A New year party just for two of us

Бродя мимо однотипных полок супермаркета становится ужасно скучно и нудно, почти на всех них лежат одинаковые вещи с изображениями Санты, оленей и каких-то странных детей. Всё такое одинаковое, и по идее должно поднимать настроение и воодушевить, но что-то не так. От вида очередной красной тряпки или кружки хочется пустить вздох, особенно смотря на цену товара. Парень смотрит на ещё один какой-то товар в тематику праздника и идёт дальше, в сторону продуктовых полок. Новый Год Юнги никогда особо не нравился. Люди наряжаются в какие-то клоунские наряды и сидят дома, тупо едят и смотрят телек. Все его знакомые обожали этот день, но Мин оставался холоден к празднику. А зачем, если вместо этого он может спокойно заняться своими делами? А дела у него были, например, учёба и занятия в кружке. Пусть там тоже все предпочитали в этот день придти в клубную комнату как-то нарядившись, подобно клоуну, но Юнги просто старался не обращать на таких людей внимания. Он и так был не особо общительным, а в подобные моменты вообще отстранялся от всех и сидел один. Мама не была против того, чтобы сын иногда побыл в одиночестве, так как ему так было удобно. Конечно, хочется, чтобы у твоего ребёнка было много друзей, и он ходил с ними гулять и веселиться, но если уж так получилось, что он не общительный, что можно поделать? Она старалась подтолкнуть Юнги к общению, но выходило плохо, и в итоге он только сильнее закрывался в себе. На праздниках он редко сидел дольше часа с родными и просто уходил в другую комнату, сидел там и ждал конца вечера, когда снова сможет побыть спокойно один, чтобы его никто не трогал и не спрашивал в сотый раз один и тот же вопрос, как это любили делать его дяди и тёти. Мама смотрела ему в след с печалью, понимая, что исправить она ничего не может, и её сын такой, какой есть, но и лучшего для него хочет. Бабушка сидела рядом и с ней это обсуждала, что внук какой-то ну очень уж нелюдимый, друзей нет вообще, только и делает, что сидит дома, да занимается не пойми чем. Женщина вставала на сторону сына, но всё же внутри своей головы понимание ситуации есть, надо только решение найти. И ближе к тому, как сын становился всё старше, она просто смирилась с этим. Она была рада, когда он рассказывал ей про своих знакомых, но понимала, что общение — не совсем то, что ему нравится. Когда Юнги окончил школу и поступил, она не могла найти себе места для счастья, и ещё долгое время ходила и рассказывала всем, как она горда своим сыном, какой он молодец, что поступил. Сын уехал, а проблемы-то остались прежними. Юнги всё так же был не особо общителен, как со своей группой, так и с соседом по комнате. Намджун, высокий и умный парень, который обожал свой велик, иногда звал Мина с собой на прогулку по парку или выйти куда-то пройтись, но парень чаще всего вежливо отказывал, лишь изредка выходил с соседом до соседнего кафе. Ким ему нравился, определённо. Он не мешал, был понимающим и убирался вовремя, не оставляя после себя горы мусора. Да иногда мог что-то случайно задеть, но всё поправлял в точности как было, или чинил сам. Юнги с ним, на самом деле, очень повезло, правда. Спустя год, когда они снова оказались в одной комнате, Юнги начал понемногу сближаться с соседом, что вылилось в хорошую дружбу. Он даже с мамой его познакомил, пусть и по телефону. По голосу было слышно как она рада другу сына. В отличии от Юнги, Намджун был более общительным парнем, и имел ещё друзей помимо своего соседа. Иногда они приходили к ним в комнату за чем-то, и потом перешептывались с Кимом о том, что думали, что тот живёт один вообще. Юнги становилось немного не по себе после такого, и он старался почаще показываться из комнаты, но бесполезно. Намджун иногда ходил на тусовки в универе, или к знакомым, так что порой мог зайти с девушкой под боком, а на утро извиняться перед соседом за неудобства. Юнги всё понимал и прощал, ну что поделать, если так уж случилось. Вслед за извинениями шли сладости, так что Юнги был более чем доволен. На этот Новый Год Намджун задумал пойти на вечеринку знакомого со старшего курса, так что почти весь день сидел и думал, в чём пойти, а, учитывая, что они решили наряжаться как на Хеллоуин, но отмечать Новый Год как обычно, мороки с костюмом хватало. Мин только пожелал удачи и ушёл в магазин. Постояв недолго у полок с сырами, парень задумался. А может и ему стоит пойти? Он всё равно будет как обычно скучать в этот день, а там если не повеселится, то хотя бы выпьет нахаляву. А с его-то скудным бюджетом эта мысль стала ещё приятнее, так что Юнги разворачивается в сторону тех нелюбимых полок и ищет там среди всякой бесполезной фигни что-то, в чем можно было бы пойти. Чёрная дешёвенькая шляпа ведьмы выглядит нормальнее всего, так что парень берёт её и возвращается к своему списку продуктов. Закупившись в итоге всем нужным, он забирает пакет и идёт в общагу, надеясь, что сосед ещё не ушел