Никаких обещаний

Michael Fannoun – Love is beautiful

Чонгук много думал. После той ночи все его мысли были заняты старшим братом. Невозможно сосредоточиться на работе, когда твоя голова забита парнем, что сводит тебя с ума. Ты чувствуешь, как постепенно сгораешь, как лёгкие заполняет дым, не давая тебе вдохнуть. Ты сгораешь изнутри, поглощенный чувствами. Медленно. День за днём. Если с Тэмином всё ощущалось подобно вспыхнувшей искре, то с Тэхёном – это был пожар. Чон никогда не испытывал подобного, а в тот вечер он задохнулся. Ему не стоило смотреть на него, не стоило всматриваться, не стоило интересоваться, но он не сумел одернуть себя вовремя. А теперь не посмеет забыть. С Тэхёном непросто. Чонгук чувствует, что тот ему не договаривает, сомневается, боится. Да, он и сам трусит, но желание сильнее. Каждый раз он приближается к нему все ближе и ближе. Скоро между ними совсем не останется воздуха. В тот вечер он покинул квартиру, но не покинул Тэхёна. Их связь становится крепче, чувства растут, а в голове всё больше путаются мысли. Чон стоит на распутье, мечется между правильным и желанным. Его тянет совсем не к тому, кого он должен ждать дома, а к тому, кто глубоко в душу забрался. Помогите ему поступить по совести, Чонгук совсем запутался. Вот только выбраться и решить, что в конечном итоге для него это правильно, должен он сам. На следующий день Чонгук едет в студию и проводит две полноценные съёмки с моделями для модного журнала. Раньше, когда его душили мысли, работа помогала отвлечься. Сейчас он не может сосредоточиться и допускает ряд незначительных ошибок, переставляя моделей, меняя свет и некоторые декорации. Пару раз на перерыве он порывается написать Тэхёну что-то ещё, но одергивает себя, чувствуя неловкость, хотя, казалось бы, откуда? Успокойся, Чонгук, ты вчера дрочил брату своего парня, не веди себя, как испугавшийся мальчик. Он уже дал свое согласие, будь смелее. Единственное, что выходит у него – короткое: заеду в 8 А в ответ: хорошо Чонгук слишком глубоко копает в себе, оттого его собранность летит к чертям. Нервы сдают в самый неподходящий момент, когда нужно позвонить Тэхёну и забрать его на вечер, который он хотел с ним провести. Пока Чон идёт к машине, выебанный сегодняшним днём, телефон вибрирует в кармане, оповещая о звонке. Тэмин. — Да, — берет трубку на последней секунде. — Я тебя не отвлекаю? Привет, Гуки. — Только закончил работу. — Это хорошо, какие планы на вечер? «Зацеловать твоего брата до потери сознания, потому что мне это необходимо» — мелькает в голове, а на деле: — Не знаю, может фильм посмотрю и спать лягу. Я немного устал. Тэмин вздыхает, а Чонгук чувствует, как его сердце горит заживо, рассыпаясь в пыль от лжи. Внутри всё скручивает от того, что совесть в ухо шепчет о предательстве. — Ты много работаешь, больше отдыхай. Я тоже устал, хочется домой. Ты с Тэхёном виделся? У него все хорошо? Он мне не отвечает, естественно, только пишет. А я хотел бы его голос услышать. Он небось там опять заперся дома и не вылезает из своей писанины. Конечно, он тебе не ответит. Совесть сжирает и его внутренности. Вот, что я сделал с твоим братом. Вот, что эта любовь сделала с нами. Мы оба горим в ней, мучаемся, но не хотим отпускать. — Я думаю, у него все хорошо, мы недавно созванивались, голос был бодрым, — нарочно пропускает вопрос о встрече. — Тогда ладно, я тебе верю. Не верь. — Скоро будешь дома, потерпи ещё немного, — Чонгук старается проявить заботу. — Угу. Я скучаю. Так сильно по тебе скучаю. — Я тоже, Тэ, — в груди словно сдавили все лёгкие, воздух больше не попадает внутрь и Чонгук чувствует, что сейчас просто упадёт в обморок, если не сделает вдох. День был длинным, а концентрация угнетения и совести достигла своего пика прямо сейчас. — До встречи. Короткие гудки и плотину срывает. Чонгук опускается на колени возле машины, лбом утыкаясь в холодный металл. Его гложет чувство вины. Тэхён прав – они оба предали самого дорогого им человека. Короткими вдохами Чон восстанавливает свое спокойствие и садится в салон автомобиля. Да, день был длинным и чертовски тяжелым. Сейчас ему нужен только один человек. И этот человек – Ким, мать его, Тэхён. Чон забирает Тэхёна возле подъезда и