Bloody game

Красная жидкость медленно стекает с внешней стороны хрустального бокала, явно привлекая к себе внимание голодного мужчины. Последний все никак не может закончить отцеживать кровь жертвы, шея которой, кажется, скоро прирастет к сосуду. Но разве это важно? Вовсе нет. Важна лишь последняя капля. Та самая капля, после которой вампир сможет в полной мере насладиться содеянным. Процесс питания или же, как принято называть у смертных, убийство — вещь очень серьезная. Необходимо продумывать абсолютно каждый свой шаг и, получив результат, удовлетвориться по максимуму. Только вот само удовлетворение не явится, если жертва не отправится в мир иной. Мольбы о спасении, неистовый страх в глазах, дрожь по всему телу и болевой скулеж — неотъемлемая часть экстаза, которой так сильно необходим кровопийце. Весь процесс, словно церемония, что безусловно поднимает уровень серотонина в тромбоцитах и в головном мозге. Вампиры так же, как и люди, не могут нормально обходиться без «гормона счастья». Они бессмертны, именно поэтому депрессия, плохое настроение и прочие расстройства им ни к чему. Чонгук прекрасно знает об этом и отказывать себе в собственных кровожадных порывах не умеет. Даже не так. Он не видит смысла в отказе, особенно, если дело касается «эго». Ведь его нужно регулярно подпитывать, вселять дозы уверенности и держать в тонусе, в целом. Работа не из легких, не правда ли? Да и жизнь тоже. Чонгук любит порассуждать о своей жизни до смерти, о жизни после кончины, но что он обожает еще больше — так это вкус человеческой крови. — Пока ты занимаешься переливанием крови, я уже успел сжечь бездыханные туши своего обеда. Воняет невыносимо, — в помещение заявляется еще один вампир, быстро оказываясь за спиной другого. — Заставляешь старшего ждать.. Где твои манеры? — То, что ты старше меня на пару минут, не дает тебе права так возвышаться надо мной, Джей, — Чонгук переводит взгляд на зеркало, в котором отражались два абсолютно идентичных мужчины. — В отличие от тебя, мне не нравится разбрасывать головы смертных по всему дому, а потом играть ими в футбол. Проявил бы хоть раз уважение к тем, кого бестактно сожрал, — после сказанных слов комната заполняется коварным смехом двух вампиров, которые явно не имеют никакого отношения к сочувствию и милости. Знакомьтесь. Братья-близнецы Чон. Своенравные вампиры, делающие все, что вздумается, и не жалеющие ни о чем. Со дня перерождения они воспринимают жизнь, как затянувшуюся игру, из которой выход может быть только один, но о нем никто и никогда упоминать не станет. Братья являлись абсолютно точной копией друг друга, из-за чего пришлось прибегнуть к некоторым переменам. Было, конечно, весело запутывать своих жертв и играть с ними в «угадай, кто укусил», но даже такому интересу приходит конец. Чонгук любит индивидуальность, а Джей — оставлять собственный след. Они думали, что изменения в имидже как-то помогут им, но истинное различие близнецов сможет увидеть лишь тот, кто сумеет сблизиться с каждым из них. Возможно ли это? Маловероятно. Братья не церемонятся. Разговоры с ними не длятся дольше трех минут и уж точно не заканчиваются спокойной жизнью. Они вообще дальнейшей жизнью не заканчиваются. С ними иметь дело опасно даже другим вампирам. Никто не хочет связываться с теми, кто умеет вовремя отключить все чувства и действовать инстинктивно. Никто не хочет лицезреть на себе взгляд, что полон безразличия. Никто не хочет быть обманутым и преданным кем-то, ведь Чоны действуют лишь на пользу себе или же друг другу. Тот, кто перейдет им дорогу, — исчезнет навсегда, а те, кто доверятся, — останутся ни с чем. — Заканчивай, у нас по плану еще одно мероприятие, — старший, будто по щелчку пальцев, меняет выражение лица на полнейшее безразличие. — О чем ты? — Чонгук кидает уже обескровленный труп на пол, а сам позволяет себе сделать первый глоток свежего напитка. — Помнишь мальчишку, отца которого мы убили пару лет назад? Он еще стал искать на нас компроматы, — с ехидной улыбкой вспоминает, одаривая вид из окна задумчивым взглядом. — Так вот он, оказывается, стал полицейским и теперь на полных правах своим людям распоряжения дает. Контора его вряд ли знает о его деятельности, но это все равно может потянуть за собой ряд проблем. Нужно напомнить мальчику про его место. — Действительно хочешь тратить время на такие незначительные вещи или просто желаешь развлечься? — Чон младший опирается бедрами на спинку кожаного дивана, все еще смакуя красную жидкость. — И то, и другое. Перестраховаться лишним не будет, а развлечения способствуют продлению долгой жизни, — за словами следует смешок, который второй вампир тут же поддерживает. Джей вальяжной походкой направляется к выходу и, словно не замечая, переступает через труп мужчины, в то время как Чонгук залпом опустошает хрустальный бокал. Он облизывает кончики своих губ и бросает сосуд рядом с телом, после пройдясь грубой подошвой своей обуви по образовавшимся осколкам. Братья неспеша покидают помещение и устраиваются в салоне дорогого автомобиля, где так же присутствовал личный водитель. О такой способности, как «быстрое передвижение вампиров» днем нужно забыть, ибо их может кто-то заметить, а лишние разборки сейчас никак не входят в планы. Для окружающих они обычные люди, а для высшего общества — клан братьев Чон. Это практически все, что о них вообще должно быть известно.