и подождет его. Уже в общежитии, когда парень поднимался на свой этаж, его чуть не сбил какой-то парень. Тот, конечно, извинился, прежде чем скрыться на лестничном пролёте, но всё же неприятно. Юнги вздыхает лишь и заходит к себе в комнату, где Намджун сидит перед кроватью на полу. — Что сидишь? — спрашивает он у Кима, поставив пакет с продуктами на стол у холодильника. Намджун поворачивается к Юнги лицом и машет ему рукой в знак приветствия. — Сижу гадаю, что мне надеть. Никак не определюсь с нарядом. — А я думал, ты давно всё решил. Ты ж вроде думал одеться как Шелдон? — Да, но потом оказалось, что у меня нет ничего похожего на одежду Шелдона. Так что выбор не такой большой у меня. Есть может идеи какие-то? — Юнги подходит к нему и смотрит на бедную кровать, на которую вывален, кажется, весь гардероб Кима. Даже идей каких-то не было, если честно. Юнги и сам-то не знал, что надеть, но у него хотя бы шляпа была для образа, а у Намджуна ничего. Парень достаёт телефон и лезет в Интернет, чтобы хоть что-то посмотреть, и тут ему пришла идея. — Скажи спасибо, что твой сосед любит посидеть поиграть в игры, а не тусить. Есть идейка, — он замечает, как Намджун буквально засветился улыбкой от слов друга, и обнимает его за ноги. Юнги пошатывается и опирается руками о крепкие плечи Джуна. — Тише, я так упаду. — Проси, что хочешь. — Тогда перестань храпеть, пожалуйста, очень поможет. — Хех, ну тут уж прости. — Тогда значит я иду с тобой сегодня, считай это моё желание, — Ким поднимает голову на него и, недоумевая, смотрит. — Что? — Ты и пойти на тусовку? Кто помер в лесу? — улыбается Джун, на что получает несильный толчок коленом в лицо, приходится выпустить друга из крепких объятий. — У тебя хоть костюм есть? — Не поверишь, — говорит Юнги, достаёт из пакета чёрную шляпу и демонстративно на себя надевает. Ким кивает на это и поворачивается снова к вещам. — Так что у тебя там за идея? — Юнги достаёт снова телефон и, быстро набрав нужный запрос, открывает изображение, и показывает его Киму. — Ну, допустим, у меня есть белая водолазка и пиджак чёрный, брюки могу пойти попросить. А что с гримом и очками? — Грим по-любому есть у девок в комнатах, если что пойдём попросим помочь. И не закатывай мне глаза, сам ничего не придумал, так терпи. А очки мы возьмём твои, только вырежем два круга из папок каких-то и налепим как-то. — Хорошо, допустим. Надо пойти, наверное, к Югём-хёну, у него, вроде, как мой размер, может быть даст на вечер поносить, — Ким встаёт с пола и поправляет на себе шорты. Проходя мимо Юнги, он хлопает того по плечу и идёт к двери. — Спасибо большое. —Ага. Ким скрывается за дверью, а Юнги вздыхает и снимает шляпу. Идея пойти на тусовку нравится с каждой минутой всё меньше и меньше, но уже было поздно давать заднюю. Намджун по-любому расскажет, что Мин пойдёт вечером, и подвести как-то не хотелось его. Положив последнюю вещь в холодильник, Юнги подходит к своему шкафу и думает, в чём же ему идти-то. Шляпа чёрная, значит, остальное должно быть в тон, типа того. Парень не-то, чтобы был прям модником и разбирался во всей этой теме, он скорее носил просто то, в чём ему было просто удобно, и не ебал себе мозг. Взгляд привлекают черные брюки, которые сразу оказываются на кровати, вслед за ними летит белый свитер. Юнги был не самым холодотерпимым из людей, так что пусть будет свитер. Брюки, вроде, не сильно мятые, так что можно и так пойти, свитер на теле разгладится, а кеды чистые стоят у двери. Волосы укладывать нет особого желания, расчесать и нормально, что париться. Он туда вообще идёт, чтобы посидеть и выпить, а не красоваться для кого-то, так что пойдёт. Довольный собой парень садится за стол и включает ноутбук, чтобы недолго посидеть за ним и посмотреть что-то интересное, в это время как раз приходит Намджун с парой белых джинсов в руках и довольной лыбой. Юнги ещё раз показывает референс образа, и принимает на себя задание сделать из обычных очков разноцветные, пока Ким будет укладывать волосы и просить девочек накрасить его. В итоге провозившись так до вечера, парни часам к восьми выходят из комнаты, и идут из общежития, оставив ключи у вахтёра. Путь был недолгим: квартира, где должны были отмечать праздник, находится за пару улиц от общежития. На одном из последних этажей высотки они выходят из лифта и звонят в большую черную дверь. Открывает им какая-то девушка в наряде горничной, и с широкой улыбкой пускает ребят внутрь, заодно дав им по пластиковому стаканчику в руки, и исчезает где-то среди людей. Юнги, довольный таким началом, говорит Киму, что будет где-то у диванов, чтобы друг, если что, его не искал, и двинулся в нужном направлении. Намджун лишь кивает ему и идёт к своим знакомым, которые тоже сюда пришли. По пути Юнги смотрит на кучи людей в разношерстных нарядах персонажей из фильмов, игр, каких-то животных и разной нечисти. Ведьмой он тут был не одной, ну, это и очевидно было с самого начала. Та