После шампанского

- На! - я протянула Владлену дольку мандарина и он удивлённо улыбнулся - Угощайся! - Это же последняя! - Я с тобой делюсь! - я поднесла дольку к его губам и он осторожно взял слегка коснувшись моих пальцев. - Мы делили мандарин... - начал с усмешкой его отец. - Много наших полегло. - из озовства закончил Егор усмехаясь в кружку. Владлен смущенно жуя уставился в скатерть. Я улыбнулась, видя это. Как же я люблю его... – Спасибо. – Пожалуйста. - не переставала улыбаться я. За окном бахали один за другим новогодние салюты, то дальше то ближе, осыпая самоцветами искр бархатное темное небо. - Ариша, не вздумай выбрасывать кожуру - строго напомнила его мама - в ней много эфирных масел, я их засушу чтобы вкусно пахло. - И в мыслях не было. - хихикнув я выдавила над столом корочку. По воздуху разлетелся запах мандарина. - Они так вкусно пахнут - улыбнулся Владлен мягко глядя на меня своими темными, теплыми глазами, протянув руку и беря меня за руку. Тепло его пальцев мгновенно дошло до сердца, растапливая его, как жар свечи маленькую шоколадку "аленка". Кстати о свечах. - Они не только вкусно пахнут. Хочешь покажу салют? - не дожидаясь ответа я выдавила ароматное облачко летучего масла рядом с жаром свечи, и тот легонько заискрил взрываясь. - Ничего себе! Ух ты! - изумился он глядя на заискрившееся хлопками масло - Да ты волшебница! - Ага - усмехнулась я - царевна лягушка. Моя нога под столом скользила по его голени, все выше и выше, по бедру, подбираясь к паху. Он заерзал слегка отодвигаясь, смущенно и слегка неодобрительно глядя на меня. Я подмигнула. Его матушка неодобрительно смотрела на наши переплетенные пальцы. Большим пальцем он легонько ласкал мой безымянный, с сияющим колечком. Мы не могли оторвать друг от друга взгляд, смотрели и смотрели бы, улыбаясь как дураки, и не заметили бы как стрелки часов подрбрались к полуночи, если бы его отец, вместе с Егором посмеивавшийся над телепрограмой, не напомнил нам. - Ну что молодёжь, несите шампанское. - А без него никак? - покривился Владлен. - Сын, ну так положено, традиция-с, какой ж новый год без шампанского - развел руками мой будущий тесть. - Пойдём. - хихикнула я, утягивая Владлена, моего воинствующего трезвенника за собой на кухню. - Да зачем вы вдвоём, Аришечка сядь, ты же гость - понеслось нам вслед мамино причитание. - Да брось, Томусь, какой ж она гость. - услышала она как хохотнул Валерий Вениаминович - считай почти хозяйка. - Почти да не совсем!... Мне было всё равно. Едва мы скрылись из виду, я обвила Владлена руками, потянувшись поцеловать. Он прижимал меня к себе, целуя, заставляя млеть и забываться. Голова так приятно кружилась, и я почти не чувствовала холода от дверцы холодильника к которой меня прижимали. Мои руки скользили по его волосам, по спине, по ткани наглаженой рубашки, а затем сжались на тощих ягодицах. - Ариша не хулигань... - выдохнули мне в губы. - не могу... - шепнула я снова целуя его, чувствуя как чужие пальцы крепче прижимают меня к себе, погружая в сладостное счастливое беспамятство в котором были только мы... Из него нас вырвало сердитое тарахтение "саратова" за моей спиной. Мы со смешком оторвались друг от друга, и услышали окрик из комнаты - Ну где вы там? Уже президент поздравляет! - поторопил нас Валерий Вениаминович. Мы торопливо распахнули дверцу и поторопились, все так же не разжимая рук, за стол. "Это был тяжёлый год, год когда..." вещал Владимир Владимирович на фоне кремля. Ничего нового, каждый год у него тяжёлый. - Вас только за смертью посылать вдвоем - усмехнулась Владленова маменька - Да ладно, мам, может в нашем холодильнике скрывалась банда беглых йети на белых медведях, и они храбро отвоевали у них