Ты мне нравишься, Старший

      В обветшалом домике, расположенном на горном склоне в лесу, наступило утро; лучи опустились в окна, пробуждая жильцов и одного гостя.       Тан Бо открыл глаза. Первая мысль, посетившая его:       «Я жив»       Это было одновременно и радостное, и удручающее осознание. Учитывая надвигающуюся угрозу, ему придётся лично наблюдать, как его родные и близкие отдадут жизни просто так.       — Во… ды…       Ли Сон Бэк, выглядящий так, будто уснул впервые за неделю, немедленно разомкнул глаза и поднёс к губам сосуд с водой. Человек на кровати откашлялся и осмотрел комнату, лениво двигая глазами; ветхое деревянное здание и один уставший последователь Чжуннань. Иронично, что его спас именно он. Пока он был без сознания, ощущал чужой поток ци, который медленно, но кропотливо восстанавливал канал за каналом в его почти трупе.       — Вы проснулись. Это хорошо, — мужчина улыбнулся слабой улыбкой. — Меня зовут Ли Сон Бэк, последователь Чжуннань второго поколения. Я и мой спутник наткнулись на тебя две недели назад в окрестностях.       Ли Сон Бэк ещё о чём-то рассказывал и, похоже, к нему кто-то присоединился, но вернувшийся из лап госпожи Смерти Тан Бо провалился обратно в беспамятство. Его каналы вновь кропотливо восстанавливали, но каких-либо улучшений не наблюдалось.       Минуло два месяца.       Ци свободно циркулировала по телу, больше не задерживаясь. Её было достаточно, чтобы в будущем восстановить ядро и продолжить культивирование, пусть и не так успешно как раньше. Вероятнее всего, самую большую роль в этом сыграла Высшая пилюля секты Чжуннань, которую Ли Сон Бэк сохранил четыре года назад.       Тан Бо присел на кровати. Он не пробовал передвигаться, всё ещё ощущая свои конечности отмершими. Ли Сон Бэк вновь заглянул к нему, выглядя уже не таким изнурённым:       — Старший Гым Рён следит за огнём. Скоро будет готов завтрак и мы отправимся в путь.       — Благодарю.       Теперь мужчину можно было рассмотреть многим лучше; его лицо было не запоминающимся, лишь шрам под глазом мог напомнить о встрече с ним в прошлом. Но излучаемая им уверенность и расцветающая на губах улыбка определённо добавляла ему харизмы.       Когда Сон Бэк принёс таз с водой для Тан Бо, с кухни раздался взрыв. Мужчина тут же рванул в ту сторону, а на смену ему к прикованному к кровати вышел мужчина красивой внешности. Его лицо излучало красоту, даже с искажённым выражением от злости или отвращения.       Джин Гым Рён не разговаривал с Тан Бо эти два месяца. Он бросал лишь устрашающие и надменные взгляды, но, учитывая их ситуацию со скорейшим отъездом, он решил снизойти и высказаться:       — Теперь ты должник секты Чжуннань, последователь Тан, якшающийся с Горой Хуа.              — Секта Чжуннань ничего не сделала для моего спасения. Я обязан лишь этому ученику.       Джин Гым Рён фыркнул. Ему нечего было ответить, ведь это было правдой, но и признавать этого он не собирался. Если кто-то попросит Тан Бо дать оценку лучшему ученику второго поколения Чжуннань, то он скажет: скверный характер. Но он удивительно походил на Дон Рёна и этим дрянным характером и внешностью.       Тан Бо однажды приходилось пересекаться с Гым Рёном. Тогда он излучал достоинство лучшего ученика и раскидывал всем свои улыбки и нравоучения, теперь же, когда ситуация была не на его стороне, он показал свой дурной нуров. Дон Рён в первые года знакомства тоже показывал свой дурной нрав, но стоило привыкнуть и к выходкам Чхон Мёна, и к новой обстановке, как он тут же стал шёлковым, милым и просто чудесным «младшим». Аж жуть берёт от их семьи.       Пока атмосфера не накалилась до предела, очень вовремя появился Сон Бэк:       — Кажется, всё готово. Когда солнце достигнет зенита мы выдвинемся в ближайшую деревню. Господин Тан Бо, я помогу Вам.       — Как только мы достигнем семьи Тан, я отблагодарю этого ученика как следует.       За эти два месяца многое изменилось.       Ли Сон Бэк рассказал как вышел из уединения. Никто не встретил его, что не было таким невероятным, учитывая его известность, но, вернувшись в главную резиденцию, он понял, что всех старейшин заменили, а многие последователи, которых он знал лично, исчезли. Когда он собирался разобраться в происходящем, его поймал Гым Рён и вывел за территорию секты, где поведал одну невероятную новость: пропавший Ын Рён вернулся и возглавил секту, используя тёмный путь.       В мир пришла секта Небесного демона, которую возглавлял Чхонма, он же Ын Рён, он же теневой лидер Чжуннань. Все Великие секты объявили о своём намерении сражаться до конца. На данный момент они не могут договориться о совместных действиях и отправляют свои отряды по одному, чтобы уничтожать последователей тёмного пути. Гора Хуа также отправляет своих последователей, включающих старейшин и первое поколение.       Сейчас секта Небесного демона не имеет большого влияния на центральных равнинах и до того места, где жили последние два месяца Ли Сон Бэк, Джин Гым Рён и Тан Бо она не добралась, но вскоре это изменится.       А курс группы лежит к ближе расположенной семье Тан, а после на Гору Хуа…