девушка-горничная стоит возле каких-то парней и обнимается с одним из них. Видимо, они тут главные и это их квартира. Мда, как же потом наверное у них будет много мороки с уборкой… Мин видит заветный диван у стены и идёт к нему, садится на него и расслаблено откидывается назад, отпивает из своего стаканчика и расплывается в легкой улыбке. Музыка не давит сильно на голову, а даже расслабляет, люди вокруг него веселятся, некоторые танцуют, а кто-то стоит и обжимается по углам, ну, хоть не прям на людях трахаются и то спасибо. Юнги наблюдает за всеми вокруг из-под шляпы, и не спеша пьёт, наслаждается вкусом мешанины из какой-то водки, сладкого напитка, и, видимо, фруктов и мармелада. По крайней мере мармелад тут точно есть, так как один из них в форме паучка плавает у него в стакане. Мило. Мин сидит ещё несколько минут, пока не замечает, что возле него сидит какой-то парень в, эм… костюме Человека-Паука?.. Каком-то очень странном костюме Человека-Паука со стимпанковскими очками и защитой вратаря на ногах. Странный чувак. Юнги решает, что тот просто сел и всё, так что продолжает своё дело. Но, когда этот парень не пропал спустя минут десять, а его присутствие возле себя начинает напрягать, Юнги незаметно на него посматривает. Парень сидит один, ни с кем не общается, даже в телефон не залипает, а просто смотрит куда-то, держа в руках стакан с трубочкой. Странный он какой-то. Музыка стала повеселее, и больше людей пошли к центр на импровизированный танцпол и начали веселиться, танцуя поодиночке или в паре, «слегка» намекая своими движениями партнёру о возможном продолжении вечера. Мину не особо хотелось смотреть на них, так что он перевёл взгляд обратно на своего «соседа» по дивану. — Скучаешь? — спросил он, неожиданно даже для себя начав разговор. Парень повернулся к нему и сначала оглянулся, мол, точно ли вопрос был задан ему, но не увидев возле себя никого, неловко кивнул в ответ. Мина ответ более чем устроил, и он протянул свою ладонь ему. — Мин Юнги. — Я Чон Чонгук, —голос молодой, но приятный, мелодичный даже. Парень пожал руку Мину и повернулся к нему телом. Юнги немного улыбнулся ему. — Почему ты одет как ведьма? — А почему ты похож на дешёвую пародию на Паука? — Эй, это вообще-то самодельная версия костюма сделанная Питером до того, как он получил костюм от Старка. Это не дешёвая пародия как ты сказал, — тон голоса стал обиженным, а брови нахмурились. Видимо он большой фанат, блин. Мину стало немного неловко, так что тот отвёл взгляд в сторону. — Прости, я не совсем шарю во вселенной Паука. — Я понимаю, ничего страшного. Так почему ведьма? — Ну, я изначально не очень хотел идти, но передумал в последний момент, и это первое что пришло в голову. Не хотел ещё как-то заморачиваться особо. — О, могу понять. А я похоже, как-то уж очень сильно увлёкся, — усмехнулся он сам с себя и поднял очки наверх, открыв большие темные глаза. Юнги улыбнулся ему и покачал головой. — Нет, ты молодец. Видно, что ты ответственно отнёсся к созданию, в отличии от меня. Это круто, — под маской конечно не особо видно, но парень заулыбался от того что услышал, по глазам видно. Что-то внутри Юнги даже дёрнулось от того, как приподнялись щеки парня и немного зажмурились глаза от улыбки. — Ты один пришёл? — Да, меня позвал хён с моего факультета, сказал будет весело и много народу. А ты? — Видишь того парня в костюме Спамтона? — Юнги показал на Кима, который в данный момент стоял и болтал с каким-то парнем у колонок. Чон кивнул ему в ответ. — Это мой сосед. Если что, то я не знаю его, а он меня. — Хех, похоже он флиртует с моим хёном. — Серьёзно? — Ага. Чимин-хён мне недавно говорил, что познакомился с огромным и очень милым парнем умником. Видимо, это твой друг… погоди, мне очень жарко, — Чон оставит на пол свой стаканчик и снял с нижней половины лица красную балаклаву, открыв полностью лицо и свободно вздохнув. Юнги уставился на лицо нового знакомого, и отметил про себя, что тот довольно симпатичный. Да не супер мега идеальные черты лица у Чона, но он довольно приятный внешне. — Так полегче. — Ты мог не надевать очки и маску, тебя бы и так звали Пауком, нет? — Тогда костюм был бы неполным, так же нельзя. Если бы не надел шляпы, чей бы был тогда на тебе костюм? — Школьного учителя? — Вариант, но тут нет чего-то такого, не знаю, нет ноты волшебства праздника что ли. Костюм учителя это здорово, косплей какого-нибудь Балди был бы неплох, но, тебе не пошла бы лысина. А ведьма тебе идеально подходит, как мне кажется. Ты очень симпатичный в этой шляпе, — то ли алкоголь так влияет, то ли слова парня, но щеки Юнги покраснели, и стало немного неловко как-то. Ему сделали комплимент? Из-за этой шляпы, которую он брать не хотел? Серьёзно? Чон сидит и спокойно пьёт из своего стакана, смотря на толпу людей, и даже ухом не ведёт, пока Юнги старается под полами шляпы скрыть свои красные уши и щеки. Мин встал с дивана. — Уходишь? — В стакане пусто, пойду ещё