***

Темноволосый парень, сломя голову, бежит к полицейскому участку, где его несчастный друг провел за работой всю ночь. Тэхен не на шутку переживает за него и искренне надеется, что уже в скором будущем Чимин обретет душевный покой и, наконец, разберется с трагичной историей из своего прошлого, из-за которой он и стал сотрудником полиции. Эта история разрывает душу и требует немало усилий для озвучивания, именно поэтому Ким изо всех сил старается помочь юноше всем, чем только сможет, хоть и понимает, что может он совсем мало. Он практически бесполезен в решении чужих проблем, но сам Пак активно отказывается от этого суждения, ведь Тэхен тот, кто способен поддержать одним своим присутствием. Их дружба бесценна и оба понимают, что ничто и никто не способен разрушить настолько крепкую связь, которой явно суждено существовать еще не одно десятилетие. Буквально забывшись в своих мыслях и рассуждениях о вечном, Тэхен не замечает, как врезается в чужую мускулистую спину. Взгляд сразу же поднимается на лицо «преграды», а сам парень моментально замирает, ведь стоящий перед ним молодой человек выглядел довольно необычно. Его глаза были обладателями чисто-серебристого оттенка, а кожа имела легкий блеск, что только больше завораживало. И нет. Это не всеми заезженная «любовь с первого взгляда». Это любопытство, которое вспыхивает внутри с огромной силой, желая узнать чуть-ли не каждую подробность о незнакомце. — У меня что-то на лице? К чему такой пристальный взгляд? — парень напротив резко заставляет Кима прийти в себя. — Нет, все в порядке с Вашим лицом. Просто никогда не видел такого количества хайлайтера, — Тэхен дарит незнакомцу легкую улыбку и тут же подрывается с места, быстрым шагом устремившись в здание. — Хайлайтера? — молодой человек вопросительно выгибает бровь и кидает взгляд убежавшему юноше вслед. Тэхен явно умеет поставить в ступор. Совершив уже последние шаги до заветного кабинета, Ким наконец-то открывает дверь и проходит внутрь, забыв закрыть за собой. На него сразу с порога налетает радостный Чимин, который вопит от счастья и трясет какими-то бумагами. По его лицу было видно, что он откопал что-то стоящее, по крайней мере, для него самого. Парень судорожно усаживает Тэхена за свой рабочий стол и укладывает распечатанные листы перед ним, пока с губ слетает нервный выдох. — Мне никто не верил, Тэхен, но я начал находить доказательства, — стараясь сохранять спокойствие, начинает Пак. — Ты даже не представляешь, как долго я стремился даже к таким маленьким результатам. Начало положено. Я найду этих тварей, разоблачу их перед общественностью и преподнесу свою главную месть.. — Ты говоришь сейчас про тех существ, которые расправились с твоим отцом? — Ким хмурит брови, опуская взор на одну из бумаг. — Что ты нашел? Я не особо разбираюсь в ваших полицейских шифрах. — Я обнаружил серию таких же убийств в разных регионах страны. По какой-то причине все расследования были остановленны, никто либо не хотел браться за эти дела, либо их кто-то принудил оставить эту затею, — Чимин задумчиво отводит взгляд, после чего указывает пальцем на пару строк на листе бумаги. — Здесь также указаны некоторые отличительные черты этих существ. Раньше их было принято называть «вампирами», про них складывали очень много легенд и верований, а главной чертой у них являлась неестественно блестящая кожа. Я видел такую у убийц моего отца. Отчетливо помню, как блестели глаза у одного из