шампанское. - усмехнулся Егор подмигнув мне. - Так и было. - подмигнула я ему в ответ. Все засмеялись. Тем временем президент договорил, а Валерий Вениаминович освободил советское шампанское от золотой фольги и расшатывал пробку. - Шас бахнет, готовьте бокаллы и желания! - напомнил он нам - Я не буду... - Владюша! - строго одернул его отец - Не отрывайся от коллектива! - Загадай желание - шепнула ему я на ухо. – Чего мне ещё желать? - шепотом отозвался он обнимая меня за талию. - Жить долго и счастливо - хихикнула я. Показались куранты и начался обратный отчёт. Бахнула пробка и пенное вино полилось в бокалы. - С новым годом! С новым годом! - кричали все вразнобой, Егор с маман успели зажечь бенгальские огоньки, и радостно улыбаясь рисовали ими светящиеся спиральки в воздухе. Под бой курантов звенели бокаллы, и я была абсолютно, до слез счастлива чувствовать как владлен приобнимает меня за талию. Я прикрыв глаза и загадав желание опрокинула свой бокал шампанского пузырьками покусывающего язык. Посмотрела на Владлена понюхавщего бокалл и на секунду брезгливо скривившегося, и не удержалась от смеха. Какой же он милый, хоть и брюзга. - Выпей. А я тебя поцелую. - шепнула я заглядывая ему в глаза. Он усмехнулся и все таки выпил до дна, торопливо, и поморщился. - Такое кислое... - Сейчас будет сладко. - я привстала на носочки, чтобы поцеловать. - С новым годом! - смеялись все вокруг. - Да тут скорее "горько" - усмехнулся Егор, а мамаша пронудела - Ну Владлен, ну не при всех, как ни стыдно. - Прости мам. - он опустил взгляд смущаясь, но с губ у него, как и у меня не сходила предательская широкая улыбка. За окном снова загремело, и мы поспешили на балкон, откуда открывался вид на Сад Девятого Января, где один задругим запускались феерверками. - И не страшно же людям эти пекарды запускать! - покачала головой Тамара Пална. - Да ладно Томусик, красиво же. - Валерий Вениаминович бережно поправил на жене косынку, обнимая её. Под окнами народ радостно смеясь и улюлюкая тоже наблюдал за взлетающими один за другим зарядами, а я не могла глаз оторвать от золотых, красных, розовых и зеленых искр. Как же красиво... Как цветы из огня и света... Разве я смогу хоть когда нибудь нарисовать такое... Нет, это можно только видеть, всего несколько мгновений, вдыхая порох и дым. Не удивительно что их сравнивают с оргазмом. Я усмехнулась этой пошлой мысли крепче прижимаясь спиной к обнимающему меня владлену. Со всеми было радостно, но как же хотелось оказаться где-то только вдвоём, и целоваться и заниматься любовью, чувствовать в себе его член... Поцелуй украдкой обжег мою шею, и я ахнула тихонько. Это заглушил новый взрыв салюта, заставивший чью-то сигнашку завизжать. - Я люблю тебя... - шепнула я полуоборачиваясь, и глядя на его лицо освещенное разноцветными огнями. - А я тебя, искорка. - меня чмокнули в макушку. Дала бы ему прямо сейчас. Мало по малу салюты кончились, мороз начал покусывать, и мы вернулись обратно, к угощению. Валерий Вениаминович которого шампанское похоже развеселило, вальсировал с женой под "голубой огонек" из телевизора. Та хихикала девичьим смехом. Егор лениво улыбаясь посмеивался, глядя на них, а Владлен не сводил с меня взгляда... Вечер продолжался своим чередом. Меня слегка забавляло как Владлен оживился от выпитого игристого. Особенно заставляли меня улыбаться шепоты на ухо, о том какая я красивая, как он любит и хочет меня - обычно он такого себе не позволял. От этой откровенности у меня внутри все сладко сжималось и заставляло жаждать большего, распаляя тлеющий огонь, сладко тянущий низ живота, наполняющий желанием отдаться ему... Я старалась не подавать вида, какими грязными фантазиями наполнено мое воображение. - Ой, ну