Он идёт по пятам.

Он придёт за каждым. Стук. Ещё и еще, пока он не становится громче моих собственных шагов. Кровь бьёт по вискам, пока страх сковывает тело, не позволяя издать единого зука. Мурашки бегут по телу, вновь рассказывая о самых тёмных, поттаенных и мерзких закаулков моей души. В лицо бьёт трупный запах, пока я медленно щупаю стены, ища хоть какую-то опору. Обувь начинает скользить по полу. Я медленно опускаюсь на корточки, все ещё держась кончиками пальцев за выступ стены, пока другая рука вбирает в себя животворящую жидкость, которая сейчас символизирует смерть. Я втягиваю запах, тут же резко поднимаюсь борясь с приступами тошноты. Определённо переборщила с добавкой тыквенного супа, вкус которого подступил к горлу. Я вновь, уже в который раз оставляю кровянной след на белоснежной ночнушке и следую дальше, пока меня не останавливает блеск крови на полу и слабый свет факела за углом сего подземелья. Набираю темп и бегу вперед, старательно оббегая багровые лужи, которые при малом свете казались мрачно темными, заставляя сознание задуматься о таких мелочах, как напиток смерти в моем котле на уроке зельеварения. Определённо оттенок очень похож. Да, я даже с уверенность могу утверждать, что кровь в темноте очень схожа с тем самым зельем. "Напиток смерити" и "животворящая жидкость"... Я вновь отвлекаюсь от своего кошмара. Заносчивая Гриффиндорка! Даже нормально не могу расхаживать по закоулкам своих страхов. Что ж, в какой-то степени это должно вас забавлять. Нет? Значит я ужасно плохой рассказчик. Бывшая "Заносчивая Гриффиндорка" раскрывает глаза под рваный вдох, стараясь прогнать по лёгким воздух, которого кажется слишком не хватало. Она нервно нащупывает волшебную плочку, зажигает камин невербальным заклинанем, и уже под блеклым светом горящих полений спускает ноги с огромной кровати, просовывая ступни в тапочки с милыми бунбонами. Тяжело встает, одаривая обеспокоенного и старого кота усталым вниманием. Тот тихо мявкает, заставляя хозяйку произнести его кличку, окончательно пробудив животное, и накормив сие существо одной горстью кошачьего корма. Определённо, в свое время Крукшенс питался более изысканной пищей, но насыпать гранулы увы легче, чем несколько раз на дню беспокоиться о том, чем же накормить ужасного кота. Женщина моет руки, уже окончательно злившись на слишком яркий свет в ванной комнате. Наклоняется и смочив лицо в воде, пользуется полотенцем. Следом выпивает стакан воды, принимает снотворное, успокоительное, вновь проверяет исправность будильника и в очередной раз оказывается в объятиях постели и облачного одеяла, засыпая вместе с котом, который нагло устроился на груди жещины. Несмотря на все недовольство, та засыпает и проспит спокойной до утра, благодаря махнатому другу. Следователь опускается на колени, щупает запястье убитой, скользит взглядом по её обнаженному телу, обозначает дату смерти по пятнистому узору собранной крови на груди, по бледной спине, по гобкости тела. Тихо, под запись диктует свои наблюдения, стягивает перчатки, спускает одноразувую маску с носа, после сверяясь с судмедэкспертом и покидая труп. Убитую обнаружили в мотеле, полностью обнаженную, без признаков магии и волшебных следов. А убийца пользуется простым ударом ножа, а точнее несколькими, рваными и хаотичными, больше походившими на бред ненормального, но это очередное убийство, которым занимается именно министерство магии, ведь каждая из жертв имеет побелевшую от времени метку на предплечье. И каждое убийство становится открытием для министерства, ведь по их данным, каждый пожиратель смерти или за решеткой, или оправдан, или убит. Этот же, "старый защитник", как его прозвали в отделе, жёсткого убивает пожирателей смерти, о которых нет не единой информации в хранилище. Только вот, где он был раньше? Почему появился через почти десять лет и начал свою месть именно сейчас? Северус бы разгадал загадку. И да, мисс Грейнджер вновь в дальние мертвых, с простым букетом цветов посещает могилы Фреда, профессора Люпина, Нимфадоры, Сириуса Блэка и других, положивших свою жизнь за наше спокойное будущее. Все они рядом, пестрят золотыми гравюрами о подвигах в войне, стоя в могилах плечом к плечу. Она пускает слезу, быстро смахивает и оставив цветы, скользит взглядом по тёмному столбу Северуса Снейпа, сжимает губы и покидает столь ненавистное место, возвращаясь домой. Снова встречается с кошмарами, по привычке кормит кота, ополаскивает лицо и принимает успокоительное.