А кто твой любимый из ребят?

Парень вышел на балкон, прикрыл дверь и расслабился, оперевшись на уже измученные перила. Снизу возились детишки, в основном шестиклассники и пятиклассники. Остальные выходят чуть позже, словно от этого повышается их уровень крутизны. Но тем не менее, почти каждый день, именно под этим балконом играли 6А, этот такой родной и знакомый для Краткого класс. Как только он попадается на глаза одному из них — не видать друзьям Краткого весь оставшийся день. То туда его поведут, то сюда, то вообще в другой район потащат. Еслиб этот десятиклассник с ними не подружился, Краткий не знает что бы с ним было сейчас. Даже если так, он бы не стоял сейчас на этом балконе, ему в глаза бы не светило надоедливое солнце, он бы не слышал этих радостных и приятных слуху детских голосов. Аж не хочется уходить после десятого, как Краткий планировал изначально. Лишь - бы остаться с ними на ещё один годик, проследить, что же станет с этими детьми через долгое время, через этапы взросления и переходного возраста, что наблюдается у самого Краткого до сих пор. Но этот сплошной поток мыслей прервал дружок Краткого — Ёшка. Ох, что только не пережили эти двое. Бок о бок они ещё с первого класса, пускай и не схожи во многих мнениях, но остаются лучшими друзьями до сегодняшнего дня. Паренёк прикрыл за собой дверцу, также устало подперев спину перилами, а ногами упершись в дверь. — Как там дела? Во что на этот раз играют? — Прикрыв глаза спросил сиреневовласый, просто чтобы не стоять в этой тишине до начала чудной, особенно в этом квартале, ночи. — В казаки разбойники. Сегодня орут громче обычного. — Краткий не отрывал взгляда от ребяток, что носились туда сюда как бешеные. Иногда к ним присоединились детки из 6Б, (там персонажи бзом и бфб) и они, этой дружной оравой бегали то ли в жмурки, то ли в прятки. В такие моменты было особенно приятно смотреть за ними на балконе, но уже вместе с одноклассниками: Фоуром и Иксом. Они вроде не плохие ребята, сначала учились в 9Б, а потом их объединили. Появляется реальное чувство материнства или отцовства, когда снизу кричат „твои и чужие дети„, а вы как четыре мамочки их обсуждаете. Чтож, сегодня, видимо, Ёшка выбрал допрос тишине. Именно такие мысли пролетели в голове Краткого, когда он услышал следующий вопрос: — А кто тебе из них больше всего нравится? — Ёшка указал пальцем на толпу ребятишек, без лишних слов намекая кого он имеет в виду. Но Краткому намеки не нужны. — Хм.. Дайка подумать.. — Краткий и вправду задумался. Никто иной как... Краткий спокойно шел по коридору, смотря куда в потолок. Сейчас, на предверье конца 9 класса, его голова была полностью забита ОГЭ. Но тревожущие мысли разорвал резкий удар в живот, как будто сам Скала Джонсон не пожалел одного удара. Однако, Краткий сумел устоять на ногах, что для него было удивительно. А вот ребенок, видимо, не обладал такой удачей как парень. Завидев, что ребенок уже почти упал, Краткий хватает его или ее за спину обеими руками, и предотвращает падение. Этим ребенком без тормозов оказалась девочка, примерно 12-11 лет, со светло - сиреневыми, явно крашенными, волосами, собранными в два низких хвостика, и в типичной школьной форме. Но вот один ньюанс, который успел заметить Краткий. У девочки были протезы рук. Воспоминание резко оборвалось, словно бумага перед лицом Краткого. — Сейчас.. — Парень взялся за голову, смотря ровно себе на ноги. Взгляд не метался туда сюда, нет, он не нервничал.. — Краткий, Краткий смотри! Я написала тебе стих! — Девочка с широкой улыбкой, своим, на первый взгляд грустным протезом протянула листочек, вырванный из тетрадки. На нем были аккуратно выведены слова. Краткий с улыбкой принял листочек, присаживаясь на свободный стул рядом с девочкой. Парень быстро прочитал стих, положил его на парту, а затем широко улыбнулся. — Это очень круто! И рифма есть, и слог! А ещё то, что ты посвятила стих мне, очень приятно.. — Краткий отвел взгляд, как будто застеснялся. Хотя, судя по его лицу, он и вправду застеснялся. — Хаха! Спасибо Краткий! — Девочка крепко обняла друга, словно он сейчас убежит и не вернётся. Именно это и хотел сделать Краткий в тот момент. Но чтобы не обижать подругу, парень обнял ее в ответ. Сзади подошёл Аз, и поставив руки по бокам, цитировал: — Лол, Краткий, двенадцатилетняя девочка заставляет тебя краснеть. — Краткий хотел провалиться сковзь землю. Но ещё больше он захотел это сделать после слов Чашечки. — Тебя видимо никто ещё в краску не вгонял, да? Стоит задуматься, знаешь ли. — Чашечка скептически подняла одну бровь, складывая руки в крест на груди, отпуская при этом из хватки Краткого. Воспоминание вновь оборвалось, точно также, как и прошлое. — Я точно знаю что это.. — Краткий закрыл глаза, прокручивая в голове ещё один момент. — Ну - ну, Краткий, ты не виноват в этом! Кто бы знал, что этот тупой семиклассник полезет драться! А ты ему правильно по носу надавал, он это заслужил! Он же не сильно пострадал, верно? Не вини себя, все могло закончиться ещё хуже.. — Чашечка мягко поглаживала голову Краткого, пока тот лежал на ее плече. Девочка продолжила шептать успокоительные слова, но не они нужны были Краткому. Ему нужна была Чашечка. Само времяпровождение с ней работает как успокоительное. И именно тогда, именно в тот момент, Краткий понял, что она не простая шестиклассница с протезами рук. Она девочка снаружи, но внутри она глубокая личность, полная своих загадок и тайн. Полная своих звёзд и своих северных сияний. И в этой личности, Краткий увидел себя. Увидел свои проблемы, свои страхи и мечты. Они были похожи. — Чашечка. — Краткий поднял голову, чтобы увидеть, что солнце уже скрылось за горизонтом, а детишки снизу разбежались по домам. Она точно изменила его жизнь.