уже довольно поздно, ты Ариша наверное домой хочешь, я вызову тебе такси - "заботливо" намекнула Тамара-Пална. - Да ладно тебе Томочка, ну куда она на ночь глядя поедет. - крякнул махнув рукой Валерий Вениаминович - Постели им. - У нас же негде лечь! - возразила Тамар-Пална - У Владлена диван вполне хорошо раскладывается. -. напомнил ей муж. - Но... - Тома, прояви гостиприимство. - настоял Валерий Венеаминович - Хорошо - с оскорбленным драматизмом отозвалась мадам Тимовеева - Я дам тебе ночнушку, деточка. - Спасибо Тамар-Пална. - улыбнулась я, скрывая ликование. Я уже настроилась, что сегодня меня будут драть, для полноты ощущения новогоднего празника. - Давайте я сама постелю. - Я сама, деточка. - Маменька усеменила в другую комнату и судя по звуку принялась застилать диван. Мы с Владленом в это время обнявшись кружились, под тихую музыку. Валерий Вениаминович тем временем обзванивал знакомых, друзей родственников и коллег, и всех поздравлял, громко смеясь и радостно восклицая, спрашивая о здоровье родных и близких, восхищаясь пятерками чьих-то внуков в четверти... - Готово, можете ложится - поджав губы обьявила Тамар-Пална возвращаясь за стол. - Я пойду умоюсь - шепнула я Владлену, с сожалением отпуская его руку. Вода дошумела. Я вытиралась полотенцем, услышав всхлипывания, довольно картинные. - Ох Владюша маленький мой, ну куда ж ты... Ну зачем, ты же мне сердечко разбиваешь, разве можно так бессовестно. Я приподняла брови слыша голос мадам Тимовеевой. Надо же, меня сейчас будут поносить? - Ну зачем она тебе сейчас, эта вертихвостка, ты же жизнь себе только поломаешь... Подумай ещё, хороший мой, ну как же ты будешь... Нам с папой ведь так без тебя тяжело. - Ну мам... Не говори так про Арину, она не такая совсем. И у вас Егор есть... - Ох маленький мой, ты ведь не знаешь, ты пропадешь. - Не пропаду, мам, всё будет хорошо, ложись спать Вздохи и причитания продолжились в отдалении. Я не на шутку рассердилась. Вот змея... И ладно бы она просто невзлюбила меня лично, но ведь однажды нужно признать, что дети вырастают и принимают свои решения. Я приосанилась, глядя в зеркало, и вышла из ванной. - Спокойной ночи. - милейше пожелала я, заглянув в спальню родителей - Владлен идем спатеньки. - Ох мне что то нехорошо... - простонала маменька, держа Владлена за рукав. Тот растерянно переводил взгляд между нами. - Мы позовем Валерия Вениаминовича. Идём, Владюща. - Что-то голова кружится - томно вздохнула Тамар Пална - В вашем возрасте вам бы поменьше шампанского. - не удержалась я от шпильки. Владлен, пусть и растерянно оглядываясь встал и пошел со мной, в свою комнату. - Пап, у мамы голова кружится. - А! Сейчас подойду! - крикнул Валерий Вениаминович спешно прощаясь с телефонным собеседником, и торопясь к жене. Мы с Владленом с улыбкой переглянулись,заходя к нему. Я прикрыла за нами дверь. Наконец то мы вдвоём. Он обнял меня целуя в ушко. - Расстегнешь на мне платье? - шепнула я. Ощущая горячие руки на своем теле, я покосилась на расстеленую для нас Тамарой-Палной постель. Подушки она разложила так, что предполагалось, что мы ляжем валетом... Восхищаюсь её упорством. Столь же мощным сколь и бесполезным. - Ариша, там я повесила сорочку для тебя на стуле... - заглянула Тамар-Пална. - Спасибо. Рада что вам лучше - отозвалась я, не поворачиваясь, закатывая глаза. - Владлен, отвернись, дай ей пепеодется! - жеманно намомнила маменька. Я под её взглядом нехотя натянула сорочку с рюшами. - Ох как тебе идет, Аришка, ты как пухленький маленький ангелочек. - умилилась она. - Спасибо, рада что вам нравится - вернула я ей приторную улыбку. - Что ж, приятных снов. - Да, засыпайте тихонечко. - нехотя она ушла, а я вновь прикрыла