они едут по оживленным, вечерним улицам Сеула. Украдкой посматривает на него, ловит на себе такие же мимолетные взгляды и улыбается в ответ. Длинные ресницы соприкасаются с прядями, что закрывают глаза, создавая некую таинственность. Тэхён до безумия красив. Особенно сейчас, когда искусственный свет, попадая в окно, оставляет блики на лице. Чонгук в голове воспроизводит все моменты и ощущения от встреч с ним. Эмоции и чувства всегда обострены, сердце колотится как бешеное, а дыхание становится учащённее. Кто-то скажет, что такая реакция организма на человека – знак не приближаться. Мозг ощущает себя в ловушке и пытается защититься. Всеми силами он подает сигналы нашему телу сопротивляться. Не пускать это в сердце. Не открывать душу. Но мы всегда проигрываем. Сами приглашаем внутрь, наливаем чай и мило рассказываем, как с нами нужно обходиться. Любовь приходит не сразу. Не с первыми бабочками в животе или стуком сердца. Она ждёт, пока сойдёт эйфория и человек откроет глаза. Чонгук открыл глаза. Он понял, что, наконец-то, в его жизни появился человек, которому хочется открыть дверь и впустить внутрь. Вот только не всегда то, что мы пускаем в свое сердце – правильно. Иногда нужно перебороть себя, переболеть, искалечить, убить. Но не поддаваться. Пусть стучит в двери, пусть умоляет впустить – не поддавайся. Чонгук поддался. Ресторан La Yeon располагается на крыше отеля Shilla Seoul. Это одно из немногих мест, в котором Чонгук чувствует себя поистине комфортно. Панорамный вид на город из окон этого заведения приводит его в восторг. Хочется разделить не только эту красоту, но и талант шеф-повара с любимым человеком. Тэхён осматривает зал, пока идёт вслед за Чоном к их столику: светлые стены, покрытые незамысловатыми бежевыми узорами, столики с белоснежными скатертями, разделённые между собой витиеватыми деревянными перегородками, приглушенный свет и огромные панорамные окна в пол. Чонгук замечает восторженный взгляд и мысленно ставит себе галочку в голове: не прогадал. Чем спокойнее место, тем больше оно нравится Киму. Заказ делает Чонгук. Он выбирает на свое усмотрение, уточняя лишь детали: что любит Тэхён, на что следует обратить внимание и что он вообще не ест. — Говяжьи рёбра в соевом соусе, салат из медузы и красного перца, морской окунь с рисом, ягнёнок в белом соусе и бутылку Брунелло 96 года, — продиктовал заказ официанту. — Вино можно принести сразу. — Хорошо, господин. Приятного вечера. — Не нужно было так тратиться. Я бы всё равно оценил, — мнётся Тэхён. — Но я хочу. — Ты невыносим, знаешь? — Ты хотел сказать: «Лучше всех»? — Я промолчу. Официант приносит вино, разливает по бокалам, а Чонгук, наблюдая, как заполняется стеклянный сосуд, представляет, как в данный момент заполняется его сердце. Нежность и тепло разливаются по всему телу, когда он слышит звон хрусталя, а потом ловит на себе улыбку и смущение напротив. Тэхён топит его, а он даже не старается удержаться на поверхности. — Еда очень вкусная, — подмечает Ким, когда пробует сначала рёбра, а потом салат из медузы, — я давно не был в таких местах. Ты здесь частый гость? — Не совсем, пару раз здесь проходили мои встречи с коллегами по работе, — Чонгук чувствует на себе тот самый вопрос, который Тэхён не произносит вслух. — Я никогда не приводил сюда Тэмина. — Ясно. Но тебе стоит, наверное, показать ему. Он знал, что так будет. Рано или поздно этот разговор должен был перейти в другое русло, коснуться того, о чём Чонгук не хочет говорить. — Тэхён, — обращает на себя внимание Чонгук, — ты хочешь обсудить это сейчас? — Да, хочу, — опускает глаза. — Он звонит мне, а я даже не могу взять трубку и поговорить. Я не могу, Чонгук. — Я понимаю. То, что происходит между нами – это взрыв. Мы оба попали в эпицентр. Никто не знал, что так случится. Сколько раз Чонгук пытался понять, сколько дней провел в раздумьях, но так и не смог выкинуть из головы Тэхёна. Его глаза, его руки, его голос – он видит их каждую ночь. Он чувствует его каждую ночь. Тэхён – это дурь, которую приняв один раз, почувствовав вкус, захочешь ещё. Остановиться всегда сложно, а забыть, каким податливым и горячим было его тело – невозможно. — Я хочу забыть тебя и не знать никогда, ДжейКей. — Я