Можно мне посмотреть на тебя?

— Я бы хотела, чтобы ты надела его сегодня вечером. — Энид оторвала взгляд от компьютера на коленях, забыв о домашнем задании. Уэнсдей стояла в нескольких метрах позади нее, сцепив руки за спиной. — Э-э, что такое "это?" — Страпон. — Энид уронила телефон на компьютер. Ее желудок сжался от волнения и быстро растущего возбуждения.  — О-о? — Хотя мне очень нравится доставлять тебе удовольствие, я хотела бы испытать, на что это похоже. — Уэнсдей, похоже, не понимала, насколько измотана Энид. — Ты хочешь сделать это сейчас? — Сердце блондинки сжалось в груди, кровь прилила к голове, и у нее слегка закружилась голова. — Ты можешь продолжать делать домашнее задание, если хочешь. Я могу писать свой роман, пока жду. —  Энид подавила смех. Только Уэнсдей могла быть такой спокойной, как будто она заказывала чистку зубов вместо сеанса со страпоном. — Я определенно не смогу сейчас сосредоточиться на домашнем задании, — рассмеялась Энид. Уэнсдей послала ей небольшую ухмылку.  — Очень хорошо, — сказала девушка, сбрасывая черную толстовку с капюшоном и кладя ее над кроватью. Энид быстро закрыла компьютер и сунула его вместе с телефоном в угол стола. Она опустилась на колени и полезла под кровать в поисках коробки с нужным предметом.  Каждый раз, когда Энид и Уэнсдей использовали страпон, Энид не могла не смеяться и не краснеть от истории, стоящей за этим. После того, как они с брюнеткой начали встречаться (или ухаживать, как настаивала Аддамс), Йоко подарила Энид розовую сумку с широкой ухмылкой на лице. Глаза Энид расширились, когда она достала коробку из сумки.  — Щенки любят трахаться, верно? — Йоко пошутила. Энид вспомнила, как бросила страпон в голову Йоко, но позже той же ночью тайком протащила его обратно в ее комнату и комнату готки, спрятав сумку под кровать. Энид сняла с себя одежду, смутно осознавая, что Уэнсдей уже разделась и откинулась на кровать Энид. Для девушки, которая утверждала, что у нее аллергия на цвет, они часто занимались сексом на кровати Энид, а затем переходили на кровать Уэнсдей, чтобы поспать. Аддамс утверждала, что цвета были слишком яркими, чтобы заснуть. В любом случае, ее кровать была удобнее для траха. Блондинка натянула ремень на бедра, черные кожаные ремни ремня безопасности слегка врезались в более полные части ее бедер. Бедра Уэнсдей были стройнее, и Энид изо всех сил пыталась отрегулировать упряжь, чтобы она подходила ей должным образом, потому что у нее дрожали руки. Жар начал накапливаться в нижней части ее живота, когда она затянула ремни вокруг бедер. В последний раз, когда они использовали это, Энид оказалась на вершине Уэнсдей, катаясь и катая бедра на ремне во время последней течки. Воспоминание вызвало дрожь по ее спине. — Ты очень хорошо выглядишь в черном, — сказала Уэнсдей со своего места на кровати.  — Мне кажется, я выгляжу нелепо, — нервно сказала Энид, нежно покусывая нижнюю губу. — Любой, кто носит более двух цветов, выглядит нелепо. — Энид закатила глаза. — Уэнсдей, я голая. Я не ношу никаких цветов. — Правильно. И мне это нравится. — Ты невыносима, ​​— простонала Энид. Она закрыла лицо руками, пытаясь скрыть расплывающуюся на лице улыбку. Нервы и дискомфорт постепенно уходили. Она подошла к кровати и легла рядом с Уэнсдей, страпон слегка постучал по бедру черноволосой девушки. Энид хихикнула. — Сожалею. Уэнсдей просто смотрела на нее широко раскрытыми глазами, ее дыхание было немного прерывистым. Она нежно опустила лицо Энид, оставляя нежные поцелуи в уголках ее рта и подбородка. Энид застонала, и эта удивительная нежность пронзила ее сердце жаром. Ее рука нащупала голое бедро Уэнсдей, слегка коснувшись кожи большим пальцем. Ее бедра дернулись в ответ. Были времена, когда Энид хотелось, чтобы Аддамс была более открытой в своих эмоциях, не сдерживая постоянно свои реакции на вещи. Но, видя еле заметные движения и слыша почти сдержанные звуки от девушки, тело Энид взорвалось чувствами, потому что она заставила Уэнсдей чувствовать так сильно, что она уже не могла сдерживать все, что чувствовала. От одной этой мысли у Энид закружилась голова. Энид прижалась носом к шее Уэнсдей, уткнувшись носом в мягкую кожу и время от времени оставляя на ней поцелуи. Ей ничего не хотелось, кроме как задушить брюнетку поцелуями, прикосновениями и любовью, но она сдерживала себя, ставя себя ближе к уровню готки.  