***

      Гора Хуа переживала не лучшие времена, как и все секты и деревни с городами на центральных равнинах. Чан Мун полностью ушёл в работу, распределив снабжение и подготовку между старейшинами, он старался наладить контакт с другими Великими сектами. Им необходим были если не общие отряды, которые будут иметь преимущество, то хотя бы обмен информацией. Сейчас только секта нищих занималась этим, неся большие потери в своих рядах.       Лидер секты устало потёр переносицу, просматривая присланные отчёты с информацией из секты нищих, затраты последнего месяца, провиант и униформу для тех, кто сейчас на передовой и, самое главное — письмо из Удана. Они решили скоординировать действия с Хуашань и выступить единым фронтом, что несомненно радовало, но…       У Горы Хуа не было людей.       Все старейшины, которые не были обременены бумажной волокитой и проблемами снабжения в тылу, уже давно покинули пределы секты. Последователи первого поколения либо на передовой, либо восстанавливаются на Горе Хуа. Единственные, кого они могут послать — второе поколение.       — Они не справятся, — Чан Мун вздохнул. — Это просто невозможно.       Самым младшим учеником во втором поколении была Тан Сосо, которой недавно исполнилось двадцать пять, столько же, сколько Дон Рёну. Заметив активность демонической секты, Чан Мун решил набрать новое поколение многим раньше, пойдя наперекор половине старейшин, но он не ожидал столь тонкой грани. Изначально самым младшим во втором поколении был Чхон Мён, а самым старшим в третьем поколении Юн Чжон. Их разделяло тринадцать лет и этого было достаточно... Но возникли неожиданные обстоятельства.       И всё равно они были слишком юны для того, что их ждало за пределами секты.       Только Чан Мун хотел написать ответ Удану, как в комнату вломился — кто бы мог подумать — Чхон Мён.       — Лидер секты, отправьте меня на передовую.       — Я уже много раз говорил…       — Глава! Я сильнейший мечник на Горе Хуа, среди всех Великих сект и за их пределами! Почему я должен отсиживаться здесь?!       Это был не первый раз, когда Чхон Мён искал встречи с ним. Но Чан Мун давал чёткий ответ: нет. И каким бы Чхон Мён ни был своевольником, когда дело касалось всей секты, он не мог ослушаться приказа. Его раздражало, что нечто подобное может сдержать его желание пойти туда и навалять тому ублюдку, возомнившему себя правителем мира и способным противостоять на равне Горе Хуа, ему.       — Чхон Мён, ты не знаешь, что сейчас происходит там.       — И не узнаю, пока не пойду.       — Ты слишком самоуверен.       Чхон Мён ничего не ответил, но в его глазах читался явный ответ: «Я Чхон Мён, Благородный клинок цветущей сливы, сильнейший мечник в мире». Для него Чхонма был одним из тех придурков, которые вызывали его на дуэль день изо дня, надеясь спустить с Небес.       — Глава.       В этот раз в комнату зашла девушка миловидной на первой взгляд внешности. Она была тише обыкновенного, но голос был твёрд. Тан Сосо была той, кто, прибыв обратно в секту после задания, истощённая и уставшая, изо всех сил спешила узнать, что произошло с группой Тан Бо. Но её ждала лишь куча трупов и шпилька с сообщением. На ней было выжжено не только предупреждение Горе Хуа, но и слова извинения.       «Сосо, прости»       Тан была семьёй известной своими ядами и семейными узами. В неё нельзя было войти или выйти по желанию. Но Сосо была изгнана и вступила на порог Горы Хуа. Тан Бо никто не выгонял, но часть своего времени он пребывал в качестве гостя в Хуашань и следил за сбежавшей из-под крыла отца, сестрой:       — А ты что здесь забыл?! Отец тебя не выгонял.       — Конечно, нет. Я пришёл лишь увидеть свою младшую сестру.       — Ага! Так я и поверила. Опять пришёл пить со своим дружком.       — Ха-ха… У тебя слишком странные предположения.       Тан Сосо долгое время не покидала своей комнаты, горюя об утрате. Но теперь её можно было увидеть с маской спокойствия на лице и траурными белыми лентами на голове. Она подошла к Чан Муну и уверенно сказала, не колеблясь:       — Лидер секты, разрешите Тан Сосо отправиться на передовую.       — Глава, мы тоже хотим.       В проходе появились все ученики второго поколения. Они склонили головы, выражая искреннее желание помочь своим старшим. Это можно было бы назвать трогательным зрелищем, но эти дети, выросшие на Горе Хуа и почти не видавшие невзгод, просят об отправлении их на смерть.       — Вы…                    — Глава, пожалуйста.       Даже Чхон Мён склонился, выражая своё стремление. Никто из присутствующих больше не мог видеть, как искалеченные ученики Горы Хуа возвращаются обратно, как их лидер днями и ночами напролёт работает, не покладая рук, а они отсиживаются.       — Хорошо, — Чан Мун набрал больше воздуха в лёгкие, объявляя. — С этого момента вы сформируете несколько отрядов и объединитесь с Уданом!       — Благодарим, Лидер секты.