немного налью. Тебе взять что-то? — Если не трудно, возьми и мне тоже, — Юнги кивает и быстро идёт к столу, который стоит у противоположной стены. Там он не спеша наливает пунш в стаканы, добавив немного больше сладостей в стакан Чона, а к себе подлил побольше водки, и недолго постояв, идёт обратно. Но не дойдя до дивана он останавливается, когда видит возле своего нового знакомого девушку, и то, как они сидят и болтают. Что-то внутри неприятно кольнуло, и подходить к Чону не очень захотелось. Юнги прикусил нижнюю губу и всё-таки решился. Не спеша подойдя к Чонгуку Мин натянул легкую улыбку на лицо и протянул ему стаканчик. — Спасибо большое. — Всегда пожалуйста. Не отвлёк вас? — спросил он намекая своим вопросом на девушку, которая теперь повернулась к Мину, и теперь рассмотреть её получше стало намного легче. Она, кокетливо поправив длинный локон, улыбнулась ему и повернулась к Чонгуку, что-то ему прощебетала на ухо и ушла, оставив после себя легкий шлейф каких-то сладких духов. Симпатичная она, может даже приятная в общении, но явно весь её интерес был направлен на парня в красном, а не на Юнги. Чон, как только она скрылась из виду, спокойно выдохнул и отпил из стакана, поморщившись после первого же глотка. — Ух, что ты мне взял? — спросил он Мина, видя, как знакомый спокойно пьёт свой напиток. Юнги сначала не понял, а потом дошло, что как-то очень много сладостей плавает в его пунше. Парень меняет их стаканы местами и отпивает из своего. — Прости, перепутал. Так получше? — Чон пробует, и теперь довольно кивает, одновременно жуя попавшуюся ему сладость. — Так, кто та девушка с которой ты болтал? — А, одногрупница. Не думал что она тут тоже будет, она вроде довольно далеко от сюда живёт. — Халявная выпивка даже меня вытащила из комнаты общаги, что уж говорить про обычных общительных людей нашего возраста? — Чон согласно кивнул его словам и достал из кармана телефон. На заставке Юнги успел заметить изображение Человека-Паука, что показалось довольно милым. Всё это: изображение на экране телефона, такая трепетная забота о деталях костюма и продуманность, а так же какое-то природное очарование делали образ Чонгука безумно милым. И что-то это не особо вязалось с довольно мужественными чертами лица, но это Юнги уже списал на плохое освещение и алкоголь, который с каждой минутой начинал действовать всё сильнее, а температура помещения только добавляла градуса. В свитере стало как-то жарко, захотелось выйти подышать, может даже стрельнуть у кого-то сигаретку, желательно с капсулой. Юнги не то что бы очень часто курил, нет. Было как-то ещё давно, когда его знакомые только начинали причащаться к этому делу, он только баловался тогда этим всем. Не особо было приятно потом после курения ощущать запах сигарет вокруг себя повсюду, так что просто со временем он это дело забросил, изредка балуясь одной-другой никотиновой палочкой под настроение. Парень встал с дивана и махнул Чонгуку, мол, пошли со мной. Тот ему кивнул и послушно пошел следом за Мином на балкон, где не оказалось людей. А вот чья-то пачка сигарет как раз лежала рядом в почти что заполненной пепельницей на столике. — Ты не куришь? — Не очень люблю запах сигарет, как то с детства пошло. Если хочешь можешь закурить, — Юнги кивнул и достал из чужой пачки белую сигарету, вставил её между зубов и порыскал вокруг в поисках зажигалки. Когда искомое было найдено щелкнула капсула, а потом маленький желтый огонёк залил лицо парня мягким светом, освещая круглые щеки и нос. Чон на секунду засмотрелся, отметив про себя, что свет зажигалки выглядел как-то особенно красиво в глазах Мина. Первая затяжка и клубок дыма вырвался из губ парня, быстро развеявшись в вечернем небе. Юнги оперся локтями о перегородку и откинулся немного назад, расслабившись, и держа меж длинных пальцев тонкую сигарету. За дверью балкона было слышно и прекрасно видно весёлую толпу, но тут было намного лучше и приятнее, даже не смотря на холод. Не май же месяц, надо бы потеплее одеваться. Чон встал рядом с Юнги и уставился куда-то вперёд себя, смотря на свет из окон квартир дома напротив. От алкоголя мысли голову особо не занимали, вместо них место заняла приятная тяжесть и легкая сонливость, такая нужная сейчас. Юнги не спеша курит, медленно выпуская из легкий едкий дым сигареты с каким-то сладким привкусом, похожим на ягодным. — Приторно как-то. Интересно чьи сиги, — улыбнулся он сам себе, привлекая вопросом Чона. Чонгук перевёл взгляд на руки парня, где сигарета почти уже закончилась и, поднялся медленно выше к белому свитеру и остановился на губах Мина, из которых шла очередная струйка дыма. Приторно, реально? А если бы Чон мог попробовать и узнать, что парень зовёт приторным, что бы было? Но брать ещё одну чужую сигарету не хотелось, не его же всё таки. Попросить у Юнги? Но её и так немного осталось. Да и как-то неудобно что ли. Мин, заметив какое-то странное замешательство во взгляде парня, подвинулся