11. «Раскрыт — не значит безоружен.»
8 июля 2024 г., 20:37
Примечания:
Лежало в черновике два с половиной года (так что не удивляемся "Грэм де Ванили". Менять не стала. Мне так больше нравится).
Удивительно, что вообще сохранилось 🤔
***
В этом ау Фел "одалживает" у Габриэля нечто более ценное на время? (Возможно 🙂) без кого он не сможет "аккать" бедных граждан Парижа. =) И предлагает сделку-сотрудничество Маринетт.
Так-то идея сама по себе классная, но чтобы раскрыть её полностью... 😳 Думаю, формата драббла не хватит. Поэтому финал остаётся открытым. (Летом процесс идёт как-то туго, хотя, казалось бы, свободного времени достаточно, чтобы сидеть и строчить...но так уж вышло 😅)
Его губы расплываются в лёгкой полуулыбке, когда из маленькой коробочки вылетает фиолетовое существо. Оно испуганно оглядывается по сторонам, после чего обращает внимание на него, а затем тихим шепотом одаривает его лёгкой трелью:
— Кто вы? И где хозяин?
***
— Что тебе от меня надо?! Опусти меня на землю. Немедленно! Грэм де Ванили! Её лазурные глаза горят настороженностью, пока Феликс с несвойственной для него нежностью гладит тыльной стороной ладони щёку Маринетт. Девушка пытается вырваться, распутать верёвки у себя на руках, но не получается. Она бегает по комнате глазами, в поисках хоть какого-нибудь острого предмета для резки, но встречается лишь с парящем фиолетовым существом, которое тут же узнаёт по рассказам Тикки. — Нууру, — невольно срывается с пухлых девичьих губ, после чего она испуганно встречается глазами с Феликсом. — О, так ты знакома с моим новым другом? Приятно удивлён. Кузен Адриана не отрывается от своего занятия и продолжает гладить щёку девушки. В его глазах сверкают холодные смешинки, пока рука спускается вниз, к шее. Дюпэн-Чен старается успокоиться, придумать план, но касания блондина не дают ей этого сделать. — Что тебе от меня нужно? — нервно срывается с её губ, когда Грэм де Ванили задевает чувствительную точку на шее. — Лишь ты, сокровище. Ну и, возможно, — его взгляд останавливается на серёжках, — эти ужасные украшения, из-за которых ты так часто страдаешь. — Ч-что? — Маринетт с новой силой пытается вырваться. Однако, тугие верёвки не дают ей этого сделать, причиняя хрупкому телу достаточно сильную боль. Глаза невольно слезятся, руки жжёт, а губы ноют от укуса. Феликс хмурится. Руки, на этот раз обе, оказываются на верёвках, ослабляя их затяжку так, чтобы можно было вырваться. Маринетт резко дёргается, и верёвки спадают к её ногам. Потирая слегка покрасневшие запястья, она поднимает злой взгляд на блондина и нервно продумывает план действий для побега. — Я хочу, чтобы ты согласилась со мной сотрудничать. Дюпэн-Чен невольно замирает. — Что? А сама мысленно думает: «Неужели всё это время Бражником был Феликс?»