***

      Всех, кто принадлежал к третьему поколению, на первый взгляд можно назвать самыми беззаботными и счастливыми. Сейчас всё было не так критично, чтобы заставлять выполнять их тяжёлую работу или отправлять на горячие точки. Они продолжали свои тренировки самостоятельно и время от времени помогали старейшинам с упаковкой провианта. Все обязанности взвалили на себя их старшие.       Дон Рён наблюдал за развитием ситуации и мог сказать больше: всё очень плохо.       Гора Хуа была большой сектой и имела множество последователей, но сейчас всё больше людей возвращается залечивать раны, либо остаётся погребённым в земле. Недавно пришло письмо из Удана с предложением временного объединения, что не было тайной. Учитывая, что людей не было…                    Скоро отправят второе поколения и вся работа в тылу ляжет на плечи третьего поколения.       «Но Старший Чхон Мён останется на Горе Хуа» мысленно добавил Дон Рён свои рассуждения. Чан Мун говорил однажды об этом — Чхон Мён козырь Горы Хуа, они не могут показать его раньше времени, пока неизвестны все способности секты Небесного демона. «Да и всех из второго поколения разом на фронт как-то слишком…»       — Старший, — это была Ю Исоль.       — Младшая Ю, что случилось?       — Старшие, они…       Дон Рён и Ю Исоль бежали через весь лес, покрывавший гору, чтобы добраться до ворот. Там уже выстроились в ряды адепты в белоснежных одеяниях и цветками сливы на груди. Их мечи ярко сияли, начищенные до блеска.       Они готовы были отдать свои жизни за Гору Хуа.       — О, это же младшенькая Ю.       Тан Сосо выглянула из толпы. Она улыбнулась и поманила к себе Ю Исоль. Они о чём-то переговаривались и атмосфера между ними парила непринуждённая, будто и не будет даже вероятности, что Старшая Тан не вернётся на Гору Хуа, а Младшая Ю не встретит её, обрабатывая раны. Ю Исоль что-то передала Тан Сосо, но Дон Рён этого не разглядел из-за спины. Взглядом же он искал в толпе знакомый силуэт.              — Старший Чхон Мён, — выдохнул он.       Ю Исоль сказала чистую правду. Он идёт тоже.       «Но как же так? Разве лидер секты не говорил, что это будет их ошибкой отправить его туда?..»       Неужели Дон Рён ошибся и неправильно истолковал слова лидера секты?       — Старший, ты разве ничего не хочешь ему сказать? — спросил Чо Голь.       — Дон Рён, сейчас они отбудут и непонятно когда вернуться вновь…       Если вернутся.       — Не стоит.       Дон Рён не сомневался в навыках своего наставника. Он лично видел как тот, не напрягаясь, может одолеть именитых воинов. Может ли для подобного человека существовать равный противник?..       Дон Рён сглотнул. Чувство беспокойства, охватившее его, не давало покоя и требовало выпустить себя.       Он так и не подошёл к нему, но заметил как Чхон Мён развернулся к нему и кивнул. Это могло значит многое, но для Дон Рёна это было одно: всё в порядке.       Второе поколение полным составом покинуло Гору Хуа вместе с лидером секты. Это могло сказать лишь о ещё более ужасном положении Горы Хуа, раз даже её лидеру приходилось покидать дом.       Дон Рён посмотрел в небо. Оно было таким же светлым, непредвещающим беды. А купол над головой, поддерживаемых старейшиной, был невидим.       — Старший, — позвал один из третьего поколения.              Дон Рён обернулся. На него уставились сотни растерянных взглядов, ждущих, когда он скажет, что им делать как их старший. Они могли положиться только на старейшин и него.       — Что нам делать, Старший?       — Сейчас наш лидер, наши старейшины и старшие покинули Гору Хуа и мы здесь одни.       Все переглянулись. Они одни.       — Всё, что мы можем сделать — поддерживать тех, кто сражается, в тылу. Чжон, — обратился Дон Рён, — Ты и Голь поможете старейшинам с отчётами и финансовой составляющей.       — Так точно!       — Исоль, возьми несколько человек и идите к старейшине, занимающемуся пилюлями и лекарствами. Ему нужны рабочие руки.       — Поняла.       — Остальные — займитесь провиантом и упаковкой. Глава оставил распоряжения на случай всего. Сейчас вам не о чем беспокоиться, кроме усердной работы на благо старших и Горы Хуа!       — Да!!!       Дон Рён сжал кулаки.       Единственная мысль, промелькнувшая в голове —       Необходимо стать сильнее.