ближе к нему и посмотрел прямо в глаза из под пол шляпы. — Что-то не так? — Интересно просто стало, как это по-твоему «приторно», вот и всё, — улыбнулся Чон, не отодвигаясь назад, а даже чуть наклонил голову на уровень лица Мина. Юнги молча глянул ему в глаза, затянулся и прижался своими губами к Чоновым, пуская дым. Парень сначала замер от неожиданности, но когда вместе с ягодным привкусом он ощутил небывалую мягкость, положил свои ладони на бока парня, придвинул его поближе к себе и перенял инициативу на себя. Ягоды, он не может описать эти губы иным словом. Мягкие, нежные, а от вкуса сигарет на них его начинает просто крыть. Он словно никогда прежде ничего подобного в жизни не пробовал, и хочет как можно больше, больше, больше. Хочется больше, намного. И чтобы вот точно так же нежно, как эти губы, сладко, и желательно подольше. Чон проводит языком по губе парня, ненавязчиво, чтобы не спугнуть, и почувствовав ответную реакцию, сжимает чужие бока крепче, прижимается своим телом к его, мягко кусает чужую губу. Где-то на периферии сознания он понимает, что они на тусовке и вышли на балкон покурить, а сейчас стоят и целуются, хотя знают друг друга дай Бог полчаса, и то спасибо. Но чёрт, если нравится, почему бы и нет. Будто из них потом кто-то ещё раз такое будет делать в своей жизни, а сейчас самое время, разве нет? С этого вечера хочется уйти вдвоём, чтобы никто не смог их если что застукать и прервать. Юнги кладёт руки на плечи парню и отстраняется, смотрит из под ресниц на него, на щеки красные и глаза, в которых кажется зрачки всё заполнят своей чернотой. Губы Чон заманчиво приоткрыты, и хочется ещё раз их ощутить на своих, хоть ненадолго, а там уж как карта ляжет. Мин затягивается в последний раз и выдыхает прямо в губы парня, выбирается из его объятий и тушит сигарету в пепельнице. — Вот так приторно. Понял? — улыбается он, строит крутого такого из себя, а у самого колени подгинаются. Где эти крепкие руки, что держали его минуту назад, верните, пожалуйста. Юнги поправляет шляпу на голове и идёт к двери с балкона, но его останавливает ладонь Чона. Мин оборачивает и видит прямо перед собой лицо парня, горячее дыхание теплой волной проходится по щеке, отчего по коже бегут мурашки. Парень смотрит ему в глаза и ничего более, будто боится решиться сделать ещё один шаг. Мин видит это, видит взгляд напуганный и губы поджатые, отчего улыбка сама появляется на лице, но не злая. Он улыбается по-доброму ему и держит его ладонь покрепче, послушно ожидая, когда тот хоть что-то скажет. Чонгук ещё немного смотрит на него, пока не приближается ближе и смотрит прямо в глаза. — Юнги, можем мы уйти отсюда? — неожиданно спрашивает он, а Юнги и ответить то что не знает. Ему конечно поступали такие предложения, но от девушек, парни как-то подобных вещей у него не спрашивали. И что в такой ситуации нужно ответить? Есть может какое-то пособие по тому, как отвечать на подобные вопросы? Или можно пожалуйста минутку загуглить ответ? Помощь друга? Друг, точно! Юнги поворачивается к окну и старается быстро найти там Намджуна, но того, как назло, нигде не видно. Странно, но допустим. А Чону то ответить сейчас нужно, срочно причём. Юнги не знает что делать , так что просто кивает в ответ. Ладно, если что, потом со всем разберётся. Чонгук улыбается ему и, покрепче взял за руку, быстро ведёт за собой с балкона ко входной двери. Их, хвала богам, никто не трогает и как-то не особо и замечают даже, так что побег удался на все сто. Быстро натянув куртки и выйдя с квартиры они остановились в неловком молчании напротив лифта, не зная что и сказать то даже. Юнги стало в миг холодно, мелкая дрожь от холода подъезда прошлась неприятной прохладой по коже. Единственное что грело, это ладонь Чонгука, что сейчас казалась самой теплой на свете. Парни старались не смотреть друг на друга всё то время пока ехали на лифте и выходили из здания, но как только они оказались на улице, возник очевидный вопрос: а куда им собственно то идти? Чёрт, и что же блин делать-то?.. Юнги уже хотел что-то сказать, как парень потащил его за собой следом куда-то. В том направлении не было общежития, может Чон снимал квартиру? Было бы удобно на самом деле. — Куда мы идём? — спросил Мин, поравнявшись с Чоном. Парень улыбнулся ему в ответ. — Ко мне, я снимаю тут недалеко квартиру. Или ты хотел, чтобы мы пошли к тебе? — Нет уж, спасибо. Не хочу потом с утра слушать от Намджуна лекции, — Чон улыбнулся ему и повёл за собой дальше, всё так же не отпуская руки Мина. Юнги и против то не был, шел послушно и не перечил даже. С Чонгуком ему было по-странному комфортно, даже вот так просто идти рядом по темным улицам района среди домов в странных костюмах, когда несколько минут назад они целовались на балконе во время вечеринки. Может даже хотелось проводить так время почаще, ну, если только парень будет не против. Юнги ощутил себя маленьким мальчиком, которому понравилась девочка, и он не