дверь. - Ты будешь спать? - спросила я, глядя как Владлен устраивается под одеялом - Ага... Иди сюда. Уже поздно, пора ложиться. - он протянул руки ко мне. - А у меня есть идея... Что можно сделать на сон грядущий... - с этими словами я, усмехаясь, спустила с себя трусики, и стащила целомудренно-трикотажную ночнушку через голову. Владлен окинул меня взглядом, и я заметила как он подобрался, скрывая возбуждение... Я огладила себя, обрисовывая очертания фигуры, крутые бедра, талию, сминая в пальцах грудь... - Ариша... Ты очень красивая, но родители ведь... - Не думаю, что это их касается. Хотя... - я подцепила крышку стоящей на столе коробки и вновь вытащила фату, оставленную тут пару часов назад. Та сладко защекотала голую кожу, особенно твердые торчащие соски. Целулоидный венок зашуршал на моих волосах. У Владлена загорелись глаза, и я приблизилась к нему покачивая бедрами - Я не против одолжить у твоей мамы вот это... У Владлена знакомо заблестели глаза, когда я святотатственно одела на себя этот фальшивый венок фальшивой невинности. Не удивительно если он, как многие сыночки корзиночки подсознательно хочет трахнуть свою любимую маменьку, и возможно даже стыдится, чувствуя отголоски этого влечения. - Что тут есть ещё... - жеманно осведомилась я вороша свадебное платье будущей свекрови. Владлен наблюдал за мной с болезненным, жадным интересом. - Чулки может быть... Как думаешь твоя мама была в них до конца? - До какого конца? - Папашиного. - Ариша! - укоризненно произнес он. Я тем временем подтягивала чулки, импортные, с эластичной лентой... Я скрестила ноги, чувствуя как напряжено всё внутри... Взгляд Владлена обжигал меня обрисовывая каждый изгиб моего тела. Я укуталась в нежный фатин скользящий по голой коже, и снова сжала груди сквозь тонкую сеточку. Она пахла старой одеждой, платьяным шкафом... В глазах у Владлена запылал знакомый огонёк, он тяжело дышал глядя на меня и на миг прикрыл глаза будто пытаясь избавится от наваждения. Я терла ножку о ножку, а Владлен загипнотизированно наблюдал за моими движениями. - Хватит. - шепнул он не открывая глаз, качая головой - Это же мамино... - Да ладно... Ты же представлял меня в ней... Фантазировал как берешь меня прямо в этом свадебном платье. - усмехнулась я, поворачиваясь попкой, выгибаясь в пояснице, стискивая пышные ягодицы, показывая себя всю... Повернувшись я подошла, покачивая бедрами, обнимая его. Между ног было до безобразия влажно. - Ариша... - шумно выдохнул он мне в сиськи. Его дыхание щекотало кожу. Его руки скользили по моему телу сквозь невесомую ткань. Он жадно вдыхал аромат моей кожи смешанный с затхлостью фатина... Хотелось скорее ощутить как его член заполнит меня, войдя сколько возможно глубоко... Я чувствовала его эрекцию упершуюся мне в бедро, и наклонивщись поймала головку губами, заставив его закрыть глаза, запрокинув голову назад от удовольствия... - Ах... Господи боже... - шепнул он, стыдливо пряча взгляд...фата падала ему на живот, пока я старательно сосала и наяривала ему ручкой, добиваясь крепкого стояка. Тот не заставил себя ждать. От ощущения твердой плоти на губах между ног все требовательно сводило, жаждя наполнения. Это преступное желание, распаляющее, заставляющее так жарко целовать меня в губы... Обнимать и опрокидывать на простынь, жадно сжимая моё тело... Я перекинула через него ногу, оказавшись верхом. Он гладил мои бедра стискивая стянутые чулками ляшки, сжимая ягодицы, скользя жадным темным взглядом по груди и шее... Владлен тяжело дышал, и я наклонилась к нему, фата струилась по моим плечам падала на нас пологом. Он целовал меня страстно, требовательно, пока я продолжала ерзать, скользя возбужденной киской по члену перед тем как