них и как блестками переливалась кожа в лунном свете. Это точно не выдумка и я точно не сошел с ума. — Блестящая кожа? — юноша на мгновение напрягается, после чего выдает нервный смешок. — По пути к тебе я столкнулся с одним парнем. Он показался мне очень необычным. У него были серебристые глаза и буквально сияющая кожа, будто он сильно переборщил с хайлайтером. Эти «блёстки» видны только вблизи, обычный прохожий вряд ли заметит такое отличие. Думаешь, я встретил вампира? — Как далеко ты его встретил? — Чимин заметно настораживается, подбегая к двери и громко захлопывая ее. — Он был прямо у входа в полицейский участок, — парень вздыхает, не до конца осознавая ситуацию. — Раз уж все действительно так, как ты говоришь, и я встретил вампира, то сбежать мы не сможем, если он направляется к тебе. — Нужно удостовериться. Чимин делает пару глубоких вдохов и выдохов прежде, чем избавиться от мертвой хватки на ручке двери. Он осторожно открывает ее и с особым напряжением в теле отправляется на поиски того самого неизвестного, свято веря в то, что он на правильном пути. Пак совсем близко к разгадке прошлых событий и от этого только сильнее в голову бьет адреналин. Отступать поздно, а двигаться дальше страшно, но парень на какое-то время все же обретает уверенность в своих действиях и быстро спускается на первый этаж, понимая, что в помещении стало слишком пусто. Напряжение снова берет верх. Чимин нервно сглатывает и заворачивает за угол местного кафетерия, которое находилось в этом же здании. И стоит ему на секунду отвернуться, как перед глазами появляется мужская фигура высокого роста. Пак рефлекторно отскакивает и губы поджимает, готовясь понять, что тут вообще происходит. — Неужели я такой страшный? Тебе стоило быть вежливее, — грубый тон пронзает ушную раковину и Чимин замирает, изучая собеседника взглядом. Он пристально всматривается в чужое лицо, заглядывает в чисто-серебристого оттенка глаза и снова сглатывает, обращая внимание на «блёстки». Нашел. Только пока непонятно, кто кого и того ли вообще. Чимин делает пару шагов назад, когда незнакомец действует ровно наоборот. В конечном итоге последний оказывается сверхъестественно быстрым, из-за чего Пак в мгновение ока оказывается прижатым к стене. Он даже сообразить не успевает, как мужская ладонь впивается в его шею и тянет наверх, заставляя тело оторваться от земли. Зрелище поистине шокирующее, но парень лишь прожигает чужие глаза своими, еле как хватая ртом дозы воздуха. Именно сейчас ему кажется, что он сходит с ума, ведь происходящее не поддается ни единому здравому объяснению. Он беспомощно хватается за сильную руку и начинает дергать ногами, уже всем своим видом показывая, что ему осталось недолго. — Это ведь ты та сука, которая все никак не может оставить дело своего отца в покое? — без каких-либо эмоций спрашивает мужчина напротив, сжимая горло только сильнее. — Пожалел бы его. Неужели ты думаешь, что ему понравилось бы то, что его сын прожил совсем недолгую жизнь из-за собственной глупости? И именно после этих фраз все становится на свои места. Чимин складывает пазл воспоминаний, буквально собирает все события по кусочкам и с ужасом в глазах понимает, что перед ним то самое чудовище, которое пару лет назад с таким же невозмутимым выражением лица разрывало тело его отца в клочья. Только вот бояться нет сил, они покидают его слишком стремительно вслед за кислородом, в последствие чего Пак теряет сознание.