знал как правильно подступить к ней, чтобы при этом его не высмеяли все. Чонгук казался очень добрым и милым, и хотелось верить, что он таким и окажется и после того, как у них всё произойдёт. Блять, они идут на квартиру Чона, чтобы переспать, абсурд. От этого даже как-то смешно на секунду стало, но чтобы вдруг не обидеть парня, Юнги постарался промолчать, лишь улыбался широко. Чон посчитал это хорошим знаком и приободрился, когда прямо перед ними встал его дом. Парень отпустил руку Юнги чтобы найти ключи и открыть дверь, и после впустил того внутрь. На втором этаже за белой металлической дверью была его квартира, дешёвенькая, небольшая и чисто для того, чтобы по-быстрому добираться до университета и всё. Но как только Юнги зашёл в неё, сразу понял как-то, что это квартира именно Чона. Самое очевидно что было, это ковёр с кем-то из Марвел у входа, что показалось милым. — Может тебе чего-нибудь хочется? — спросил может из вежливости Чон, но Юнги этого вопроса правда ждал. Он улыбнулся и кивнул. — Хорошо. У меня нет кофе или чего-то такого крутого, но есть фруктовый чай и мёд. Пойдёт? — Да, спасибо большое. Эм, можно узнать где у тебя ванная? — спросил он, снимая с себя обувь. Чон указал на одну из дверей в коридоре и ушёл на кухню, оставив Юнги одного. Парень неловко огляделся и пошёл в нужном направлении, закрыл за собой дверь когда зашел и спокойно выдохнул. Так, надо бы собраться. В душ он не пойдёт, не без разрешения хозяина квартиры, надо бы умыться хоть. Холодная вода немного успокоила и привела мысли в порядок, стало немного легче. Юнги снял шляпу с головы и влажной рукой зализал волосы назад, хоть немного их уложив. Не идеально, но зато хоть что-то, и теперь он выглядит получше. Вытерев лицо он вышел из комнаты и пошёл туда, куда ушёл Чонгук. Кухня оказалась маленькой, большую часть места занимал высокий холодильник, у окна стол с парой стульев, а за поверхностью у плиты стоит Чон и что-то делает. Парень прошелся и сел за стул, смотря на спину Чонгука. Сейчас под не таким странным освещением стало лучше видно его фигуру, и можно было хорошо его рассмотреть. Плечи широкие, крепкие, за такими как за каменной стеной ты будешь, и даже под довольно мешковатой одеждой было заметно, что тело у парня что надо. Шикарные бедра и крепкий на вид зад тоже были во вкусе Юнги, и не смотреть на них невозможно. Такую красоту редко увидишь, надо наслаждаться моментом на полную, пока есть возможность. Чонгук поставил перед ним чашку с чаем, от которой пахло чем-то сладким, но приятно. Рядом с чашкой оказалась маленькая пиала с мёдом. — Не потерялся? — спросил Чон и сел напротив, взял в руки свою чашку и подул на чай в ней. — Нет, ты дал мне точные координаты, и я смог без проблем найти ванную, — Чон тихо захихикал с него и отпил чаю, предварительно добавив в него пару ложек мёда. Сладкое любит. Юнги ничего не добавлял, ему и так было сладко и без лишних вещей. Особенно от улыбки Чонгука. В груди от его смеха, пусть и такого тихого, сразу стало тесно, захотелось постоянно его слушать, захотелось услышать этот смех на губах между поцелуями, и чтобы точно так же тихо, для одного Мина. Да это может и неправильно, но сука, как же хочется. Мин смотрит на свой чай и ждёт чего-то, а чего — непонятно. Может каких-то действий от Чона? Инициативы? Желания? Хоть что-то, умоляю, лишь бы не быть в таком напряженном состоянии. Мольбы Юнги видимо были услышаны, и Чонгук придвинул свой стул поближе к Мину, отчего их колени начали касаться друг друга. В такой уютной тишине они просидели пока их чашки не оказались пусты. Чон забрал чашку у Юнги и поставил в раковину, медленно подошёл к нему и наклонился, почти что касаясь своим носом щеки парня. Мин замер почти не дыша, не зная, что делать. Тело среагировало как-то само, и он неловко клюнул парня в губы. Ладонь Чона легла ему на щеку, мягко огладив большим пальцем скулу, поцеловал его в уголок губы, и немного отстранился назад, смотря Мину прямо в глаза. — Если ты не хочешь, мы можем прекратить. Я не хочу, чтобы это было только моё желание, — сказал Чонгук, всё ещё держа лицо Юнги в своей руке и гладя пальцем его щёку. Парню на этом самом месте хотелось просто сгореть заживо; столько нежности в таком легком жесте, такое вообще возможно? С Чоном рядом казалось, что возможно всё, и это «всё» хотелось увидеть, ощутить каждой клеткой тела и пропустить через себя. У Юнги сами по себе колени сводятся от того, какую силу он ощущает от стоящего перед ним парня, но, сука, приятно же. Мин льнёт к его руке и лишь улыбается нежно, тянет руки к шее парня и целует, уверенно, чтобы тот точно понял, чего именно хочется ему сейчас. Чонгук кладёт руки на талию парня и нежно сжимает, притягивая ближе к себе, пока его губы находятся в плену. С каждым мгновеньем, пока чужие уста на его, желание внутри него только нарастает в какой-то невероятной геометрической прогрессии, отчего дышать становится всё тяжелее, а