Уэнсдей внезапно схватила Энид за ягодицы и бедра, подтянув ее бедра ближе к своим. Энид коротко вздохнула, отстранившись от плеча Аддамс, чтобы посмотреть на девушку. Ее широко раскрытые глаза смотрели на Энид, дыхание касалось губ друг друга. — Ты… ммм, готова? Должна ли я сначала использовать свои пальцы? — прошептала Энид, почти касаясь губами рта Уэнсдей. Одна вещь, которую Энид узнала о Уэнсдей, - она ​​не очень любила предварительные ласки. Энид совсем не возражала. — Никаких пальцев. —  Сказала Уэнсдей, голос сильный и уверенный. Она выдержала взгляд Энид, глаза блондинки отражали нервы, которые она чувствовала в своей груди. Аддамс приложила холодную руку к ее щеке. — Расслабься, Энид. Ты не причинишь мне вреда. — Хорошо. Но дай мне знать, если я это сделаю. — Уэнсдей просто уставилась на нее, позволяя Энид собраться. Кожа оборотня гудела, из-за чего было трудно сосредоточиться на чем-либо. Аромат брюнетки, тонкий баланс между чернилами и стареющими страницами книг, смешанный с сильным запахом ее возбуждения. Голова Энид была нечеткой, запах только усиливал пульсацию, которую она чувствовала между ног.  Она приложила головку страпона к ядру Уэнсдей, захватив часть влаги, которая была между ног девушки. Черноволосая девушка под ней продолжала смотреть, ее лицо ничего не выражало, но Энид увидела, как ее ноги напряглись, готовясь. Она шла медленно, держась теплыми руками за тонкую талию и бедра Уэнсдей. Она была удивлена, встретив небольшое сопротивление, и вскоре обнаружила, что ее таз соприкасается с тазом девушки под ней. Единственным признаком того, что Уэнсдей реагировала на придаток внутри нее, было учащение дыхания, резкие вздохи из носа. — Все хорошо...? — Да. Ты можешь дальше продвигаться. — Энид закусила губу и кивнула. Она подавила зуд, чтобы высвободить когти, отпрянула и снова вошла внутрь, немного быстрее, чем раньше. Энид громко застонала, наблюдая, как глаза Уэнсдей слегка закатились. — Это… действительно хорошо, Энид. —  Голос Уэнсдей был более грубым, чем обычно, и Энид почувствовала, как жар от паха прилил к голове. — Ты так хорошо пахнешь, — услышала Энид собственный голос. Ее возбуждение заставляло все звучать так, как будто оно было под водой. Волк вцепился ей в живот, отчаянно пытаясь вырваться и взять верх, но она сдержалась.  После еще нескольких нежных толчков, Энид вошла в Уэнсдей резким, быстрым движением бедер. Она услышала, как Аддамс ахнула, звук пронзил ее до глубины души. Волк в ней выл.  — Ты…хочешь, чтобы я двигалась быстрее? — Энид слегка запыхалась.  — Да. — Зрачки Уэнсдей были расширены. Энид сильнее прикусила губу; она почувствовала, как ее клыки заострились.  Энид снова быстро дернула бедрами, только наполовину вытянувшись, прежде чем снова войти. Она переместила руки со стороны Уэнсдей на матрас по обе стороны от лица Уэнсдей, мышцы ее руки напряглись и слегка дрожали от сдерживания. Кончики ее пальцев покалывало от желания выпустить когти, из горла вырвался сдавленный всхлип. Основание страпона терлось о клитор Энид при каждом толчке. Она почувствовала теплое дыхание Уэнсдей возле своего уха, когда уткнулась лицом в шею девушки. Острые ногти вонзились в бедра Энид, когда девушка под ней обвила одну ногу вокруг ее бедра. Оборотень заскулил от этого ощущения. — Я скоро..., — выдохнула Уэнсдей в ухо Энид. От этого по шее и спине блондинки пробежали мурашки. Ее толчки были еще быстрее, чем раньше, ее ядро слегка горело от усилий. Волк взвыл, побуждая ее сильнее вонзиться в Аддамс Черноволосая девушка прошипела "да", когда Энид слушала, и сильнее вонзила пальцы в кожу Энид, оставляя следы в форме полумесяца. Энид почувствовала, как брюнетка напряглась под ней, ее глаза, которые всегда смотрели так напряженно, были плотно закрыты. Ее рот был открыт. В то время как их сексуальные контакты в основном вращались вокруг Уэнсдей, доставляющей удовольствие Энид, из тех немногих случаев, когда оборотень имел удовольствие довести девушку до оргазма в ответ, она быстро запомнила выражение лица Уэнсдей, когда та собиралась кончить.  Последний глубокий удар отправит Уэнсдей через край. Энид услышала сдавленный стон в глубине горла, прежде чем почувствовала острую боль в правом плече. Брюнетка вонзила зубы в кожу Энид. Оргазм Энид внезапно пришел с этим чувством. Мышцы ее рук и спины напряглись от напряжения, бедра закачались, когда удовольствие ударило ей в голову. Громкая смесь стона и воя вырвалась из ее клыкастого рта, когти разорвали простыни над головой Уэнсдей.    Бедра Энид хаотично дернулись, когда последние волны удовольствия прокатились по ее телу. Она смутно осознавала, что Уэнсдей крепко прижимает ее к ее меньшему телу, холодные руки и ногти мягко царапают скальп Энид. Ощущение, вкупе с ароматом их теперь уже смешанного возбуждения, заставило блондинку покрыться новой дрожью, но она подавила ее.  — Я заставила тебя истекать кровью, — задыхаясь, сказала Уэнсдей, и небольшое количество крови окрасило ее зубы, когда она говорила. Энид едва уловила свой голос или боль в плече, в ушах звенело от толчков ее оргазма.  — Я думала, что я та, кто должен кусать тебя, — сказала Энид, затаив дыхание. Она медленно вытащила страпон из девушки под ней, глаза Аддамс подергивались, а нос слегка морщился от ощущения. Она повернулась на бок и смахнула капли пота со лба. Уэнсдей слегка ухмыльнулась оборотню в ответ на ее слова, на левой стороне ее лица появилась ямочка.   — В следующий раз я, возможно, позволю тебе это сделать.