бы не смог забыть, даже если бы захотел. — Говоришь, как влюбленный дурак. — Наверное, так и есть, — пожимает плечами Чонгук, не сводя глаз с его наваждения. — Тэмин скоро возвращается, я не смогу быть рядом с тобой, когда будет он. — Не думай пока об этом, я всё решу. — Чонгук, — предостерегает Тэхён, — не разрушай ваши отношения. Я не стану твоим. — Почему ты это делаешь? Зачем женишься? — Так нужно. Я дал обещание. Ничего уже не изменить. Чонгук тяжело вздыхает, прикрывая глаза, касается губами бокала и отпивает немного вина. Тэхён повторяет за ним, будто читает его мысли или видит насквозь. Ему тяжело. Горечь разливается по телу, а на языке, так кстати, вяжет терпкий, сладковатый вкус винограда. Больше нечего сказать или сделать, он его не послушает. Либо принимаешь правила игры, либо выбываешь – всё просто. Но Чонгук не готов уйти. У него внутри горит и жжётся где-то в районе солнечного сплетения. Так ощущается страх и предвкушение неизвестности, в которую он шагает, закрывая глаза. Он его не оставит. — Хорошо. Значит, будешь моим, сколько сможешь. — Ты ведь не отступишь, да? — Ты сам этого не хочешь, Тэ. Чонгук не планировал отпускать сегодня Тэхёна, но тот настоял, чтобы его отвезли домой. А потом, сидя в салоне автомобиля, он наблюдал, как удалялся силуэт того, в кого он был безумно влюблен. Домой ехать совсем не хотелось, поэтому Чон остановился у ближайшего бара, который попался ему по дороге. Уже совсем не важно, что утром лететь на съёмки в Чеджу, сейчас главное скинуть всё напряжение. Местный бармен по имени Николас выглядит довольно забавно. Точно не кореец, потому что глаза у того большие, глубокие, синие словно море, а ещё он рыжий с длинными волосами, которые собраны в пучок на макушке, и руки, покрыты черными узорами. Красивый? Да. Во вкусе Чона? Нет. Никто больше не сможет затмить красоту Тэхёна. Он это уже понял, несмотря на то, что уже третья стопка водки обжигает нёбо. Бармен мило улыбается, иногда что-то комментирует, интересуется, почему Чонгук здесь один и такой грустный? Но он не грустный. Он влюблённый эгоист, который хочет заполучить себе брата своего парня. Смешно? Кому расскажи, обхохочутся тоже. Вот только здесь не смеяться, а плакать надо. Один предаёт другого. Грязно и некрасиво. Ложится в кровать с другим человеком, не думая о последствиях. Можете осуждать его сколько угодно – заслужил. Сердце не выбирает, оно предает. Тебя, твои принципы, твою жизнь. Сердце просто находит того, кому хочет отдаться. А мы должны мучиться и умирать каждый раз, борясь с ним. Чонгук уже не борется, он просто следует за своими чувствами, которые всколыхнули его душу. Последует ли за своими Тэхён? Ему только предстоит узнать. — Мда… — тянет знакомый голос возле уха, — не думал, что увижу тебя здесь, Джей. Чонгук оборачивается, встречаясь глазами с Каем. — Какого хрена ты тут забыл? — Ты на моей территории, как бы. И действительно. Чон осматривает зал более внимательно, потом прокручивает в голове весь маршрут и до него доходит – это сеть баров "Black Mirror". Конечно, он неспроста сюда приехал. Это место он раньше посещал очень часто, поэтому дорога отпечаталась в памяти настолько, что приехал на автомате и даже не понял. — Точно. — Так, какими судьбами? Пришёл сломать мне челюсть? Чонгук усмехается. Да, этот сучёныш ещё долго будет помнить. — А есть за что? — Не думаю, но тебе ведь повод не нужен. Ты всего лишь рьяно опекаешь брата своего парня, так? — Не опекаю. Ты это хотел услышать? — Да. Это низко, Джей, ты ведь понимаешь? — В моралисты заделался? Не нужно мне читать нотации, я прекрасно всё понимаю, но… — Но…всегда есть но, верно? Решил попробовать второго брата, чтобы потом решить, кто из них лучше? — Вот сейчас ты даёшь мне повод. — Ты сломаешь их обоих. — Ты нихрена не понимаешь. — Я прекрасно понимаю. Я вижу тебя насквозь, — Кай машет рукой бармену, а потом снова оборачивается к Чону. — За мой счёт. Не налегай на выпивку, лучше езжай домой. Чонгук хмыкает, провожая взглядом уходящего Кая. Похоже, ему и правда хватит. Вызвав трезвого водителя и приехав домой, Чон не спешит ложиться в кровать. Алкоголь немного ударил в голову, поэтому он заходит в чат и пишет Тэхёну: ДжейКей Спишь?