***

Чимина нет уже продолжительное время, из-за чего Тэхен начинает входить в состояние полного напряжения. Он знает, насколько Пак одержим своим желанием истребить всех, так называемых, вампиров, но сам не до конца верит в это, а может совсем не верит. Ким из тех людей, которые верят только собственным глазам, даже констатация фактов его не особо волнует, но это вовсе не отменяет появление тревоги, которая накрывает парня с головой. Выйдя из кабинета, он медленно спускается по лестнице и прислушивается к абсолютно каждому шороху. Во всем здании поселилась тишина и лишь дыхание самого Тэхена было слышно. Это напрягало еще больше, хотя, казалось бы, куда еще сильнее. Парень наконец-то доходит до выхода и подозрительно щурится, когда замечает на улице уже знакомую фигуру. Возле черного автомобиля стоял тот самый мужчина-хайлайтер, с которым они столкнулись совсем недавно. Тэхен делает сперва неуверенные шаги к нему навстречу, а потом шагает более решительно, решив, что рано делать какие-то необоснованные выводы. Как только взор мужчины падает на него, Ким рефлекторно сглатывает, ведь повторно встретиться с такой аурой он точно был не готов. — Снова ты, — незнакомец складывает руки на груди, оперевшись бедрами о капот машины. — Что-то потерял? — Своего друга, — парень недоверчиво изучает напротив стоящего взглядом. — Тебе что-нибудь известно о его местоположении? — Ах, какой взгляд.. Давно не видел подобного, — на чужом лице возникает самодовольная ухмылка. — Если подозреваешь меня в чем-то, то так и скажи. Что у людей за привычка все усложнять? — «У людей»? Хочешь сказать, что ты не человек? — сам того не замечая, Тэхен переходит в позицию нападения. — Я разве выгляжу, как что-то нечеловеческое? — он выгибает бровь. — Ты выглядишь так, словно каждое утро умываешься хайлайтером, и говоришь очень подозрительно. Любому нормальному человеку покажется это странным. — Но не мне, — выражение его лица моментально приобретает холод и безразличие. — Советовал бы тебе впредь не общаться с незнакомыми дядями так дерзко и вообще держать язык за зубами. — Я натыкаюсь на «незнакомого дядю» уже второй раз и это совсем не кажется мне совпадением, — Ким резко оборачивается, услышав грохот внутри здания. — У него хотя бы есть имя? Тэхен возвращается в прежнее положение, но от незнакомца остается лишь шлейф дорогого одеколона. Он не уверен в том, что встретил именно того, о ком говорил его друг. Не уверен, что этот мужчина может быть вампиром, но выражение его лица действительно настораживало и не вселяло ни единой положительной мысли. Как бы то ни было, нужно продолжать искать Чимина, пока его не нашло нечто иное.

***

Чонгук находит своего брата на краше полицейского участка вместе с телом того самого мальчишки. Он внимательно осматривает жертву, а после заглядывает за парапет, замечая фигуру неугомонного парня, который все еще продолжает свои никчемные поиски. — В этот раз выходит все как-то странно, — спокойно начинает Джей, перешагивая через тело. — В личной информации этого индивида, которую удалось найти здесь, нет ничего подозрительного. Но он явно копает под нас, по крайней мере, пытается. Смотри, что я нашел на его столе, — он передает брату папку с бумагами. — Там описана целая цепочка убийств, которые походят на проделки наших «коллег». — Не кажется мне, что это единственный случай, когда нас пытались вычислить, — Чонгук лишь томно вздыхает, перелистывая бумаги с информацией. — Люди давно знают про наше существование, но все еще пытаются убедить себя в том, что мы часть легенды. Если этот парень расскажет кому-то о том, что раскопал, то его посчитают сумасшедшим, а может сразу в дурку определят. — Ты сегодня особенно безразличный, аж тошно, — вампир хмыкает, кинув взгляд на тело без сознания. — Так что ты предлагаешь делать, господин ясновидящий? — Ничего, но, если тебя такой расклад не устраивает – ты вполне можешь поиграть с ним, — Гук захлопывает папку и откидывает подальше. — Ты ведь любишь питаться человеческим страхом, не так ли? — Что-то мне подсказывает, что в твоей голове давно созрела идея, которую ты мне не озвучиваешь, — Джей подходит ближе, так же заглядывая за парапет. — Он твоя «идея»? — Не только ты любишь развлекаться. Он явно во мне заинтересован, — усмехается нагло, представляя в своей голове различного рода сцены. — Ты знаешь, что такое хайлайтер? — Хайлайтер? — старший сразу кривится. — Он сказал, что я каждое утро умываюсь хайлайтером, но я в душе не гребу, что это значит, — вздыхает, переводя взгляд на брата. — Ну так что, повеселимся? — С чего начнем? — Я предпочту действовать по отдельности. У меня на этого паренька особые планы, а на твоего вообще побоку. — Без проблем. Все равно не хотелось бы сразу раскрывать все карты. — Ты про то, что нас двое? — Именно. Для них это будет неожиданным сюрпризом в конечном итоге. Договорившись «о великих планах», братья уносят тело Пака в его кабинет и покорно дожидаются, когда тот придет в себя, дабы потом благополучно стереть ему память одним своим приказом. Близнецы в один миг будто испаряются, пока Чимин хватается за голову, что невыносимо гудела из-за вампирических проделок. Игра началась.