеряла.       Она отказывалась думать о событиях прошедшего вечера и ночи, слишком сильно было впечатление. Как жаль, что так она не может посидеть с Роном и Гарри. Её когда-то милые мальчики теперь стали мужчинами и решили устраивать свою жизнь, не заботясь даже о том, дабы хоть как-то поддержать.       Внезапно раздался довольно громкий стук в дверь. И нехотя поднявшись со своего места, девушка пошла открывать дверь.       — Боже, можно мне хоть один день побыть одной? Почему люди не могут оставить меня в покое? Хоть сбегай, — ворчала она по пути к двери. Похмелье так и не проходило, а потому она стала ещё вредной и противной.       Уже когда она протянула руку, чтобы открыть, всё её тело охватило волнение. От чего? Почему? Только вопросы и ни одного ответа.       — Рон? — тихо произнесла она, как только открыла дверь и увидела гостя.       Парень кивнул и, отодвинув девушку, прошёл в дом, не дожидаясь, когда его пригласит хозяйка квартиры. Гермионе только оставалось закрыть дверь и пройти в гостиную, где её друг и бывший парень в одном лице уже успешно разместился в кресле у окна.       — Зачем ты пришёл, Рональд?       — Вариант ответа, что соскучился, не будет принят?       — Ты и сам должен понимать, что сказать мне такое как минимум глупо, а как максимум наивно. Так что давай ты просто перейдёшь к делу, и мы снова не будем видеть друг друга.       — Знаешь, Миона. Вчера я был в одном интересном месте.… И что самое удивительное, там была ты. — И Уизли ухмыльнулся.       — Да, вчера я на редкость хорошо провела время. А знаешь, что самое удивительное? Я не чувствовала себя жалкой, как это происходит с тобой или Гарри. Я впервые спела после смерти родителей, и мне жаль, что это не вашими с Гарри стараниями.       — Ну, если ты не хочешь, чтоб об этом узнали другие волшебники, тебе нужно просто обручиться со мной, — самодовольно произнёс её гость и будто был уверен, что девушка согласится.       — Да, кажется, я была лучшего мнения о тебе и нашей дружбе. Ты правда думаешь, что я соглашусь на такое абсурдное предложение? Если да, то ты действительно очень недальновидный человек. Плевать я хотела на то, что ты сделаешь в случае моего отказа, плевать на то, что подумают обо мне люди. Плевать, что будет с моей жизнью дальше. Плевать, понимаешь? Так что можешь идти и делать то, что тебе вздумается.       — Хорошо, Гермиона, я уйду, но думаю, ты сама скоро прибежишь. Как только поймёшь, с кем связалась.       — Быть может, в твоих словах и есть какая-то правда. Например, то, что много лет назад я назвала тебя другом.       После последних слов девушки Рон ушёл, не прощаясь.       Как могла она пропустить момент, что её друг так изменился? Видимо, известность и деньги слишком сильно меняют людей. И тут неважно — магл он или волшебник. Гермионе стало больно оттого, что в очередной раз потеряла друга. И это как ножом по старым ранам, что ещё только не затянулись. Она сползла на пол, чувствуя подступающую истерику, которая на этот раз может закончиться чем угодно, но только не хорошим. Слишком долго она пыталась справиться, слишком долго была одна. И потому, быть может, если её не станет, всем будет жить гораздо проще? Для неё так в первую очередь очень хороший выбор. Никакого давления, никто не будет лезть в душу, и никакого Рона с его шантажом.       — Гермиона! — женский крик вырвал её из размышлений, и Гермиона поняла, что пыталась залезть на подоконник. Великий Мерлин, какая она глупая.       — Не смей этого делать.       Джинни оттащила подругу от окна и крепко обняла.       — Прости, прости меня. Он видел, где и с кем ты была вчера, а я просто не смогла его остановить. Прости меня, — шептала рыжая, пытаясь успокоить девушку, что рыдала у неё на плече. — Рон сильный, но глупый. Скоро до него дойдёт, что именно совершил, и он обязательно попросит у тебя прощения.       — Спасибо, Джин.       Гермиона отстранилась от подруги и попыталась улыбнуться, что не особо удалось с красными и опухшими глазами.       — Так, давай ты примешь быстро душ, а я накрою на стол. Посидим как раньше? Обещаю, ни слова о Гарри, Роне и твоём психическом состоянии. — Рыжая состроила просительную моську, словно маленький ребёнок, и Гермиона согласно кивнула.       