Винченцо

Кажется, так уже начинался один диалог…

ДжейКей А потом ты скинул мне свое фото

Винченцо

Ты будешь мне об этом всегда напоминать?

ДжейКей Возможно… Хочу ещё твоё фото

Винченцо

Нет, больше никаких фото

ДжейКей Давай, всего одно Хочу увидеть твою тату

Винченцо

Странно, что ты ее не увидел

Был к ней так близко

ДжейКей Хм…я был поглощен другим)

Винченцо

Заткнись

ДжейКей Давай, Тэ Я же не прошу скинуть фото члена

Винченцо

Этот этап уже пройден экстерном

Ладно…

[получено изображение]

ДжейКей Пиздец

Винченцо

Я знаю

А теперь засыпай

ДжейКей Уснёшь теперь после такого Расскажешь мне потом почему именно эта фраза?

Винченцо

Я подумаю)

Доброй ночи;)

ДжейКей До завтра, Тэ** Чонгук сохраняет фото в невидимую папку, закрывает глаза и представляет, как губами ласкает кожу на бедре. В том самом месте, где мелким шрифтом набито don't stop. Его Тэхён. Нет, он никогда не сможет забыть. Эти чувства не вырвать и не стереть. Они слишком сильные, слишком глубокие, слишком настоящие. Они всё для него. Только для одного человека, с именем которого, он засыпает, так и не добравшись до кровати.