поцелуи становятся более жадными. Чон на секунду отстраняется и кладёт палец на губы Юнги. — Пожалуйста, давай примем душ. Я сейчас грязный и потный в этом костюме, а таким быть перед тобой я не хочу. — Вместе? — с долей надежды спрашивает Юнги, после игриво прикусив кончик пальца парня. Чон улыбается, нет, это не та милая улыбка, что была у него прежде. Это ухмылка полная какой-то неведомой Мину ранее страсти и похоти, и её хочется стереть как можно скорее с лица парня, желательно своими губами. Чонгук кивает и, взяв парня за руку, повёл за собой в знакомом направлении. Уже в комнате он включает свет и сажает Юнги на стиральную машину, оставив несколько поцелуев на линии челюсти и за ухом. Господи, да сколько можно медлить? Юнги стонет тихо, ощущая, как в брюках ему тесно, а из-за свитера безумно жарко. Он сам снимает с себя верх и кидает бедный свитер куда-то в сторону, не особо заботясь о его благополучии. Горячие ладони Чона нежно огладили бока парня, еле заметный пресс и остановились на груди. Парень опустился ниже, целуя шею Юнги, стараясь не оставлять на ней следов, пусть соблазн и безумно силён. Щеки краснеют, наливаясь алым цветом, дыхание всё тяжелее от новых поцелуев на коже, таких мягких. Юнги тает в руках Чона, словно воск от огня плавится, и медленно растекается по поверхности. Парень опускается ниже к груди Мина и мягко надавливает на соски, несильно их оттягивает и играется, вызвав у Юнги стон. Кончики пальцев у него холодные, отчего ощущаются на теплой коже парня в сотни раз чётче и приятнее. Юнги не знает куда ему себя деть и что делать, когда такой парень делает ему приятно, просто лаская грудь и нежно целуя. Он вертит головой, пытается как-то двигаться, но тело крепкое его прижимает к машинке и отсюда никуда не уйти. Когда язык Чона оказывается на груди Мина, тому плохо становится, но он лишь смотрит вниз на то, как парень с нескрываемым удовольствием лижет сосок парня, и от этого крышу кроет. Юнги окончательно растекается по поверхности машинки, в брюках уже ужасно тесно, бельё наверняка немного намокло, и хочется раздеться. Юнги тянется вниз руками и расстёгивает их, пока Чон снимает с себя красное худи. Еб твою то мать, и давно ли парни стали такими красивыми в глазах Мина? Юнги глазами облизывает точёную фигуру, узкую талию и рельефный пресс. Руками к нему тянется, оглаживает, и хочется в него упереться руками, либо спиной, да хоть чем-нибудь. Такая красота и одна, ну это как-то неправильно. — Нравится? — с заметной гордостью говорит парень, ухмыляясь. Юнги улыбается в ответ ему и смотрит прямо в глаза. — Ну такое, видал и лучше. — А твоя реакция говорит мне об обратном, — улыбается он и берёт руку Юнги в свою, целует пальцы, укусил один из них и смотрит прямо в глаза. Мин не знает, что там Чон увидел в его реакции, но ему нравится всё. Чонгук снимает с парня брюки, тянет их вниз вместе с бельём, и Юнги остаётся совершенно голым перед ним, прикрываясь лишь руками. Хотя, зачем прикрываться то? Чон раздевается следом, пока Юнги встал с машинки и залез в большую душевую кабину, включил воду потеплее и отыскал на полке со всякими бутыльками и баночками пузырёк геля для душа с запахом ягод. Миленько. Юнги уже начал себя намыливать сверху, когда на его талию легки руки Чона, а сзади меж ягодиц что-то упёрлось. — Будет глупо, если я спрошу, что у тебя в кармане брюк? — говорит он, повернув голову к Чонгуку. Тот от услышанного усмехается и целует в щеку. — Если бы они у меня ещё были, тогда вопрос был бы более уместным. — Значит, ты просто рад меня видеть, — отвечает Юнги и мажет по носу парня гелем, который остался на пальце. Чон улыбается ему, смывает гель с носа и целует Мина в уголок губ, а сам забирает из его рук мочалку и начинает водить ей по телу парня, мягко проводит по шее и груди, неспешно опускаясь ниже к паху. Второй рукой он гладит бедро парня, не сжимает слишком сильно, чтобы не оставлять синяков. — Ты бы знал насколько сильно, — хрипло шепчет Чонгук на ухо, вызвав у Юнги толпу мурашек по телу. Господь, можно немного ускорить вот это вот всё и поскорее придти к самому интересному? Юнги поворачивается лицом к парню и целует, кусая за губы и кончик языка, не скрывая собственных стонов от прикосновений парня к нему. Чон прижимает его к стенке душа, стоит, нависая сверху над ним, рука с бедра уже перебралась на ягодицу, сжимает и царапает ногтями мягкую кожу полупопия, пока язык в чужом рту блуждает, в танце сладком с языком Юнги сплетается, и слюну по лицу размазывает. Он чувствует, как чужой член упирается ему в живот, берёт его в ладонь и начинает медленно, не спеша так водить по нему по всей длине, размазывая капли предэкулянта по головке. Дыхание Юнги становится более рваным, но он всё так же продолжает целовать Чона, кусая мягкую губу и упиваясь тем, что сейчас этот парень принадлежит ему одному. Только он сейчас имеет право касаться любого участка его тела. Приятно осознавать такую