И пока героиня войны приводила себя в порядок, девушка сделала то, что никогда раньше не смогла бы.       Спустя час две девушки сидели на кухне, обсуждая школьные годы: кто и сколько проделок учинил, о первой любви, святочном бале, нарушении правил бесчисленное количество раз. У них было множество тем для обсуждения, вот только Джинни слишком любопытная, чтобы не спросить о том, что так сильно хотела знать. Наконец-то она собралась с мыслями и силами и задала вопрос:       — Скажи, какой он со своими друзьями?       — Кто? — Гермиона непонимающе посмотрела на подругу.       — Блейз Забини, — произнесла рыжая, смущённо опустив голову.       — Ну, что я могу о нём сказать. Он довольно открытый и понимающий, умеет поддержать разговор. Что ещё? У него есть свой бизнес, как я поняла, только не знаю какой. — Брюнетка отпила вино из бокала и пожала плечами, мол, больше-то ничего и не знает.       — Слушай, как бы ты отнеслась к тому, если бы я с ним встречалась?       — Ну, если сказать честно, то мне откровенно плевать, кто это будет. Тебе с ним встречаться, а если повезёт, то и жить.       — Знаешь, я тебе завидую. Ты можешь просто послать всё к демонам и сидеть пить. С моей мамой такой номер не пройдёт. Каждый раз за ужином я только и делаю, что выслушиваю её суждения о моей личной жизни. Нет, я понимаю, что каждая мама волнуется за своего ребёнка, но блин, почему она хочет внуков именно от меня? — воскликнула подруга Гермионы и хлопнула по столу ладонью. — Ой, больно, — пропищала и подула на пострадавшую конечность.       — Больно ей, не стоило покушаться на мою мебель, — фыркнула Гермиона.       — Ой, та больно нужно мне твоё старьё. — Усмехнулась Джин.       — Может, купишь другую квартиру?       — Нет, мне это неинтересно. Какая разница, где жить, если мне глубоко плевать? — И Грейнджер засмеялась.       Джинни обречённо покачала головой. А девичьи посиделки только набирали обороты. И ближе к вечеру девушки отправилась в клуб.       В своей жизни Рон ещё ничего не добился, но отчаянно хотел вернуть то, что, как казалось, принадлежит ему. Только всем свойственно ошибаться. Вот и он поступил очень опрометчиво в тот момент, когда решил вернуть девушку шантажом, да ещё и таким глупым. Если же смотреть на всё под другим углом, то парень просто был зол из-за того, что в первый раз его бывшая девушка запела не в их компании, а с Малфоем.       В тот вечер Рон был у барной стойки и смотрел на то, как гармонично они смотрелись вместе. Гермиона играла на пианино, а Малфой на гитаре. Никогда раньше парень так не завидовал блондину, как в тот момент. У него не было мысли шантажировать подругу такими вещами, просто он слишком сильно разозлился, увидев её такой безразличной. А ведь вчера в компании его врагов она выглядела счастливой.       Естественно, молодой человек пожалел о своих словах, как только покинул квартиру Гермионы. И по возвращении домой встретил разъярённую миссис Уизли.       — Рональд, разве я так плохо тебя воспитала? — женщина говорила тихо, но её голосом можно было колоть ледники.       — Мама, я такой идиот… — растерянно произнёс он, усаживаясь за стол.       — Я понимаю, что ты её всё ещё любишь, но ты должен понимать и то, в каком состоянии бедная девочка. И насколько помню, ты бросил её сразу, как только узнал об этом. Так чего ты хочешь добиться теперь? Её любви? Нет, мой мальчик, тебе следует забыть об этом. Гермиона не из тех, кто даёт второй шанс в отношениях. А если такое и случится, то это должен быть воистину любимый. Как говорила одна старая ведьма: если любовь истинная, она способна преодолеть все препятствия на пути к счастливому финалу.       Молли заняла место напротив сына и взяла его за руку.       — Тебе стоит отпустить её, не береди и без того израненную душу.       — Скажи, мам, я действительно самый глупый из всех твоих детей?       — Ну что ты такое несёшь, негодный мальчишка! Я, как твоя мать, не могу сказать, что ты глупый, скорее, до тебя долго доходит. Однако ты самый сильный.       Женщина поднялась и, пройдя к плите, начала заваривать чай. Она всегда так делала, чтобы успокоить нервы. Иногда помогало, а иногда нет. В конце концов, у каждого волшебника есть то, что приносит ему успокоение.       — Вчера она так искренне улыбалась им. С одной стороны, понимаю, что это именно то, что нужно, а с другой — хотелось убить его. Малфой так на неё смотрел всё время, будто готов был съесть, — произнёс Рон, ударив по столу кулаком.       — А ну перестань крушить мебель в доме родителей, — строго произнесла Молли и поставила чашку чая перед сыном.       — Что касается Гермионы и Драко…. Могу сказать лишь то, что их отношения — это вопрос времени. Как говорится, от ненависти до любви один шаг. И с этим мы ничего поделать не сможем. Было видно ещё в книжном магазине, что эти дети как сталь и пламень. Она его заколет, а он не даст ей остыть.       Рон фыркнул и принялся пить чай. После разговора с матерью значительно полегчало. Его разум прояснился, и неожиданно для себя парень решил уехать в горы. Быть может, это ему поможет отпустить девушку?       — Мама, ты же позволишь мне уйти из Министерства и уехать? Нужно многое переосмыслить, да и не помешает расширить свои скудные знания.       Молли снова присела напротив младшего сына и улыбнулась.       — Рональд, ты уже достаточно взрослый мальчик. Прошёл войну и немало пережил опасных приключений. Так как я могу что-то тебе запретить?       Он поднялся со своего места, подошёл к матери и крепко обнял.       — Скажешь всем, что я их очень люблю?       — Конечно, милый, конечно, — ответила женщина, обнимая парня.       — Но тебе следует извиниться перед ней.       — Я обязательно это сделаю, но не в ближайшее время.       Рон отстранился от женщины и направился в свою комнату за вещами. И там его ждал сюрприз в лице лучшего друга. Нельзя сказать, что Гарри был в хорошем расположении духа, скорее наоборот.       — Помнишь те дни, когда мы чуть не погибли? Ты помнишь, сколько раз именно она спасала наши жизни? Столько лет она была нашим мозговым центром, а мы не смогли помочь ей тогда, когда стали нужны больше всего. Не смогли помочь мы, зато смогли они… Я не зря просил его о помощи, не зря рассказал о её привычках. — Поттер не успел закончить, как в комнату влетела его бывшая девушка Джинни.       Она медленно приблизилась к брату, окинув его презрительным взглядом, и со всего размаха влепила пощёчину.       — С этого момента, Рон Уизли, ты для меня никто, — холодно произнесла Джинни, а по её щекам текли слёзы боли.       — Джинни, что такое? — вмешался Гарри.       — Если бы я не появилась вовремя, то Гермиона уже была бы мертва.       И как только девушка ответила на вопрос бывшего парня, покинула комнату, возвращаясь к подруге.       Молодой человек смотрел на очередные документы, что принесли на подпись. Вот только не видел ровным счётом ничего. То, что произошло в его клубе, пугало и разжигало интерес. Мысли Драко метались от одного к другому: то ли сделать всё, чтобы узнать её ближе, то ли нагрубить, как раньше, и больше стараться не пересекаться. Он не мог решить.       Откинув бумаги на другой край стола, парень поднялся и отошёл к окну, мыслями возвращаясь в момент, когда Грейнджер запела. Его не удивило, что она отлично играет на таком музыкальном инструменте, как пианино. Драко был больше поражён тем, насколько хорошо она слышала музыку, когда исполняла песню. Глупо было бы не признать, что она просто восхитительна.       — О чём я только думаю, — буркнул блондин себе под нос и магией призвал бутылку виски. Однако без палочки для этого требовалось немало усилий. Кто бы мог подумать, что выходцу из такой древней семьи невербальная магия дастся с таким трудом.       Только что теперь ему делать со всеми мыслями о ней? Слишком тяжёл будет путь к доверию, и так мало силы воли, дабы отказаться от неё. Гермиона умна и не обделена красотой, так почему бы и не попытаться.       — Босс, — послышалось от двери. Малфой обернулся и увидел одного из своих охранников.       — Что случилось? — Следует отдать блондину должное, но, когда дело доходило до работы, сразу все посторонние мысли автоматически уходили на второй план.       — Там одна дама требует именно Вас.       — Она представилась?       — Да. Гермиона Грейнджер.       Брови начальника клуба взлетели вверх.