вставить его внутрь. - Я хочу тебя... - шептал он мне на ухо, и от этого пошлого шепота у меня внутри все сжималось и текло. Я взяла его член рукой и направила во влагалище... Мы не сводили друг с друга горящих взглядов, и внезапно он обхватил меня, резко, грубо толкнувшись бедрами, так что я едва не вскрикнула. Он притянул меня к себе жадно насаживая... Его похоже и правда заводит трахать мамочку. Иметь, непозволительно, грубо вколачиваясь. Забываясь, изнывая от блаженства насаживать, входя на всю длинну, толкаясь глубоко в тесную мокрую киску, до предела... Резкие, страстные толчки почти разрывали меня изнутри... Почему так сладко быть глубоко насаженной на его член, почему я задыхаюсь от удовольствия когда меня так имеют... - Да... Да, Владюша... Мой хороший, да... - совсем тихо шепчу я, позволяя разьебывать меня глубже и глубже, долбясь с бешеной страстью, заставляя меня изнемогать, чувствовать приближение оргазма всем телом, кончиками пальцев на ногах, сладостной истомой на губах, почти болезненным напряжением в грудях, в низу живота, который пробирало от вспышек сладостной истомы... От того как глубоко он был во мне, как полно и страстно обладал моим телом... Оттого как прижимал меня к себе, как почти до боли крепко стискивал то грудь то ягодицу, то притягивал меня к себе чтобы входить ещё резче и неистовей... От его рук на моих губах, удерживающих рвущийся из груди стон. Господи боже, как же он меня ебет... Я изнемогала в его руках, под его телом, пока он нещадно имел мою киску. Я задыхаюсь, я кончаю, чувствуя как жадный спазм заставляет сокращаться стенки влагалища... Я захвачена сладостью в груди, в моем лоне, в которое он продолжал яростно входить, в моих руках, в ногах, на губах, вместе с его именем... Она не утихает и вторая волна сладкого беспамятства обрущивается на меня невыносимым почти болезненным наслаждением... Он толкается в меня, сильно, медленно, прочувствованно, заполняя меня до отказа, на всю длинну... Он замер мощно натянув меня, не отпуская, прижимая к себе, напряженный как натянутая струна, такой красивый в миг наивысшего наслаждения... Я ощущала как его горячий конец извергает семя прямо в меня, до боли глубоко... А затем он слегка разжал руки, позволяя мне высвободится... Тяжело дыша, пристыженно глядя на меня сквозь густые ресницы - как всегда бывало когда он слишком увлекался ощущениями, и попросту имел меня. Он тяжело дышит, всё ещё на мне и выходя нежно гладит мою киску, даря мне сладкие отзвуки удовольствия... Я тянусь к нему за поцелуем... Он всё ещё стыдится заглянуть меня в глаза, но я все таки ловлю этот взгляд, и прежде чем он начинает извиняться шепчу, губы к губам: - Я люблю тебя. Мы целуемся, так нежно, ласково, как будто мгновения назад нас не сжигала страсть... За окном взлетел и разоввался салют, яркими искрами озаряя всё вокруг, отсветы переливались на нашей коже разными цветами. Я тихонько засмеялась, жеманно прикрывшись фатой. - С новым счастьем. - Ариша... - он нежно прижимает меня к себе - Любовь моя... Он бережно поднимает фату и осторожно, почти целомудренно целует в губы, стягивая с меня шуршащий венок, и прижимает к себе. Мне безумно хорошо и спокойно рядом, и как бы я хотела всегда, каждую ночь засыпать вот так вместе... В дверь почти беззвучно постучали. - Ну что вы идете? - просочился в щелку Егоров шепот. - Куда? - в один голос щепотом отозвались мы, торопливо укрывшись одеялом до бровей. - Как куда. Петарды взрывать конечно, пока мама спит. - Идем. Только оденемся. - отозвался Владлен с улыбкой шаря вокруг в поисках штанов. Я хихикнула. Похоже не так уж все безнадёжно в их отношениях с родителями как я думала. Я улыбалась себе под нос, тихо и торопливо одеваясь.