какую-то власть, пусть и временную. Чонгук сжимает немного сильнее член Юнги у основания, медленно водит вверх-вниз по нему, пока пальцами второй руки гладит кожу у сфинктера парня. — Я тебя растяну для начала, если что, то остановишь, ладно? — Юнги лишь кивает в ответ, и Чон вводит в него палец. Не самое приятное ощущение на самом деле, ведь даже не смотря на душ, входит довольно сухо. Юнги старается не обращать внимания на такой мелочи, кладёт руки парню на плечи и растворяется в поцелуе, от которого у него уже губы начинают болеть. Чонгук двигает пальцем неспешно, чтобы не доставить партнёру боли, спустя некоторое время добавляет второй палец. Юнги неосознанно сам начинает двигать бёдрами, отчего пальцы входят глубже, и до простаты не так далеко. У этого парня всё такое идеальное? Даже чертовы пальцы, чёрт бы их побрал, с каждым движением всё приятнее, возбуждение с новой волной накатывает. Или это просто так в душе жарко? Парень тянется в сторону и выключает воду, потому что и правда стало очень уж жарко, а тут ещё и такой не просто огонь, а пожар, а не парень, стоит и двигает в Юнги своими пальцами. Чон таки нащупывает нужный комочек, от прикосновения к которому Юнги дугой выгибается и стонет громче. Чонгук улыбается на это и дразнится, надавливая совсем рядом, но не туда куда надо. Он видит, как Мина начинает понемногу крыть от этого, отчего в глазах загорается небывалый азарт. Чон поднимает его вверх, заставив оплести ногами свою талию, прижимает к стене. Юнги сначала такого финта ушами не понял и даже вскрикнул от удивления из-за таких неожиданных телодвижений, пришлось схватиться за плечи парня. — Дурак, хоть бы сказал, прежде чем делать, — недовольно говорит он, но затихает, когда в анус начинает упираться горячая головка члена. Чонгук, поддерживая парня под бедрами, медленно начинает насаживать его на член. Юнги вокруг него начал неосознанно сжиматься, пока рука Чона не легка ему на поясницу и не погладила, пытаясь расслабить. Понадобилось немного времени и парочка поцелуев в шею, чтобы Юнги таки расслабился, и войти в него стало легче. Чонгук всё равно не торопился, стараясь растянуть удовольствие, и вводил член неспешно. Когда весь член оказался внутри, Юнги надо было немного привыкнуть к этим ощущениям, пока Чонгук старался его расслабить, целовал всюду куда только дотянутся его губы и гладит по спине. — Господь… — Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно. — Я не заказывал проповедей в душ. — А я просто так пытаюсь тебя расслабить, — сказал Чон и сделал толчок, отчего Юнги громко вскрикнул, открыв рот в немом стоне. Шея парня напряглась, красиво выставив синие вены под бледной кожей. Чонгук прижимается губами к адамовому яблоку Юнги, зубами слегка прикусывает и след свой на его теле оставляет. Тело от воды скользкое, так что иногда приходится поправлять то, как Юнги держится на парне, отчего Мин лишь стонет, голос его отбивается эхом от стен душевой. Чонгук делает первые толчки, отчего Юнги крышу начинает крыть в который раз за этот чертов день. Внутри Мина тепло и тесно, толчки ощущаются особенно хорошо в такой позе, так что Чон почти всегда попадает прямо по простате. Он сам не понимает в какой момент прижимает Юнги спиной к стене, чтобы ему было не так тяжело, сам берётся крепче за бедра парня и двигается быстрее. От холода плитки и жара тела напротив возникает дикий контраст, Юнги не без шуток это очень нравится, и он сам уже более охотно двигает бедрами в такт толчкам Чона, стонет прямо ему в губы о том, как ему хорошо, целует. Он краем глаза замечает, как запотело окно дверцы в душ и про себя подмечает, что таким оно стало не от воды, а из-за жара их тел рядом друг с другом. Чонгук двигается всё рванее и быстрее, кладёт ладонь на член парня и двигает ею, заставляя стоны рваться изо рта Юнги. Тот и не против, даже наоборот, только рад получить ещё больше приятных ощущений от такого парня как Чон. Он старается не отводить взгляда от его лица, чтобы видеть, как красивые темные брови изгибаются, лицо всё мокрое, а губы краснее некуда из-за поцелуев и ранок на них. От очередного толчка прямо по простате Юнги выгибается максимально, чуть ли не до хруста в его бедной спине, и изливается в ладонь парню. Чонгук не отстаёт, и спустя пару движений кончает тоже, не успев выйти из парня. — Блять, теперь надо будет внутри всё вымывать, — недовольно бубнит Юнги, слезая таки с парня и становясь на пол ногами. Колени ещё подгинаются и стоять трудно, но благо рядом крепкое плечо и пара рук. Чон улыбается ему и включает снова воду в душе. — Могу помочь всё вымыть, если ты не против, —говорит он, садясь перед Мином на корточки. Чертовка, знает же, что сейчас Юнги будет согласен на всё что он только не предложит. Юнги улыбается ему и поднимает лицо за подбородок, оставляет поцелуй на губах. — Если после этого ты оставишь мне свой номер, то можешь меня всего вымыть с головы до ног. — Как пожелаете.